Арт-терапия — тоже своего рода лечение.
Рассматривая картины, человек будто погружается в другой мир, где каждая картина становится дверью в свет и покой.
Картины радуют глаза и душу, осветляют внутренний мир. Иногда картины цветов настолько живые, что их аромат ощущается, словно сад стоит прямо перед глазами. Пионы и розы мягко сияют розово-голубым светом, наполняя сердце лёгкостью.
Следующая дверь ведёт к морю. Волны тихо шепчут колыбельную, унося усталость. Стоит прикоснуться к пр
Скоро на землю опустится волшебная ночь — ночь, когда время словно замирает, а сердца становятся особенно чувствительными к чудесам.
В доме загорается тихий свет: мягкий, тёплый, переливающийся всеми оттенками сказки.
В уголках комнаты спрятаны маленькие тайны — сияющие коробочки, мягкие огоньки, музыка, что тихо играет, словно сама ночь шепчет пожелания.
Душа садится рядом с ёлкой. Она закрывает глаза и начинает свой ритуал желаний.
Сначала — благодарность.
За каждый прожитый
В одну новогоднюю ночь, когда салаты уже настоялись,
шампанское терпеливо ждёт своего часа,
а холодильник понимает, что назад пути нет —
Новый год всё-таки пришёл.
Пришёл без предупреждения,
в тёплых носках,
с лёгким ароматом мандаринов
и с фразой:
"Ну что, дорогие… поехали".
Он заглянул в наши блоговские дома,
посмотрел на списки планов и тихо улыбнулся,
погладил тех, кто в этом году не "достиг", а просто выстоял,
и сказал:
"Молодцы. Засчитано".
Кому-то он пообещал д
"Иногда жизнь посылает нам знак не словами —
а взглядом, прикосновением, детской улыбкой.
И тогда сердце вспоминает, зачем оно живёт."
Осень пришла тихо. Без спешки, без лишних красок —
просто легла на землю прозрачным светом и запахом дыма.
Листья падали один за другим, как страницы, которые пора перелистнуть.
Ветер шептал, дождь тихо касался стёкол,
и в этом шорохе было что-то до боли знакомое —
как старая песня, что звучит в сердце, даже когда всё давно прошло.
Она шла
Золотые листья шуршали под ногами, а воздух был густой и сладковатый, как мёд. Осень окутывала парк мягким светом: солнечные лучи скользили по кронам деревьев, и каждый лист казался маленьким фонариком, отражающим тепло уходящего дня.
Она шла по аллее задумчиво, наслаждаясь этой золотой порой — такой, о какой писал Пушкин:
"Унылая пора! Очей очарованье!"
Пройдя долгий путь, она присела на скамейку
надела наушники и позволила музыке и осеннему воздуху унести мысли далек
У камина каждый — со своим маленьким миром.
Лебедушке хочется лета —
того самого, где свет не спешит уходить,
и сердце дышит шире.
Шувалану — музыки.
Чтобы она текла фоном,
не мешая мыслям,
а только поддерживая их, как тёплая волна.
Советник решает кроссворды
и одним глазком заглядывает в блог —
привычка наблюдать,
ничего не упуская.
Таис подумывает о том,
как стать поэтом-песенником:
слова уже есть,
осталось разрешить им звучать.
Сабинкам — вся в делах.
Такая,
Ночь легла на город, как тяжёлое одеяло. По набережной тянулся холодный ветер, и волны дышали под перилами, словно живые. Она стояла там долго — так долго, что перестала чувствовать время. В такие ночи никто не нужен — только море, потому что оно не задаёт вопросов и не даёт пустых советов. Оно просто слушает не предаст никогда...
Она стояла, обняв себя руками, будто удерживая сердце, которое слишком устало бороться. Внутри было пусто и больно. Не та боль, от которой кричат. Гораздо хуже —
Вчерашний рассказ о катастрофах оставил у меня тяжёлый осадок.
Весь день ходила с комком в душе — будто тень легла на мысли,
будто мир снова напомнил о своей боли, о войнах, о людском горе…
И как-то я сама потухла внутри.
Но вдруг — вечером — на телефон пришла картинка.
Моя дочь прислала её с работы:
маленькая девочка крепко обнимает свою маму.
И под фото — простые слова:
"Мамуль, хорошо, что ты есть".
Эти слова будто вернули мне дыхание.
Я сидела и чувствовала, как что
Су Чяршянбяси — день воды и чистых сердец
Завтра особенный день — Су Чяршянбяси, когда вода становится живой, прозрачной, как молитва, и уносит всё плохое…
Маленькая внучка держит бабушку за руку. Они вместе подходят к воде.
Бабушка тихо шепчет древние слова, а внучка смотрит в отражение неба и улыбается.
— Вода смоет тревоги, — говорит бабушка. — И принесёт тебе светлую судьбу.
В её глазах — мудрость прожитых лет.
В глазах внучки — весна, которая только начинается.
Они умываются р
По твоим улицам брожу,
Все мысли приводя в порядок.
В тебе спасенье нахожу,
И жить пытаюсь без оглядок.
Из сокровенных уголков
Как бусины воспоминания.
И мне сейчас не надо слов,
И не нужна ничья компания....
Халаллыг, Бумеранг Жизни и Настоящее Меценатство
Родителей не выбирают — так устроен мир.
Мать носила нас под сердцем, терпела боль, дарила жизнь.
Отец и мать первыми открыли нам свет, даже если были не идеальны, даже если ошибались.
В азербайджанском языке есть слово — халаллыг.
Оно несёт чистоту, честность, благодарность и благословение.
Когда мы относимся к родителям с халаллыг — признаём их труд, заботу и жизнь, — это как бумеранг:
добро и уважение, даже тихие, возвращают
"Истинное величие — не в том, чтобы покорить мир, а в том, чтобы обрести свой."
У каждого свой мир — свои амбиции, свои дороги, свои тихие спасения.
Кто-то строит башни, чтобы быть выше ветра, а кто-то ищет дерево, под которым можно просто посидеть и остаться живым.
каждого свой мир.
Кто-то строит мир из стекла и стали, подгоняя всё под ровные линии, чтобы ни одна трещина не напомнила о слабости.
Кто-то лепит из песка — легко, по-детски, зная, что прилив всё смоет, но всё равно
Зима в Баку не любила снег.
Она приходила с ветром с моря,
с прохладными утрами
и серыми, задумчивыми днями.
В одном из домов,
с балконом, выходящим к небу,
жила женщина.
Она любила тишину,
тёплый чай
и смотреть, как море меняет цвет.
В тот день она проснулась раньше обычного
и почувствовала —
что-то будет иначе.
Солнце вышло осторожно,
словно знало,
что её сердце устало.
Оно скользнуло по стенам домов,
заглянуло в окна
и коснулось её лица.
Женщина вышла на
С самого детства она жила среди полотен.
В доме бабушки стены были похожи на окна в другие миры — старинные репродукции висели на стенах, и каждый вечер, когда солнце уходило за сад, краски оживали, будто начинали дышать.
Она сидела напротив и рассматривала их часами: как свет ложится на воду у Моне, как ветер треплет платье девушки Вермеера, как в картине Айвазовского море не просто шумит — говорит.
Тогда она ещё не знала, что учится самому редкому искусству — видеть душой.
Позже,
Ей нужно было купить парфюм — подарок подруге детства, той самой, с которой они дружили с садика.
Она направилась в парфюмерный магазин, и каждый её шаг звучал как тихий ритуал: ожидание, лёгкая дрожь сердца и привычка выбирать с вниманием.
Между рядами стеклянных флаконов она закрыла глаза и слушала духи.
Каждый аромат шептал свою историю, но никакой не тронул её души: один был слишком громким, другой — сладким и пустым, третий — робким и исчезающим.
Даже самые яркие новинки не могли
"Музыка — это камертон нашей души, самый явный показатель нашего душевного состояния".
У каждой души есть музыка.
Не та, что звучит из колонок, и не та, что ловят уши.
Она живёт глубже — там, где сердце вспоминает себя настоящим.
Иногда эта музыка похожа на тишину раннего утра у моря.
Волны не торопятся, воздух пахнет солью и свободой,
и кажется, будто мир дышит вместе с тобой — медленно, бережно.
Иногда она звучит, как старый вальс из детства.
Чуть хриплый, с царапинами време
Вечер мягко укутал город тишиной.
Февраль уже на исходе — он словно прощается спокойным дыханием.
А сегодня была почти майская погода — тёплый воздух, светлое небо, и сердце вдруг поверило, что весна совсем рядом.
Ещё немного — и она войдёт в наши дни лёгким шагом
Пусть эта ночь будет мягкой.
Пусть февраль унесёт всё лишнее, а весна войдёт тихо и светло — с надеждой, с теплом, с лёгким трепетом в сердце
Весна идёт весне дорогу
"Материнские руки — это первый оазис безопасности, куда мы всегда можем вернуться."
"Мама — это тихий свет, который освещает даже самые тёмные моменты нашей жизни."
Сегодняшний день уже близился к концу.
Сумерки мягко спускались на землю, как тонкий голубовато-розовый платок — мои любимые оттенки неба перед ночью.
Поднялся ветер. Не злой, не тревожный — а живой. Он осторожно касался окон, перебирал ветви деревьев, словно листал чьи-то старые письма.
Я взяла книгу.
Села поудобнее.
Страницы тихо зашелестели в руках — как будто сами хотели быть прочитанными.
И всё же одним глазком я наблюдала за небом.
На тёмном фоне облака были особенно интересн
Девушка сидела у окна и любовалась необычным небом. Оно было словно разделено на две половины: слева тяжёлые тёмные тучи, а прямо над ней — мягкие белые облака. Она открыла окно и вдохнула прохладный, свежий воздух — лёгкий, приятный, как утренний бриз.
Смотря на облака, в памяти зазвучала детская песенка:
"Облака белогривые лошадки, что вы мчитесь без оглядки…"
И действительно, сегодня облака мчались без оглядки, словно белые пушистые пони, легко и свободно, не заботясь о том, чт
Москва. Пять лет спустя
Москва встретила их снежной тишиной. Они увидели друг друга случайно — как будто мир снова решил свести то, что когда-то разошлось.
— Айсу… — сказал он тогда, удивлённо и радостно.Мы опять встретились случайно
и опять экспромтом
мне надо в аэропорт
Ты здесь одна спросил настороженно Дениз
нет я с дочкой
Познакомишь меня
мне тоже нужно в аэропорт у меня рейс в 17.30
Это какая то мистика
Нам тоже нужно успеть именно в это
.jpg.317c5244d5f8b6a9df29db760f426232.jpg)
.jpeg.55924ab1935d9130c4412986c205951a.jpeg)