Dominika

ну знаете, когда он первый и все самое лучшее изначально было связазно именно с ним, то очень тяжело потом пересториться, переключиться. Я думаю, что в душе я всегда буду любить того Ровшана, которого встретила в первый раз.

Спасибо тем, кто попытался понять. Хотя все это порой у меня самой в голове не укладываеться. Я, чесное слово, не ожидала поддержки. Теперь мне еще и стыдно. К армянам не имею никакогот отношения. Кроме косвенного - психолог который со мной работал был армянин. Он и посоветовал излить свои негативные эмоции. А способ излить придумала я сама - на этом форуме. Так и появилось: "я - азербайджанская свинья". Еще раз простите. Теперь ужасно стыдно.

я не писала, ято азербайджанцы свиньи! НИКОГДА! я писала о том, что Я - АЗЕРБАЙДЖАНСКАЯ СВИНЬЯ. на то были свои причины. И потом, если я себя идентифицирую как азербайджанская свинья, то что в этом такого? Но за это (т.к. параллели можно было и стоило бы провести) я попросила прощения, надеясь на ваше снисхождение.

но я же любила. Любила и надеялась. А надежда, как известно умирает последней. Что злобные вы все здесь и какие-то подозрительные.

это точно, подальше от родствеников. Рош был хорошим парнем.

простите, нехотела никого обидеть или нипривежи боже - спровоцировать на что-то. Просто поделилась историей о своей не очень удачной жизни. Захотелось рассказать именно азербайджанцам. Просто хочу сказать, что вы все здесь такие возвышенные и утонченные, с устойчивыми моральными принципами, а ведь действительно бывают и такие. И знаете, я все еще его люблю!!! :( Вот в чем моя реальная проблема. Я бы пережила возможно все не так трагично, но я потеряла не только себя, но еще и моего родного Роша. :(

По национальности я – русская, но родилась и выросла в Баку. В смутное время начала 90-х с родителями переехала в Москву. Окончила школу и пошла учиться в институт. На втором курсе познакомилась с Ровшаном. Земляк, бакинец, привычный, любимый и дорогой сердцу «бакинский акцент». Прошлые обиды на азербайджанцев, их больное и резкое «сразу видно, что русская», косые колючие взгляды – все это мгновенно улетучилось. Нежный приятный, несколько жеманный голос и море солнца и страсти в глазах… Моя мать больше всего боялась именно этого, того, что я выйду замуж за «не русского», за азербайджанца… Так и случилось. По окончании второго курса – скромная студенческая свадьба с небольшим количеством родственников с моей стороны и общих знакомых-сокурсников… Родственников своего мужа я впервые встретила, когда пол года спустя они стали как воронье слетаться в снимаемую моими родителями (для нас с мужем) 2-х комнатную квартирку на ул. Вавилова. Сначала приехал дядя Роша. Я даже радовалась: первый родственник любимого мужа, который удостоил меня чести лицезреть его! Я бегала, суетилась: обедики, чаепития, была тихая и незаметная, когда Рош с дядей общались о чем-то своем на своем родном языке (азербайджанским я не владела, за исключением некоторых общих фраз и слов). Потом приехал родной брат дяди Роша. Дальше больше – поехали двоюродные братья, братья братьев, какие-то дальние родственники… Новый 1999 год мы встресали дружной азербайджанской семьей из 12 человек! Я, мой муж Ровшан и его родня, преимущественно мужского пола . С одним из родственников приехала жена, молодая женщина, но эта семейная в скором времени сняла отдельную квартиру. Мужская же половина родни Роша отселяться ни в какую не желала. Более того, они наглели не по дням, а по часам. Мне часто приходилось (во время ночных пьянок и дебошей) уходить к родителям ночевать. Иногда я не могла вернуться в свой «семейный» очаг по нескольку дней. Вся моя семейная жизнь трещала по швам… Ровшан отдалялся от меня, мы часто сорились он был постоянно мной недоволен. Не клеилось. А я винила себя и… своих родителей… Родителей за то, что они не купили нам с Ровшаном отдельную квартиру. Я полагала, что будь у нас отдельное жилье все было бы иначе. Тем более что Рош постоянно об этом говорил. Он говорил, что это жилье временное и как разница сколько человек живет в снимаемой квартире… другое дело своя уютная и только наша квартира… Я стала давить на родителей, устраивать скандалы, говорить о том, что они не желают мне счастья и в итоге добилась отдельной квартиры в подмосковных Химках. Снова 2-х комнатная квартира в новом кирпичном доме, уютная и просторная и только наша – моя и Роша. Все еще трепетно любимого Роша. Только жизнь слаще не стала. Не буду писать о том, что было после нашего переезда в собственное жилье, но лучше не стало… стало еще хуже и сложнее. С Рошем что-то творилось. Он постоянно куда-то уезжал на длительное время. Обещавшие навестить (по его словам) его родители никак не презжали. Зато продолжали наведываться бесконечные дяди и братья. Они больше не жили с нами, но регулярно приезжали и иногда оставались на сутки или двое. Появлялись новые – толи тоже родственники, толи просто знакомые. Лето 2001 года. Я уже не женщина, я – половая тряпка об которую мой муж вытирает каждодневно ноги. Он бьет меня, плюет на меня и пинает. Мое положение в доме – хуже неугодного хозяинам пса. Я чувствую, что не нужна Ровшану, что мешаю ему. Я больше так не могу. Я сказала Ровшану о разводе… очередная порция побоев и… подвал. Он запер меня в подвале одного из домов, снимаемых его родственниками. Не хочу писать о своих побоях, унижениях и том, что надо мной вытворяли его юные племянники и кузены… Меня нашли обезумевшие от горя родители. Тогда я была ничему не рада. Не рада свежему воздуху, солнцу, радостному крику матери, ее слезам, тревожному и нежному взгляду отца… Я была унижена и измучена. Я была раздавлена. Тогда я хотела одного – умереть. Потом уже, спустя много недель после реабилитации, я узнала, что за период моего «заточения» Ровшан продал квартиру и уехал, предположительно на родину – в Азербайджан. Уехал, не окончив институт. Выяснилось, что он торговал наркотиками и был соучастником нескольких бандитских набегов на своих же земляков. В связи с чем у него и многих его родственников возникли проблемы в их бандитской среде, а также с правоохранительными органами. Его немыслимое количество родственников расползлось как тараканье, кого-то нашли, но опустили, как всегда за неимением докозательств. Я стала искать. Я стала отчаянно искать других таких же женщин попавших в аналогичную ситуацию. И я их нашла. Некоторые все еще находятся на пороге жизни и полной апатии к происходящему. Но есть и такие, которые «ушли» в отчаяние и горе потеряв рассудок, и те, которые «ушли насовсем », которых не нашли и уже врядли найдут. Есть озлобленные и жаждящие мести. Большая часть, как и я, постепенно возвращаются к жизни.. Да, я несмотря ни на что «возвращаюсь», с болью, с оглядками на прошлое, к жизни, которую дважды пытались исковеркать представители одного и того же народа. Первый раз – озлобленные соседи, одноклассники и просто знакомые бакинцы-азербайджанцы в «смутное время» в Баку и второй раз мой бывший муж – азербайджанец Ровшан… :(