Chief Wiggum

Флуд конечно, но хочется ответить: Фло - Читал ли я Кортасара и люблю ли я его так как его любишь ты? Читал конечно, признаю его гений не более того. С тобой такое бывает? Фея - непринужденность героя говоришь? Скорее тебе понравилась его настойчивость - ведь так? Это отсылает меня к давнешнему спору с моим хорошим знакомым. Он утверждал что девушке по душе подчинение. Его коронные фразы: Союз равнозначных невозможен. На моё "Старайся стать ей другом" он возражал "Старайся стать ей "папой"". Надо ли говорить что он всегда "опережал" меня в этом вопросе. Твоя реплика - еще одно доказательство что он был прав, сюдя по всему. Сейчас он в Лондоне, официантом. Жалеееет - страшно....!!

С удовольствием проголосовал бы но не знаю куда отнести то чё я слушаю - вообще то это брит поп и электрогранж. Но сейчас потянула на электро изи листнинг. Короче вот мой хит парад на данную минуту. (не в порядке старшенства) 1. Moby. In this world (если б была голосовалка на клипы - отдал бы кафкианскому клипу предпочтение). 2. гараж-ремикс на Round and Round - Sugarbabes 3. Shirley Bassey + The away team (по-моему)- Where do i begin 4. ну и Little by little - Oasis Кстати если знаете где их скачать - дайте пожалуста знать Плюс почему бы вам не затеять голосовалку на клипы: Мой голос сразу же можете зачислить клипу Романа Копполы - на Revolution 909 - Duft Punk - Клип - манифест покаления 90s.

Уважаемые знатоки! Сегодня утром вышел из дому - посмотрел на небо и вдруг представил что облака рассеиваются и из-под них на фоне голубого неба вдруг появляются большие желтые буквы "The Simpsons" - аля заставка к сериалу. Добрался до оффиса - и на меня с подаренного одним хорошим другом постера смотрят все 500 основных действующих лиц из Симпсонов. (боже 500 действующих лиц - этож больше чем в Войне и Мир.) Культурологическое значение Симпсонов как явления в масс-сознании золотого милиарда конца 20-го века трудно переоценить - но именно этим я занимаюсь последние 6 лет.)))))))))) А теперь - внимание вопрос (удар гонга): Нужна помощь!!! Не подскажите откуда можно достать саундтреки к Симпсонам или хотя бы имена исполнителей и песен в: - серии, где Лиза обнаруживает что Пол и Линда Маккартни на самом деле живут в оранжерее за домиком Апу - Что за песню поет Маккартни под занавес серии - В той серии где Гомер ищет свою родственную душу при помощи койота, говорящего голосом Кери Гранда, - что за песня (и кто её поёт) - там девушка в стиле кантри - но не знаю кто именно - в этой же серии, под конец - разбивается корабль с шортами - и все радосно поют песню, что то в духе - "Who wear shorts, shorts? We wear shorts, shorts". Блин, вообще есть шанс достать эту вещь. И на последок, цитата: У Гомера спрашивают: - Сформулируйте три основопологающих принципа вашей жизни Гомер: Ммммммм....., зачит так: - Читай телепрограмму - Рисуй в телепрограмме - И каждую неделю покупай новую телепрограмму.

Балашка, тысячу поэтов за тысячу лет не опишут и тысячной доли мего респекта тебе )))))))) Сайка, ты не читала Саган? Чтож, это разочарование № 9, но я все равно буду голосовать за тебя на соседней ветке "Лучший писатель 20-го века"))))))))) Пацан, "Брамс....." это сиквел, а приквел читай у Сайки, все встанет на место. Ну и Постмену надо кое что написать, мммммммм.......... как на счет: Oh yes, wait just a minute Mister Postman Wait, wait wait wait mister postman Mister postman look and see oh yeah If there's a letter in the bag for me Oh please mister pououououstman и так далее (Beatles)

А ЛЮБИШЬ ЛИ ТЫ БРАМСА, ДУДУШ? Тот бярдинский поселок, в котором он проходил свою службу, напоминал его собственное село, которое находилось сейчас за 200 км отсюда. Все здесь казалось ему до боли родным и он был несказанно рад этому. Он конечно жаловался своему дяде, который нет нет да и навещал его время от времени, ворчал что отцу было как нечего делать устроить сына поближе, но ему таки захотелось забросить его в эту "глухомань" - но то была игра - ему здесь было не так уж плохо. С ребятами отношения наладились быстро, а командиры в конечном итоге во всем шли на встречу солдатам, сохраняя при этом все же суровые казарменные рожи. Развлечений было конечно мало, единственное что приносило ему удовольствие - это раз в три недели наведываться в сельскую парикхмахерскую. Еще с гражданки, прическа имела для него решающее значение. Он был всегда отменно пострижен, даже тут ему удавалось не опускать планку, чему дивились все сослуживцы. Парикхмахерская и казарма находились по соседству, на окраине городка, среди полей, лесов и садов, а за ними виднелся герб Советского Азербайджана на старинном здании школы. Парикхмахерской ведали две очаровашки - давнешние подруги К. и З. Обе выпускницы Стенфордской школы визажисток, а З еще успела и постажироваться в сети Видала Сасуна. Хотя они были ровесницы, К казалась гораздо моложе З. Неоформившиеся черты лица, беспорядочный смех, глуповатые шуточки и увлеченнось Кортасаром выдавали в К простушку. З напротив была почти совершенна, самодостаточна, у нее явно был вкус, при этом они прекрасно ладили и были хорошими друзьями. У них была разная клиетура - К обслуживала студентов, мелких ремеслинеков и банковских клерков, З стригла самого Шякяря Щукуровича, его молодого брата (да продлиться благоденствие его), менеджеров высшего порядка и околомедийную тусовку. Само собой разумеется ему сразу захотелось стричься у З, и само собой разумеется он, конечно же, стригся у К, которая из кожи вон лезла чтобы угодить ему, и ему не в чем было упрекнуть ее, но все же он не переставал мечтать о З. Он каждый раз приходил сюда, усаживался в кресло к К, обменивался с ней парочкой шуток, от которых она долго хохотала, а сам украдкой через отражение в огромном зеркале следил за З, за движением ее рук, которые творили чудеса с волосами очередного счастливчика. Каждый вечер после отбоя он думал исключительно о З. Но нет, она была слишком недоступна: он был слишком прост, а она была слишком шикарна для него. Эта истина казалась ему столь очевидной, что он был уверен З даже не позволит ему сесть за ее кресло, не то что согласиться постричь. Служба текла своим чередом. Был теплый июльский вечер, из каптерки доносились крики пьяных офицеров в перемешку с джинглами из последнего альбома Radioheаd, чрезвычайно популярного на тот момент в Бярде. Сразу после отбоя, он уже приготовился отдасться дурманящим грезам, представляя как он сидит в кресле у З., как заливаясь смехом, вызванным его очередной удачной шуткой, она завязывает у него за шеей парикхмахерскую простыню и готовиться к стрижке, как вдруг его полусонного стал тормощить дневальный. Слова дневального взорвались бомбой посреди этой идилии. Брат Шякяря Щукуровича открывает новый дом быта в райцентре и увозит З в тамошную цирюльню. В соседской парикмахерской она отныне не будет работать. Прошла неделя. Ранним вечером он стучится в дверь дома, который З снимает в райцентре. З вышла на крыльцо. В руках у нее был толстый глянцевитый журнал причесок -- она только что его читала. -- Ты? -- сказала она. Она очень удивилась, увидев его на пороге. -- Можешь пойти со мной погулять? -- спросил он. Человек он был застенчивый, даже с К стеснялся. Он старался скрыть застенчивость, разговаривая рассеянно, небрежно, как будто его мысли были заняты чем-то совсем другим, далеким. -- Погулять? -- спросила она. -- Шаг за шагом, по лескам, по мосткам, -- сказал он. -- Я не знала, что ты в городе, -- Только что приехал. -- Ты, как видно, все еще в армии, -- сказала она. -- Семь месяцев осталось, -- сказал он. Форма на нем была измята, керзы в пыли. Он протянул руку за журналом. -- Дай-ка взглянуть. Красивый журнальчик, -- сказал он. Она отдала ему журнал. -- Я тут стрегу только на заказы, -- сказала она. -- Знаю, -- сказал он. -- Пойдем погуляем. -- Но я ужасно занята, -- сказала она. -- У меня скоро клиент! -- А мы погуляем, -- сказал он, -- и тебе придут новые идеи. Сделаешь из него мачо -- Он перелистал журнал: -- Вот такого как этот, и этот, и этот. -- Это будет мой подарок Щюкуричу, -- -- Откуда ты знаешь? -- спросила З. -- Я подсмотрел твое расписание, -- сказал он. -- Он тебе понравится! -- Возможно, -- сказал он. -- А ты... А ты можешь приехать на гранд опенинг? -- Вот это сомнительно, -- сказал он. -- У тебя отпуск короткий, да? -- Отпуск? -- А я не в отпуске, -- сказал он. -- Как? -- Сам ушел, -- сказал он. -- У них это называется "самоволка". -- Скажи мне чего ты хочешь? -- Хочу чтоб ты постригла меня, -- сказал он. -- Ах, ты меня дурачишь, ты вовсе не ушел в самоволку! -- сказала она. Он потихоньку засвистел, подражая полицейской сирене, и поднял брови. -- Ты... ты откуда ушел? -- Из части, -- сказал он. -- Да как же ты сюда добрался? Он поднял большой палец, помахал им, как машут, прося подвезти. -- За два дня, -- объяснил он. -- Дядя знает? -- спросила З. -- Я вовсе не к дяде приехал, -- объяснил он. -- А к кому же? -- К тебе. -- Почему ко мне? -- спросила она. -- Потому что я очень очень хочу чтоб ты меня постригла, -- сказал он. -- Ну как, пойдем погулять? Шаг за шагом, по лескам, по мосткам... Они шли лесом, по земле, устланной пожелтевшими листьями. З сердилась, она расстроилась почти до слез. -- Слушай, -- сказала она, -- что за сумасшествие! -- Это почему же? -- спросил он. -- Ну как же не сумасшествие: выбрал такое время раасказать мне о своем желании -- Она остановилась. -- Раньше ты никогда не говорил... -- Пошли дальше, -- сказал он. -- Нет, -- сказала она. -- Дальше не пойду. И вообще не надо было мне с тобой идти. -- Но ты же пошла, -- сказал он. -- Пришлось увести тебя из нашего дома, вдруг кто-нибудь вошел бы и услышал, что ты мне говоришь за неделю до гранд опенинга! -- А что они подумали бы? -- спросил он. -- Подумали бы, что ты сошел с ума. -- А почему? -- Должна тебе сказать, что я глубоко польщена, если ради меня ты действительно пошел на такое безумие, хотя я не очень-то верю, что ты в самоволке, но все может быть. И я не очень-то верю, что ты хочешь чтоб я постригла тебя, но может быть... -- Хочу, -- сказал он. -- Прекрасно, я чрезвычайно польщена, -- сказала З, -- и я очень очень хочу стричь тебя, очень, но уже поздно, ничего не поделаешь! Ты еще найдешь себе отличную парикмахершу. -- Она отступила на шаг от него: -- Ты ведь ни разу в жизни даже не попросил меня! -- сказала она и тут же закрыла лицо руками. -- Нет, я вовсе не говорю, что ты сейчас должен попросить. Все это до того неожиданно, я просто не знаю, как мне поступить. -- Давай еще погуляем, -- сказал он. -- Все-таки развлечение. Они пошли дальше. -- Ты чего же от меня ждал? -- спросила она. -- Почем я знал, что мне ждать? -- сказал он. -- Я ведь еще никогда таких вещей не делал. -- Может быть, ты думал, что я брошусь к тебе в объятия? -- спросила она. -- Может быть, -- сказал он. -- Прости, что я тебя разочаровала, -- сказала она. -- А я ничуть не разочарован, -- сказал он. -- Я же ни на что не рассчитывал. Все хорошо, и погулять приятно. З вдруг остановилась. -- Знаешь, что сейчас будет? -- сказала она. -- Не-еет, . -- Мы пожмем друг другу руки и расстанемся друзьями, -- сказала она. -- Вот что сейчас будет. Он кивнул. -- Ладно, -- сказал он. -- Ты меня хоть изредка вспоминай. Вспоминай, как крепко я тебя ...... И тут З вдруг расплакалась. -- Что это значит? -- спросил он. -- То, что я в бешенстве, -- сказала З. -- Ты не имел никакого права... -- Надо же мне было узнать, -- сказал он. -- Если бы я хотела бы хоть чуточку постричь тебя, -- сказала З, я тебе давно дала бы понять. -- Правда? -- спросил он. -- Да, -- сказала она. Повернувшись к нему, она посмотрела ему в глаза, лицо ее вспыхнуло румянцем. -- Ты бы сам понял, -- добавила она. -- Как? -- спросил он. -- Сам увидел бы, -- сказала З. -- Женщины не очень-то умеют скрывать. Он всмотрелся в лицо З. И, к ее ужасу, она поняла, что сказала правду -- женщина-парикхмахер скрывать желание постричь не умеет, и теперь он увидел это желание И он сделал то, что должен был сделать: он поцеловал З. -- С тобой просто сладу нет, -- сказала она. -- Вот как? -- сказал он. -- Не надо было... -- сказала она. -- Тебе не понравилось? -- спросил он. -- А чего ты ждал? -- сказала она. -- Дикой, неукротимой страсти? -- Я же тебе повторяю, -- сказал он, -- я никогда не знаю, что может случиться. -- Попрощаемся, и все, -- сказала она. Он нахмурился. -- Хорошо, -- сказал он. Она снова произнесла небольшую речь. -- Я ничуть не жалею, что мы с тобой поцеловались. Это было очень-очень мило. Нельзя было не поцеловаться, мы же стояли так близко. И я всегда буду помнить тебя, и желаю тебе хороших причесок в будушем. -- И тебе, -- сказал он. -- Благодарю тебя, -- сказала З. -- Тридцать суток, -- Что? -- сказала она. -- Тридцать суток на гауптвахте, -- сказал он. -- Вот во сколько мне обойдется эта "попытка - не пытка". --. Мне... мне очень жаль, -- сказала она. -- Но я тебя не просила идти в самоволку. -- Знаю, -- сказал он. -- И вовсе ты не герой, -- сказала она, -- и никакой награды не заслужил: наделал глупостей, тоже мне герой! -- Наверно, приятно быть героем, -- сказал он. -- А твой Щюкурыч -- герой? -- Мог бы стать героем, если бы пришлось?-- Она с неудовольствием поняла, что они уже снова идут по лесу, забыв о прощании. -- Ты когда стрежешь его действительно стрежешь от души? -- спросил он. Конечно! -- с жаром выпалила она. -- разве я делала бы это, если б не от души? -- А что в нем хорошего? -- спросил он. З остановилась. -- Ты понимаешь, до чего отвратительно ты себя ведешь? -- сказала она. -- Да, в нем много, много, много хорошего! И, наверно, много плохого. Но это не твое дело! Я сейчас занимаюсь его прической и не обязана обсуждать с тобой его достоинства. -- Прости, -- сказал он. -- Странно, честное слово! -- сказала З. И он опять поцеловал ее. Он поцеловал ее, потому что ей явно этого хотелось. Они зашли в огромный фруктовый сад. -- Как же мы оказались так далеко от дома? -- спросила З. -- Шаг за шагом, по лескам, по мосткам, -- сказал он. -- Но мне же пора домой! -- сказала она. Они сели на скошенную траву. Пчелы гудели в ветвях, и З чуть не заснула. Открыв глаза, она увидела, что он и в самом деле заснул. Он даже начал тихонько похрапывать. Целый час она не будила его, и пока тот спал, она смотрела на него с глубочайшим обожанием. Тени от яблони пошли к востоку. Завела песенку синичка. Где-то далеко зажужжал стартер машины, зажужжал и умолк, снова зажужжал и, умолкая, совсем затих. З встала из-под своего дерева и опустилась на колени перед ним. -- Ей! -- позвала она. -- А? -- сказал он и открыл глаза. -- Поздно! -- сказала она. -- Привет, З! -- сказал он. -- Привет! -- ответила она. -- Я действительно хочу этого! -- сказал он. -- Знаю, -- сказала она. -- Слишком поздно? -- сказал он. -- Слишком поздно, -- повторила она. Он встал, крякнул, потянулся. -- Очень славная прогулка, -- сказал он. -- По-моему, тоже, -- сказала она. -- Что ж, расстанемся тут? -- сказал он. -- А куда денешься ты? -- спросила она. -- Доберусь до города, явлюсь начальству, -- сказал он. -- Всего хорошего! -- сказала она. -- И тебе тоже, -- сказал он. -- Ты сделаешь мне укладку, З? -- Нет, -- сказала она. Он улыбнулся, пристально посмотрел на нее и быстро пошел прочь. З следила, как он становится все меньше и меньше, теряясь в длинной череде теней и деревьев, и знала, что стоит ему сейчас остановиться, обернуться, позвать ее -- и она бросится к нему. Другого выхода у нее не будет. И он остановился. Он обернулся. Он позвал ее. -- З....! -- крикнул он. Она бросилась к нему, обхватила его руками. Говорить она не могла.

Хируки Мураками Патрик Зюскинд Барт Бартельми Маклюен ну и конечно Райс и Траут (куда ж без них)