The Watcher

Лана, значит нам надо махать активнее, чтобы он отмахиваться не успевал Нас, все же, больше...

Значит, Вас зовут Сергеем (подсмотрел в пост Ланы) Аккуратненько складываю все Ваши посты в меморизы. А кое-что уже знаю наизусть. Вы печататься не пробовали?... Нужно же нести культуру в массы!... Когда-то потребуется смена всем Шевчукам и Гребенщиковым... И что-то мне подсказывает, что смена будет достойной. Творческих успехов Вам всегда. Неиссякаемого вдохновения.

>стой! а мне дверь открыть.... Для Вас мои двери всегда открыты

Я же обещал Фее молчать в темах Ненси... (закрывая себе рот ладонью, невнятно) ....Мммммм мм мммммм мммм.... тьфу В другой теме авоськи Ваши. Приходите. Все, ушел.

Не теряйте свою роль Избавительницы страждущих от Немудрого Зла Я скоро найду себе новую жертву Это мое, так сказать, произведение, написано довольно давно. Что вдохновило?... Туман и романтические настроения того периода, наверное... Я уже плохо помню. А после "Ответа Смотрителям" я бы свой пост отсюда и вовсе удалил

Галантный, да не Ваш Уж простите Ради Вашего спокойствия я больше не буду постить комменты на темах Ненси Если хотите, я даже читать их не стану - с меня не убудет, и тем не менее, останусь при своем мнении, кое вам уже хорошо известно.

>И стоя в стороне , он , как обычно, умно глуп... Это не про Ад... Это про форум А если серьезно... Жму руку, Заратустра.

(галантно открыв дверь, пропуская вперед себя Фею) Только после Вас Не споткнитесь о ступени.

Туман сошёл, облизав верхушки зданий, столь одиноко стоящие, продырявившие бледно-желтоватое небо, и теперь обозревающие мелких людишек, внизу копошащихся в мелких рутинных делах, целиком их поглотивших. Безмолвно взирают, лишь покачиваясь под яростным натиском весеннего ветра, сильного, полного свежих сил, он бьётся о стеклянные стены, расчерченные сталью. Туман сошёл и тяжёлой ношей устало лёг на улицы, прикоснувшись щекой к шероховатым улицам. Город замирает, постепенно спадает ритм его сердца. Когда проходят люди, туман расступается, шёлковой дорожкой прокладывая им пушистый путь, касающийся ног. Можно пинать его, туман, будто листья осенью, так славно разлетается он, во все стороны, будто живой. Остановись, посмотри. Просто остановись, пни ногой туман, он поднимается, возьми его в руку, слепи комочек, брось в меня. Давай играть. Ведь это всё здесь, придумано для нас, только для нас. Никто не посмеет наш разорвать союз. Убежим. В долины, где по ночам густой туман сползает вниз. Пей его. Смотри, он покрывает твои нежные руки, пальцы пронзают его насквозь, он недолговечен, но нежен. А когда с утра восходит солнце, теребя разметавшиеся его кусочки, в поисках укрытия разлетающиеся, он золотистый, искрится он на солнце. Значит, новый день.

Ненси! Это снова я, и угадайте, что сейчас скажу... Хотя, думаю, Вы в курсе...

Админ, что за фигня?.. почему посты не отправляются с первого раза, а отображаются после пяти обновлений?? задолбался перепечатывать.

Остров, мне мой пост безнадежным не кажется Отнюдь... Да и депрессивных мыслей я стараюсь не печатать, чтобы самому в них не начать верить невзначай, приняв за единственно верные.

Остров, слова Надежды для Вас ничего не значат? Как Вы живете тогда? Пост отнюдь не безнадежный Не знаю, почему он показался таким...

Островок, хороший у него аватар Не забудьте стих прочесть... Заратустра, появляйтесь чаще

(перечитав свой пост)....Где Вы видите безнадежность?...

Брателло, цепляет... В свете того, что ты вывесил фотографию, хочу спросить - тебе ник "Антифриз" ни о чем не говорит?

Простите, Дождик, оно уже было на аватаре. Сейчас могу разве только подмигнуть левым глазом)

Проходят дни, листочками наискось пролетая, шелестя блокнот. Там — записи. Все самые сокровенные записи этих дней. Город нуар, по которому мы бодро шагаем, веселится и печалиться совсем не желает. Краска облуплена, люди вокруг, яркие красные огоньки призывно зовут внутрь. Там стаканы друг с другом чокаются, там люди смеются, за столиками сидя. Мы — снаружи, мы как будто тени их, незаметны, крадёмся по краю, у стен, увитых плющом, докуривая последнюю сигарету. Разговоры, разговоры, есть многое, что сказать хотел бы я. Не успел, не смог. В надежде на потом, которого может и не быть. Нет, всё же будет. Ритмы рэгги наполнят энергией и душу и тело. Да, всё будет. Нет. Всё будет хорошо. Каток, полный призраков, парящих надо льдом в ночи, под ярким светом слепящих ламп, чуть вспорхнув от земли, удаляются. По кругу, снова начинается всё сначала. Призраки ночи... Пустые улицы, никого, никого. Томное кафе, кажется, я уже здесь был. Ручка поворачивается. Мыслеход нарушается. Я вспомнил — был. Ощущение метала, полированного тысячью рук. Гладкая матовая поверхность. Внутри приглушен свет. Стойка у бара. Подают кофе. О чём-то говорим. О нефти, кажется. Обо всём. Странно. Часы бьют полночь, далеко отсюда, на холоде стоя, обозревая город. Ночь, вагон, пустой почти, мчится сквозь тёмные туннели, сжимаясь от страха. Мало пространства, дышать нечем. А внутри... там всё иначе. Расположившись на сиденьях, сидим мы, глаза в глаза. Моя станция раньше. Я выхожу и смотрю вслед уходящему поезду. Он снова мчится сквозь туннель. Звонки из телефонов автоматов. Раз. Второй. Слышу дыхание. «Почему молчишь?» Трубка отзывается свистом ветра и лёгким дыханием. На том конце кладут трубку. Снова звонок. Новый телефон. Снова дыхание. Снова гудки. Короткие гудки. С минуту стою так. Звоню на тот номер. Телефон-автомат. Назад позвонить невозможно. “You can't make a call to the prepaid phones. This is a recording...”.

Закрываешь глаза и перед тобой сменяются картинки, одна за одной по касательной летят справа налево. Цветные они, картинки. На них нарисована от руки моя жизнь. Моя жизнь такой, как я её сам себе нарисовал. И картинки начинают движение, если я закрываю глаза. Одна чёрно-белая. Выхватываю её, смотрю. Моя жизнь, как я её вижу в настоящий момент. Прошлое цветное, будущее окрашено в пастельные тона, но всё же цветные тона. А настоящее — чёрно-белое. Открываю глаза. Я в комнате, распахнутое окно, морозный ветер. Шелест бумаги — ветер разметал мои картинки по комнате, они кружат и падают на пол, переворачиваясь цветами вниз. Белые рваные узоры остаются на полу, покрытые изрисованными с другой стороны небольшими листочками плотной бумаги. И она совсем рядом, смотрит на меня и улыбается. Даже в темноте, в которую погружена комната, лишённая источника света, чётко вижу её глаза. Её силуэт становится ближе, и губы её прикасаются к моим... К рассвету всё пропадает. Я прихожу на её занятия. Она приходит ко мне ночью. Никто не должен знать что мы вместе. Никто и не знает. Я тенью стою у порога аудитории, поглядывая на неё со спины. Она чувствует что я где-то рядом, но не видит. И улыбается от этого чувства... Ко мне же она приходит ночью, когда в доме уже погашен свет. Иногда мы молчим, иногда — делимся происшествиями. Она может скучать у меня на плече, а я могу просто лежать, раскинув в стороны руки, вдыхая запах её кожи. День за днём проходят недели. Я закрываю глаза и вновь вижу картинки. Выхватывая своё настоящее, я замечаю, как на нём медленно проявляется краска. Каждый день я выхватываю картинку моего настоящего, краска на картинке становится насыщенней, а линии — плавней. Надо только дождаться того дня...

>Я пребываю в таком странном состоянии, пофигистическом, что ли... Абстрагируешься от серой действительности? как сказал, а... Пошли, пошли уже воевать! (уходит строевым шагом с клавиатурой на плече)

На том и порешим

Автобиографическое хорошо описывает, собака... И "Самая красивая женщина в городе" - что запомнилось из последнего прочитанного. Вот тут ведь тоже можно с пеной у рта спорить, искусство или нет...

А 2222 километра - не такое уж большое расстояние Можно улыбаться еще дальше

Феникс, наверное, каждый сам определяет, _что_ для него является чудом

Народ, а как вам Чарльз Буковски?