Да уж, настроение ни к черту. Чем бы заняться? Поиграть? Неее... я лучше посмотрю, что сегодня по программе. О, по РТР "Бои Гладиаторов"! Вот кайф я и забыл что сегодня вторник, так вторник!? Вот тебе на сегодня же идти на семейное мероприятие, у соседей день рождения, понимаешь ли.
- Мам, может я не пойду?
- Пойдешь, куда денешься.
- Мам давай я с Эльчином дома посижу. - Эльчин, мой брат вечная головная боль, хотя вроде бы понимать уже должен, все-таки шесть лет мальчику.
- Нет, пойдете с нами. Там все будут с детьми, может друзей, наконец-то найдете. Да и Тома вас давно не видела, обрадуется.
- А, по-моему, ей все равно. Да и где ты видела, что бы друзей находили на вечере у родителей. - Все, мама начинает раздражаться.
- Пойдете и все. Это мое последнее слово. Всегда вы меня перед выходом расстраиваете. Хоть бы раз приятное, что нибудь сделали.
Ну, вот идем через двор. Боже как я его ненавижу, понаехали, из старых ребят раз два и обчелся, и то все какая то чушкарня. Дверь открывает тетя Тома, вся из себя, аж тошно.
- Здравствуйте мои дорогие! - смачно целует всех, в том числе меня. Я, пытаясь мило улыбаться.
- Тетя Тома с днем рождения! Это вам - отдаю заранее заготовленный подарок мамы, мыло полотенце и скатерть.
- Ах ты мой дорогой. Настоящий джентльмен растет. - Чмокает меня еже раз, порядочно измазав мое лицо помадой. Мама довольна, что ничего не пробубнил, а я уже еле еле сдерживаюсь. Быстро вытираю рукой помаду.
- Тетя Тома а где Заур с Эльнуром? - Зауру 12 лет, мой ровесник, а Эльнуру столько же, сколько и Эльчину, который жмется позади, усердно избавляясь от проклятой помады.
- А они в детской играют с Леной и Фирузой. Идите к ним. Скоро будете кушать, я сегодня столько вкусненького наготовила.
Проходим в детскую. Стол накрыт только для детей, взрослые будут праздновать в гостиной. Ну и слава богу.
- Привет всем. Заур врубай телевизор, там "Гладиаторы! уже пять минут идут! - с ходу декламирую я.
- Привет. Сейчас включу. - И попутно, обращаясь почему-то к столу, говорит - Лена вылазь мы больше не играем. Сейчас будем кушать. Слышишь?
Из-под стола вылезает ангел. Я в ступоре. Тут же садится на колени какой то девочке, наверное, лед шестнадцати.
- Фира я больше не буду играть с Зауром. Он нехороший.
Так все понятно Фира это Фируза старшая сестра ангела.
- Леночка не хочешь, не играй. Иди лучше посмотри телевизор.
Леночка, быстро чмокнув сестру, сползла под стол и вылезла с другой стороны устроилась на полу перед телевизором. Я подсаживаюсь к ней.
- Привет Ангел!
- Я не ангел, я - Лена. А ты?
- Я, Мика.
- Такого имени не бывает.
- Бывает просто очень редко. Тебе сколько лет?
- Мне пять. А тебе?
- Ой, я уже совсем старый. Мне 12 лет
- Нет, ты не старый, а вот Фира старая - ей уже семнадцать.
Фируза качает указательным пальцем, при этом цокает как кобыла.
Леночка действительно оказалась ангелом, именно таким, каким я всегда себе представлял, маленькая, хрупкая с голубыми глазами, эдакий купидончик без крыльев и нимба. В общем, мы подружились и было плевать, что я пропустил финал моей любимой теле игры. Потом Ленка стала показывать свою сумочку, одновременно комментируя каждую вещь. Вытащила расческу и резинки для волос.
- Расчеши мне волосы.
Я расплел косичку и долго возился с ее длинными, по пояс, русыми волосами, такими легкими как пух. Потом мы сели за стол. Ангелочек сидел у меня на коленях, и мы ели из одной тарелки. Готовить тетя Тома умеет, хотя я все сладкие кусочки отдавал Леночке, но это было так приятно.
Потом, наклонившись к уху, она сказала:
- Я хочу пи-пи.
- Пошли я тебе покажу где туалет.
Мы дошли до туалета она вошла сняла штанишки и попросила помочь ей сесть.
- Держи меня а то я упаду.
Кто-то дернул за ручку двери с другой стороны.
Я держал ее за руку пока она не закончила. Помог ей слезть, мы зашли в ванную и помыли руки. Когда выходили в коридоре стояла Фируза.
- Что вы ТАМ делали? - противным голосом спрашивает она.
- Мика показал мне где туалет. - Наивным голосом отвечает за нас Лена.
- А что, Мике было обязательно заходить?
Этот вопрос мне очень не понравился, особенно тон которым он был занят, хотя я еще ничего не понимал.
- Он помог мне сесть. - В голосе Леночки появлялись истерические нотки, как будто она сейчас заплачет.
Я ни говоря, ни слова прошел в детскую где уже был чай с тортом. Следом за мной вошла Ленка и опять уселась мне на колени. Фируза не зашла за нами и мне, честно говоря, было плевать где она. Тем более что мы снова стали вместе болтать и пить чай из блюдца, в котором я остужал его для ангелочка. Потом зашла Фира и тоном не терпящем возражений сказала:
- Лена сядь ко мне! - и, обращаясь ко мне - А тебя зовет твоя мама.
Я вышел из комнаты. Мама уже стояла в коридоре, у нее было серьезное лицо, такое, каким оно бывает когда я что-то натворю.
- Иди за мной.
Мы вышли на балкон и мама прикрыла дверь. Видимо она не знала как начать, поэтому начала сразу:
- Ты ходил вместе с Леной в туалет?
- Да.
- Зачем?
- Она хотела.
- Теперь подумай и ответь, только честно. Ты ее трогал?
- Мама я не понял...
- Ты трогал Лену когда вы были в туалете?
- Да. Я держал ее чтобы она не упала.
- И больше ничего не было?
- А что должно было быть?
- Честно?
- Да.
И тут мне стало противно... так противно мне не было никогда, за все мою короткую жизнь. Ком подкатил к горлу. Я его сглотнул и хриплым голосом сказал.
- Мам дай мне ключи, я не хочу здесь больше оставаться.
Мама обняла меня, дала ключи и сказала.
- Иди домой, мы придем чуть позже.
Я не помню как добежал до дома. Как открыл дверь. Я только помню что с разбега прыгнул на свою кровать и начал плакать... Боже мой как же я рыдал я дергался и всхлипывал. Меня душила бессильная злоба. Я наконец-то все вспомнил и понял. Понял почему Заур вышел вслед за нами. Понял почему он стал дергать дверь туалета. Понял кто сказал Фирузе что мы с Леной в туалете. Но я не мог понять что может делать двенадцати летний мальчик с пяти летней девочкой в туалете, в доме в котором больше двадцати человек народу...
Я больше не видел ни Лену, ни Фирузу. Я прекратил общаться с Зауром и перестал ходить к ним, тем более что через два года они уехали в Израиль. А ангелочков я вижу по сей день, но теперь я перерос всех кто что-либо может подумать про меня. Мне просто стало на них плевать.
