gusigusiarmy

Шушинцы и бывавшие в Шуше люди! Узнали свою улицу, дом или памятные места напишите! Поделитесь своими мыслями и воспоминаниями о Шуше и Карабахе! Может у Вас есть свои фото, закачайте пожалуйста в эту тему.

Шуша - город мертвых Шуша, когда-то столица и культурный центр Карабаха и Азербайджана, сейчас уже совершенно нематериальна. Этот некогда семидесятитысячный город с богатой культурой сейчас в плачевном состоянии. В 1992 армяне изгнали азербайджанцев. Сейчас в Шуше 3 тысячи жителей. Город завис в облаках над двухкилометровой пропастью, в почти перманентном тумане виднеются руины когда-то роскошных особняков, мечетей, советских хрущевок, среди которых, как тени, перемещаются редкие фигуры людей. ПОСМОТРИТЕ НА ФОТО! МОЖЕТ ВСПОМНИТЕ СВОЙ ДОМ ИЛИ УЛИЦУ! http://' target="_blank">

<H1 class=largetext>AZDIASPORA - Движение Свободный Азербайджан</H1><H2 class=normaltext>Многонациональный Азербайджан => Настоящие сыны Азербайджана => Тема начата: Сабир от 05 Октября 2007, 10:02:13</H2> Название: Первый Национальный Герой Азербайджана Расим Акперов Отправлено: Сабир от 05 Октября 2007, 10:02:13 И так следующий Герой Азербайджана Расим Акперов _____________________________________________ Баллада о Солдате Карабахская война наглядно продемонстрировала – наш народ способен на индивидуальный героизм. Многие солдаты в этой войне продемонстрировали жертвенность и отдали жизнь во имя чести. Героичная и трагична, судьба Азербайджанского солдата. И один из тех, кто, будучи даже командиром сохранил солдата в себе – Первый Национальный Герой Азербайджана Расим Акперов. Его судьба – сочетание героизма и трагедии. По стопам предков Что успел увидеть в жизни 30-летний Расим к началу Карабахской войны? С успехом окончил юридический факультет АГУ, он несколько лет проработал в правоохранительных органах. С детских лет был привязан он к родному Геранбою и не мог представить жизнь без этого чудесного уголка. Хотя его предки не были из этого района он и Ага-даи (так до сих пор называют отца Расима) считают этот район своей родиной. Род Акперовых обосновался в Иреване в конце XVI века и происходит от династии шаха Исмаила. Прадеды Расима – почётные Иреванцы Ашраф бек и Акпер бек – были полководцами царской России и действительными статскими советниками. Этот род в частности дед Расима – Таир бек, обрёл славу в армяно-азербайджанской войне 1918 – 1920 гг. Не будь его – пал бы Зангезур. Именно организованные им отряды самообороны дали достойный отпор войскам Андраника и Дро. Волею судьбы 70 лет спустя внук Таир бека Акпера - Расим Акперов создаст первый отряд самообороны в Геранбое и грудью защитит эту часть Азербайджанской земли. Новая советская власть оказалась беспощадной к династии Ашраф бека. Чудом бежали в Турцию все братья Таир бека, но его самого ожидала тяжелая судьба ссыльного в Габале. Сослав Таир бека, ему запретили выезжать за пределы этого города. Бывший полковник царской армии всё же пытался выехать к братьям, но был схвачен на границе сотрудниками ОГПУ и вновь сослан уже в Геранбой. Так род Акперовых оказался в этом древнем районе Азербайджана. Расим, выросший на рассказах об отваге своих предков, не мог остаться в стороне и встретил последние десятилетие уходящего века в рядах национальной Армии. С первого дня войны созданный им отряд самообороны встал на защиту приграничного с Карабахом Геранбоя. На полях брани К началу 1991 года армянские боевики заняли важный плацдарм на территории Геранбоя – Шоумяновск и примыкающие к нему сёла. И стали подвергать ежедневным обстрелам Азербайджанские сёла. Отряд Акперова вместе с другими формированиями, помимо самообороны взялся за очистку армянских селений от боевиков. В боях за село Манаш Расима тяжело ранили. Армянский гранатомётчик подбил БТР в котором он находился. Он чудом уцелел, но через всю войну пронёс в себе 30 осколков, которые пронзили его тело. Но и это не сломило волю солдата. В феврале 1992 года Расим выписался из госпиталя и уже через несколько дней создал свой легендарный второй батальон. Вместе с ним на защиту родного района встали его родные – отец Ага-даи и брат Рафаэль. Акперовы - одна из самых именитых и богатых семей страны, бросили свои все свои ресурсы на защиту Азербайджана. Новое подразделение Р.Акперова одно за другим освобождают населённые пункты: Гара Чинар, Шаумян, Башкенд, Баллы Гая, Талыш, Акоп – Камари, Сарсангское водохранилище, Сырхавенд, Чилдыран остаются позади. Солдат Акперов стремиться вперёд – к Степанакерту. Две недели солдаты - геранбойцы наряду с другими батальонами стояли в нескольких километрах от столицы Карабаха. До Степанакерта оставался всего один единственный победный марш. Вся страна жила ожиданиями близкой победы! Но из Баку так и не последовало приказа о наступлении. Зато армянское контрнаступление заставило наши батальоны отступить. Мы понесли огромные потери. И в период этих кровопролитных боёв Рагим Газиев издал весьма странный приказ – распустить батальон Акперова. Второй батальон сдал все позиции и вооружение подразделением Минобороны. И спустя несколько недель армяне снова оккупировали форпост Карабаха – Шоумяновск. Потеря Шомяновска означало прощание с Геранбоем. Расим осознавал это как не кто другой. Среди геранбойских ополченцев сложилась традиция – внезапная автоматная очередь в центре района означала общий сбор. Собравшиеся услышали приказ нового Министра обороны. Генерал – штурмовик Дадаш Рзаев знал что только Расиму под силу отвоевать Шоумянвоск. Акперова назначали командиром 157-го полка, созданного на основе его батальона. И на следующий день полк бросился в сражения. «Рафаэль мы отметим твоё день рождение в Шоумяновске»,- пообещал Расим брату. И сдержал слово! В следующую ночь геранбойцы не только вернули Шаумяновск, но м оттеснили армянские войска в глубь Нагорного Карабаха. Июльский переворот и алиевская смута вызвали очередное широкомасштабное армянское наступление. Уже к концу лета 1993 года Азербайджан потерял весь равнинный Карабах. По всей стране стали говорить о широком наступлении армян на Геранбой. Выход армян на стратегическую трасу Геран, означал потерю всего западного Азербайджана. Жители Геранбоя стали спешно покидать дома. Тогда Расим выступил с публичным ультиматумом – сбежавший будет расстрелян. После этого и Расим и его братья, и Ага даи демонстративно выстроили большие дома в центре района и гордо заявили – мы будем жить в этих домах и не простим тех, кто предаст родину. Это гражданская акция сыграла решающую роль. Несколько сотен сбежавших жителей вернулись. Навернувшийся объявлялся предателем, и его дом сжигали. Так удалось отстоять Геранбой. Бои продолжались. Полк Акперова сражался за каждый дом, за каждое село. Имя Расима было на устах каждого солдата. Но к началу 1994 года полностью развалив армию и сдав равнинный Карабах, Гейдар Алиев стал преследовать очередную важную цель – уничтожение влиятельных полевых командиров. Авторитетный командир, обладающий боеспособное армией, потенциальная угроза для авторитарной власти. Отряды, успешно сражавшиеся с врагом, могут противостоять и антинародной власти. Кому как не Алиеву было знать об этом? Ведь он сам использовал силу другого командира – Сурета Гусейнова. И уже в мае 1994 года потребовал роспуска 157-го полка. Смысл решения оставался загадкой. Это единственный полк, воевавший на территории Карабаха и не сдавший ни пяди карабахской земли. Но и здесь в Расим заговорил солдат – приказы не обсуждают. Ровно через год после взятие Шаумяновска полком Расима, в соседнем Башкенде, он сдал оружие и печать полка и отправился домой. Позиции 157-го полка заняли молодые бойцы №-ского полка, который сплошь состоял из необученных новобранцев. То ли совпадение, то ли предательство – но на следующий день армяне перешли в наступление. Новобранцы без боя сдали все позиции и пустились в бегство. Враг преодолев Кечал-тяпя (одна из важных стратегических высот), вышел к Гюлистану (последнее карабахское село, граничащее с Геранбоем). Весть о поражении наших войск долетела до Геранбоя. И снова – паника, страх бегство и срам. Узнав об этом уже через несколько часов, Акперовы собрали наиболее боеспособных бойцов в центре района. Во время обсуждения пришла ещё одна скорбная новость – крупные силы врага приближались к не менее стратегическому селу – Тап-Гарагоюнлу. Захватив это село, противник смог бы поразить не только Геранбой, но и Нафталан. Расим со своим бойцами и танковым отрядом легендарного курда Мусто (Хосров Мустафаев) встретил противника на Гюлистанском направлении, а его отец с другой группой бойцов вошёл в бой в Тапе. Лишь считанные минуты спасли Геранбой от оккупации. Нашим бойцам удалось подняться не вершину Гюлистанского плато на несколько минут раньше, чем армянской пехоте. Таким образом удалось спасти часть Гюлистана. Врага потеснили до реки Инджа-чай, которая разделяет Гюлистан. И эта река разделила село между противоборствующими сторонами. В Тапе была не менее драматичная ситуация. Около семидесяти наших солдат стали на пути многотысячной колоны армян. Оборону этого села можно сравнить разве что с обороной Брестской крепости. Здесь наши солдаты продемонстрировали настоящий индивидуальный Героизм. Несколько часов до прихода подкрепления Герои удерживали Село. И удерживали – ценой Собственной Жизни. Из Семидесяти Воинов в живых осталось только Пятеро! Цена Президентского Поцелуя Покойный Эльчибей издал указ о награждении Расима звездой Национального героя. Но вручить орден не успел. Акперова наградил уже другой президент, правда «награда» оказались тоже совсем иной. Расим Акперов разделил участь героев Карабахской войны. История доказала, что сильные люди вызывают страх у президента (Г.Алиев). Избавление от страха приносит или ликвидация, или изоляция. Но он побеждал сильных людей не в открытом бою. Гейдар Алиев не воин, он политик. И воина Акперова победил поцелуй политика. На церемонии награждения орденами Г.Алиев обнял и поцеловал лишь Расима. Мог ли знать тогда Расим, не пройдёт и пяти лет как он окажется в тюрьме? Вряд ли. Его пытались уничтожить ещё в 1993 году. Ранним осеним утром, домой к его брату Рафаэлю пришёл незнакомец. Не представившись, он предупредил, что в район прибыли отряды из Баку, которые должны уничтожить Расима. Через несколько минут Рафаэль был у брата, предупредил его об опасности и поспешил к своим солдатам. Через несколько часов под командованием Рафаэля батальон численностью в тысячу человек вступил в район. А в центре Геранбоя прибывшая из столицы бронетехника и около тысячи опоновцев в масках готовились к осуществлению операции. Но внезапно бойцы Акперова окружили и разоружили незваных гостей. Расим позвонил президенту и доложил о случившимся. Г.Алиев ответил, что не знает о происшедшем, и заверил Акперова, что виноватые будут наказаны. Позже стало известно что опоновцы явились в район по приказу тогдашнего министра внутренних дел Вагифа Новрузова. Но разве министр мог принять такое решение самостоятельно? Тогда Алиев сгладил конфликт. Начальник полиции Геранбоя и ряд чиновников из руководства МВД были сняты с должностей. Целых два года власти усыпляли бдительность Акперовых. И летом 1995 года последовал второй удар – спецгруппа МНБ арестовала одного из близких людей Расима – Фирдовси (более известного как Федя). Его держали в изоляторе, выбивая показания против Расима. Некоторое время спустя, арестовали заместителя Расима – Мусто (Хосрова Мустафаева). На следующий день МНБ вежливо пригласили уже самого Расима и продержали его там несколько дней. Арест Командира вызвал беспокойство в рядах бойцов. И в августе 1995 года они вновь под командованием Рафаэля вступили на Геранскую трассу, заняли её и потребовали незамедлительного освобождения своего командира. Страна так и не узнала об этом мятеже. Ибо Г.Алиев уступил. В лучших традициях политтеатра он опять заявил, что не знает о происходящем. Время развязки ещё не наступило. Расима выпустили. Г.Алиев стал готовить решительный удар. Спустя несколько недель после противостояния Г.Алиев решил разъединить братьев Акперовых. Рафаэлю предложили пост в МВД, после чего в Геранбое он почти не появлялся. Расим Акперов к концу 90-х годов в кулуарных беседах стала выражать недовольство властями. Он единственный из командирского состава некогда не раболепствовал перед Алиевым. В выступлениях перед личным составом Акперов всё чаще стал выражать недовольство капитулянтской позицией президента. Информация об этом ещё больше раздражала вождя. Но у Г.Алиева адское терпение, он умел ждать. Развязка В 2000 году завершающий молниеносный удар. Осужденный вместе с Расимом его старший брат Агаси Акперов на суде показал следующее: «В середине января Камаледдин Гейдаров (близкий друг Ильхама Алиева и министр) пригласил меня к себе. Он сказал, что Бейляр Эюбов должен дать мне важное поручение от имени Г.Алиева. И они вместе направились в президентский аппарат. Б.Эюбов сообщил, что у президента есть информация – Расул Гулиев (пример министр) с Натиком Эфендиевым готовят переворот. И мне, пользуясь приятельскими отношениями с Н.Эфендиевым, предстоит выяснить намерения Р.Гулиева. Я срочно вылетел в Стамбул на встречу с Н.Эфендиевым». Откуда было Агаси знать, что тут он попался в ловушку? Не предупредив ни брата ни отца, Агаси через Грузию направился в Турцию, где увиделся с Н.Эфендиевым. Вернувшись в Баку не чего не подозревающий Агаси приехал к своему шефу и доложил о выполнении задания, заверив что никакого переворота Н.Эфендиев и Р.Гулиев не готовят. А 8 февраля Сафар Абиев срочно вызвал Р.Акперова якобы на совещание в Баку. Приняв, его он посоветовал ему остаться в гостинице Минобороны. Утром 9 февраля министр объявил, Р.Акперову, что он снят с занимаемой должности. Удивлённый решением президента, Р.Акперов спешно поехал в президентский аппарат. Но национального героя не впустили в здание. Расим позвонил своему отцу и сообщил о случившемся. Но оказалось, что и он час назад был снят с должности главы исполнительной власти Геранбоя. Расим срочно выехал в район. По дороге домой заметил – за ним следят. Он ещё не знал, что правительственные войска уже стянуты к Геранбою, что его дом окружён, а штаб бригады занят спецназом. Ему стало ясно. Расим резко сошёл с кюрдамирской трассы и поехал к другу. А сотрудники так и преследовали его шофёра до Геранбоя. Переодевшись у друга, он сел в попутный КАМАЗ и направился в бригаду, к своим бойцам. Этого хода не кто не ожидал. Его искали повсюду. А он в это время уже находился в одном из блиндажей своего родного батальона. Обвязанный пулеметными лентами он готовил своё оружие к бою. А в глазах стояли слёзы. За всю войну его никто не видел плачущим, хотя в этих боях он терял дорогих и близких друзей по оружию. Но здесь душа Акперова не выдержала. Он осознавал – это конец, и впервые почувствовал себя беспомощным. Но в сражении не с врагом, а с собой. Расим готовился к последнему бою. Нет Героя в своём отечестве. Только через несколько часов правительственным войскам стало известно местонахождение Расима Акперова. Блиндаж был полностью окружён. Их была тысяча он Один. Но никто не решался войти к нему. К вечеру на место противостояния приехал Ага-даи. Стоявшие рядом генералы и полковники так и не решились войти к Расиму. Вошёл только отец и попросил Расима сдать оружие. В семье Акперовых издавна существовал культ отца. Расим не мог не выполнить его приказ. Но выдвинул единственное условие – разрешить попрощаться с матерью. Сафар Абиев принял это условие. Расим сдался. Но попрощаться с матерью ему так и не дали. Эпилог Говорят, что войну начинают военные, а завершают дипломаты. У нас войну начали солдаты, а завершили генералы, которые солдатами не когда не были. Может по этому они пошли на сговор с врагом, и покончили с карабахской войной и самим Карабахом? Не буду судить, но знаю одно. Покончив с войной, где они не показали доблести, они покончили с теми из солдат, чья доблесть не давала им покоя! Автор. Э.Эминоглу ______________________________________________ Этот статья была опубликована в 2002 году в журнале Монитор. Расим Акперов уже 7 лет сидит по ложному обвинению в попытке государственного переворота в Азербайджане. Его брат освобожден и много кто освобождён, но Расим до сих пор находиться в местах лишения свободы. Руководство страны делает всё что бы он там и умер. Состояние здоровья Р.Акперова с каждым годом всё хуже в СМИ проходила информация, что он заболел на зоне туберкулёзом и сейчас он перемещается только с помощью сокамерников. Его ранения, полученные во время войны (30 осколков в его теле) так же дают о себе знать. Если кто-то его знал и служил с ним, поделитесь своими воспоминаниями. Название: Re: Первый Национальный Герой Азербайджана Расим Акперов Отправлено: OEldar от 05 Октября 2007, 14:34:52 Плохого о Русиме Акперове не слышал. Название: Re: Первый Национальный Герой Азербайджана Расим Акперов Отправлено: Хани от 20 Октября 2007, 14:55:58 Азербайджанский народ достоин самых высот. Я восхищаюсь своим народом. Мы патриоты. Что, будем листать историю? Достаточно можно вспомнить Нахичеванских. Жаль, что страной руководят, кто угодно, но не Азербайджанцы. А этим пршельцам всё равно. Название: Re: Первый Национальный Герой Азербайджана Расим Акперов Отправлено: N.m от 22 Октября 2007, 16:53:22 ЦитироватьГоворят, что войну начинают военные, а завершают дипломаты.Неправильно пишет Э.Эминоглу, войну начинают политики, а продолжают военные. Завершают войну дипломаты или сами военные. Если употреблять выражение "говорят, что", то надо точно знать "что" и "кто" говорит, а потом уже писать. Начал войну Гейдар Алиев еще в советское время, потом развязал ее он же, сдал территории тоже Гейдар Алиев из-за своих амбиций поставить Азербайджан на колени перед своим народом (кланом из бывшего Красного Курдистана, перебазировавшегося в Нахичевань). Но надо хорошо помнить, что Алиевы никогда себя вслух не отождествляли с курдами и ничего не сделали для курдского народа в целом. По сути, это несчастный народ, потому что у него такая элита. Алиевы себя всегда позиционировали как азербайджанцы и только, иногда заигрывали с тюрками. Они в сущности являются тюркизированными курдами, а это уже не курды, но и не тюрки. Это чистой воды ренегаты. Поэтому нельзя сказать, что Азербайджаном правят не азербайджанцы, а кто угодно. Алиевы самые настоящие деэтнизированные, т.е. не имеющие этноидентичности азербайджанцы. Азербайджанцы есть с этноидентичностью, а есть и без нее. Алиевы относятся ко вторым. Для них слово азербайджанец звучит, как этничность. И бьют они всех, кто посмеет иметь собственную этнопринадлежность. Проверено и перепроверено! Название: Re: Первый Национальный Герой Азербайджана Расим Акперов Отправлено: vsepomni от 22 Октября 2007, 17:14:02 Интересно, а куда девает миллионы долларов Бейляр, Ровнаг, Васиф Талыбов и часть миллионов Камо. Мне кажется они их в течении 10 лет переправляют потихоньку к ПКК. Название: Re: Первый Национальный Герой Азербайджана Расим Акперов Отправлено: N.m от 22 Октября 2007, 17:43:56 ЦитироватьМне кажется они их в течении 10 лет переправляют потихоньку к ПКК.Всё может быть, хотя я не верю в их курдскую патриотичность. Скорее всего они поступают как Жак Ширак, который переправлял миллионы в японские банки. Они думают только о себе. Нужен им был ПКК... как собаке пятая нога. Хотя необходимо провести операцию глубокого бурения... Мало ли что может быть на самом деле? Нужны факты.

Название: Первый Национальный Герой Азербайджана Расим Акперов Отправлено: Сабир от 05 Октября 2007, 10:02:13 И так следующий Герой Азербайджана Расим Акперов _____________________________________________ Баллада о Солдате Карабахская война наглядно продемонстрировала – наш народ способен на индивидуальный героизм. Многие солдаты в этой войне продемонстрировали жертвенность и отдали жизнь во имя чести. Героичная и трагична, судьба Азербайджанского солдата. И один из тех, кто, будучи даже командиром сохранил солдата в себе – Первый Национальный Герой Азербайджана Расим Акперов. Его судьба – сочетание героизма и трагедии. По стопам предков Что успел увидеть в жизни 30-летний Расим к началу Карабахской войны? С успехом окончил юридический факультет АГУ, он несколько лет проработал в правоохранительных органах. С детских лет был привязан он к родному Геранбою и не мог представить жизнь без этого чудесного уголка. Хотя его предки не были из этого района он и Ага-даи (так до сих пор называют отца Расима) считают этот район своей родиной. Род Акперовых обосновался в Иреване в конце XVI века и происходит от династии шаха Исмаила. Прадеды Расима – почётные Иреванцы Ашраф бек и Акпер бек – были полководцами царской России и действительными статскими советниками. Этот род в частности дед Расима – Таир бек, обрёл славу в армяно-азербайджанской войне 1918 – 1920 гг. Не будь его – пал бы Зангезур. Именно организованные им отряды самообороны дали достойный отпор войскам Андраника и Дро. Волею судьбы 70 лет спустя внук Таир бека Акпера - Расим Акперов создаст первый отряд самообороны в Геранбое и грудью защитит эту часть Азербайджанской земли. Новая советская власть оказалась беспощадной к династии Ашраф бека. Чудом бежали в Турцию все братья Таир бека, но его самого ожидала тяжелая судьба ссыльного в Габале. Сослав Таир бека, ему запретили выезжать за пределы этого города. Бывший полковник царской армии всё же пытался выехать к братьям, но был схвачен на границе сотрудниками ОГПУ и вновь сослан уже в Геранбой. Так род Акперовых оказался в этом древнем районе Азербайджана. Расим, выросший на рассказах об отваге своих предков, не мог остаться в стороне и встретил последние десятилетие уходящего века в рядах национальной Армии. С первого дня войны созданный им отряд самообороны встал на защиту приграничного с Карабахом Геранбоя. На полях брани К началу 1991 года армянские боевики заняли важный плацдарм на территории Геранбоя – Шоумяновск и примыкающие к нему сёла. И стали подвергать ежедневным обстрелам Азербайджанские сёла. Отряд Акперова вместе с другими формированиями, помимо самообороны взялся за очистку армянских селений от боевиков. В боях за село Манаш Расима тяжело ранили. Армянский гранатомётчик подбил БТР в котором он находился. Он чудом уцелел, но через всю войну пронёс в себе 30 осколков, которые пронзили его тело. Но и это не сломило волю солдата. В феврале 1992 года Расим выписался из госпиталя и уже через несколько дней создал свой легендарный второй батальон. Вместе с ним на защиту родного района встали его родные – отец Ага-даи и брат Рафаэль. Акперовы - одна из самых именитых и богатых семей страны, бросили свои все свои ресурсы на защиту Азербайджана. Новое подразделение Р.Акперова одно за другим освобождают населённые пункты: Гара Чинар, Шаумян, Башкенд, Баллы Гая, Талыш, Акоп – Камари, Сарсангское водохранилище, Сырхавенд, Чилдыран остаются позади. Солдат Акперов стремиться вперёд – к Степанакерту. Две недели солдаты - геранбойцы наряду с другими батальонами стояли в нескольких километрах от столицы Карабаха. До Степанакерта оставался всего один единственный победный марш. Вся страна жила ожиданиями близкой победы! Но из Баку так и не последовало приказа о наступлении. Зато армянское контрнаступление заставило наши батальоны отступить. Мы понесли огромные потери. И в период этих кровопролитных боёв Рагим Газиев издал весьма странный приказ – распустить батальон Акперова. Второй батальон сдал все позиции и вооружение подразделением Минобороны. И спустя несколько недель армяне снова оккупировали форпост Карабаха – Шоумяновск. Потеря Шомяновска означало прощание с Геранбоем. Расим осознавал это как не кто другой. Среди геранбойских ополченцев сложилась традиция – внезапная автоматная очередь в центре района означала общий сбор. Собравшиеся услышали приказ нового Министра обороны. Генерал – штурмовик Дадаш Рзаев знал что только Расиму под силу отвоевать Шоумянвоск. Акперова назначали командиром 157-го полка, созданного на основе его батальона. И на следующий день полк бросился в сражения. «Рафаэль мы отметим твоё день рождение в Шоумяновске»,- пообещал Расим брату. И сдержал слово! В следующую ночь геранбойцы не только вернули Шаумяновск, но м оттеснили армянские войска в глубь Нагорного Карабаха. Июльский переворот и алиевская смута вызвали очередное широкомасштабное армянское наступление. Уже к концу лета 1993 года Азербайджан потерял весь равнинный Карабах. По всей стране стали говорить о широком наступлении армян на Геранбой. Выход армян на стратегическую трасу Геран, означал потерю всего западного Азербайджана. Жители Геранбоя стали спешно покидать дома. Тогда Расим выступил с публичным ультиматумом – сбежавший будет расстрелян. После этого и Расим и его братья, и Ага даи демонстративно выстроили большие дома в центре района и гордо заявили – мы будем жить в этих домах и не простим тех, кто предаст родину. Это гражданская акция сыграла решающую роль. Несколько сотен сбежавших жителей вернулись. Навернувшийся объявлялся предателем, и его дом сжигали. Так удалось отстоять Геранбой. Бои продолжались. Полк Акперова сражался за каждый дом, за каждое село. Имя Расима было на устах каждого солдата. Но к началу 1994 года полностью развалив армию и сдав равнинный Карабах, Гейдар Алиев стал преследовать очередную важную цель – уничтожение влиятельных полевых командиров. Авторитетный командир, обладающий боеспособное армией, потенциальная угроза для авторитарной власти. Отряды, успешно сражавшиеся с врагом, могут противостоять и антинародной власти. Кому как не Алиеву было знать об этом? Ведь он сам использовал силу другого командира – Сурета Гусейнова. И уже в мае 1994 года потребовал роспуска 157-го полка. Смысл решения оставался загадкой. Это единственный полк, воевавший на территории Карабаха и не сдавший ни пяди карабахской земли. Но и здесь в Расим заговорил солдат – приказы не обсуждают. Ровно через год после взятие Шаумяновска полком Расима, в соседнем Башкенде, он сдал оружие и печать полка и отправился домой. Позиции 157-го полка заняли молодые бойцы №-ского полка, который сплошь состоял из необученных новобранцев. То ли совпадение, то ли предательство – но на следующий день армяне перешли в наступление. Новобранцы без боя сдали все позиции и пустились в бегство. Враг преодолев Кечал-тяпя (одна из важных стратегических высот), вышел к Гюлистану (последнее карабахское село, граничащее с Геранбоем). Весть о поражении наших войск долетела до Геранбоя. И снова – паника, страх бегство и срам. Узнав об этом уже через несколько часов, Акперовы собрали наиболее боеспособных бойцов в центре района. Во время обсуждения пришла ещё одна скорбная новость – крупные силы врага приближались к не менее стратегическому селу – Тап-Гарагоюнлу. Захватив это село, противник смог бы поразить не только Геранбой, но и Нафталан. Расим со своим бойцами и танковым отрядом легендарного курда Мусто (Хосров Мустафаев) встретил противника на Гюлистанском направлении, а его отец с другой группой бойцов вошёл в бой в Тапе. Лишь считанные минуты спасли Геранбой от оккупации. Нашим бойцам удалось подняться не вершину Гюлистанского плато на несколько минут раньше, чем армянской пехоте. Таким образом удалось спасти часть Гюлистана. Врага потеснили до реки Инджа-чай, которая разделяет Гюлистан. И эта река разделила село между противоборствующими сторонами. В Тапе была не менее драматичная ситуация. Около семидесяти наших солдат стали на пути многотысячной колоны армян. Оборону этого села можно сравнить разве что с обороной Брестской крепости. Здесь наши солдаты продемонстрировали настоящий индивидуальный Героизм. Несколько часов до прихода подкрепления Герои удерживали Село. И удерживали – ценой Собственной Жизни. Из Семидесяти Воинов в живых осталось только Пятеро! Цена Президентского Поцелуя Покойный Эльчибей издал указ о награждении Расима звездой Национального героя. Но вручить орден не успел. Акперова наградил уже другой президент, правда «награда» оказались тоже совсем иной. Расим Акперов разделил участь героев Карабахской войны. История доказала, что сильные люди вызывают страх у президента (Г.Алиев). Избавление от страха приносит или ликвидация, или изоляция. Но он побеждал сильных людей не в открытом бою. Гейдар Алиев не воин, он политик. И воина Акперова победил поцелуй политика. На церемонии награждения орденами Г.Алиев обнял и поцеловал лишь Расима. Мог ли знать тогда Расим, не пройдёт и пяти лет как он окажется в тюрьме? Вряд ли. Его пытались уничтожить ещё в 1993 году. Ранним осеним утром, домой к его брату Рафаэлю пришёл незнакомец. Не представившись, он предупредил, что в район прибыли отряды из Баку, которые должны уничтожить Расима. Через несколько минут Рафаэль был у брата, предупредил его об опасности и поспешил к своим солдатам. Через несколько часов под командованием Рафаэля батальон численностью в тысячу человек вступил в район. А в центре Геранбоя прибывшая из столицы бронетехника и около тысячи опоновцев в масках готовились к осуществлению операции. Но внезапно бойцы Акперова окружили и разоружили незваных гостей. Расим позвонил президенту и доложил о случившимся. Г.Алиев ответил, что не знает о происшедшем, и заверил Акперова, что виноватые будут наказаны. Позже стало известно что опоновцы явились в район по приказу тогдашнего министра внутренних дел Вагифа Новрузова. Но разве министр мог принять такое решение самостоятельно? Тогда Алиев сгладил конфликт. Начальник полиции Геранбоя и ряд чиновников из руководства МВД были сняты с должностей. Целых два года власти усыпляли бдительность Акперовых. И летом 1995 года последовал второй удар – спецгруппа МНБ арестовала одного из близких людей Расима – Фирдовси (более известного как Федя). Его держали в изоляторе, выбивая показания против Расима. Некоторое время спустя, арестовали заместителя Расима – Мусто (Хосрова Мустафаева). На следующий день МНБ вежливо пригласили уже самого Расима и продержали его там несколько дней. Арест Командира вызвал беспокойство в рядах бойцов. И в августе 1995 года они вновь под командованием Рафаэля вступили на Геранскую трассу, заняли её и потребовали незамедлительного освобождения своего командира. Страна так и не узнала об этом мятеже. Ибо Г.Алиев уступил. В лучших традициях политтеатра он опять заявил, что не знает о происходящем. Время развязки ещё не наступило. Расима выпустили. Г.Алиев стал готовить решительный удар. Спустя несколько недель после противостояния Г.Алиев решил разъединить братьев Акперовых. Рафаэлю предложили пост в МВД, после чего в Геранбое он почти не появлялся. Расим Акперов к концу 90-х годов в кулуарных беседах стала выражать недовольство властями. Он единственный из командирского состава некогда не раболепствовал перед Алиевым. В выступлениях перед личным составом Акперов всё чаще стал выражать недовольство капитулянтской позицией президента. Информация об этом ещё больше раздражала вождя. Но у Г.Алиева адское терпение, он умел ждать. Развязка В 2000 году завершающий молниеносный удар. Осужденный вместе с Расимом его старший брат Агаси Акперов на суде показал следующее: «В середине января Камаледдин Гейдаров (близкий друг Ильхама Алиева и министр) пригласил меня к себе. Он сказал, что Бейляр Эюбов должен дать мне важное поручение от имени Г.Алиева. И они вместе направились в президентский аппарат. Б.Эюбов сообщил, что у президента есть информация – Расул Гулиев (пример министр) с Натиком Эфендиевым готовят переворот. И мне, пользуясь приятельскими отношениями с Н.Эфендиевым, предстоит выяснить намерения Р.Гулиева. Я срочно вылетел в Стамбул на встречу с Н.Эфендиевым». Откуда было Агаси знать, что тут он попался в ловушку? Не предупредив ни брата ни отца, Агаси через Грузию направился в Турцию, где увиделся с Н.Эфендиевым. Вернувшись в Баку не чего не подозревающий Агаси приехал к своему шефу и доложил о выполнении задания, заверив что никакого переворота Н.Эфендиев и Р.Гулиев не готовят. А 8 февраля Сафар Абиев срочно вызвал Р.Акперова якобы на совещание в Баку. Приняв, его он посоветовал ему остаться в гостинице Минобороны. Утром 9 февраля министр объявил, Р.Акперову, что он снят с занимаемой должности. Удивлённый решением президента, Р.Акперов спешно поехал в президентский аппарат. Но национального героя не впустили в здание. Расим позвонил своему отцу и сообщил о случившемся. Но оказалось, что и он час назад был снят с должности главы исполнительной власти Геранбоя. Расим срочно выехал в район. По дороге домой заметил – за ним следят. Он ещё не знал, что правительственные войска уже стянуты к Геранбою, что его дом окружён, а штаб бригады занят спецназом. Ему стало ясно. Расим резко сошёл с кюрдамирской трассы и поехал к другу. А сотрудники так и преследовали его шофёра до Геранбоя. Переодевшись у друга, он сел в попутный КАМАЗ и направился в бригаду, к своим бойцам. Этого хода не кто не ожидал. Его искали повсюду. А он в это время уже находился в одном из блиндажей своего родного батальона. Обвязанный пулеметными лентами он готовил своё оружие к бою. А в глазах стояли слёзы. За всю войну его никто не видел плачущим, хотя в этих боях он терял дорогих и близких друзей по оружию. Но здесь душа Акперова не выдержала. Он осознавал – это конец, и впервые почувствовал себя беспомощным. Но в сражении не с врагом, а с собой. Расим готовился к последнему бою. Нет Героя в своём отечестве. Только через несколько часов правительственным войскам стало известно местонахождение Расима Акперова. Блиндаж был полностью окружён. Их была тысяча он Один. Но никто не решался войти к нему. К вечеру на место противостояния приехал Ага-даи. Стоявшие рядом генералы и полковники так и не решились войти к Расиму. Вошёл только отец и попросил Расима сдать оружие. В семье Акперовых издавна существовал культ отца. Расим не мог не выполнить его приказ. Но выдвинул единственное условие – разрешить попрощаться с матерью. Сафар Абиев принял это условие. Расим сдался. Но попрощаться с матерью ему так и не дали. Эпилог Говорят, что войну начинают военные, а завершают дипломаты. У нас войну начали солдаты, а завершили генералы, которые солдатами не когда не были. Может по этому они пошли на сговор с врагом, и покончили с карабахской войной и самим Карабахом? Не буду судить, но знаю одно. Покончив с войной, где они не показали доблести, они покончили с теми из солдат, чья доблесть не давала им покоя! Автор. Э.Эминоглу ______________________________________________ Этот статья была опубликована в 2002 году в журнале Монитор. Расим Акперов уже 7 лет сидит по ложному обвинению в попытке государственного переворота в Азербайджане. Его брат освобожден и много кто освобождён, но Расим до сих пор находиться в местах лишения свободы. Руководство страны делает всё что бы он там и умер. Состояние здоровья Р.Акперова с каждым годом всё хуже в СМИ проходила информация, что он заболел на зоне туберкулёзом и сейчас он перемещается только с помощью сокамерников. Его ранения, полученные во время войны (30 осколков в его теле) так же дают о себе знать. Если кто-то его знал и служил с ним, поделитесь своими воспоминаниями.

Фьюжен! Я за Азербайджан! Если начнёте помогу вам. Я боевой офицер. Люблю справедливость и правду. Правда на вашей стороне.

Журналисты на войне в Карабахе. Демурян Авет Родился 28 ноября 1954 года. В 1976 году окончил филологический факультет Ереванского государственного института иностранных языков имени В. Брюсова. В 1980 году поступил на работу в армянское отделение агентства печати «Новости». С 1988 года — заведующий армянским отделением АПН, впоследствии — собственный корреспондент РИА «Новости». С 1982 по 1993 год — корреспондент «Московских новостей» в Армении. В 1995 году стал одним из основателей и вице-президентом Ереванского пресс-клуба. В 1996-2001 годах — владелец и директор информационного агентства «АРКА». Журналисту работать на войне чрезвычайно по многим объективным и субъективным причинам. Мне кажется, что «новостнику» (то есть журналисту, работающему в информационном агентстве) труднее вдвойне. В отличие от своих коллег, вооруженных фото- или видеокамерами, или газетчиков, фиксирующих все, достойное внимания, он должен уместить порой даже очень значительные события, свидетелем которых он становится, в 10–15 сухих строк информационного сообщения. А если учесть, что это сообщение по канонам жанра должно быть начисто лишено эмоционального и даже оттеночного фона, то ко всем прочим трудностям можно смело приплюсовать и психологическую нагрузку. Впрочем, за все годы карабахского конфликта, который мне пришлось освещать, самой сложной была проблема передачи информации. Порой приходилось преодолевать десятки километров от линии фронта до Степанакерта, чтобы отуда передать материал в Ереван, откуда его затем перегоняли в Москву. Ни о мобильной, ни о спутниковой связи тогда и не слышали, а линейная телефонная функционировала из рук вон плохо, и если даже сразу удавалось дозвониться, то передача одного материала занимала не менее получаса. Словом, связь была, пожалуй, самым серьезным препятствием, которое мне приходилось преодолевать в годы вооруженного конфликта. К началу боевых действий в Нагорном Карабахе в 1991 году сложилась интересная ситуация. В Армении, с одной стороны, тогда уже был упразднен институт государственной цензуры. Однако необходимость в военной цензуре проявилась сразу после того, как азербайджанским вооруженным силам удалось провести ряд успешных операций. Руководство Армении не посчитало нужным вводить цензуру, за исключением информации, поступающей из Министерства обороны, а вот в Нагорном Карабахе решением Комитета обороны исключительным правом распространять и координировать информацию был наделен Департамент информации и печати. В армянских СМИ это почувствовалось сразу — новостная информация из Нагорного Карабаха стала жестко дозированной, а по материалам стало заметно, что они подвергались редакционной и самоцензуре. И это уже расценивалось как нормальное явление. Меня же многолетняя работа в информационном агентстве и опыт подготовки материалов для зарубежной аудитории давно приучили к самоцензуре, а ссылка в информации в основном на официальные источники была делом вполне обычным. Так что особого дискомфорта в этом плане за все годы войны у меня не возникало. За весь период конфликта, за исключением одного или двух случаев, у меня в Карабахе всегда была возможность свободно получить информацию. А что касается исключений, то это просто была обычная чиновничья глупость. На самой войне журналистов было немного, на мой взгляд, не более двух десятков, включая пишущих и снимающих. Куда больше было журналистов, освещающих период гражданского противостояния. С началом боевых действий их число заметно поубавилось. Да и на саму войну ездили в основном одни и те же люди. Неоценимый вклад в освещение конфликта внесли и добровольные «журналисты» — ополченцы и военнослужащие, которые с небольшой видеокамерой или фотоаппаратом, а порой и просто с блокнотом фиксировали все, связанное с конкретным отрядом. Благодаря именно этим добровольным летописцам удалось воссоздать реальную картину боевых действий, понять и осознать весь ужас вооруженного противостояния. Войну можно освещать, сидя в удобном кресле и мирно попивая кофе, за сотни километров от линии фронта. Причем достаточно передавать то, что предоставит пресс-служба военного ведомства, а при наличии небольшого воображения можно написать и статью. В одном из учебников по журналистике приводится фраза знаменитого американского журналиста: «Я должен увидеть это собственными глазами». Именно желание увидеть и прочувствовать все двигало мной, когда я отправлялся на войну. Мои воспоминания и опыт, которые я приобрел, не претендуют на то, чтобы стать истиной в последней инстанции, однако, думается, небезынтересно будет узнать, как может, а иногда и должен повести себя журналист в той или иной ситуации на войне. Окружение Найдя место для посадки, наш Ми-8 резко пошел вниз. Мы приземлились на поляне на вершине небольшой горы, близ села Мецшен в Мардакертском районе. В начале августа 1992 года там разрозненные отряды карабахских ополченцев вели тяжелейшие оборонительные бои с регулярной армией Азербайджана. Наступление азербайджанцев, начавшееся 12 июня, развивалось в целом успешно, несмотря на ожесточенное сопротивление карабахцев, — сказывалось превосходство в численности, технике, а также поддержка с воздуха. Благодаря своим хорошим контактам с вертолетчиками, я очутился в вертолете, в котором еще несколько ополченцев, рации, немного боеприпасов и продовольствия для одного из отрядов, действовавших в этом районе. Не имея связей, шансы журналиста попасть в вертолет, летевший в зону боевых действий, были равны нулю. Себя я считал уже «закаленным», в зоне боевых действий приходилось бывать и ранее — в Шуше, в Степанакерте и Шаумяновском районе, который уже был занят азербайджанской армией. Хотя на фронте как таковом (несмотря на отсутствие линии фронта) я очутился впервые и поэтому немного нервничал. Вертолет, высадив шестерых ополченцев и меня, улетел. Мы остались одни на этой поляне, откуда хорошо было видно село Мецшен. К нашему удивлению, нас никто не встречал. Спустя час после прибытия один из ополченцев — Рубен — предложил пойти на разведку в село. Взяв свой автомат и несколько гранат, он спустился к Мецшену и вошел в село. Спустя 5–10 минут оттуда послышались автоматные очереди, взрыв гранаты, а затем все стихло. Больше Рубена мы не видели. Спустя полчаса мы увидели, как с восточной стороны в село вошли несколько танков, БМП, грузовики с пехотой. Стало ясно, что село уже занято азербайджанцами. Ближе к вечеру мы стали свидетелями тяжелого боя в 3–4 километрах к югу от села, куда вошли тяжелая техника и грузовики с пехотой. Наверняка этот бой вел тот самый отряд, который должен был встречать нас. Поскольку в светлое время суток пробираться к своим было бы равносильно самоубийству, мы единодушно решили дождаться темноты. Закопали ящики с боеприпасами и кое-каким оборудованием, приметили место и сразу после наступления темноты двинулись на юго-восток, ориентируясь на звуки от разрывов снарядов, гранат и автоматных очередей. Обогнув село и сделав большой крюк, мы оказались в небольшом лесу. Почти сразу нас обстреляли, но пули, к счастью, прошли над головами. Мы тут же дали деру, пробежав как минимум километр-полтора, затаились в овраге. За нами никто не гнался, и мы решили замаскироваться и переночевать. Бой то затихал, то продолжался, постепенно отдаляясь от нас. Решили дежурить по очереди. Первым дежурить выпало мне, и Самвел, родом из Раздана, старший в этой импровизированной группе, предложил мне взять лишний автомат. Я, естественно, отказался, сославшись на то, что если и придется будить товарищей, то для этого необязательно открывать стрельбу. Подумав, Самвел со мной согласился. Утром, осторожно выглянув из оврага, мы увидели, что и справа, и слева по проселочным дорогам движутся грузовики с пехотой и бронетехника. Разрывы снарядов слышались уже где-то далеко. Мы решили вновь дождаться темноты. Самвел снова предложил мне взять автомат. Однако я опять отказался, сказав, что кроме своего легкого рюкзака несу еще и два набитых снаряжением мешка. Кроме этого, добавил я, журналист не имеет права брать в руки оружие. Все с недоумением, двое даже со злостью уставились на меня. «У нас тут каждый человек на счету, а ты задом виляешь», — сказал мне Самвел, сняв с плеча автомат и передернув затвор. В этот момент единственный среди нас карабахец — Акоп, который наблюдал за дорогой, дал знак замолчать и спустился в овраг. «Кругом азеры, а ты тут разборки устраиваешь, — наорал он на Самвела. — Оставь его в покое». Акоп был уже опытным бойцом, а кроме этого, он единственный среди нас знал дорогу к своим. Самвел, как и остальные, его послушался. Мы опять вынуждены были спрятаться и только ночью двинулись в путь. К своим мы вышли на четвертые сутки, после двух боев в лесу и заброшенном селе, потеряв одного ополченца убитым и двух бойцов ранеными. Но оружия в руки я все-таки не взял, хотя косые и недоуменные, порой даже злобные взгляды я ощущал на себе все время, пока мы пробивались к своим. А между тем все очень просто — попади я в плен с оружием, я перестал бы быть журналистом. И неясно, кем бы я в этом случае считался, — комбатантом, военнослужащим или гражданским лицом. Плена я не боялся, хотя и понимал, что церемониться со мной не стали бы, но стремление сохранить профессиональный статус было сильнее соблазна взять в руки оружие. Наемники Спустя два месяца я вновь оказался на фронте. По заданию газеты «Московские новости», корреспондентом которой я был уже давно, я приехал в Нагорный Карабах, чтобы написать о пилоте-наемнике Юрии Беличенко, самолет которого был сбит над Мардакертом. Но об этом чуть позже. По всей линии фронта карабахские отряды вели тяжелые оборонительные бои. Противник был силен и многочислен и, не считаясь с потерями, медленно продвигался вперед. На участке фронта близ села Акоп Камари, куда я в этот день приехал, бой уже завершился. Противник был отбит второй раз за день. На разведку ушла одна группа ополченцев, за ней — вторая. Первая группа разведчиков вернулась в полночь и доложила, что азербайджанцы понесли большие потери, на смену им прибыло новое подразделение, но разговоры в окопах велись на каком-то непонятном языке. Под утро в расположении противника вдруг началась дикая стрельба, которая спустя десять минут прекратилась. А через час без потерь вернулась и вторая группа разведчиков с «языком». «Язык» — парнишка лет шестнадцати, по национальности чеченец, рассказал, что большой отряд чеченцев прибыл из Грозного и почти сразу направился на фронт. «Взрослые говорили, что нам дадут хорошие деньги, а потом обещали еще больше», — сообщил Муса на допросе. «Мы уже возвращались, когда в окопах я услышал непонятный говор, — рассказал мне командир группы Валера, по кличке «черный полковник». — Вижу, в окопе сидят трое и курят. Я в окоп, но за оружие они схватиться не успели. Двоих уложил, а этот, — кивает на парнишку, — схватился за голову и сжался в комок. Жалко стало, пацан еще. Я его в охапку и бежать. Ребята прикрыли. Отсиделись в лесочке и дошли до своих». Как позже выяснилось, это подразделение чеченских наемников было частью большого оряда, которым командовал Шамиль Басаев. Спустя некоторое время, уже будучи в Ереване, я узнал, что чеченский парнишка Муса был доставлен сюда и к нему был вызван отец, который повсюду, в том числе и в Баку, искал своего отпрыска. Знакомый из органов госбезопасности рассказал, что отец при них так избил несостоявшегося боевика, что его увозили на носилках. Добиться беседы с пилотом-наемником оказалось делом непростым, но и здесь помогли хорошие связи с военными и знакомства в руководстве Нагорного Карабаха. Бомбивший мирных жителей, пилот в следственном изоляторе выглядел довольно жалко, запинался при ответах. Несмотря на это, интервью удалось и было затем опубликовано в «Московских новостях» с фотографией, сделанной известным фотожурналистом Рубеном Мангасаряном. С Беличенко спустя несколько месяцев мне пришлось беседовать еще раз, когда он делил нары в камере следственного изолятора с другим пилотом-наемником — Александром Яковлевым, самолет которого был сбит в начале 1993 года над Карабахом. Экс-«истребители» выглядели довольно прилично, одеты они были в джинсы, куртки и кроссовки (Красный Крест постарался), оба отвечали на вопросы уверенно, хотя отлично понимали, что их ждет. Их фотография, также сделанная Рубеном Мангасаряном, была помещена на первую полосу «Московских новостей». Наемников, воевавших на стороне азербайджанцев, было много: украинцы, афганцы, турки, чеченцы. Брали в плен и русских наемников, но их было мало. Одного из них я увидел в Шушинской тюрьме. Валера из Владивостока (к сожалению, его фамилию я не смог найти в своем архиве) рассказал, что его взяли в плен пьяным и спавшим в обнимку с автоматом и бочонком вина и что он вообще ни в кого не стрелял. Писал я и о попавших в плен афганцах и турках, а на фронте как-то присутствовал при допросе молодого танкиста, украинца по национальности, попавшего в плен буквально за полчаса до этого. Хотя в комнате не было ни одного русского, он все время повторял: «Я вас москалей везде давить буду», отказываясь при этом отвечать на вопросы. Зимой 1994 года, будучи на фронте, в Мардакертском районе, близ села Мадагис, я оказался свидетелем того, как после атаки, отбитой армянами, азербайджанцы пытались утащить труп одного, по всей видимости командира. Потеряв несколько солдат, они отошли. Их попытки не прекращались в течение нескольких дней. Только на четвертые сутки ночью им наконец удалось перетащить этот труп к себе. Это им дорого обошлось — за эти несколько дней азербайджанцы потеряли убитыми около двадцати человек. Позже со слов пленных мы узнали, что убитый был турком, видным функционером турецкой организации «Серые волки». К слову, бои в эти дни шли тяжелейшие: азербайджанская армия, не считаясь с потерями сотен солдат, пыталась прорвать линию фронта. Армянская же сторона только за три дня боев потеряла убитыми и ранеными несколько десятков человек. Геранбойский батальон с противоположной стороны Фильм Александра Невзорова «Геранбойский батальон» сослужил плохую службу пропагандистской машине Азербайджана. Весной 1993 года, в первой декаде марта, близ Сарсангского водохранилища шли тяжелые бои — оно не раз переходило из рук в руки. Наконец степанакертскому полку удалось оттеснить противника к селу Мецшен и после его взятия продолжить теснить врага. Я в это время находился на позициях батальона, который был расположен на левом фланге этого полка и огнем отсекал попытки контратакующего противника обойти полк. В это время на позициях азербайджанцев появилось несколько автомобилей, среди которых была белая «Нива». Поскольку мы находились на вершине сопки, нам было хорошо видно все происходящее вокруг. Азербайджанцы силами до батальона при поддержке бронетехники поднялись было в атаку, но находившиеся перед ними армяне открыли ураганный огонь, в результате чего атака сразу захлебнулась, почти и не начавшись. Особенно старались минометчики и пулеметчики, которые не давали противнику поднять голову. Под непрерывным огнем белая «Нива» заметалась. Из машины выскочили двое и залегли. Затем под прикрытием брони «Нива» отошла назад и рванула с места действия, уже будучи вне зоны обстрела. Позже я узнал, что именно там снимал свой фильм Александр Невзоров, а потом мне стало известно, что по другую сторону сопки на наших позициях находился Дмитрий Писаренко, корреспондент НТВ в Армении, который со своим оператором также снимал этот бой. Ни дня без шутки На войне, как, впрочем, и повсюду в жизни, грустное и веселое, трагичное и смешное неотделимы друг от друга. В 1993 году мне пришлось несколько дней провести в одной роте, девиз которой был «Ни дня без шутки». Бойцы постоянно подшучивали друг над другом, над командиром и даже мне однажды устроили шутливую проверку. Но буквально все лежали на земле от хохота из-за следующего случая. После короткого боя мы вошли в брошенную азербайджанцами деревню и скоро покинули ее. А в роте служил сапер по имени Гагик, который минировал буквально все: дома, сараи, туалеты — словом, все те места, куда мог зайти противник. На выходе из деревни обнаружилось, что неизвестно куда подевался боец по имени Седрак. На вопрос командира роты о местонахождении Сето (так его называли сослуживцы) последовал ответ, что он пошел в туалет. Резко побледневший Гагик вскрикнул, что он только что поставил там растяжку. Именно в этот момент прогремел взрыв, и из туалета, который развалился у нас на глазах, вылетел Сето с автоматом в руке. Но в каком виде — в коротком полушубке, без брюк и исподнего, но в сапогах. Все мы подумали, что он либо погиб, либо ранен. Но в этот момент Сето вскочил, передернул затвор и заорал: «Где этот сукин сын?» Надо было видеть, с какой спринтерской скоростью удирал от него Гагик, а за ним бежал полуголый Сето. Гагик вернулся в отряд только на третий день, когда наконец удалось утихомирить Сето. А Гагик пообещал, что больше не будет ничего минировать. В самом начале вооруженного противостояния, когда шли перестрелки на границе Азербайджана и Армении, я стал свидетелем еще одного случая. Идет бой, в окопе ополченец из Еревана со снайперской винтовкой, рядом — местный житель. Только снайпер поймал в прицел одного из азербайджанцев, как сельчанин ему говорит: «Слушай, не убивай его, он мне четыре тысячи рублей должен». Снайпер засмеялся — ему ничего не оставалось, как легко ранить азербайджанца, которого сразу оттащили в укрытие. Однажды, в 1993 году, когда я пришел в Степанакертский следственный изолятор, то во дворе увидел сидящего на стуле азербайджанца, которого брил один из контролеров. Начальник изолятора пояснил, что это некий Исмаил Джабраилов, тракторист одного из сел Физулинского района, которого вместе с трактором захватили разведчики. «Завтра будем менять его на нашего. А может, и просто так отдадим». Спустя несколько месяцев во дворе изолятора я вновь увидел ту же картину с тем же самым трактористом и опешил. «Вы что, его тогда не отдали?» — спрашиваю у начальника изолятора. А он в ответ смеется: «Да нет, отдать-то отдали, только неделю назад он на своем тракторе опять заехал в расположение наших. Ты бы видел, какой хохот здесь стоял, когда его привезли. У нас ему явно понравилось. Завтра снова его отдаем. Я ему уже сказал, чтобы он подальше держался от наших, а то в третий раз не выпущу». А вообще смешных ситуаций на фронте было много, но мне больше всего запомнились эти. В порядке совета коллегам В завершение мне хотелось бы поделиться своим опытом с теми коллегами, которые собираются в первый раз выехать в зону боевых действий. Во-первых, на фронте ни в коем случае нельзя высовываться, и не только из окопа. Необходимо помнить, что снайперы есть на любой войне и они не разбираются, кто перед ними — журналист или солдат. Во-вторых, не рекомендуется надевать яркую одежду, но в то же время носить военную форму также нежелательно. Лучше всего использовать защитные цвета и легкую обувь, также неброскую. Отправляясь на линию фронта, лучше всего брать с собой минимум вещей — белье, сменную одежду, сигареты, галеты. Ну и профессиональные принадлежности — диктофон, батарейки, блокнот, ручку. Все это можно разместить в небольшом рюкзаке и повесить его за спину. Необходимо избегать конфликтных ситуаций с военными, у них свои требования, и с ними лучше дружить, чем ссориться. Установив хорошие отношения с местными жителями и гражданской властью, надо помнить, что они могут оказать существенное содействие в, казалось бы, безвыходной ситуации, не говоря уже о том, что у них можно остановиться на ночлег и в то же время получить необходимую информацию. А гражданские власти могут оказать содействие в передаче материала по назначению. Необходимо также помнить, что при получении информации на фронте и в тылу, где все подчинено законам военного времени, излишние вопросы могут вызвать подозрение. В заключение хочу сказать, что мои советы не являются исчерпывающими. Несомненно, их может быть и больше. Однако я желаю, чтобы ими приходилось пользоваться как можно реже, хотя и понимаю, что освещать вооруженные конфликты многим из нас еще придется. Не хочу пророчествовать, но, увы, наше время оставляет мало надежд для оптимизма.

Уничтожение Геранбойского батальона (видео, YouTube) Как я понимаю, снимали русские, 1993 г. Интересно, что русский журналист совершенно не напуган, в отличие от азербайджанцев, и местами в его интонациях проскакивает злость, особенно когда говорит о захвате убегающими солдатами автобусов, вывозивших раненных. UPDATE: в комментариях русского журналиста идентифицировали, как Невзорова, а сюжет — как фрагмент передачи «600 секунд»

Число скинхедов в России растет, и они становятся все более жестокими Возможно, движение скинхедов и зародилось в Великобритании, но сегодня самых больших масштабов оно достигло в России. И это несмотря на то, что фашизм в России осуждается как зло, ведь нация понесла огромные потери в борьбе с фашизмом. В российском обществе создались условия, которые способствуют всплескам агрессии со стороны скинхедов: бедность, чувство унижения после распада Советского Союза и гнев в связи с атаками чеченских сепаратистов. Число российских скинхедов растет, и они становятся более организованными и жестокими. Сегодня в России проживает половина от числа скинхедов в мире. Их идеология – уникальная смесь неонацизма и неистового русского национализма. Российские скинхеды – самые безжалостные, известно, что они устраивают жестокие избиения людей нерусской национальности, причем даже детей, и порой эти нападения приводят к смертельным исходам. В 2004 году в России по расистским мотивам было убито 44 человека, что в два раза больше, чем в 2003 году, говорят правозащитники. На людей нерусской национальности нападали скинхеды, выкрикивающие неонацистские или националистические лозунги. Они редко стреляют в свои жертвы, предпочитая наносить удары ножом или забивать свои жертвы до смерти с помощью цепей или нунчаков. Удача всегда на стороне скинхедов, так как обычно они атакуют группой не меньше трех человек и стараются выбрать жертву послабее. В начале 90-х годов в России насчитывалось около десятка скинхедов, а сегодня их уже 60 тысяч. Московское бюро прав человека опубликовало доклад на тему "Как успокоить возрождение неонацизма в стране, которая разгромила фашизм". Доклад проливает свет на темные стороны российского общества, которых, как уверяют власти, на самом деле не существует. "Сегодня в России как минимум 50 тысяч скинхедов, в то время как в остальном мире, включая Америку, Европу и другие страны, лишь 70 тысяч", – говорит автор доклада Семен Чарный. Он считает, что реальная цифра может быть еще выше, так как неонацистские группы стараются хранить в тайне данные о своей численности. По мнению экспертов, если не предпринять мер по борьбе со скинхедами, через несколько лет число "бритоголовых" в России вырастет до 100 тысяч человек. В Москве сейчас действуют группировки "Скинлегион", "Русский филиал B&H" (Blood&Honor – запрещенная в Германии нацистская организация. – Прим. ред.) и "Объединенные бригады-88" (8 – порядковый номер буквы h в латинском алфавите, и 88 означает начальные буквы приветствия "Хайль Гитлер!"). Число скинхедов в Москве оценивается в 10 тысяч, в Санкт-Петербурге – в 5 тысяч. Они не пьют водку (напиток арийцев – пиво), не употребляют наркотики, не совершают мелких правонарушений (только убийства и насилие), они должны хорошо знать русскую культуру и быть способными выдержать поединок в течение 15 минут. Скинхеды охотно принимают в свои ряды девушек, которые часто помогают им наметить себе жертву без привлечения внимания публики. Прежде всего скинхедов объединяет ненависть к иностранцам, особенно к кавказцам, азиатам и чернокожим. Осужденный скинхед Семен Токмаков, который семь лет назад жестоко избил темнокожего американского морского пехотинца, выражает мнение, типичное для многих его единомышленников: "Почему они (иностранцы) все едут сюда? Они не приносят сюда ничего хорошего, кроме наркотиков и СПИДа, и каждый день они пристают к нашим женщинам". Скинхеды не делают больших различий между детьми и взрослыми, молодежью и стариками. Так, в прошлом году в Санкт-Петербурге они убили девятилетнюю таджикскую девочку Хуршиду Султанову на глазах ее отца. Ей нанесли 11 ударов ножом. Когда его спросили, сожалеет ли он о гибели таджикской девочки, Токмаков ответил, не моргнув глазом: "А разве вы жалеете убитого таракана?" В последние годы методы скинхедов еще более ужесточились. "Сейчас они используют заточки и ножи, и все чаще их атаки заканчиваются убийством, – сказал в интервью газете "Аргументы и факты" эксперт по скинхедам Сергей Беликов. – Раньше существовало неписаное правило: не трогать детей и стариков, сейчас этого нет. Первую волну скинхедов начала 90-х можно было назвать обычными хулиганами. Сегодняшнее поколение все больше напоминает профессиональных убийц". Среди многих скинхедов пользуется авторитетом Александр Сухаревский, лидер правой Национальной народной партии, которая раскололась на две группы с тем же названием. Члены партии пользуются нацистским салютом и носят на руке черную повязку с изображением свастики. Сухаревский проповедует политику расовой нетерпимости, утверждая, что существованию белой расы угрожают другие расы. Он признает, что его движение процветает, и этому во многом способствует изобилие социальных проблем в современной России. "Новички приходят сюда сами, как мотыльки слетаются на свет, – говорит Сухаревский. – Они очень беззащитные, эти скинхеды, большинство из них – из бедных семей, они – продукт болезней общества. Нам приходится воспитывать их, как это делают отец и мать, потому что никто никогда ничему их не учил. Они – будущее нашей страны". Сухаревский – ярый антисемит. Он жалеет, что Гитлеру не удалось "освободить Россию от ига евреев". По мнению экспертов, расцвету скинхедов способствует культура, при которой на прилавках в изобилии можно найти нацистскую литературу. Любимые приветствия скинхедов – это "Хайль Гитлер!" или "Хайль Россия!", а любимые лозунги – "Русские, вперед!" и "Россия для русских!". Не все скинхеды следуют провозглашенному среди них правилу не пить водку, многие из них любят пиво. Так как у них обычно нет денег на развлечения, скинхеды предпочитают проводить время на квартире кого-нибудь из них или в заброшенных зданиях на окраинах больших российских городов. Некоторые эксперты утверждают, что иногда скинхеды становятся футбольными хулиганами, и их любимые команды – ЦСКА и московский "Спартак". Эта теория набрала вес в 2002 году: тогда российская футбольная сборная проиграла Японии на чемпионате мира и в центре Москвы начались беспорядки с поджогами машин и избиением прохожих. Многие считают, что эти беспорядки были заранее спланированы скинхедами. Есть мнение, что проблема скинхедов – это следствие болезни российского общества. Алла Гербер, глава фонда Холокоста, считает, что проблема вышла из-под контроля: "Общество больно ксенофобией, которая, как рак, распространяется по стране". Она говорит о том, что 28% взрослых россиян хотели бы устроить специальные поселения для евреев, и еще 48% являются сторонниками ограничения прав национальных меньшинств. Руководитель Московского бюро прав человека Александр Брод считает, что почти две трети населения России разделяют мнение, что "Россия – для русских, а все беды – от иностранцев". 20 апреля, в день рожденья Гитлера, напряженность в российском обществе усиливается, так как скинхеды обещают отметить эту дату "убийствами африканцев и азиатов". Правозащитная группа "Сова" сообщает, что только в прошлом году скинхедами были атакованы граждане 24 стран. "Как правило, такие преступления имеют общие характеристики: жертвами становятся люди неславянской национальности. Обычно их атакует группа подростков из пяти человек или более. Подростки пинают свою жертву, избивают бейсбольными битами, а если атакующих меньше пяти, то они наверняка нанесут своей жертве ножевые ранения". Сегодня скинхеды стали также избирать своей мишенью активистов правозащитного движения. В июне прошлого года скинхеды убили Николая Гиренко, одного из ведущих экспертов правозащитного движения. Очевидно, они намеревались наказать правозащитника за участие в процессах против скинхедов в Москве и Санкт-Петербурге. Его застрелили из обреза через дверь собственной квартиры в Санкт-Петербурге. Ответственность за убийство взяла на себя группа правого толка под названием "Русская республика". Среди жертв скинхедов – люди самых разных национальностей. В сентябре прошлого года в Санкт-Петербурге скинхеды убили двух девочек – таджикских цыганок в возрасте пяти и шести лет, а в октябре от рук скинхедов погиб двадцатилетний вьетнамский студент. Один из участников убийства девочек заявил, что они хотели "очистить свою землю от цыган". Суд приговорил убийц к десяти годам тюремного заключения. В январе этого года в Москве были совершены нападения на нескольких евреев, а также осквернено еврейское кладбище. Также в январе в Москве был зарезан мужчина кавказской национальности, а в российской провинции убит узбек. Многие скинхеды говорят, что они прибегают к насилию от скуки. "Нам было скучно, поэтому мы решили пойти на улицу Мира, где много общежитий для иностранных студентов, и убить черного", – сказал один из преступников после того, как в Воронеже скинхеды убили двадцатилетнего студента-медика из Гвинеи-Бисау. Российские власти утверждают, что проблему скинхедов преувеличивают, мол, подобные проблемы есть во многих странах. Но правозащитники не согласны с этими утверждениями и заявляют, что движение порождено проблемами общества, где высок уровень безработицы, низкие зарплаты, и у многих молодых людей нет перспектив в жизни. "Когда возникают экономические проблемы, есть два способа отреагировать на них. Первый – это решать эти проблемы, а второй – искать врага и обвинять его в своих проблемах. К сожалению, Россия выбрала второй вариант", – говорит директор Московского бюро прав человека Александр Брод.

В городе Нижнем Тагиле Свердловской области раскрыто зверское убийство уроженца Узбекистана. Как сообщили РИА "Новости" в Нижнетагильской транспортной прокуратуре, тело лица без определенного места житнельства Албека Халмадова с многочисленными колото-резаными ранами было обнаружено в электропоезде Нижний Тагил - Екатеринбург 2 января. Эксперты установили, что погибшему было нанесено не меньше 15 ножевых ранений в область головы и шеи. Транспортная прокуратура возбудила уголовное дело по статье 105 УК РФ ("Убийство"). Как показали очевидцы происшествия, мужчину избивали и кололи ножами двое неизвестных подростков, которые вышли на станции Новоуральск. 7 января подозреваемые в убийстве Халмадова подростки были арестованы. Оба они оказались жителями Новоуральска, и в тот день возвращались из Нижнего Тагила домой со дня рождения друга. Свой поступок подростки мотивировали личными убеждениями: они заявили следователям, что являются скинхэдами, а потому "не любят бомжей и нерусских". В пятиницу им предъявлено обвинение. Как заявили в прокуратуре, каждому из них грозит как минимум 10 лет лишения свободы.

Есть ли у России армия и флот? Нет. Ни того, ни другого нет. Есть сборище коррумпированных генералов, лживых связистов для обмана общественности и наглых, пьяных прапорщиков, которые управляют сворой «дедов». Нормальные люди, случайно попав в систему вооруженных сил, подвергаются унижениям, гонениям и притеснениям. Их либо калечат и убивают, либо выгоняют (если речь идет о честных офицерах). Вчера я встретился с одним человеком, который поведал мне о том, что происходит в воинской части № 31463 Ленинградского военного округа. Он передал мне текст открытого письма капитана запаса Сергея Савицкого, которого недавно незаконно уволили из рядов вооруженных сил из-за того, что он боролся в своей части против неуставных отношений и всеобщего пьянства. Вот что пишет в своем письме в администрацию президента и в главную военную прокуратуру капитан Сергей Савицкий: «Высылаю Вам диск с записью пьянок и неуставных отношений среди военнослужащих срочной службы, которые они снимали на свои сотовые телефоны и делились этими записями с друзьями, это только подводная часть айсберга. Год назад я обращался в военную прокуратуру, к командующему Ленинградским военным округом с изложением и указанием конкретных нарушений и фактов. Получил ответ, что факты подтвердились, принимаются меры. Как эти меры повлияли на воинскую дисциплину Вы сами можете увидеть, просмотрев записи, что снимали солдаты на сотовые телефоны, которые покупали на деньги отобранные у молодых солдат. Вымогательство денег, избиения молодых солдат, пьянки в части сейчас происходят практически ежедневно. Несколько солдат, над которыми в фильмах издеваются – сейчас находятся в психушке, другому – Сидоренко, избитому 13 августа этого года вырезали селезенку и еле спасли. Солдаты пью, потому что пьет командир с замполитом, они боятся даже выходить из своих кабинетов или не в состоянии…». В распоряжении организации «Солдатские матери Санкт-Петербурга» оказался и диск с множеством видеозаписей «неуставщины». Чтобы не быть голословным, предлагаю вниманию читателей четыре наименее жутких сюжета. Первый из них о том, как «деды» заставляют солдата есть бутерброды с зубной пастой. Некоторые «патриотичные» сторонники армейских бесчинств, начнут сейчас вопить, что потребление зубной пасты укрепляет боевой дух… Так вот, «патриоты», сейчас быстро все взяли по тюбику «колгейта», выдавили на хлебушек и съели, как в этом ролике: А вот еще сюжет о «кукареканье». Деды заставляют молодого солдата висеть на дереве или столбе и «кукарекать». Товарищи «патриоты», в этом вы видите усиление боеготовности вооруженных сил? В следующем ролике можно видеть как «деды» понуждают молодых солдат приседать в каптерке. Вот бы так всех генералов собрать в одном месте и до изнеможения… И напоследок, сюжет с доской, которой бьют новобранца в казарме. Баловство, скажет военный прокурор, ведь это не его сына так "учат Родину защищать"… Как Вы думаете, прокуроры и министерство обороны отреагируют на публикацию этих роликов и информации? И если да, каким образом?

Пыткой можно назвать всё что угодно. Пытки официально нигде не разрешены но широко применяются во всех странах. А как воздействовать на преступника который не хочет сознаваться в содеянном?Конечно же степень вины определяет суд, но идеальных методов следствия пока не предумано. Вот и приходится операм и следакам временами нажимать на болевые точки... Согласитесь абсолютное большинство сидящих в тюрьмах зеков преступники и их вина доказана приговором суда.

Не обязательно покойный убит потому,что являлся узбеком. Часто между представителями национальных диаспор бывают свои разборки и убийства. А журналисты сразу начинают раздувать национальную подоплёку.

Азербайджан и почти все бывшие республики СССР покупают и будут покупать оружие и запасные части к нему в России. Российское оружие одно из самых лучших в мире и намного дешевле западных аналогов.

Медведев вам не поможет.Путин вам помог? Медведев будет продолжать политику Путина на всём постсоветском пространстве. А политика Путина заключалась в замораживании всех конфликтов на территории бывшего СССР. Надейтесь на себя и свою армию.

Если нашим властям надо будет решить "проблему" скинов то она будет решена максимум за 10 дней по всей стране. Это не проблема поверьте. За 10 дней их почти всех переловят по всей РФ а у тех у кого проблемы с законом посадят.

У какой страны нет во внешней политике двойных стандартов? Почти у всех. И это нормально.Кому что выгодно и кто выгоден, то и поддерживается дипломатией любой страны. А Украина вот своими метаниями от России к Нато и обратно может получить своё Приднестровье в восточных областях и Крыму.

Ключ Карабаха у нас, у России. Тут и слепому всё видно, что "ключик" у нас, в Москве.

Ну ненадо так резко. Мы-Россия Вам ещё пригодимся. Просто будьте гибше во внешней политике и мы договоримся.

Служу в российской армии и могу сказать,что нкр-это никакое не независимое государство а наша база. Пишешь что "нкр заработал эти земли своей кровью"? Не смеши народ. Всё что "завоёвано" типа вашим нкр на самом деле наши мужики брали, заметали следы а после вашим как их там фидаинам сдавали а после привозили журналюг и снимали уже ваших, "что мол вот взяли очередной населённый пункт в Карабахе армянские ополченцы-фидаины". Наши мужики мне много про Карабах рассказывают и про вас армян тоже. Были армяне кадровые офицеры Советской Армии в Карабахе но их было очень мало, единицы. Всё там брали наши мужики а ваши на готовенькое приезжали. Многое в Карабахе как наши мужики рассказывают вообще без боя бралось. Просто противник брасал всё и убегал.

Служу в российской армии. Без мата обойтись никак невозможно. Сейчас такие солдаты приходят, что без крепкого словца не обойтись. В азербайджанской армии не ругаются?

Ну и темка. Служу в российской армии. Иногда употребляем всё что горит и ничего плохого в этом нет. Даже в Великую Отечественную войну перед боем стопочку давали всем. А в азербайджанской армии не употребляют иногда спиртное?