Если мы пишем на денежных знаках, нет смысла писать о любви
Сквозь заплаканные дождем и снегом стекла витрин к чувствам взывают
рекламные призывы поздравить свих любимых с днем святого Валентина.
Купить что-нибудь и вручить тому, кто тебе дорог, и сказать ему Слова.
Я прохожу мимо этих витрин. Я не понимаю этого праздника – Всеобщего
Дня Любви. В феврале мне не хочется праздновать, а хочется "достать
чернил и плакать".
Мир выстраивается по регламенту. Упорядочивается все, даже любовь. Где-
то кем-то было установлено, что о любви надо говорить 14 февраля.
Почему? Наверное, так надо. И мы сегодняшние не пытаемся вникнуть в
суть закона. Только я что-то не припомню, чтобы мы отмечали этот
праздник в годы школьных романтических влюбленностей и
студенческих "испанских страстей". Кажется, в это леденящее ветром и
снегом время года мы готовили сюрпризы друг другу к 23 февраля и 8
марта – тоже следуя некому выработанному неизвестным автором
регламенту, но, по крайней мере, не называли эти календарные даты Днями
Любви.
У нас были свои праздники, не подвластные официозу. День Первого
Поцелуя, День свадьбы, день долгожданной стипендии, за которой
следовала долгожданная, пусть одна-единственная, но такая искренняя и
такая благоухающая роза в дверной ручке. День любви – это когда голова
идет кругом от случайного прикосновения, когда щеки пылают краской при
разворачивании записки в самый неподходящий момент скучной лекции. День
любви – это когда родители на работе, а вездесущая бабушка в кои-то
веки отправилась на партсобрание... И разве можно было привести все эти
праздники к заданной дате?
Раньше мы писали о любви стихи, теперь – брачные объявления в газеты и
серьезные трактаты с научными доказательствами естественности измен.
Раньше мы выбирали своих принцев по тембру голоса в сопровождении
божественных трех аккордов, а не по цвету и стоимости кабриолета. Мы
вслух мечтали о красивых и богатых, а когда пугались и убегали с
первого свидания с таинственным незнакомцем, потому что он пришел, хоть
и с оговоренным цветком в петлице и газетой в руках, но в дешевой
болоньевой куртке из соседнего универмага, потом рыдали ночью в подушку
и плюшевого медведя, коря себя за то, что прошли мимо собственной
судьбы.
Мы говорили о снах, теперь говорим о деньгах. Мы повзрослели, и теперь
у нас нет времени воспевать любовь каждый день – поэтому мы радостно
согласились с официально закрепленным правилом выражать нежные чувства
раз в году. Да, впрочем, с кем говорить о любви чаще? С разбитыми
российским финансовым кризисом и раздавленными гримасами эмиграции
безработными
принцами-социальщиками? Или с надевшими неприступные маски "self-made-
women", изгнавшими из своих сердец нежность и беспомощность и готовыми
вгрызаться в жизнь ради достижения общественного признания и
материального достатка? Сегодня слабость – признаться самой себе,
сколько часов было проведено в рвущих душу разговорах с каждый раз по-
новому бередящим душу текстом "А ты?.. А он?... Ну, а ты?.". Теперь
наши беседы становятся короче – ведь "продаем мы или покупаем", будь
товаром макароны, самолеты или любовь, можно выяснить гораздо быстрее.
Провести предварительную калькуляцию, взвесить соотношение вложения
моральных сил и будущей материальной отдачи, принять решение о
выгодности сделки – брачного контракта. С процентами, индексацией и
учетом "представительских расходов" – подарка ко дню святого
Валентина.
Поддавшись истерии всеобщего регламентирования, мы превратили любовь в
повод. Повод для застолья, для телефонного звонка, для скидок в
парфюмерных отделах. А ту любовь, которая когда-то давно, в прошлой
жизни, звала на подвиги и заставляла делать глупости, назвали
слабостью. Теперь мы боимся в ней признаваться, слишком дорожа
собственным имиджем серьезных людей. Твердо выдерживаем на лице
уверенную улыбку "у меня все о-кей". Даже отчаявшись и вымучив таки
заветное брачное объявление, остаемся неизменно верными заданному
стереотипу: если "кавалер приглашает даму", то он – "без вредных
привычек и дети не проблема", если наоборот, то она – "длинноногая
блондинка и искусна в кулинарии". Только и с той и с другой стороны
непременно серьезное предупреждение тем, кто не дай Бог, не понимает
сути: "ищу того, кто окажет материальную поддержку" или "финансово
озабоченных просьба не беспокоиться". И все это – в яркой печати, в
окружении китчевых ангелочков и сердечек святого Валентина.
Если мы пишем на денежных знаках, нет смысла писать о любви. Не буду.
Но сегодня "подарки любимым со скидкой" скучают за прозрачными
витринами. Не потому что идет настоящий февральский снег, а потому что
магазины закрыты. И пока не наступило завтра, с его суетой и очередями –
давай устроим День Любви. Не календарный, не официальный, а тот,
который подвластен только тем, кто до сих пор хранит в потайном ящичке
письменного стола фотографию одноклассника, а в старой книге –
выцветшие лепестки той самой обнаруженной в дверной ручке розы. Ты
скажешь, что я неисправимый романтик и что так не бывает, и посоветуешь
мне не танцевать на крыше – ведь "ветер все сильней". Да, ты прав,
любить сегодня – занятие для несерьезных. Но я-то знаю: он придет – и к
уставшему от невыплаканных слез, и к застывшему в регламентированном
благоразумии – День Любви. Только его любви.
