Ратмир

Копыркин заявил о перезапуске отношений России и Армении Россия готова в конструктивном ключе пересмотреть подходы к отношениям с Арменией с учетом новых реалий. Об этом посол РФ в Армении Сергей Копыркин заявил в ходе приема по случаю Дня России. Он отметил, что геополитическая турбулентность напрямую затрагивает Южный Кавказ, и подчеркнул, что Россия намерена вносить конструктивный вклад в обеспечение стабильности, экономического развития и транспортной взаимосвязанности стран региона. Посол выразил уверенность, что в этом направлении интересы России «полностью совпадают с национальными интересами Армении». Копыркин также заявил, что российско-армянское межгосударственное сотрудничество сегодня опирается «на устойчивый и взаимоуважительный политический диалог на высшем и высоком уровнях, межправительственные, межпарламентские и межведомственные форматы, межрегиональные контакты и солидную договорно-правовую базу». «Вместе с тем очевидно, что наши отношения подошли к этапу переосмысления и адаптации к меняющимся глобальным и региональным реалиям. Москва полностью готова вести такую совместную работу в конструктивном взаимовыгодном ключе на базе имеющихся двусторонних механизмов», – сказал дипломат. Он подчеркнул, что российская сторона никогда не ставила и не ставит под сомнение неоспоримое право Армении на суверенную внешнюю политику. В Москве рассчитывают на то, что взаимодействие Еревана с другими партнерами не нанесет ущерба армяно-российским связям и не будет направлено против РФ.

От конфликта к трубе: может ли азербайджанский газ прийти в Армению Алла Зейдуллаева Армения пока не готова отказаться от российского газа, однако сама постановка вопроса о возможных поставках из Азербайджана свидетельствует о стремлении Еревана диверсифицировать источники энергоснабжения. Вместе с тем реализация такого сценария напрямую зависит от политического урегулирования армяно-азербайджанских отношений и подписания мирного договора. Такое мнение в беседе с Minval Politika высказал депутат Милли Меджлиса Азер Аллахверанов, комментируя заявление председателя Комиссии по регулированию общественных услуг Армении Месропа Месропяна о том, что в случае роста цен на российский газ Ереван может рассмотреть поставки из Азербайджана, Ирана или Туркменистана. По его словам, заявление армянской стороны пока выглядит больше как политический сигнал, нежели практический план. На сегодняшний день Армения, указал парламентарий, остается одним из наиболее зависимых от российского газа государств региона: «Годовое потребление газа в Армении составляет около 2,5 млрд кубометров. Из них примерно 2,1 млрд приходится на поставки из России через территорию Грузии. Остальной объем обеспечивается иранским газом по схеме обмена на электроэнергию. Поэтому говорить о каком-либо серьезном замещении российского газа сейчас не приходится». При этом Аллахверанов не исключает, что в среднесрочной перспективе вопрос поставок азербайджанского газа может перейти из теоретической плоскости в практическую. «Технически такой проект реализуем. Еще в советское время существовала единая газотранспортная инфраструктура, связывавшая республики. Однако после армяно-азербайджанского конфликта эти связи были утрачены, часть инфраструктуры демонтирована. Для возобновления подобных поставок потребуются серьезные инвестиции и создание соответствующих условий», — пояснил он. Главным препятствием депутат называет не технические, а политические факторы. «Основной барьер — отсутствие мирного договора между Азербайджаном и Арменией. Газовые поставки — это не разовая торговая операция, а долгосрочное сотрудничество, основанное на взаимном доверии и гарантиях стабильности. Пока такого уровня доверия между сторонами нет», — подчеркнул Аллахверанов. По его словам, важную роль также будут играть открытие региональных коммуникаций, отказ от конфронтационной риторики и дальнейшее продвижение процесса нормализации отношений. В то же время депутат считает, что заявление армянского регулятора можно рассматривать как демонстрацию стремления Еревана к диверсификации поставок. «Любое государство заинтересовано в том, чтобы не зависеть от одного поставщика. Поэтому подобные заявления показывают желание армянских властей расширить выбор и получить дополнительные возможности для маневра в энергетической сфере», — отметил он. При этом эксперт сомневается, что Армения сможет отказаться от российского газа в обозримом будущем: «Речь, скорее всего, идет о попытке создать альтернативы и усилить собственные переговорные позиции. Азербайджан в этом контексте рассматривается как один из возможных вариантов, но далеко не единственный». Аллахверанов также обратил внимание, что определенные элементы экономического взаимодействия между двумя странами уже существуют. «Сегодня азербайджанские нефтепродукты в отдельных случаях попадают на армянский рынок через коммерческие механизмы. Однако поставки газа — это совершенно иной уровень сотрудничества, поскольку речь идет о постоянной и бесперебойной работе инфраструктуры», — сказал он. По мнению депутата, в случае реализации такого проекта выгоду получили бы обе стороны. Армения смогла бы частично снизить зависимость от одного поставщика и диверсифицировать энергобаланс, а Азербайджан — расширить географию экспорта газа и укрепить свои позиции как надежного энергетического партнера. «Для Азербайджана потенциальные поставки газа в Армению имеют не только экономическое, но и серьезное политическое значение. С экономической точки зрения речь идет о расширении географии экспорта азербайджанского газа и появлении нового рынка сбыта. Хотя Армения не является крупным потребителем, даже частичное присутствие на этом рынке означает дополнительные доходы, новые инвестиционные проекты и развитие газотранспортной инфраструктуры. Однако гораздо важнее политический аспект. Если Азербайджан когда-либо начнет поставлять газ в Армению, это станет наглядным свидетельством того, что Южный Кавказ постепенно переходит от многолетнего противостояния к модели экономического сотрудничества. Для Баку это будет означать укрепление статуса надежного поставщика энергоресурсов, способного обеспечивать газом не только европейские страны и региональных партнеров, но и государство, с которым еще недавно находилось в состоянии конфликта», — отметил собеседник. Кроме того, он подчеркнул, что подобный проект усилил бы позиции Азербайджана как ключевого энергетического центра региона: «Каждый новый потребитель азербайджанского газа расширяет политическое и экономическое влияние страны, повышает ее значимость в региональных процессах и укрепляет международный имидж Баку как предсказуемого и ответственного партнера». «Наконец, сам факт энергетического сотрудничества мог бы стать дополнительным механизмом укрепления мира. Международный опыт показывает, что страны, связанные долгосрочными экономическими и инфраструктурными проектами, гораздо меньше заинтересованы в возврате к конфронтации. Поэтому в перспективе такой проект мог бы стать не только коммерческой сделкой, но и одним из инструментов обеспечения долгосрочной стабильности на Южном Кавказе», — заметил эксперт. Вместе с тем депутат убежден, что подобные проекты могут стать логическим продолжением уже достигнутой нормализации, а не ее отправной точкой. «Сначала необходимо окончательно урегулировать отношения, подписать мирный договор, открыть коммуникации и сформировать устойчивое доверие. И только после этого можно будет говорить о реализации крупных совместных энергетических и инфраструктурных проектов», — резюмировал Аллахверанов.

Вообще то это был монтёр.)

Красная линия мира Бабек Керимов Caliber.Az У всего есть память, и у давления в том числе. Тот, кто пытается давить, обычно помнит лишь собственный замысел; тот, на кого давят, помнит, чем такие попытки заканчивались прежде. В этом и заключается разница между Баку и теми, кто сейчас собирается разыграть новую партию вокруг армянской конституции. Итак, в Ереване и за его пределами вновь заговорили о том, что Азербайджан выставил «слишком жёсткое» условие по Основному закону Армении, что от него можно убедить отказаться или хотя бы отложить, и международная пресса способна создать соответствующий фон, который со временем превратится в уступку. Знакомая последовательность, не правда ли? Её уже разыгрывали — на Лачинской дороге, во время экологической акции, когда казалось, что достаточно правильно подать картинку в мировых медиа, и Баку дрогнет. Не дрогнул. Сегодня логика ровно та же, разве что декорации сменились. Суть требования азербайджанской стороны давно перестала быть секретом, хотя на Западе её упорно описывают как некий «каприз». В преамбуле конституции Армении содержится ссылка на Декларацию о независимости, которая, в свою очередь, отсылает к постановлению Верховного совета Армянской ССР «О воссоединении Армянской ССР и Нагорного Карабаха». Иными словами, в основу армянской государственности в качестве юридически закреплённой нормы имплементированы территориальные претензии к соседнему государству, и на неё при желании можно опереться завтра, послезавтра, через поколение. Баку добивается, чтобы она была изъята из текста до подписания мирного договора. Именно здесь проходит тот водораздел, который в Баку обозначили четко и конкретно: вариант «сначала подпишем — потом уладим» отвергается не из упрямства и не ради демонстрации силы, а потому что он переворачивает саму конструкцию мира. Договор, подписанный поверх действующей территориальной претензии, это не есть мир, это — отложенный конфликт. Он фиксирует не отказ от претензий на азербайджанские территории, а паузу в их предъявлении. Достаточно смены правительства в Армении или нового поворота внутренней конъюнктуры — и преамбула вновь окажется работающей нормой. Баку видел, как такие отложенные обязательства растворяются, и второй раз входить в эту реку не намерен. Изменение армянской конституции должно предшествовать подписи под соглашением о мире, потому что только так претензия ликвидируется, а не консервируется. На этом фоне в зарубежной прессе началось то, что иначе как подготовкой почвы не назовёшь. Financial Times прямо пишет, что США и Евросоюзу следует попытаться убедить Баку отказаться от требования о конституции или по меньшей мере отложить его исполнение. Формулировка показательна: не «помочь сторонам найти развязку», а убедить одну сторону отступить — ту самую, что выиграла войну. RAND формулирует ту же мысль с другого конца, призывая западных политиков «нарастить вовлечённость». Hudson Institute настаивает, что без устойчивого международного давления на обе стороны 2026 год так и не станет годом мира. Любопытна сама оптика этих текстов. В них Баку неизменно предстаёт стороной, выдвигающей «максималистские» предусловия, тогда как наличие в чужой конституции территориальной претензии подаётся как досадная мелочь, которую «упрямый» Азербайджан «раздувает до принципа». Логика вывернута наизнанку: само притязание объявляется внутренним делом, в которое неприлично вмешиваться, а требование его убрать — недопустимым давлением. Расчёт на международную прессу как на инструмент принуждения сам по себе выдаёт непонимание того, с чем имеют дело. Он строится на допущении, будто Азербайджан чувствителен к давлению через заголовки: достаточно создать в мировых медиа образ несговорчивого Баку, и бастион падет. Новейшая история доказала несостоятельность этого подхода с исчерпывающей наглядностью, и если кто-то желает повторить ошибку, это его право и его издержки. Только повторение даст ровно тот же исход, потому что природа азербайджанской позиции от количества публикаций не меняется. Игра, между тем, уже идёт, и в Баку прекрасно понимают, какой сценарий пытаются навязать извне. Он прозрачен: вынудить Азербайджан либо снять конституционное условие — и тогда мир окажется неполным, с заложенной в него миной, — либо отложить его на неопределённый срок, что на практике то же самое, поскольку отложенное условие легко становится забытым. И в том, и в другом случае выигрывает сторона, которой нужно подписать сейчас, а разобраться потом. Но именно этого Баку и не допустит. Понимание чужого замысла означает, что под него уже готовы ответы — варианты действий просчитаны, и одностороннюю партию здесь сыграть не выйдет. Тем, кто рассчитывал разыграть её в одни ворота, придётся умерить пыл. Граница, за которую Азербайджан не отступит, проведена не на бумаге и не в заголовках. Она проходит там, где заканчивается готовность принимать чужую ошибку за собственную обязанность.