Когда Талибан стал рукопожатным!?

[Самарканд]

 

В результате вооруженного нападения на хазарейцев (этническая группа, шииты) в провинции Баглан на севере Афганистана, по предварительным данным, погибли 10 человек.

Как сообщает Caliber.Az со ссылкой на  афганские СМИ, неизвестные открыли стрельбу по шиитам накануне вечером в районе Нехрин.

Афганские власти пока не прокомментировали сообщения о нападении.

В социальных медиа публикуют снимки с изображением тел погибших в результате нападения. Кадры предположительно были отсняты на месте инцидента.

Ответственность за атаку пока не взяла на себя ни одна группировка.

[Самарканд]

Талибы отозвали посла и генерального консула из Германии

Посол Афганистана в Берлине Яма Яри и генеральный консул в Бонне Саид Луфтулла Садат были отозваны «Талибаном». Между контролирующим власть в стране движением и дипломатами были разногласия, сообщило немецкое издание Der Spiegel со ссылкой на источники.

Талибы ранее объявили, что больше не будут принимать визы и паспорта, выданные в представительствах в Берлине и Бонне. Генконсул в Мюнхене продолжает находиться в должности.

 

В заявлении «Талибана» говорилось о «произвольных» решениях в документах, которые были приняты «без согласования». МИД ФРГ проинформировали об увольнении глав двух дипломатических представительств Афганистана.

Управление двумя представительствами взял на себя так называемый поверенный в делах. «Поскольку мы не считаем де-факто режим талибов законным правительством Афганистана, мы не будем аккредитовать назначенных ими дипломатов в Германии», — заявили в немецком МИД.

[Самарканд]

В России рассматривается возможность снятия статуса террористической организации с афганского движения «Талибан». Однако пока это лишь предмет обсуждения.

Как передает ТАСС, об этом заявил брифинге помощник президента РФ Юрий Ушаков.

«Что касается «Талибана», то есть определенные рассуждения в пользу того, чтобы начать сотрудничество с этой организацией», — прокомментировал он возможное снятие террористического статуса с талибов.

«Пока что это в форме рассуждений происходит», — отдельно подчеркнул дипломат.

По словам Ушакова, «тема Афганистана — она постоянно обсуждается на заседаниях ОДКБ, в том числе на высшем уровне».

«Несомненно, эта тема будет обсуждаться и на этот раз», — анонсировал помощник президента темы дискуссий на саммите ОДКБ в Астане 28 ноября.

[Самарканд]

Верховный суд России приостановил запрет на деятельность находящегося у власти в Афганистане радикального исламистского движения "Талибан".

Помимо прочего, оно означает, что российские власти больше не будут считать "Талибан" террористической организацией.

 

[Самарканд]

Власти афганской провинции Дайкунди распорядились удалить головы у фигурок в настольном футболе. В противном случае настольная игра будет запрещена. Об этом сообщают местные СМИ.

По мнению представителей талибского режима, миниатюрные футболисты напоминают идолов, а их наличие нарушает исламские нормы, поскольку считается формой идолопоклонства.

[Самарканд]

Мы предпочли бы взятки Гани пулям Талибана

Четыре года. Ровно столько прошло с того дня, когда талибы установили полную власть в Афганистане и вошли, как вскоре выяснилось, всерьез и надолго. Сразу после этого Афганистан бесследно исчез с радаров мировых СМИ. А если и прорывается в заголовки, то лишь фрагментами апокалипсиса: теракты, репрессии, голод, природные катаклизмы... Но жизнь на этой выжженной медийным равнодушием земле не остановилась. И она гораздо сложнее, трагичнее и парадоксальнее, чем плоская картинка вечного негатива.

Глобус как символ счастья

Она пробивается трещинами в асфальте запретов и складывается из официально наказуемого плода знаний в подпольных школах для девочек, грохота китайской техники на медных рудниках и ежедневного мужества тех, кто отказывается стать лишь статистикой страдания. За занавесом международного забвения разворачивается сложная, противоречивая и часто невидимая драма существования, где отчаяние соседствует с упорством, а изоляция – с новыми, причудливыми связями.

На площади Дахан-и-Баг в Кабуле вращается со скоростью 5 оборотов в минуту 8-метровый глобус — символ новой реальности. Здесь Афганистан поглотил восток Ирана, сомкнулся с Казахстаном, а Пакистан лишился Белуджистана. Художник Абид Вардак уверяет, что цель — «сделать страну заметнее», что полностью отвечает чаяниям руководства Талибана. На сегодня получается откровенно плохо. Страна остается в изоляции, и пока нет никаких признаков, что эта ситуация изменится в лучшую сторону.

 

Когда в Кабуле готовились праздновать «День Победы» - а именно так теперь называется взятие талибами афганской столицы, - лидер Талибана Хайбатулла Ахунзада выступил в социальных сетях (что само по себе странно, учитывая, сколько граждан Афганистана имеют к ним доступ) с обращением к афганцам, в котором призвал их не роптать на испытываемые лишения, а неустанно благодарить Всевышнего за спасение от коррупции, угнетения, узурпации, наркотиков, воровства и грабежа.

В своем заявлении он также призвал своих министров «убрать слово «исполняющий обязанности» из названий своих должностей, послав тем самым сигнал, что власть талибов укрепилась окончательно». В этом отношении власть талибов ничем не отличается от любой другой, поскольку призывает не роптать, а радоваться тому, что есть, и неустанно подчеркивает свою прочность.

Женщина - тоже человек, но не для талибов

Основная претензия мира к талибам, из-за чего, в том числе, он, этот мир, отказывается их признать – это отношение к женщине. Согласно которому женщина – не мать, возлюбленная или спутница жизни, а просто вещь. К тому же – говорящая. Поэтому по установлениям талибского министерства добродетели и дозволенного она лишена права на образование, работу, современную одежду, ей запрещены посещения спортзалов и салонов красоты, а путешествие на несколько километров без махрама, мужского сопровождения, может привести к физическому наказанию.

Доходит до того, что инспектор министерства добродетели, чьи права практически ничем не ограничены, в том числе и здравым смыслом, может потребовать от хозяина дома заделать окна, выходящие к соседям. Чтобы они, упаси Всевышний, не увидели женщину в соседнем дворе – и не впали в соблазн.

 

Это не ислам – это замшелая архаика, пуштунский кодекс «пуштунвали» родом из XVI-XVII веков, а то и раньше, где женщина – не более чем часть семейной собственности, а мужская честь, намус, заключается в том числе и в том, что мужчина обязан создать для женщины максимальные ограничения и следить за их неукоснительным соблюдением.

Теперь эту архаику и дикость средних веков талибы - выходцы в большинстве своем из глухой пуштунской глубинки - поднимают на щит, представляя ее как «защиту афганской идентичности». А критику подобной практики, особенно извне, воспринимают как покушение на «традиционные ценности афганцев и их жизненный уклад».

Еще раз повторю: к исламу и шариату политика талибов в женском вопросе не имеет никакого отношения, что уже подтверждали авторитетные богословы, в том числе из Египта, Катара, Эмиратов и Пакистана. Это местная самодеятельность, густо замешанная на местных племенных практиках, отживших свое. Но вот парадокс: почему часть населения Афганистана, более сорока процентов которого не пуштуны, не протестуют против этого? Вроде как и должны, но реальность, как обычно, гораздо сложнее.

 

Да потому, что здесь включается «религиозно-культурный фатализм» афганцев. Для сельского населения, для афганской глубинки, которую не смогли изменить ни реформы Амануллы-хана (а Всевышний свидетель – в средствах принуждения он не стеснялся, российский император Петр I, рубивший бороды боярам и лично пристраивавший на плаху стрельцов – просто голубь кротости), ни советская экспедиция в Афганистан, та, которая про интернациональный долг, ни американское вторжение. А потому все здесь остается без изменений, и массового общественного запроса на эти изменения нет.

 

Остается надеяться на экономику, может, она отрезвит талибов, которые, несмотря на все ярлыки, которые на них навешивают, умеют быть прагматиками. Запрет на работу женщин лишает экономику Афганистана $1 миллиарда ежегодно. А исключение девочек из образования ведет к коллапсу здравоохранения: сегодня материнская смертность в Афганистане - 638 на 100 000 родов. В среднем по миру - 295, и это с учетом самых слаборазвитых африканских стран, вроде Нигера, Чада и Центральноафриканской республики. В Финляндии этот коэффициент вообще равен 7.

Когда рухнет последняя больница, а поля зарастут бурьяном из-за нехватки рабочих рук - женщины составляли 40% медработников и 80% фермеров - даже талибы услышат голос экономики. И тогда «одушевленная вещь» неожиданно станет ресурсом выживания.

Как талибы усмирили коррупцию и наркотики

На руинах 20-летней американской кампании талибы совершили невозможное: за 4 года уничтожили 80% посевов опийного мака и сократили коррупцию на таможне на 40%. Но за этим фасадом «порядка» — экономическая ловушка: запрет наркотиков лишил доходов 3 миллионов фермеров, а борьба со взятками превратилась в систему тотального контроля – и еще неизвестно, что лучше для простого афганца.

 

Активность талибов в борьбе с наркоплантациями шокировала даже ООН: за несколько лет посевы сократились со 177 000 га до 35 000 га за год. Для сравнения: США за 20 лет потратили $8,5 млрд, но площади выросли на 90%. Цены на опиум взлетели в 7 раз, с $95 до $746 за кг, но 20 миллионов афганских фермеров и членов их семей оказались на грани голода. Талибы раздают им в качестве компенсации несколько мешков пшеницы на домохозяйство, но голодающим фермерам это помогает слабо.

 

Новые правила — старые механизмы. Чиновники заменили взятки на «закят», который идет в казну «Исламского Эмирата». В Кабуле циркулирует документ МВД талибов: «Любая несанкционированная плата — предательство Всевышнего». Борьба со взятками ведется просто: коррупционеров расстреливают на месте без суда. Но победа выглядит пирровой: талибы победили коррупцию, заменив ее террором, и «усмирили» наркорынок – в результате чего миллионы афганских фермеров обречены на нищету, а афганские бизнесмены сегодня говорят: «Мы предпочли бы взятки Гани пулям Талибана».

Рынки Кабула сегодня свободны от наркобаронов, зато на них торгуют новым товаром — донорской плазмой голодающих фермеров. Цена за литр — $7. Ровно столько, сколько раньше давали за килограмм опия-сырца.

Когда порядок хуже хаоса

Всевышний свидетель – меньше всего я хотел описание современного Афганистана свести к негативу. По ряду личных причин он навсегда в моем сердце. «Афганистан живет в моей душе. Мне слышатся бессонными ночами стихи Лаека в гневе и печали - и выстрелы на дальнем рубеже».

Но написать с оптимизмом не получилось, здесь автор вынужден расписаться в собственном бессилии: вращение глобуса Вардака – это иллюзия прогресса.

Гигантские его контуры поглощают Иран, Казахстан, Белуджистан, но не могут скрыть главного: Афганистан съеживается. Съеживается под тяжестью «порядка», где расстрел за взятку считается победой, а голодный фермер, сдающий плазму за $7, — живым укором «усмирению наркотиков».

Вращается глобус — застыло время. В его тени, в домах с замурованными окнами, «одушевленные вещи» рисуют мелом на стенах контуры иного мира. Мира, где девочка из подпольной школы в Кабуле — не статистика страдания, а врач, который мог бы спасти женщину при родах. Но больницы рушатся, а медные рудники гудят: Китай везет сырье по дорогам, проложенным через выжженные маковые поля.

 

Хайбатулла Ахундзада призывает афганцев «благодарить за спасение от грабежа», но настоящий грабеж — это будущее, украденное у 20 миллионов голодающих. «Великое божественное благословение» талибов — это мир, где донорская плазма стала валютой, «закят» заменил взятки, а «победа» измеряется скоростью вращения фантома на площади.

Остановите «глобус Афганистана», примите его в цивилизацию. Ведь за его движением — не триумф, а вечный голодный круг: террор вместо коррупции, нищета вместо опиума, изоляция вместо идентичности. Афганистан не стал «заметнее», о чем говорят талибы, - он превратился в тюрьму с видом на медные рудники, проданные Китаю. И ключ от этой тюрьмы брошен на дно высохшего арыка, где когда-то цвел мак…

[Самарканд]

Талибы отключают интернет, чтобы «предотвратить зло»

Реализация приказа лидера «Талибана» муллы Хайбатуллы Ахундзады об отключении оптоволоконного интернета началась в провинции Балх, на севере Афганистана. Как сообщает Independent Persian, указ направлен на «предотвращение зла» и предусматривает отключение интернета по всей стране.

Власти начали с Мазари-Шарифа — столицы провинции Балха на севере Афганистана, где вскоре отключения охватят и другие города.

Представитель регионального отделения «Талибана» Хаджи Заид заявил, что Ахундзада распорядился создать «альтернативное решение внутри страны» для удовлетворения неотложных потребностей.

Распоряжение последовало через пять дней после блокировки госслужащим доступа к интернету государственной компании Afghan Telecom в ряде северных городов, включая Мазари-Шариф. Этот шаг нарушил работу государственных учреждений, которые несколько лет назад начали цифровизацию.

 

В числе пострадавших – паспортные службы, ЗАГС, таможня, порты, банки, СМИ и другие организации, активно использующие интернет в повседневной деятельности. Представители провайдеров отмечают, что создание альтернативы потребует значительных времени и ресурсов и не может быть выполнено в краткосрочной перспективе.

Один из провайдеров в Мазари-Шарифе сообщил, что за последние десять лет десятки компаний вложили миллионы долларов в развитие оптоволоконного интернета по всей стране, и приказ талибов грозит разрушить эту сферу.

Ранее в СМИ обсуждался план отключать телекоммуникации с 22:00 до 8:00. Хотя официальных разъяснений пока нет, источники из Балха подтвердили, что соответствующие рекомендации уже направлены операторам.

Губернатор Балха Юсуф Вафа, приближенный к Ахундзада и влиятельный во фракции Кандагара, стал первым, кто реализовал запрет на оптоволоконный интернет в провинции. При этом министр связи «Талибана» выступает против указа, и он пока не действует на всей территории страны.

Указ о запрете трансляции изображений живых существ, изданный в августе 2024 года, уже действует почти в 20 из 24 провинций, однако СМИ талибов в Кабуле продолжают публиковать такие материалы, а многие талибы игнорируют запрет.

Афганские пользователи соцсетей выражают опасения, что отключение интернета может нанести более серьезный урон, чем запрет на изображения, нарушив работу бизнеса и государственных служб.

 

Особенно остро это коснется женщин и девушек, которые после запрета на образование и работу перешли на онлайн-обучение и дистанционную занятость. Отсутствие стабильного высокоскоростного интернета создаст для них новые трудности.

[Самарканд]

Мир перестает шарахаться от талибов

Европейские страны значительно расширили официальные контакты с представителями «Талибана», что открывает дипломатические двери на Запад движению, пришедшему к власти в Афганистане четыре года назад. Об этом сообщила газета Financial Times (FT) со ссылкой на источники.

По их данным, западные правительства и политики стремятся ко все большему взаимодействию с Кабулом, пытаясь решить проблемы репатриации нелегальных мигрантов. Европейские страны, включая Германию, Швейцарию и Австрию, в этом году направляли делегации в Афганистан или же принимали на своей территории представителей «Талибана» в интересах содействия репатриации.

 

По словам находящегося в Кабуле ведущего аналитика Международной кризисной группы Ибрагима Бахисса, «Талибан» очень заинтересован и «стремится интегрироваться в глобальный политический порядок». Официальные контакты, необходимые для достижения договоренностей, равносильны «микропобедам, которые все больше интегрируют движение в мировую систему», отметил он.

[Самарканд]

BBC сообщает, что в афганских вузах запретили использовать книги, написанные женщинами.

Кроме того, из учебной программы исключены 18 дисциплин, признанных противоречащими шариату, включая шесть, связанных с женской тематикой.

[Самарканд]

За столом Пакистан с «Талибаном»

Делегации Афганистана и Пакистана соберутся сегодня в Дохе на переговоры с целью положить конец вооруженным столкновениям между странами.

Как сообщает Deutsche Welle, делегации обеих стран возглавляют министры обороны.

 

15 октября власти Пакистана и Афганистана заключили соглашение о прекращении огня на 48 часов. Несмотря на неоднократные обвинения Пакистана в нарушении соглашения, позднее стороны договорились о продлении режима прекращения огня. Причиной конфликта называют деятельность группировки «Техрик-е Талибан Пакистан» на территории Афганистана.

[Самарканд]

Афганцы остались без американских виз

Госдеп приостановил выдачу виз всем лицам, путешествующим по афганским паспортам. Об этом заявил госсекретарь США Марко Рубио.

«Для Соединенных Штатов нет приоритета выше, чем защита нашей страны и нашего народа», — написал госсекретарь в соцсети Х.

США также заморозили все решения о предоставлении убежища после стрельбы, устроенной афганцем недалеко от Белого дома. Об этом заявил глава Службы гражданства и иммиграции США. 

* * * 13:55

Президент США Дональд Трамп заявил, что намерен реализовать масштабную программу «обратной миграции», и поручил министерству внутренней безопасности расширить перечень стран высокого риска и ужесточить контроль за всеми миграционными процедурами после стрельбы в Вашингтоне. Об этом сообщила газета The Wall Street Journal.

«Я навсегда приостановлю миграцию из всех стран третьего мира, чтобы позволить американской системе полностью восстановиться», — указал Трамп, подчеркнув, что только «обратная миграция» способна вернуть безопасность американским городам.

Ведомство уже завершает подготовку комплекса мер, включающего расширение списка ограничений для 19 стран, которые считаются с высоким риском.

 

В министерстве отмечают, что речь идет о пересмотре всей системы допуска иностранцев, включая усиление биометрической проверки, автоматическое повторное открытие подозрительных миграционных дел и временную приостановку выдачи отдельных категорий виз.

В ведомстве подчеркивают, что меры направлены на «максимальное снижение миграционных рисков», а пересмотр процедур коснется как новых заявителей, так и тех, чьи документы были одобрены ранее. В администрации Трампа считают, что комплексная реформа позволит создать «структурно более защищенную систему», способную предотвратить повторение подобных инцидентов.

[Самарканд]

Разменная карта Афганистана вновь в игре

 

В конце нынешнего ноября и так не очень спокойная граница между Афганистаном и Таджикистаном стала резко прогреваться. Под ударом оказались китайские проекты в республике Таджикистан. Это далеко не первый инцидент со времени прихода движения «Талибан» к власти в Афганистане, но в данном случае это уже, что называется, «перебор»: подтверждена гибель пяти граждан Китая, работавших в Таджикистане на золотодобыче. Рудник там довольно известен по прошлым печальным сводкам, но здесь инцидент демонстративный и крупный. Еще не как в Пакистане, но уже близко.

В Пекине к этому отнеслись крайне серьезно. В свою очередь Душанбе не может игнорировать китайские претензии, поскольку кредитование республики во многом (свыше 35%) как раз осуществляется в Китае. Что характерно, именно в конце 2025 г. отношения между талибским Афганистаном и Таджикистаном стали переходить от холодной конфронтации к некоторому потеплению.
 

 

Агентство Reuters мгновенно запустило новость о том, что Таджикистан запросил военную помощь по линии ОДКБ, хотя эта помощь не запрашивалась, а из международных структур инциденты обсуждались по линии ШОС. Подобные «медиа» (возьмем это в кавычки) не работают вне политического заказа и весьма часто просто пускают в ход заготовки вместо действительных новостей.

Здесь важно понять, с чем мы сейчас имеем дело: столкновение локальных интересов, где заказчики таких агентств греют руки, или имеет место некая системная и последовательная игра. Впрочем, есть и третий вариант, когда столкновение локальных интересов дает старт подобной игре, создает под нее необходимые и достаточные условия, далее при умелой модерации эти интересы превращаются уже просто в чужой инструмент.

Туркменистан, который совсем недавно отметил 30-летие своей независимости, собрав региональных лидеров, также является одним из элементов этой игры.
 

Три базовых проблемы, которые невозможно решить или обойти

Афганистан в России часто представляется своеобразной «черной дырой», источником постоянных проблем и угроз, и у такого представления есть масса совершенно объективных оснований. Тем не менее жизнь там не останавливается, а схем у внешних игроков не становится меньше. Просто деятельность в рамках этих схем то активизируется, то ставится на некоторую паузу, но никогда не прекращается.

Движение «Талибан» с его установками — это на самом деле средневековая архаика. Т.н. «мировое сообщество» иногда неодобрительно покачивает головой вокруг прав женщин, но игроков вокруг Афганистана эта архаика, как и права афганок, понятное дело, волнуют в последнюю очередь. Интересны ресурсы, интересны маршруты, но все-таки главная изюминка Афганистана для внешних игроков заключается в том, что его можно при стечении обстоятельств, а также навыках, умении и аналитическом понимании использовать против кого-то.

Почему тут дан такой не очень весомый термин, как «схема»? Дан он потому, что именно стратегии в отношении Афганистана уже долгое время нет ни у кого. Даже у Китая это скорее набор разных тактик. Политика, которая была бы частью именно стратегического плана, как ни странно, была только у США от времени входа в регион до первой трети 2010-х годов. Далее и американские концепции разошлись по швам.

Часто политика представляется в качестве своеобразной «надстройки» над базисом-экономикой. В плане Афганистана это представление, весьма неточное в плане исходной теории, но зато образное и многими любимое, является как раз вполне рабочим. Оно описывает первую базовую проблему — границы влияния.

Известная уже практически всем «многополярность» отражает желание ряда крупных и средних игроков обеспечить учет и реализацию своих интересов. Желание похвально и понятно, проблема в том, что действительно крупные экономические центры формируют вокруг себя и под себя периферию, совместно с которой формируют уже общую стоимость. Автору тут ближе термин «макроэкономический кластер», но есть и иные определения.

Центров таких (полностью оформленных) всего три: Китай и ЮВА, Евросоюз и Турция, США, Канада и Центральная Америка. Возможно, но необязательно, что в качестве такого центра-кластера когда-то оформится Бразилия с соседями. Других таких центров, где, к примеру, большая часть внешней торговли игроков осуществляется внутри них, в мире нет. Индия, Россия, Турция как отдельный игрок, Иран с его мощными региональными торговыми сетями, Великобритания с ее рудиментами имперства и сетями влияния такими центрами не являются.

Не являются, но за формирование их все равно ведут какую-то борьбу. В основном не очень успешную, поскольку вместо общей стоимости товаров и услуг в основу формирования обычно кладут торговлю без совместного производства, военно-политические коалиции и объединения, политику «против кого-то и за многополярность» и т. п.

Те, кто умеет играть в общую стоимость — Китай, США и ЕС, — этим попыткам разными способами противодействуют или, как любят говорить в США, «проводят политику сдерживания». У каждого борца за свой отдельный кластер имеются свои региональные государства-ключи. Для России это Украина, для Индии — Пакистан, для Ирана — Ливан, для Турции — Ирак.

Блокируйте государство-ключ, и даже если у игрока обозначится потенция к созданию именно общей стоимости, а не ее политического симулякра, то ничего из этого путного не выйдет. Но помимо ключей, есть еще и проблемные узлы, которые не дадут эти ключи даже снять с ключницы, и они прекрасно известны — Сирия, Ливия, сектор Газа, Кашмир (как регион). Но есть еще и совершенно уникальное место — Афганистан, где блокируется расширение влияния сразу для Китая, Индии, Ирана, России как игрока в Центральной Азии, Индии, самой Центральной Азии как «группы пяти», а также Турции.

Концепция США при Дж. Буше-мл. в плане Афганистана всё это учитывала, но была прямой и безыскусной, как новый стальной лом: занять это уникальное место и оттуда контролировать всех остальных. Странно, что учителя менеджмента, которые по идее должны лучше всех понимать разницу между управлением и контролем, решили заняться вместо контроля именно управлением. В Ираке, кстати, они пошли по этому же тупиковому пути, а в итоге вернулись на исходные позиции.

Казалось бы, номинально обновленный для внешнего мира «Талибан» имел некоторые шансы на перевод Афганистана пусть и в архаичное, но все-таки традиционное государство со своей собственной сферой интересов. Но тут имеется другая базовая проблема — «Талибан» был рожден для борьбы с СССР, но вот вырос и оформился в эпоху незавершенной глобализации, где сформировались эти самые макроэкономические кластеры. «Талибан» не может существовать, если Афганистан не является инструментом кого-то против кого-то или вообще всех против всех.

Запустив к себе китайский капитал, «Талибан» не может отказаться от турецкого участия, а значит, и предпринять деятельные усилия для ослабления Анкары в Центральной Азии. Сильная Анкара будет блокировать Китай в том же Таджикистане, который и близко не тюркское государство, но Туран без него как-то не получается. Афганистану рационально нужна своя доля от торговли с Индией, откуда и берутся проекты по инвестициям в СЭЗ и порты Ирана, но правая рука привлекает средства, очень дефицитные для Афганистана, а рука левая отпускает вожжи на западных границах.

Третья базовая проблема также для Афганистана и «Талибана» является сущностной. Формировался этот центр нынешней афганской власти как региональная сеть, в которой есть свои властные центры, им на кормление нужны региональные торговые маршруты, а это не просто борьба друг с другом, но еще и сохранение оппозиционных течений, которые по сути являются элементом внутреннего противостояния, хоть и ведут каждое с движением свою борьбу и ведут зачастую жестко. Но силовым башням в Кабуле на удивление не нужно их полное устранение, чем первым делом и занялся бы «Талибан», будь он традиционным государством с его властными пирамидами и вертикалями.
 

Когда пассивность приносит дивиденды

Если разобраться, то все эти проблемы по отдельности и так прямо или косвенно известны многим, но что это значит, если смотреть на них вместе? Только то, что такой статус инструмента у Афганистана навсегда. Любые попытки играть там по «нормальным правилам» априори обречены на неудачу, но успешны будут те схемы, где Афганистан используется против кого-то.

Кстати, такое объединение, как ШОС, вообще-то изначально создавалось для защиты стран Средней Азии от того самого «Талибана», было бы наивно думать, что этот аспект там забыт. Самое же занятное, что использовать талибский Афганистан против США не получится теперь совсем, а вот США этой проблемой могут пользоваться почти свободно.

Афганистан России надо использовать, но в плане инвестиций, торговых путей, энергетических проектов, даже политических реверансов в традиционном для нас стиле, стоит соблюдать очень большую дистанцию. Все прокладывать только вокруг, но одновременно быть готовыми использовать его против кого-то.

Кто для нас непосредственная угроза: сам Афганистан (такой, какой есть) или турецкая экспансия в Центральной Азии, которая прямо отражается внутри России через ту самую миграционную политику в том числе? Ответ — турецкая экспансия. Рецепт, с учетом изложенного, может быть, прозвучит парадоксально, но с математической точки зрения тут никаких парадоксов нет — надо дать Турции влезть в Афганистан по самые плечи. Не сдерживать Анкару в вопросе Афганистана и не конкурировать с ней, а подталкивать и содействовать — самим же стоять в стороне и тянуть торговлю через Иран напрямую в Индию. Турцию надо ограничивать внутри России, а в отношении Афганистана — содействовать. И чем дальше и глубже — тем лучше.

Тот, кто вложит в Афганистан инвестиции, рано или поздно отдаст дивиденды стороннему наблюдателю. Несколько наблюдателей получат распределенный выигрыш, но несколько инвесторов распределят только убытки. Именно этот момент в плане неудачной работы китайцев на золотом руднике в Таджикистане на афганской границе надо иметь в виду прежде всего. Политические дискуссии в рамках ШОС тут вторичны и даже третичны. Впрочем, проектов Китая в Афганистане много, а некоторые инвестиции (нефть) довольно значительны. Устраивает ли результат Пекин? Нет. Надо ли сделать как Китай, только лучше (у нас ведь всегда лучше)? Нет, не стоит.

При этом в Афганистане Москве ни прямо, ни косвенно не следует как-то поддерживать (даже ситуативно) ни одно из антиталибских движений или течений — только формальные отношения с формальным Кабулом при самом необходимом минимуме вложений: топливо, гуманитарные программы, поддержка условных «рыночных реформ» на площадках ООН, участие «Талибана» в конференциях по изменению климата и в программах устойчивого развития ООН. Там много можно найти, чтобы бурно обозначить присутствие, не вкладывая существенных ресурсов.