Emin-83

А именно в чем??? А кто его знает? Хотел блефануть - не получилось. Сразу разоблачили. В чем заключается ваша благодарность, то что вы и другие армяне в результате тяжелого экономического положения решили покинуть свою родину? Да, я согласен, что армянская диаспора имеет некое влияние, но толку от этого. Все усилия сводятся к тому, чтобы признать пресловутый геноцид армян и развивать конфликт по тому же сценарию от которого ни вам ни нам никакой пользы нет))) Как поется в песне Александра Розенбаума-"Доигрались недозрелые юнцы, дорезвились господа на островах, в холостую воздух мелят жернова....." Где я пишу про благодарность диаспоре? Благодарность младотуркам, а не диаспоре. Читайте внимательней. А где я пишу благодарность диаспоре??? Опять бзик???))) Я писал про благодарность младотуркам, хотя по-моему это одно и тоже. Благодарить младотурков за свою доблестную диаспору, которая "наступает на пятки" еврейской диаспоре))

Да, больше добавить нечего, кроме того, что армянский легион принимал участие в войне на стороне нацисткой Германии. Bakili, Вы меня опередили. Я тоже хотел написать про армянский легион, но в несколько в другом ракурсе. Что ж, пришло время и еврейского легиона. Далеко не секрет, что в Вермахте служило до 150 000 евреев ( мало того и ещё в СС), и довольно неплохо служило, надо сказать. И это те, которых немцы убивали миллионами. Почему же 20000 армян не может послужить в Вермахте в надежде на свободную Армению? Немцы ведь армян по нацпризнаку не убивали. Только евреев и цыган (обращаю внимание азербайджанских юзеров, неровно дышащих к цыганам, на глупость Гитлера - где евреи а где цыгане?) Достаточно набрать в поисковике "евреи в Вермахте" и получишь то, что искал, с именами, паролями, явками. А ещё пишете, что Гитлер просто лютой ненавистью ненавидел евреев. И как же этот злостный антисемит позволил им не гореть в топках Освенцима, а сражаться за общий фатерланд? "...Теперь Брайан Ригг ставит нас перед новыми фактами, приводя Израиль к неслыханному парадоксу. Вдумаемся: 150 тысяч солдат и офицеров гитлеровской армии могли бы репатриироваться согласно израильскому Закону о возвращении. Нынешний вид этого закона, испорченный поздней вставкой об отдельном праве внука еврея на алию, позволяет тысячам ветеранов вермахта приехать в Израиль!..." "...Майор вермахта Роберт Борхардт получил Рыцарский крест за танковый прорыв русского фронта в августе 1941 года. Затем Роберт был направлен в Африканский корпус Роммеля. Под Эль-Аламейном Борхардт попал в плен к англичанам. В 1944 году военнопленному разрешили приехать в Англию для воссоединения с отцом-евреем. В 1946-м Роберт вернулся в Германию, заявив своему еврейскому папе: "Кто-то же должен отстраивать нашу страну". В 1983 году, незадолго до смерти, Борхардт рассказывал немецким школьникам: "Многие евреи и полуевреи, воевавшие за Германию во Вторую мировую, считали, что они должны честно защищать свой фатерланд, служа в армии". ..." Вот это я понимаю - фатерланд и точка. Взято отсюда, с нацсайта, но есть масса других источников - шила в мешке не утаишь!: http://www.homeru.com/forum/index.php?topic=1852.0 http://anvictory.org/index.php?name=pages&...inte&id=367 На основе опроса Ригга, автора книги, делается уточнение, лица еврейского происхождения, тоесть люди у которых дедушка или бубушка, прадедушка или прабабушка являлись евреями их называли Мишлингами, которые не признавали себя евреями, а считали себя немцами. Евреи и Мишлинги призывались к военной службе, но Евреям-чистокровным было запрещено служить, а Мишлингам разрешалось, но исключалась возможность получения звания командира, тобишь выше звания ефрейтора, обер-ефрейтора и т.д. Полуевреи как евреи были отдельной категорией, которым запрещалось жениться на арийцах ну и т.д. Вот вам ссылка. http://www.waronline.org/analysis/hitler-jews.htm

Побольше читвйте Венден, крестьянин вы наш))) Евреи во главе военной промышленности СССР во время 2МВ В годы 2МВ в СССР выдвинулась блестящая плеяда выдающихся руководителей промышленности и инженеров-евреев. Благодаря их таланту и самотверженному труду, после разгрома 1941 года удалось в короткие сроки построить заводы в Сибири и на Урале и восстановить производство вооружений. Их усилия сыграли ключевую роль в непрерывном снабжении Красной Армии боевой техникой и вооружениями и стали залогом Победы. СССР "отблагодарил" еврейских инженеров и руководителей промышленности за самоотверженный труд - после войны они стали объектом яростной антисемитской компании, повлекшей за собой дискриминацию, травлю, изгнание и полное забвение в СССР их подвига. Александр Шульман Евреи во главе военной промышленности СССР во время 2-ой Мировой войны В годы войны евреи возглавляли ключевые наркоматы и управления военной промышленности, ковавшие оружие Победы.Это были выдающиеся организаторы производства, не щадившие ни себя, ни своих подчиненных ради главной цели - Красная Армия должна была непрерывно снабжаться современной техникой и вооружениями, превосходящими оружие нацистской Германии. СССР после разгрома в 1941г. лишился центров военной промышленности, оставшихся на оккупированной немцами территории. Ради спасения страны, требовалось буквально в считанные дни эвакуировать производства и построить новые заводы в Сибири и на Урале, чтобы дать Красной Армии все необходимые вооружения. Этот подвиг был совершен в основном благодаря усилиям евреев, возглавлявших ключевые наркоматы. Среди них: генерал-полковник Ванников Борис Львович - нарком вооружений с 1939 го 1941 гг., затем нарком боеприпасов в 1942-1946 гг.После войны министр Б.Л. Ванников возглавлял работы по созданию атомной бомбы, будучи председателем Комитета № 1 при правительстве. Гинзбург Семен Захарович - нарком строительства СССР в 1939-1946 гг. В годы войны руководил работой по строительству оборонных и промышленных объектов, вводом в строй эвакуированных предприятий, восстановлением народного хозяйства в освобожденных районах. Каганович Лазарь Моисеевич - член Гос. Комитета обороны, председатель Транспортного комитета при Совете народных комиссаров СССР, нарком путей сообщения в 1938-1942гг. и 1943-1944гг. генерал-майор Зальцман Исаак Моисеевич - нарком танковой промышленности СССР в 1941 - 1943гг. Cоздатель и руководитель Танкограда, созданного в Челябинске на базе Челябинского тракторного завода, эвакуированных Кировского машиностроительного и Харьковского танкового заводов. В оборонных наркоматах среди руководителей Главных управлений было 26 евреев. 18 заместителей наркомов ряда важнейших наркоматов тоже были евреями, среди них: Генерал-майор Сандлер Соломон Миронович - зам. народного комиссара авиационной промышленности. Генерал-майор Вишневский Давид Николаевич -зам. народного комиссара боеприпасов. Под его началом были разработаны новые типы взрывателей для снарядов Генерал-майор Залесский Павел Яковлевич - зам. начальника главного управления наркомата авиационной промышленности. . Генерал-майор Землеруб Виктор Абрамович - начальник главного Управления наркомата боеприпасов. Генерал-лейтенант Левин Михаил Аронович - начальник управления моторостроения и топлива авиационной промышленности. Генерал-майор Носовский Наум Эммануилович - начальник главного управления наркомата вооружения. Генерал-майор Франкфурт Самуил Григорьевич - начальник главного управления наркомата боеприпасов. Рыбак Борис Михайлович – зам. народного комиссара авиационной промышленности; Каплун Григорий Данилович – зам. народного комиссара судостроения; Коган Юлий Соломонович и Мясковский Семен Абрамович – зам. народного комиссара в наркомате среднего машиностроения; Начальником технического управления наркомтанкопрома был Фрезеров Григорий Рафаилович. Израиль Гальперин - зам. наркома тяжелой промышленности: Ефим Браиловский - зам. наркома электротехнической промышленности; Семен Резников - зам. наркома черной металлургии, и, одновременно, дирёктор Нижне-Тагильского металлургического завода, который за годы войны поставил 30 % броневой стали для танковых заводов страны. Среди тех, кто создавал производственную базу оборонной промышленности можно назвать: Бернштейн Лев Борисович - начальник строительства объектов для Северного флота. Гренадер Давид Семенович - начальник строительства завода в Сибири. Дымшиц Вениамин Эммануилович - строитель металлургических заводов: Кузнецкого, Азовстали, Криворожского, Магнитогорского. В годы войны вводил новые мощности. Управляющий трестом «Магнитострой». Шейнкин Борис Лазаревич - начальник строительства подводного бензопровода через Ладожское озеро. Затем руководил строительством нефтепровода от Гурьева до Куйбышева, Шильдкрот Моисей Абрамович - начальник строительства танкограда на базе Челябинского тракторного завода. Генерал-майор Рапопорт Яков Давидович - командующий 3 саперной армией и оборонительного строительства ряда фронтов. С 1943 г. строил Челябинский металлургический завод. Шапиро С.Г. - Начальник Главного военно-промышленного управления при СНК СССР Лившиц Б.Л. - Зам. начальника Строительного управления Наркомвоенморфлота Харьковский А.З. - Главный инженер Главуралстроя Аронсон Е.Г. - Главный инженер Главуралэнергостроя Левин И.А. - Начальник Главэлектромонтажа Мизрухин Я.М. - Начальник Главпромэлектромонтажа Офенгейм Г.Г. - Начальник Главдальстроя Василевицкий В.А. - И.о. начальника Главбоеприпасстроя Золотников Е.М. - Главный инженер того же Управления Спивак Н.Я. - Главный инженер Глававиастроя Рапопорт Я.Д. - Начальник Главгидростроя Шлюгер И.С. - Начальник Гллавсвязьстроя Френкель Н.А. - Начальник Главжелдорстроя Кульчицкий Б.С. - Главный инженер Главпромстроя Металлургические заводы возглавляли: Сокол Яков Исаакович - директор Челябинского металлургического завода качественных сталей Шварцбург Петр Ильич - директор Челябинского кузнечно-прессового завода. Эскин Юлий Борисович - директор морского завода. Резников С.И. - Директор Ново-Тагильского металлургического завода, главного поставщика броневой стали. Локшин Е.М. - Главный инженер того же завода Гринберг Л.И. - Директор Петровско-Забайкальского мелаллургического завода Коган П.И. - Директор завода “Азовсталь” Крамер М.Ф. - Директор Златоустовского металлургического завода. Злочевский И.И. - Директор Саткимского металлургического завода Гутник В.Д. - Директор Челябинского завода металлоизделий Трегубов А.И. - Директор Лысьвенского металлургического завода Коханов И.Е. - Директор Чермозского металлургического завода Пастернак И.Б. - Главный инженер Первоуральского Старотрубного завода Ямпольский А.О. - Директор Каменск- Уральского трубного завода Вайсберг Л.Э. - Главный инженер Кузнецкого металлургическогокомбината, Юдович С.З. - Главный инженер завода “Спецсталь” Пустыльник И.И. - Главный инженер Уральского алюминиевого завода Ицыксон Б.И. - Главный металлург того же завода Фальский Ф.Г. - Директор Соликамского магниевого завода Сокол Я.И. - Директор Челябинского металлургического завода Левин Л.И. - Директор Нижне-Сергинского металлургического завода Неймарк Н.Я. - Директор Актюбинского ферросплавного завода Нодельман А.А. - Директор Белорецкого металлозавода Гришкан А.З. - Директор Бакинского трубопрокатного завода. Артиллерийское вооружение Главное управление по производству артиллерийского вооружения возглавлял генерал Наум Эммануилович Носовский. Горлицкий Лев Израилевич был конструктором самоходных артиллерийских установок САУ-76, САУ-122. Локтев Лев Абрамович - конструктор артиллерийских пушек-зениток. В конструкторском бюро Грабина были разработаны артиллерийские пушки ЗИС-3 - их создавали конструкторы-разработчики: Ласман Б., Норкин В., и др. Главным инженером Приволжского (Горьковского) завода был Марк Зиновьевич Олевский (лауреат Сталинской премии). За годы войны завод выпустил 100 тыс. артиллерийских орудий. Генерал-майор Быховский Абрам Исаевич возглавлял Ижевский и Пермский артиллерийские заводы. Ижевский завод был основным производителем авиационных пушек и всех видов стрелкового вооружения (пулеметы, винтовки, противотанковые ружья). Уральским артиллерийским заводом руководил генерал-майор Лев Робертович Гонор. Этот завод выпускал тяжелые полевые и противотанковые пушки. Директором артиллерийского завода им. Ворошилова был Борис Абрамович Хазанов Директором завода им. Калинина (бывшего Обуховского) был Борис Абрамович Фрадкин. На заводе выпускали зенитные артиллерийские установки. После войны завод производил ракетные установки, их главным конструктором был выдающийся инженер-еврей Лев Вениаминович Люльев. Яков Абрамович Шифрин в 1941 г. был главным инженером завода “Большевик”, в 1942 г. стал директором артиллерийского завода им. Ворошилова. На этом заводе было создано СКБ минометного вооружения. Я.А. Шифрин был одним из руководителей Центрального артиллерийского конструкторского бюро в 1942-1944 гг. Всем директорам артиллерийских заводов было присвоено генеральское звание. За годы войны артиллерийские заводы выпустили 482 тысячи орудий. Стрелковое и авиационное вооружение Основным поставщиком всех видов стрелкового вооружения был Ижевский машиностроительный завод, главным инженером которого в годы войны был Соломон Савельевич Гинденсон, Герой социалистического труда. Главным технологом был Абрам Яковлевич Фишер, лауреат Сталинской премии. Главным конструктором авиационного вооружения был выдающийся инженер Александр Эммануилович Нудельман, лауреат Государственной премии, лауреат Ленинской премии, Герой социалистического труда. Завод выпускал также противотанковые ружья, пулеметы и т.п. Гинденсон С.С. - Главный инженер Ижевского машиностроительного завода Фишер А.Я. - Главный технолог того же завода Минков А.Я. - Главный инженер Ижевского завода по производству пистолетов Котляр А.С. - Директор оптического завода №69 (Прицелы, дальномеры, стерео трубы и бинокли) Брусиловский А.И. - Начальник производства того же завода Лазаревич Я.А. - Главный инженер завода по производству вооружения №88 Морозенский А.И. - Главный инженер военного завода №71 Подобрянский В.А. - Главный инженер военного завода № 17 Зеликов А.И. - Главный инженер военного завода №70 Альтговзен - Директор Уральского турбинного завода, выпускавшего реактив- ные установки. Каневский - Директор военного завода №625 того же профиля Штейнберг - Директор военного завода №209 того же профиля Цофин С.А. - Директор военного завода им. Гольца Боярский Л.Г. - Директор завода им. Энгельса Фраткин Б.А. - Директор артиллерийского завода им. Калинина (Зенитн. устан- овки.) Авцин Г.В. - Главный инженер того же завода Олевский М.З. - Главный инженер пушечного завода №92 Гонор Л.Р. - Директор завода “Баррикады” Сталинград, затем Уральского артиллерийского завода Быховский А.И. - Директор Ижевского машиностроительного завода, затем Пермс- кого машиностроительного завода. Шифрин Я.А. - Директор военного завода им. Ворошилова Хазанов Б.А. - Директор того же завода после перевода Шифрина в Центральное артиллерийское конструкторское бюро. Танковое производство По данным Генерального штаба, Красная Армия потеряла за первые 5 месяцев войны 20500 танков. Поэтому Сталин принял экстренные меры для создания в тылу новой танковой промышленности. С этой целью в Челябинск, где находился тракторный завод, были эвакуированы Кировский завод из Ленинграда и танковый завод № 183 из Харькова. Директором головного предприятия – Кировского завода – был назначен Исаак Мойсеевич Зальцман, который в 1941 г. был назначен заместителем наркома танковой промышленности , а в 1942-1943 гг. стал наркомом. Через полтора месяца Харьковский завод начал выпускать дизельные двигатели для танков Т-34, которые еще раньше были созданы в Харькове. Дизельный двигатель мощностью 500 л.с. (модель В-2) был сконструирован в Харькове под руководством Якова Ефимовича Вихмана специально для этого танка.Конструкторы советских танков были Черняк Б.А., Митник А.Я., Шпайхлер А.И., Шварцбург М.Б. Главным инженером Уральского танкового завода (бывшего № 183) был Лазарь Исаакович Кордунер. Кроме указанны заводов в состав Танкограда входил еще ряд заводов: “Московский станкозавод”, “Красный пролетарий”, завод шлифовальных станков и еще полтора десятка заводов-смежников. Возглавлял конгломерат И.М. Зальцман. На входившем в состав Танкограда Уралмашзаводе было организовано производство самоходных артиллерийских установок САУ-122, оснащенных 122-мм гаубицами конструкции Лазаря Исааковича Горлицкого. Толщина броневой защиты САУ составляла 45 мм. Вскоре завод заменил ее более совершенной установкой САУ-100 с двумя прицелами. За годы войны было выпущено 22 тысячи таких установок. В Нижнем Новгороде, где директором завода “Красное Сормово” был генерал-майор Ефим Эммануилович Рубинчик (бывший директор Коломенского паровозостроительного завода) также было организовано производство танков Т-34. Сын директора – Александр Рубинчик работал на этом же заводе испытателем танков и ушел на фронт в звании лейтенанта. В сентябре 1942 г. выпуск двигателей В-2 был организован и на моторном заводе в г. Барнауле под руководством главного инженера Эфраима Моисеевича Льва, переведенного со Сталинградского тракторного завода. В 1943 г. Кировский завод начал выпуск тяжелых танков ИС-1 и ИС-2 с более мощным вооружением, а также танков КВ. Главным конструктором тяжелых танков был генерал-полковник Котин Жозеф Яковлевич - под его руководством были разработаны модификации тяжелого танка KB (KB-lc, KB-85, новые танки ИС-1, ИС-2. За годы войны в Танкограде было выпущено более 100 тысяч танков и САУ. Лившиц А.М. - Директор Горьковского автозавода, выпускавшего лёгкие танки Лев Е.М. - Главный инженер Алтайского моторного завода Дулькин Б.Я. - Директор Сталинградского тракторного завода Длугач М.А. - Директор оставшегося в Ленинграде после эвакуации Кировского завода Зеликсон М.Я. - Директор военного завода №36 им. С. Орджонекидзе Гольдштейн Б.Я. - Директор завода им. Молотова Мороз М.А. - Директор военного завода №255 Кацнельсон Е.М. - Директор военного завода №174 Авиационная промышленность Среди руководителей отрасли были, как и везде, евреи. В авиапромышленности состояло 120 заводов. В 1941 г. ВВС получили 15 тысяч самолетов, в 1942 г. – 25 тысяч, в 1944 г. – 40 тысяч. Кроме того, Красная Армия получила по ленд-лизу от союзников еще 1475 самолетов. Еще в 1940 г. директор одного из крупных авиазаводов в г. Воронеже Матвей Борисович Шенкман при поддержке конструктора С. Ильюшина на свой страх и риск, без разрешения начальства, начал осваивать производство самолетов ИЛ-2. 23 августа 1941 г. он был награжден Орденом Ленина и получил телеграмму от Сталина: “Самолеты ИЛ-2 нужны Красной Армии как воздух”. 23 мая 1942 г. Шенкман погиб в авиационной катастрофе. Харьковским авиакомбинатом руководил Вениамин Соломонович Берман, Иркутским авиазаводом – Исаак Борисович Иосилович, Саратовским заводом – Израиль Соломонович Левин, Воронежским – Матвей Борисович Шенкман, авиамоторным им. Фрунзе – Михаил Сергеевич Жезлов, заводом по выпуску самолетов У-2 – Юлий Борисович Эскин, заводом самолетных винтов – Оскар Александрович Казанский. Генерал-майор Белянский Александр Абрамович - директор авиационного завода № 18, изготавливавшего штурмовики Ил-2. Казанский О.А. - Директор завода самолётных винтов Виштынецкий И.С. - Директор завода цветной металлургии Юсим Я.С. - Директор завода “Шарикоподшипник” г. Москва Генерал-майор Поликовский Владимир Исаакович был начальником Центрального НИИ авиационного моторостроения. Среди главных инженеров авиазаводов были Давид Ефимович Айзенберг, Абрам Львович Годенко, Лев Самойлович Давыдов, Наум Александрович Шапиро, Симка Беркович Шерман, Ефим Маркович Юдин, Абрам Филиппович Авербух и другие. Директором Особого завода № 69 был Александр Савельевич Котляр. В октябре 1941 г. этот завод перебазировали в Новосибирск. Это было ведущее предприятие отрасли, поставляющее прицелы, дальномеры, стереотрубы, бинокли и другую оптическую продукцию. Генерал-майор И.С. Левин на Саратовском заводе выпустил за годы войны 15 тыс. истребителей ЯК-1 и ЯК-3 благодаря поточно-стендовой сборке самолетов. Директором Иркутского авиазавода, выпускавшего самолеты Пе-2, Пе-3 и ИЛ-4, был Исаак Борисович Иосилович, назначенный впоследствии заместителем А.Н. Туполева. Крупнейшее авиамоторное предприятие им. Фрунзе в Самаре (тогда Куйбышеве) выпускало моторы для бомбардировщиков и штурмовиков. Директор этого завода генерал-майор М.С. Жезлов был награжден четырьмя орденами Ленина и званием Героя социалистического труда. Самым массовым истребителем был самолет Як-9, оснащенный автоматической 37-мм пушкой,созданной Нудельманом Александром Эммануиловичем - главным конструктором по авиационным пушкам на Ижевском заводе. Вместе с ним конструировал авиапушки Рихтер Арон Абрамович. Важную роль в Сталинградской битве сыграли истребители Ла-5, созданные в КБ генерал-майора Героя социалистического труда Семена Алексеевича Лавочкина. С ним работали специалисты: Тайц М.А., Закс Л.А., Пирлин Б.А., Зак С.Л., Кантор Д.И., Свердлов И.А., Хейфец Н.А., Черняков Н.С., Эскин Ю.Б. На истребителе Ла-5 летчик Иван Кожедуб сбил 45 вражеских самолетов, а на истребителе Ла-7 – еще 17. Гуревич Михаил Иосифович создал серию высотных истребителей МИГ. Косберг Семен Ариевич был главным конструктором авиадвигателей. Гальперин Анатолий Исаакович - конструктор сверхтяжелой авиационной бомбы весом 5,4 тонны, которую применяли для поражения особо важных и крупных объектов врага, и другие. Нижний Владимир Иосифович - специалист по двигателям. Погиб при взрыве двигателя во время его испытания. Миль Михаил Леонтьевич -конструктор, в будущем ставший выдающимся создателем ряда вертолетов. Генерал-майор ИАС Изаксон Александр Моисеевич вместе с Петляковым В.М. накануне войны создал пикирующий бомбардировщик Пе-2. После гибели Петлякова в 1942 г. возглавлял конструкторское бюро, создавшее самолеты Пе-2, Пе-3, Пе-8 (ТБ-7). С ним работали Буяновер С.И. - главный конструктор прицельных устройств для сбрасывания бомб с Пе-2, Вильгрубе Л.С., Эрлих И.А. и др. B КБ Туполева работали видные конструкторы и инженеры: Егер С.М., Иосилович Ц.Б., Минкнер К.В., Френкель Г.С, Стерлин А.Э., Стоман Е.К. Ими создан тактический пикирующий бомбардировщик Ту-2 и другие самолеты семейства Ту. Среди тех, кто испытывал новую авиатехнику, можно назвать летчиков-испытателей Галлая Марка Лазаревича - Героя Советского Союза, заслуженного летчика-испытателя СССР. Барановского Михаила Львовича Гимпеля Е.Н., Изгейма А.Н., Кантора Давида Исааковича, Эйниса И.В. и других. Производство боеприпасов В начале войны все 7 химических заводов по производству пороха и ВВ, расположенные недалеко от границы, были захвачены немцами. Красной Армии нечем было стрелять. На первое время американцы поставили 370 тыс. тонн пороха. Сталин выпустил из лагеря заключенного туда бывшего наркома вооружения Бориса Львовича Ванникова и назначил его наркомом боеприпасов. Под его руководством развернулись исследования по использованию новых источников для производства боеприпасов. Толуол получили из нефтехимического производства на Уфимском заводе. Усилиями Московского НИИ боеприпасов особого бюро на заводе № 98, где директором был Давид Григорьевич Бидинский, и профессора Ю. Харитона (после войны – создателя атомной бомбы, академика) задача была решена. Начали выпускать боеприпасы, заводы, руководимые Д.Г. Бидинским, С.Г. Франкфуртом, Е.Д. Бердичевским, О.М. Беленьким, Б.З. .Окуневым, М.Б. Левиным, Н.Ш. Абелевым, Д.Р. Барским и др. Горский Борис Львович был директором порохового завода, Неустроев Семен Абрамович - директор завода боеприпасов. Даже на артиллерийском заводе им. Ворошилова (директор Б.Н. Хазанов) выпустили 8 тыс. мин и 240 тыс. авиабомб. К работам подключили наркомат минометного вооружения и наркомат цветной металлургии. 42 % всего свинца для изготовления пуль и шрапнели давал Лениногорский полиметаллический комбинат, остальной свинец поставлял Чимкентский свинцовый завод. Генерал Давид Вишневский и его ЦКБ создавали новые типы взрывателей. На заводах цветной металлургии за годы войны было изготовлено 13 млн. реактивных снарядов для “Катюш”, установленных на американские “Студебеккеры” с мощным двигателем (95 л.с.). Сами установки монтировал Московский завод “Компрессор”. Гольдштейн В.В. - Директор Люберецкого завода сельхозмашин, выпускавшего боеприпасы Генкин А.К. - Директор завода Уралсельмаш Гончаров М.Н. - Директор завода им. Молотова Копелиович М.С. - Директор завода №73 Эпштейн Я.И. - Директор завода “Автоприбор” Баренблюм И.К. - Директор военного завода №58 Уфлянд А.И. - Директор военного завода №91 Барский Д.Р. - Директор военного завода №386 Брусиловский З.Э. - Директор военного завода № 607 Виттенберг А.С. - Директор завода им. Сталина НКНП Глейзер А.И. - Директор завода “Идеал” №37 Кустанович В.К. - Директор военного завода № 658 Двинов Х.Я. - Директор военного завода № 10. Тумаркин Ф. Ш-Б - Директор военного завода № 255 Андрачников Е.И. - Директор военного завода № 578 Бердичевский Е.Д.- Директор военного завода №4 Горелик Б.М. - Директор военного завода №5 Емельянов А.А. - Директор военного завода № 367 Лившиц А.Л. - Директор военного завода № 67 Судостроительная промышленность Локшин Е.Я. - Директор Сосновского судостроительного завода, выпускал военные катера. Работал в условиях блокированного Ленинграда Соболев С.Л. - Директор Сосновского судостроительного завода №5, после Локшина Симин А.Ф. - Главный инженер того же завода Слуцкий И.М. - Директор судостроительного завода № 215 Угорский С.С. - Директор судостроительного завода №42 Минкин М.И. - Директор судостроительного завода № 236 Халанай И.А. - Директор судостроительного завода №198 Рубинчик Е.Э. - Директор завода “Красное Сормово”, подводные лодки Автомобильная промышленность Лифшиц - Гл. инженер ГАЗа, затем директор ГАЗа Шварцбург П.И. - Директор Ульяновского автозавода Лоттерштейн Х.С. - Главный инженер того же завода Кацман А.Л. - Главный инженер УралЗиСа За участие в разработке и выпуске новых видов боевой техники за годы войны 300 специалистов-евреев были удостоены Сталинской премии, 12 – звания Героя Социалистического труда, 200 – награждены орденом Ленина. Всего же орденами и медалями были награждены 180 тысяч евреев-инженеров, руководителей предприятий и рабочих. Травля евреев после войны После окончания войны отдел в СССР началась бурная деятельность по увольнению специалистов-евреев под лозунгом “борьбы с космополитизмом”. Можно представить себе состояние человека, отдавшего все силы и энергию для достижения победы и теперь лишенного работы, униженного, оскорбленного. Одним из первых уволенных начальников Главных управления был генерал-майор инженерно-артиллерийской службы Наум Эммануилович Носовский, возглавлявший в годы войны артиллерийскую промышленность. В июле 1947 г. уволили начальника Главного управления по производству боеприпасов Виктора Абрамовича Землеруба. Известного строителя, начальника Управления строительства Беломорско-Балтийского канала Якова Давыдовича Рапопорта, награжденного пятью орденами Ленина, сняли со всех занимаемых постов. Удалили из наркомата химической промышленности начальника Первого Главного управления С.Я. Файнштейна, несмотря на его большие заслуги. Уволили заместителей наркомов: авиационной промышленности – Соломона Мироновича Сандлера и цветной металлургии – Соломона Александровича Рагинского. В авиапромышленности убрали всех директоров заводов еврейской национальности. Последним из них уволили директора Саратовского авиазавода Израиля Соломоновича Левина, награжденного двумя орденами Ленина и полководческой наградой – орденом Кутузова. В наркомате минометного вооружения в 1958 г. осталось три директора завода из 40 директоров и главных инженеров, работавших в годы войны. За период с 1947 по 1953 годы в оборонной промышленности было уволено более 50 евреев – генералов и адмиралов. Это коснулось и Героя Советского Союза начальника военно-инженерной академии генерал-полковника Котляра, а также ряда лиц высшего генералитета – Биновича (бронетанковые войска), С.Д. Давидовича – начальника НИИ танковой промышленности и ряда других. Уволили в 1947 г. создателей промышленности боеприпасов генералов Д.Б. Бидинского, С.Г. Франкфурта, С.А. Невструева и др. Среди уволенных оказались первые Герои соц. труда в артиллерийской промышленности генералы Л.Р. Гонор (которого арестовали в 1953г. и подвергли пыткам на допросах в МГБ) и А.И. Быховский, директора заводов Фрадкин, Хазанов, Шифрин, главный инженер Приволжского завода Олевский. Директора завода № 69 – одного из ведущих в авиапромышленности, А.С. Котляра отдали под суд по ложному обвинению в финансовых махинациях. В начале 1951 г. наркомат авиационной промышленности направил отделу машиностроения ЦК КПСС отчет о работе с кадрами, в котором сообщалось об увольнении 34 директоров и 31 главного инженера еврейской национальности. Евреев увольняли и в других отраслях, например, автомобильной (П.И. Шварцбург, Б.М. Фиттерман и др.). Трагическая судьба у создателя танковой промышленности – наркома Исаака Мойсеевича Зальцмана. Травля евреев продолжалась и после смерти Сталина. Евреев нигде не принимали на работу, а работающих увольняли. Из учебных институтов изгоняли маститых профессоров, доцентов, преподавателей. Не принимали евреев в аспирантуру. “Пятый пункт” в паспорте закрывал дорогу к работе и творческой жизни. Огромен вклад евреев в восстановление и организацию новой оборонной промышленности в годы войны, о чем умалчивают и в СССР и в РФ. Без совершеннного вооружения победа в войне была бы невозможна. Заслуга евреев в создании оборонной промышленности СССР должна войти в историю второй мировой войны. Литература: И.Циперфин "Передать потомкам правду о войне". журнал "Алеф" #983 Мининберг Л. Советские евреи в науке и промышленности СССР в период Второй мировой войны (1941- 1945). Москва. 1995. Иосиф Кременецкий ИНЖЕНЕРНО-ТЕХНИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЕВРЕЕВ В СССР. <A href="http://www.usfamily.net/web/joseph/evr_v_prom_sssr.htm">'>http://www.usfamily.net/web/joseph/evr_v_prom_sssr.htm">http://www.usfamily.net/web/joseph/evr_v_prom_sssr.htm Приложение. Государственный антисемитизм в СССР. Дело евреев-инженеров Московского автозавода имени Сталина Р.А. Руденко и И.А. Серов - в ЦК КПСС о частичной реабилитации работников московского автозавода, осужденных за участие в так называемоц еврейской антисоветской националистической группе 01.08.1955 ЦК КПСС В ноябре 1951 года Военной Коллегией Верховного Суда СССР осуждены к разным мерам наказания 41 человек бывших руководящих работников Московского автозавода имени Сталина и Министерства автотракторной промышленности СССР, в том числе: Эйдинов А.Ф. — помощник директора Московского автозавода имени Сталина; Фиттерман Б.М. — главный конструктор Московского автозавода; Гольдберг Г.И. — главный конструктор по электрооборудованию Московского автозавода; Шмидт А.И. — заместитель начальника производства автозавода; Генкин Б.С. — пом. министра автотракторной промышленности СССР и другие, из которых 11 человек осуждены к расстрелу. Все осужденные были признаны виновными в том, что, являясь участниками еврейской антисоветской националистической группы, действовавшей на Московском автозаводе, во главе с Эйдиновым проводили подрывную работу. Эйдинов и ряд других лиц, осужденных по этим делам, признаны виновными также и в том, что они были связаны с американскими шпионами и саботировали организацию здравоохранения рабочих. При рассмотрении дел в Военной Коллегии Верховного Суда СССР большинство арестованных умышленную вредительскую деятельность на автозаводе отрицало. В поданных в 1952—1955 гг. жалобах осужденные Фиттерман, Коган, Гольдберг и другие свою вину категорически отрицают и утверждают, что в результате незаконных методов следствия они в 1950 году давали ложные показания. Проверка, произведенная Прокуратурой СССР и Комитетом государственной безопасности при Совете Министров СССР, показала, что Эйдинов, Шмидт, Фиттерман и другие были осуждены по недостаточно проверенным материалам. Обвинение Эйдинова, Шмидта и некоторых других в том, что они были связаны с американскими шпионами и способствовали им в сборе секретных материалов о Московском автозаводе, было основано на том, что еврейские писатели Персов и Айзенштадт (Железнова) несколько раз посетили автозавод, где беседовали с некоторыми евреями о работе завода. Проверкой установлено, что Персов и Айзенштадт, как корреспонденты Еврейского антифашистского комитета, с разрешения Эйдинова действительно несколько раз были на автозаводе и, составив несколько очерков о жизни и достижениях евреев, работавших на заводе, опубликовали их в американской прессе. Но по своему характеру эти очерки секретных данных не содержали и антисоветскими не являются. Обвинение осужденных в антисоветской клевете на национальную политику КПСС и советского правительства основывалось только на их личных показаниях, от которых осужденные, отбывая наказание в лагере, отказались. Допрошенные в ходе проверки свидетели, в присутствии которых, как ранее утверждали осужденные, они вели антисоветские националистические разговоры, никаких показаний об антисоветской деятельности осужденных не дали. Не подтвердилось в ходе проверки обвинение Эйдинова и других и в том, что они являлись участниками антисоветской группы. Следствие по делам на бывших работников автозавода имени Сталина и Министерства автотракторной промышленности СССР велось с грубым нарушением социалистической законности. Допрошенный в процессе проверки бывший помощник начальника Следчасти по особо важным делам МГБ СССР Соколов показал, что «...до начала допросов следователи, выделенные для ведения дела, были вызваны к Абакумову, который дал указание допрашивать арестованных о шпионской, вредительской и националистической деятельности. В этом направлении велись допросы и соответственно этому же указанию предъявлялось обвинение». Вместе с этим проверка показала, что на Московском автозаводе имени Сталина в течение ряда лет существовала порочная практика в области планирования производства, недостаточного использования производственных мощностей завода, резервирования готовых автомобилей в незавершенном производстве, запуска автомобилей в серийное производство без соответствующих испытаний и незаконного расходования материальных ценностей. Проверкой также подтверждено, что Эйдинов в период его работы на автозаводе группировал вокруг себя лиц преимущественно еврейской национальности из числа руководящих и инженерно-технических работников, которые в силу своих корыстных и карьеристических побуждений отрицательно влияли на работу и допускали расхищение государственных средств. В связи с изложенным Прокуратурой СССР и Комитетом государственной безопасности при Совете Министров СССР принято решение внести в Верховный Суд СССР протесты с предложением переквалифицировать состав преступления следующим лицам: 1. Пом. директора автозавода Эйдинову, директору комбината общественного питания автозавода Персину, нач. медсанчасти автозавода Самородницкому, директору столовой автозавода Файману, зам. нач. прессового цеха автозавода Вайсбергу, зам. нач. материально-технического отдела автозавода Добрушину и нач. отдела труда и зарплаты автозавода Лисовичу на ст[атьи] 109 и 111 УК РСФСР, т. е. должностные преступления, которые этими лицами были совершены, и дела в отношении их на основании Указа «Об амнистии» прекратить. 2. Дела в отношении нач. цеха коробки скоростей автозавода Майнфельд, главного конструктора по автоэлектрооборудованию автозавода Гольдберга и пом. министра автотракторной промышленности СССР Генкина прекратить за отсутствием в их действиях состава преступления, 3. На остальных осужденных прекратить дела за недоказанностью предъявленного им обвинения. Генеральный прокурор Союза ССР Р. РУДЕНКО Председатель Комитета государственной безопасности при Совете Министров СССР И. СЕРОВ Чл[енам] Президиума] ЦК, Секретарям] ЦК. Согласен. Н. Хрущев. Без оформления [протокольного решения]. В. Чернуха, 5 августа 1955 г. Сообщено т. Руденко. Н. Соловьев, 9 августа 1955 г. АП РФ. Ф. 3. Оп. 32. Д. 18. Л. 7—11. Подлинник. Исчерпывающий ответ))))

Молодцы евреи, вот кто поднимал тяжелую и легкую промышленность и прочие отрасли экономики. Вот кто поставил на рельсы СССР и благодаря которым СССР одолел фашисткую Германию. А ситуация к 1941 году ясна, как Божий День, кто же мог предвидеть внезапное вторжение немецких войск в СССР???))) Естественно СССР была непоготовленной, ведь после заключения Пакта Молотова-Риббентропа о взаимном ненападении, никому даже в голову не могло прийти, что Германия нападет)))

Знаете, у меня есть другая ссылка, тоже Ваша: ====В то время как СССР всегда был многонациональным государством. Равно как и Россия сейчас.=== СССР всегда был и остался большим ГУЛАГОМ, советую ещё раз перечитать Солженицына господин хороший гуманист.... Вы уж определитесь что читать - самого Солженицына или мнение о нем идеологического отдела ЦК КПСС. Я просто в Шоке!!! Wenden, у вас паранойя, вы меня за Карапета принимаете, у меня нет слов, только улыбка, что я имею дело с психически неадекватным человеком))) Ну что, по сути дела нечего ответить, привели мне Великого Русского Стукача НКВД-шника в качестве ссылки))) Ну что, читали про экибастуский донос, понравилось??? )))) Вот так у вас всегда, как говорится, через попу)))

))) Благодарность младотуркам за крутую диаспору))) нашел чем гордиться)))

Ариф, всё дело в разбеге, в форе. Еврейская диаспора в двадцать раз старше армянской. Пока армяне ползали из угла в угол по своему нагорью, евреи уже вовсю крутили по всему миру где были деньги (и куда они их, т.е. деньги, переводили). Это точно)) А именно в чем??? В чем заключается ваша благодарность, то что вы и другие армяне в результате тяжелого экономического положения решили покинуть свою родину? Да, я согласен, что армянская диаспора имеет некое влияние, но толку от этого. Все усилия сводятся к тому, чтобы признать пресловутый геноцид армян и развивать конфликт по тому же сценарию от которого ни вам ни нам никакой пользы нет))) Как поется в песне Александра Розенбаума-"Доигрались недозрелые юнцы, дорезвились господа на островах, в холостую воздух мелят жернова....."

Да уж)) как они говорят, чистокровные потомки Ноя)) а остальные народы, получается своими корнями ведут непонятно куда)) Согласись, ну и соответсвенно карта пресловутой "великой армении" принимала бы другие маштабы, от южного до северного полюса))) Этакие черные арийцы)) Это точно, да и пресловутой великой армении никогда не было, всегда шестерила по д парфянами и римом)) Это уже исторически доказано)) Недалекие, скудоумные черные арийцы))) Как всегда в пролете))) Точно, вот и сейчас объеденилась шарашкина контора в лице русского националиста и арменина, который играет непонятную роль, ну типа ))) мы пойдем на север мы пойдем на север)). На азербайджанском есть такая пословица, ты наверно знаешь, "огру беле гышгырыб, догрунун багры партыйыб" Вор так заорал, что у порядочного человека сердце лопнуло. Что мы видим, у самих рыльце в пушку, а кричат как резаные. А сколько погромов евреев в России было, неговоря о том, что при Николае первом отнимали еврейских детей и насильно крестили, а те кто отказывался креститься, тому хана. Такие семьи, как семья Вендена, тоесть необразованная крестьянская семья, всегда существоовала за счет евреев. Простая логика русской деревушки, у соседа изба краше, обязательно надо поджечь)) Есть анекдот такой))) Равин и Батюшка сидят в автобусе Батюшка обращается Равину Уважаемый Равин, непонятное дело, у вас у евреев всего лишь один чин это Равин, а у нас у христиан несколько чинов: епископ, архиепископ, патриарх. Как объясните это? На что Равин отвечает, ну зачем же один Батюшка? Вот у нас один парнишка в Боги выдался)))

Я не русская Для меня все народы одинаковы, в каждом народе есть и зверьё, есть и достойные люди!! Ещё вопрос:Что делать людям,которые наполовину армяне наполовину азербайджанцы? Им что разорваться из за вашей ненависти и грязной политики? Или себя убить? Представляю как они страдают за вражды между двумя им родными народами.... Помню в 1992 году были в Москве, так там в гостинице Турист, таких семей, смешанных браков было не мало)) Муж арменин, жена азербайджанка и наоборот. Несчастные люди, которые, до сих пор являются заложниками этой ситуации.

Так вот, как проходят ночные посиделки у дядюшки Сэма??? тоесть никак)))

Мелодия из кинофильма "Королек птичка певчая"

Так вот уважаемый, не приписывайте добрую половину нашего населения к бесхребетному стаду. Ок??? Во первых не я, а ваш писатель! Во вторых не половину, а 90%! В том и дело, что в Азербайджане смелость не воспринимают, тут люди трусливы, имею ввиду 90% населения. Э.Гасанов. Эльчин муалим, тебе не стыдно??? Помнишь чему в школе учили? Каждый должен отвечать сам за себя!!! Мы-Азербайджанцы не бесхребетное создание, чтобы кто-то мог нами помыкать. Большинство населения действительно считает нашего президента достойной кандидатурой на пост Президента и я не исключение, это не выдумки, это реальность.

Так вот уважаемый, не приписывайте добрую половину нашего населения к бесхребетному стаду. Ок???

Вы почему нас не желеете??? Эти иероглифы, ко всему прочему, приходиться расшифровывать, чтобы уловить мысль)) А мысли как всегда, с гулькин нос!!! Побега, а может победа???)))

У вас больно смелые, почему же не отстояли до конца свою точку зрения, после нелегитимных выборов в Армении. Стандартные армянские причитания)) Ну и где же ваше продвижение, продвинутые вы мои))??? Что за поэма в стихах ???)) Автор, чересчур перемудрил)) Видна рука дилетанта! Согласен, по сравнению с вашими поэмами, они действительно несравнимы))) Положительно узреть))??? Тимати, перестаньте умничать)) пишите своим языком, а то совсем каша малаша))) С этим я с вами на 100% согласен!!!))))) Ключевое слово наша)))

Можете показать пост, где написано, что мой дед раввин? Да, больше добавить нечего, кроме того, что армянский легион принимал участие в войне на стороне нацисткой Германии. Бакилы)) Как ты думаешь, на что расчитывал армянский легион, на то что их примут в семейство истинных арийцев со всеми надлежащими почестями??? Мое мнение, они были простыми марионетками, так себе шестерки)))

West, можно Вас попросить на вечеринке поставить песню Stevie Wonder-Moon Blue)))???

А зачем детей пугать, детская психика не готова к таким сюрпризам)))

Ну ясное дело))) в лице))

Хороший девцонка)) правда один раз.. я побазарил с ней, но не буду вспоминать прошлого)) Кто старое помянет тому как говорится глаз вон)))

Почему же пошлые)))??? Дети тоже должны получать эстетическое наслаждение от вида красивой Снегурочки)))

Вендень))) и это тоже почитайте, очень интересная статья, я ее когда-то читал по интернету, тяжело было найти, но все таки нашел. Вот ссылка http://maof.rjews.net/actual/13-2009-07-21-16-52-07/21991---- а вот статья)) Не успел умереть Солженицын, как СМИ захлестнул ураган славословия: пророк, гений, герой, в одиночку боровшийся с КГБ, диссидент, литературный гигант, зэк, прошедший самые страшные лагеря, герой войны и т.д. Запад всегда был глуп, не понимал СССР и липовых пророчеств “пророка”. Но противно видеть, как перед Солженицыным, даже зная о его антисемитизме, преклоняются евреи из России. Как писатель Солженицын неинтересен и просто непроходим из-за джунглей придуманного вывороченного им наизнанку русского языка. Зато он сумел стать фигурой исторической - духовным отцом современных черносотенцев России. Ложь и подлость В короткой статье не охватить всю ложь и мегаломанию жизни Солженицына. Жизнь на Западе он начал с его разоблачения. “Солженицын”, - писал В.Войнович в “Портрете на фоне мифа”, - “не понимая преимуществ открытого общества, предрекал ему скорую, глобальную и тотальную победу коммунизма. Несогласных с ним западных советологов поносил последними словами, хотя с мыслями их, не владея… чужим языком, знакомился скорее всего в пересказе. И вообще его высказывания о Западе наводят на подозрение, что основным источником его знаний об этой части мира… была советская пропаганда”. После нескольких передач “Голоса Америки” с чтением глав из “Красного колеса” с описанием человека-змея Мордко Богрова, который вынашивал свою иудейскую (“Трехтысячелетний тонкий уверенный зов!”) месть русскому народу и поэтому убил светоча нации Столыпина, русскоязычные журналисты США возмутились антисемитизмом Солженицына. А за ними - американские СМИ. “И тут же, на другой день, 23 января высунулась напрягшаяся в засаде “Нью-Йорк дейли ньюс”, видимо, заранее подготовленная: “Антисемитизм, за который налоги уплачены”!” - так расценил Солженицын это возмущение, которое, по его мнению, подготовили евреи, добившиеся заседания Комитета по иностранным делам Сената. И другие газеты тоже “напрягались в засаде” по наущению всемогущих евреев. И сам Киссинджер, сообщил Солженицын, позвонил на “Голос Америки” и запретил читать дальше. До гения не доходит, что американцы - не русские. В России антисемитизм - нормальное явление на государственном уровне и в народе. Но в Америке к этому весьма чувствительны, и если на деньги налогоплательщиков на Россию вели антисемитские передачи - это скандал. Но у Солженицына, поклонника монархии и тирании, - везде еврейский заговор. Разве это не типичная советская, а заодно и нацистская пропаганда? Солженицын всем воздал злом: Андрэ Мальро, Анатолию Максимовичу Голдбергу с Би-Би-Си, А.Сахарову, солагернику Дм.Панину и пр. И.Зильберберга, хранившего его рукописи, чуть не заплатившего за это тюрьмой вместе с Теушами, назвал агентом КГБ. И тот нес на себе это клеймо много лет. Открытое его письмо Солженицын не удостоил ответом. Пинал всех подряд: Твардовского, В.Некрасова, Войновича, Шаламова. Не зря князь Шаховской написал эпиграмму: “Теленок с дубом пободался, дуб пошатался и остался. Тогда теленок всех подряд давай бодать других телят”. Чем занимался Ветров? Первую жену, Решетовскую, школьного товарища Н.Виткевича, севшего из-за переписки с ним на 10 лет, и третьего, Симоняна, - всех записал в чекисты. Оболгал живых и мертвых. Зная о подозрениях, что о восстании в лагере Экибастузе сообщил чекистам стукач Ветров (кличка, данная Солженицыну “кумом” в лагере), Солженицын в статье “Потемщики света не ищут” в 2003г. написал: “Настаивают, что в Гулаге всякий “спецнаряд” должен иметь визу оперуполномоченного, иначе он не может состояться, - и стало быть при всех дальнейших перемещениях зэк не может “слезть с крючка”. - В пределах Гулага - может и так, только из лагерька на Калужской заставе меня перемещали не внутригулаговским “спецнарядом”, меня “распоряжением министра внутренних дел” выдернули вне системы Гулага - в Отдел Спецтехники МВД, куда собирали специалистов из лагерей, - и пораженное начальство уже через два часа отправило меня прочь из лагерной зоны - в Бутырки”. “По-разному оценили этот поступок (соглашение сотрудничать с “кумом”) Солженицына разные люди”, - пишет Каджая, - “Приведу два отзыва. Владимир Войнович в своей книге “Портрет на фоне мифа” высказался достаточно сдержанно: “Меня не столько то смутило, что он под псевдонимом Ветров подписал в лагере обязательство сотрудничать с “органами”, сколько возникшее при чтении этого эпизода в “Архипелаге” чувство, что признание выдается за чистосердечное, но сделано как хитроумный опережающий шаг. Воспоминатель поспешил обнародовать этот случай, не дожидаясь, пока за него это сделают его гэбэшные оппоненты”. Лев Копелев куда более резок. В открытом письме к Солженицыну он прямо обвиняет своего бывшего друга в неискренности: “Особую, личную боль причинило мне признание о “Ветрове”. В лагерях и на шарашке я привык, что друзья, которых вербовал кум, немедленно рассказывали мне об этом. Мой такой рассказ ты даже использовал в “Круге”. А ты скрывал от Мити (Дмитрий Панин, солагерник Солженицына, послуживший прообразом Сологдина в “Круге первом”. - В.К.) и от меня, скрывал еще годы спустя. Разумеется, я возражал тем, кто вслед за Якубовичем (тоже бывший лагерник, но с немыслимым стажем: около 30 лет: как старого меньшевика его посадили еще в тридцатых годах, а выпустили и реабилитировали лишь после XX съезда - уж он-то знал лагерные нравы, как никто другой. - В.К.) утверждал, что, значит, ты и впрямь выполнял “ветровские” функции, иначе не попал бы из лагеря на шарашку”. Зная нравы “органов”, очень сомнительным представляется, чтобы оперуполномоченный так просто и легко позволил бы водить себя за нос - живо загремел бы Солженицын на общие работы, да не куда-нибудь, а на Север, но ни в коем случае не в теплую шарашку под Москвой. Сомнения усиливаются еще больше, когда читаешь объяснения А.И., каким образом его “выдернули”: “Я забыл совсем (sic! - В.К.), что полгода назад в наш лагерь приехал какой-то тип и давал заполнять учетные карточки ГУЛАГа… Важнейшая графа там была “специальность”. И чтоб цену себе набить, писали зэки самые золотые гулаговские специальности: “парикмахер”, “портной”, “кладовщик”, “пекарь”. А я прищурился и написал: “ядерный физик”. Ядерным физиком я отроду не был, только до войны слушал что-то в университете, названия атомных частиц и параметров знал - и решился так написать. Был год 1946, атомная бомба была нужна позарез”. “Напрасно щурился Александр Исаевич: он “забыл совсем” не только то, что он записал себя в “ядерные физики”, он забыл также, что до войны не только в Ростове, но ни в одном университете страны не готовили специалистов по “ядерной физике”, - продолжает Каджая, - “В лучшем случае в той самой учебной карточке он мог написать про себя “атомный физик”, но с какой стати? В 1946 году атомная бомба нужна была Сталину, действительно, позарез, но знал об этом очень узкий круг людей, но уж никак не зэк Солженицын. Советский атомный проект находился под неусыпным контролем лично Вождя и Учителя, а всеми работами по созданию бомбы руководил его верный ученик и соратник Лаврентий Палыч. Но как мне говорили люди, принимавшие непосредственное участие в этих работах, - именно ядерные физики и очень крупные - не было в стране ни одной шарашки, связанной с атомным проектом. И людей подбирали туда в высшей степени тщательно, как говорится, пропустив через три рентгена. В учетной карточке А.И. мог написать все что угодно, но, прежде чем “выдернуть” его из лагеря, компетентные товарищи из компетентных “органов” обязательно сверили бы учетную карточку с личным делом ее хозяина. И обман тут же бы вскрылся, и тогда, скорее всего, “выдернули” бы у обманщика руки-ноги. Но весь “цимис” в том и заключается, что “выдернули” Солженицына-зэка как раз-то по специальности. В шарашке, куда направили его, занимались акустическими разработками - все это подробно описано в романе “В круге первом”, а Солженицын и был по своей военной специальности акустиком: так что в “свою” шарашку А.И. попал отнюдь не случайно. Но, странное дело, работал он там почему-то не по прямой своей специальности, а библиотекарем, и уж тем более не “ядерным физиком”. И еще один нюанс настораживает и заставляет сомневаться в искренности А.И.: не могли его вот так просто “выдернуть” из лагеря, не получив “добро” от “кума”. Судя по описанию, данному ему Солженицыным, он был человеком умным и к тому же хорошим психологом и сразу бы раскусил сексота Ветрова, если бы заметил, что тот “филонит”, уклоняется от выполнения взятых обязательств. Но он не только благодушествовал, но еще и дал согласие на перевод завербованного им Ветрова в шарашку. За красивые глаза? Или за боевые его заслуги? Нет уж, скорее всего за личные заслуги перед ним, оперуполномоченным… Поэтому вполне убедительным представляется предположение Войновича, что свое чистосердечное признание в “Архипелаге” Солженицын сделал как хитроумный опережающий шаг, не дожидаясь, пока сами гэбисты в ответ на его “бодания” не раскроют подноготную своего секретного сотрудника Ветрова”. После того, как в 1990г. в России напечатали воспоминания Л.А. Самутина “Не сотвори себе кумира”, Солженицын назвал его, отсидевшего на Воркуте и бывшего соавтора многих страниц “Архипелага”, прятавшего эту рукопись, - “власовцем”, “не уничтожившем вовремя (втайне от меня) экземпляр”. Как всегда - ложь. В 1973г. рукописи “Архипелага” были изъяты у Е.Д. Воронянской и у Самутина. Воронянская повесилась. Солженицын прокомментировал: “Она обманула меня - она наказана”. Зато изъятие рукописей позволило Солженицыну начать печатать “Архипелаг” за границей. Продолжать не стоит: долог список подлостей. Евреи виновны во всем Всю жизнь, начиная с детства, Солженицына мучило только одно - существование еврейского народа. Ненависть к евреям бурлила адским пламенем во всех его писаниях - с “Одного дня Ивана Денисовича” и до “Двести лет вместе”. Иван Денисович - воплощение терпеливого русского народа, прислуживающего наглому и ленивому “придурку” Цезарю Марковичу. Потому и понравился рассказ Хрущеву. А евреи, благодарные за открытие темы о лагерях, проглотили Цезаря Марковича, списанного Солженицыным с его близкого лагерного друга Льва Гросмана, которому он, как и всем, заплатил злом за добро. Проглотили и антисемитизм в “Архипелаге”, где автор утверждает, что все начальники лагерей были евреями, что евреи не страдали от террора Ленина-Сталина. И не стошнило. “В круге первом” предатель Рубин списан с близкого друга - Льва Копелева. И это проглотили. В книге “Почему не любят евреев?” полугрузин-полурусский Валерий Каджая разоблачил все мифы Солженицына: евреям в России было хорошо, погромов было мало, но работать не хотели, а спаивали крестьян и ростовщиками были. Революции делали, царскую семью убили и русскую культуру делали. ЧК-НКВД были их вотчиной, лагеря для них были раем, все “придурками” были. Войну в Ташкенте воевали. Сами создали советскую власть и сами ее разрушили - все диссиденты евреями были. Разоблачил и легкость обращения Солженицына с цитатами и фактами: цитирует он всегда только “Еврейскую энциклопедию” и евреев-самобичевателей. Причем цитаты обрывает и подрезает по надобности, не указывая на свое художество. Миф №1. На передовой евреев было значительно меньше, чем во втором и третьем эшелонах фронта: “и всякому было наглядно: да, там евреев значительно гуще, чем на передовой” - писал Солженицын. “Расслабляющий расчет: страна здесь - не наша, кроме нас - много Иванов, им все равно воевать, они и за нас повоюют с Фрицами, а нам лучше сохранить свою выдающуюся по талантам нацию…” - объяснял он. И добавил: “Я видел евреев на фронте. Знал среди них бесстрашных. Не хоронил ни одного”. Вроде как у Бориса Слуцкого: “Пуля меня миновала, Чтоб говорилось нелживо: ‘Евреев не убивало! Все воротились живы!’” “Кстати”, - пишет Каджая, - “когда я спрашивал фронтовиков, как часто приезжали навестить их жены, они делали круглые глаза: редчайший случай! Это какое же умение устраивать личные дела! Но, судя по книге Решетовской, у (Солженицына) командира батареи звуковой разведки (БЗР) это получалось совсем даже неплохо. До какого лицемерия можно дойти: презрительные филиппики в адрес евреев, ‘которые в основном пристраивались во 2-м и в 3-м эшелонах’, а сам-то! О том, как Солженицын был арестован и за что, как сидел в лагере, а затем в ‘шарашке’, как жил в ссылке, как бодался с дубом и т.д., и т.п. писано-переписано. А вот как он воевал - ни строчки не найдете. Сплошное белое пятно на фоне синусоид, абсцисс и ординат. И только из наградных листов можно узнать, что обоих своих орденов был удостоен отнюдь не за подвиги в бою, а за добросовестное выполнение служебных обязанностей. Так, орден ‘Отечественной войны II степени’ Солженицын получил, не выходя из блиндажа, после взятия нашими Орла в январе 1943-го, ознаменовавшего победу в битве на Курской дуге. Тогда ордена и медали сыпались дождем. Та же история повторилась летом 44-го в Белоруссии при успешном форсировании реки Друдь”. О “Двести лет вместе” говорит Каджая: “Действительно, правы оказались те, кто предупреждал, что в первом томе - всего лишь цветочки, а вот ягодки - и очень сочные, нас ждут во втором. Так и получилось: подобного рода густопсовым антисемитизмом российский читатель не имел удовольствия наслаждаться со времен шульгинского эссе “Что нам в них не нравится…”, написанного в 1928 году”. “А общий вывод (Солженицына) таков: “Но как бы неоспоримо важны и необходимы ни были все эти службы для общей победы, а доживет до нее не всякий”, - продолжает Каджая, - “Пока же рядовой фронтовик, оглядываясь с передовой себе за спину, видел, всем понятно, что, участниками войны считались и 2-ой и 3-ий эшелоны фронта: глубокие штабы, интендантства, вся медицина от медсанбатов и выше, многие тыловые технические части, и во всех них, конечно, обслуживающий персонал, и писари, и еще вся машина армейской пропаганды, включая и переездные эстрадные ансамбли, фронтовые артистические бригады, - и всякому было наглядно: да, там евреев значительно гуще, чем на передовой. Самое забавное, что это говорит человек, за два с половиной года, проведенных на фронте, не сделавший по врагу ни одного выстрела, хотя и командовавший батареей. Но батарея-то была не огневая, а “звуковая”. Да, да, Солженицын командовал так называемой батареей звуковой разведки (БЗР). В ней не было ни одного орудия, лишь аппараты, засекавшие по залпам вражеские орудия. А сам командир сидел в безопасном блиндаже километрах в полутора-трех от передовой - в том самом 2-ом эшелоне - и вычерчивал оси абсцисс и ординат и прочие синусоиды, а потом передавал свои расчеты дальнобойной артиллерии, расположенной еще глубже. Та уже и начинала молотить вражеские объекты, чаще всего впустую, так как методика выявления по звуку была крайне несовершенной”. Необычна и судьба “героя-воина” Солженицына. “Почему выпускник физмата вдруг попадает в конюхи тылового обоза?” - спрашивает Каджая, - “Люди с высшим, а тем более математическим образованием, всю войну, но особенно в начале ее, ценились на вес золота. Наконец, Саню направляют в артиллерийское училище, но и по окончании его в звании лейтенанта он снова оказывается не на фронте, а в Резерве главного командования в районе Брянска, откуда посылает жене восторженное письмо: “Наступление под Сталинградом! Долгожданное! Сталин не выбирает второстепенных фронтов, он бьет Гитлера на главных: на Кавказе, на Волхове”. В другом письме он делится планами на будущее: “Ты и почти все думают о будущем в разрезе своей личной жизни и личного счастья. А я давно не умею мыслить иначе, как: “что я могу сделать для ленинизма, как мне строить для этого жизнь?”” Попав же, наконец, на фронт, в письме от 25 декабря 44-го своему закадычному другу Николаю Виткевичу, откровенно высказывает собственное кредо: “Я всегда стараюсь избегать боя - главным образом потому, что надо беречь силы, не растрачивать резервов…” Думаю, что комментировать столь “патриотическую” позицию нет смысла: и так все понятно. На редкость удивительна и организация поездки Решетовской к мужу на фронт в мае 44-го. Незадолго до этого А.И. получил звание капитана. Приехала же к нему Наталья по фальшивой красноармейской книжке и фальшивому отпускному свидетельству - якобы она служила в той же части. Чтобы изготовить эти фальшивые документы, требовались чистые бланки и соответствующие печати. Кто мог помочь в этом Солженицыну? Только особисты. Простой офицер за такое преступление немедленно загремел бы под суд”. Миф №2. “Евреи спаивали народ, за это они и должны нести историческую ответственность”. Миф № 3. “В этом-то духе еврейскому народу и следует отвечать и за своих революционных головорезов, и за головные шеренги, пошедшие к ним на службу”, - считает гений. “Солженицын”, - пишет Каджая, - “которому евреи чудятся на каждом углу, записал в “Иудино племя” даже такого чистокровного русака, как композитор Василий Павлович Соловьев-Седой… “Еще Оскар Фельцман, Соловьев-Седой, - не берусь представить в полноте. (Захватывая годы и позже, чтоб к этой теме не возвращаться: поэты-песенники Илья Френкель, Михаил Танич, Игорь Шаферан, композиторы Ян Френкель, Владимир Шаинский, не продолжаю.)”. И не надо продолжать - лечиться надо, потому что это же очевидно: болен человек…” Кто был действительным придурком? Миф №4. Каджая: “Эти зловредные евреи. А хочется так сильно, так сильно хочется доказать, что именно евреи превратили Россию, то есть СССР, в Архипелаг ГУЛАГ, что именно они заправляли в лагерях, а также доминировали в ГПУ-НКВД, откуда и шло все зло. Эту мысль, но не столь откровенно, как в “Двухстах лет вместе”, Солженицын попытался, но осторожно, провести еще в “Архипелаге ГУЛАГе”, но получилось у него настолько неуклюже, что было сразу же замечено”. “Туманом покрыт и арест Солженицына в январе 45-го, особенно наказание, последовавшее за ним”, - пишет Каджая, - “А.И. был осужден по статьям 58-10 и 58-11 УК, предусматривающим ответственность за создание антисоветской организации. В те времена за это полагался расстрел, в лучшем случае - лагерь строгого режима где-нибудь на Крайнем Севере, однако Солженицын был приговорен всего лишь к 8-ми годам заключения и направлен - куда? - в поселок Новый Иерусалим, излюбленное место отдыха москвичей. “Зона Нового Иерусалима, - как описывает ее А.И. в Архипелаге, - нравится нам, она даже премиленькая: она окружена не сплошным забором, а только переплетенной колючей проволокой, и во все стороны видна холмистая, живая, деревенская и дачная звенигородская земля…” “Развивая тему “еврейской мафии” в лагерях”, - продолжает Каджая, - “Солженицын приводит пример, на его взгляд характерный. “Экибастузский мой солагерник Семен Бадаш, - пишет А.И. в “Двухстах лет вместе”, - в своих воспоминаниях рассказывает, как он устроился, - позже в норильском лагере - в санчасть: Макс Минц просил за него рентгенолога Ласло Нусбаума просить вольного начальника санчасти. Взяли. Но Бадаш, по крайней мере, кончил на воле три курса медицинского института. А рядом с ним остальной младший медперсонал: Генкин, Горелик, Гуревич (как и мой приятель Л.Копелев, Унжлаг) - и не касались медицины никогда прежде”. Копелев, который давно порвал с ним, умер, но оказалось, что в Германии еще был жив Бадаш, который ему ответил открытым письмом, отрывок из которого следует ниже: “Вот я и спрашиваю Вас, Александр Исаевич… как реально проходил Ваш “детский срок” заключения - в 8 лет. (Вы сами сроки в 5 и в 8 лет, когда у большинства были по 25, у меньшей части - по 10 лет, называли “детскими”) После кратковременного пребывания в промежуточном лагере под Новым Иерусалимом, Вы попали на строительство дома у Калужской заставы в Москве (ныне площадь Гагарина), и сразу стали зав. производством, а затем нормировщиком. Вы описываете подробно свое привилегированное положение: жили в большой комнате на 5 зэков, с нормальными кроватями, с нестрогим режимом. На стр. 248 части 3 “АГ” Вы писали: “Придурки производства… но положение их на производстве - льготное”. И далее на стр. 254: “Посты придурков - ключевые посты эксплуататоров…” Когда Вас все-таки шуганули в Экибастуз, Вы и там пристроились сперва нормировщиком, о чем Вы умалчиваете, а затем - бригадиром, о чем упоминаете вскользь. Из 8 лет заключения, 7 лет Вы ни разу не брали в руки ни пилы, ни лопаты, ни молотка, ни кайла… Я хорошо помню, как в одной из бригад, на морозе со степным ветром таскал шпалы и рельсы для железнодорожного пути в первый угольный карьер - такое не забывается! А Вы все рабочее время грелись в теплом помещении конторки. И когда в бригаде Кулиева, в летний зной, я на строительстве мехмастерских рыл под фундамент глубокий котлован, перебрасывая глину наверх в три перекидки, Вы прохлаждались в той же конторке. Наконец, когда после нашей 5-дневной, с 22 по 27 января, забастовки-голодовки (голодовка была снята по распоряжению лагерного Совета, в виду опасного ухудшения состояния многих участников) объявили о планируемом расформировании лагеря, Вы, Александр Исаевич, чтобы снова избежать этапа, легли в лагерную больницу, якобы, со “злокачественной опухолью”. То была настоящая “темниловка”. Причем, Вы пишете, что Вас должен был оперировать врач Янченко, тогда как единственным хирургом в Экибастузе был врач из Минска, из давно обрусевшей немецкой семьи, Макс Григорьевич Петцольд… То, что Вы “темнили” в лагере, стремясь избежать этапа, можно понять. Но Вы и в “АГ” продолжали “темнить” относительно Вашего ракового заболевания, о котором набрались поверхностных знаний на уровне популярных брошюрок. Так, Вы писали: “Мне пришлось носить в себе опухоль с крупный мужской кулак. Эта опухоль выпятила и искривила мой живот, мешала мне есть и спать, я всегда знал о ней. Но тем была ужасна, что давила и смещала смежные органы, страшнее всего было, что она испускала яды и отравляла тело”. (“АГ”, часть 4-я, стр. 619). А потом, в “Теленке”, о 1953 годе: “Тут началась ссылка, и тот час же в начале ссылки - рак”. Но “темниловка” с “раком” на этом не закончилась. Желая вырваться из Тьмутаракани, т.е. из поселка Кок-Терек, Вы начали “косить и темнить” на “раковые метастазы”. Вы писали: “Второй год растут во мне метастазы после лагерной незаконченной операции”/ (“АГ”, часть 6-я, стр. 431). Но если была операция в лагере, то кто ее делал, и что значат слова “осталась незаконченной”? Под конец, уже в “Теленке”, Вы описываете, как перед высылкой из страны, после суток пребывания в Лефортовской тюрьме, осматривавший Вас тюремный врач “проводит руками по животу и идет по краям петрификата”. (“Бодался теленок с дубом”, стр. 459). Значит, “раковая опухоль” петрифицировалась, а куда же делись “метастазы”? Думаю, что ни один грамотный читатель, не говорю уже о людях с медицинским образованием, не поверит в возможность самоизлечения от рака, да еще и с метастазами. В Экибастузе этой “темниловкой” Вам удалось спастись от этапа, а из ссылки - вырваться в областную онкобольницу, давшую Вам материал для романа “Раковый корпус”. Но что побуждало Вас продолжать эту “темниловку” потом, в Ваших книгах, когда Вы уже стали всемирно известным писателем с репутацией бескомпромиссного правдолюбца? Неужели мировая общественность заслуживает от Вас, бывшего советского зэка, такого же отношения, как лагерные кумы и оперы, с которыми приходилось “темнить” для того, чтобы выжить… Во втором томе Вашей последней работы “200 лет вместе” Вы упомянули меня. Заказав и получив эту книгу, я действительно нашел упоминание своего имени, но в каком контексте! Использовав цитату из моей книги “Колыма ты моя, Колыма”, большинству Ваших читателей недоступную ввиду тогo, что она была издана только один раз мизерным тиражом, почти 20 лет назад (Нью-Йорк, “Эффект”, 1986), Вы придали моим словам смысл, противоположный истинному, оболгав меня и народ, к которому я имею честь принадлежать. Признаюсь, я не сильно был удивлен, потому что Ваша методика обращения с документальным материалом, который Вы используете, давно не являются новостью. Я был арестован московским МГБ не после 3-го курса мединститута, как Вами указано, а во время сдачи экзаменов за 4-й курс в апреле 1949 года, т.е. пройдя уже несколько клинических кафедр, о чем подробно рассказано в моей книге (стр. 17). Но будем считать это “недоразумение” в Вашей интерпретации мелочью. Без стычки и конь не пробежит… Ампутацию моего текста Вы проделали для того, чтобы подтвердить конкретным примером Вашу главную мысль: будто в ГУЛАГе евреи захватывали придурочные должности и туда же пристраивали “своих”. Более того, перечислив упоминавшиеся мною фамилии работавших в больнице зэков, Вы, ничего не зная об этих людях и их долагерных профессиях, всех их тоже записали прилипалами-евреями. Все это ложь. Главврачом и хирургом был, как я уже упоминал, украинец Омельчук, зав. туберкулезным отделением был эстонец Реймасте, получивший диплом врача в Тартуском университете. Дипломированный врач-гинеколог еврей Генкин, за отсутствием женщин, работал, чередуясь со мной, на амбулаторных приемах. Пожилой и опытный рентгенолог Нусбаум, венгерский еврей из Будапешта, попал в Горлаг Норильска по спецнаряду, ибо таких специалистов с большим стажем на “Архипелаге” было не густо. Горелик имел фельдшерский диплом и не был евреем, а чехом из города Простеев. Рентгенотехник Саша Гуревич - еврей из Киева - и на воле был рентгенотехником. Незадолго до нашего восстания был принят на работу в больницу врач-чех Борис Янда, окончивший Карловский университет в Праге. Таким образом, все работавшие в больнице зэки имели прямое отношение к медицинской профессии, и из восьми четверо не были евреями. Вы оболгали всех этих порядочных и честных людей, при том, что сами все Ваши лагерные годы были постоянным “придурком”… Придется мне напомнить, что из пяти тысяч зэков в Экибастузе евреев было очень немного, и все они вкалывали на тяжелых общих работах: Семен Бадаш, Семен Немировский, Владимир Шер, Александр Гуревич, Борис Корнфельд, Лев Гросман, американский еврей Бендер, Матвей Адаскин и другие. Правда, одесский врач Корнфельд был потом принят на работу в стационар. Ни одного еврея на должностях бригадиров не было. А в “придурках” был один прихрамывающий инвалид войны Яков Гофман, по профессии зубной врач, который стал в отдельной кабинке лечить зэков, да и надзирателей и вольных из поселка, после того, как по моей просьбе моя мать (тоже зубной врач) прислала для него из Москвы полный набор зубоврачебных инструментов. (Через лечившихся у него вольных нам удавалось переправлять письма). Зато русских бригадиров было густо: Саша Солженицын, Саша Золотун, Дмитрий Панин, Михаил Генералов, Черногоров, Белоусов - других память не удержала… Не забудем, что в большинстве евреи сидели по статье 58, пункт 10 - за сионизм, “космополитизм”, за “антисоветскую агитацию”; реже по пункту 1а - за “шпионаж”. А русских по пункту 10 было мало, большинство были по пункту 16 - власовцы или советские военнопленные, пошедшие на службу в СС с соответствующей татуировкой группы крови под мышкой. В Экибастузе были два отдельных барака, в которых содержались каторжане с отличительными от нас всех буквами “КТР” на одежде - осужденные по Указу Верховного Совета от 1943 года за пособничество немецким оккупантам. В их числе были бывшие бургомистры, полицаи, работники передвижных немецких душегубок, расстрельщики евреев или вешатели пойманных партизан. Почти все они были русскими, и так как от остальных зэков их отделили, то и бригадиры назначались из их же среды. Вы это знаете не хуже меня, но об этом молчите. Вот мне и приходится напоминать. Хлеб-соль ешь, а правду режь. Не этому ли Вы сами учили всех нас, когда призывали жить не по лжи?” Стоит добавить, что тот же Самутин, работавший в геотехнической конторе, тоже был отобран для шарашки в Останкино: “Словом, все было готово для того, чтобы нам с А. И. (Солжницыным) познакомиться на двадцать лет раньше… Hо путь на завидный этап лежал через кабинет старшего лейтенанта Воробьева - оперативного уполномоченного. Я получил предложение о сотрудничестве и, несмотря на уговоры, длившиеся целый день, отверг его. (Заполярья я не боялся, поскольку и без этого уже находился в нем!) В результате я никуда не уехал, вскоре вылетел из моей благополучной научной конторы, да не куда-нибудь, а в подземелье, в шахту при каторжанском лагере, и почти до самого конца срока, добрых семь лет, ощущал чью-то заботливую руку”. Миф №5. Книга “Двести лет вместе”, как объяснил сам гений, “родилась не просто по соседству, а прямо органически из “Красного колеса”… И с вопросом еврейско-русских отношений я сталкивался все время”. “И, как всегда, - говорит Каждая, - “Солженицын сказал полуправду. Главное он скрыл: еще до “Красного колеса”, в 1964-68 годах написал небольшую книжицу, которая по концентрации юдофобии способна легко перевесить все написанное им до того и после того. Называется она “Евреи в СССР и в будущей России”. Он хранил ее до лучших времен. Но другой экземпляр попал к Кобозеву, Решетовская его выкупила и сдала в Отдел редких рукописей Пушкинского дома. Каджая: “Каким-то образом рукопись “утекла” из секретного отдела и оказалась в руках… Анатолия Сидорченко, который недолго думая опубликовал ее аккурат перед самым выходом в свет первого тома “Двести лет вместе”. Заканчивается брошюра “Евреи в СССР и в будущей России” своеобразным завещанием: “Эта работа по своему языковому строю, да и по окончательности формулировок и сейчас, конечно, еще не вполне завершена. Я положу ее на долгие годы. Надеюсь перед выпуском в свет еще поработать. Если же не судьба мне к ней прикоснуться до той минуты, когда приспеет ей пора, - я прошу ее напечатать в этом виде и считать мои взгляды на вопрос именно такими. Когда эта работа увидит свет - может быть, очень не скоро, может быть, после моей смерти, - я надеюсь, что русские не усмотрят в ней гибели нашей нации. 1-я редакция - декабрь 1965 года, 2-я редакция - сентябрь-декабрь 1968 года, пос. Рождество-на-Истье”. На Запад антисемитскую книжку послать было нельзя, помешала бы взлету на Западе. Это Солженицын прекрасно знал. Каджая: “Во время беседы с “Московскими новостями”, когда на прямое утверждение (даже не вопрос) интервьюера “ваше авторство просто фальсифицируют” Александр Исаевич разразился гневной тирадой: “Это хулиганская выходка психически больного человека. В свою пакостную желтую книжицу он рядом с собственными “окололитературными” (почему-то это слово взято в кавычки - В.К.) упражнениями влепил опус под моим именем. Ситуация настолько вываливается за пределы цивилизованного поля, что исключает какой бы то ни было комментарий, а от судебной ответственности этого субъекта спасает только инвалидность…” Однако Солженицын, уверенный в том, что евреи опять все проглотят, “влепил” его почти полностью во 2-ой том “Двухсот лет”. Миф №6. Солженицын так подстригал цитаты, чтобы даже положительные из них выглядели во вред евреям. Каджая: “Дотошные критики подсчитали, что около 95% цитат, приводимых нобелевским лауреатом, носят антиеврейский характер и чуть более 5% отведены еврейской апологетике. Но даже эти крохи поданы так, что лишь с большим трудом можно понять их “проеврейский” характер, в чем мы убедились на примере Успенского”. Солнце нашей эпохи Солженицын вещал, что рукою его водит Б-г и преграждал дорогу всем другим писателям, чтобы быть единственным. Из воспоминаний Варлама Шаламова: “- Для Америки, - быстро и наставительно говорил мой новый знакомый (Солженицын), - герой должен быть религиозным. Там даже законы есть насчет этого, поэтому ни один книгоиздатель американский не возьмет ни одного переводного рассказа, где герой - атеист, или просто скептик, или сомневающийся. - А Джефферсон, автор декларации? - Ну, когда это было. А сейчас я просмотрел бегло несколько ваших рассказов. Нет нигде, чтобы герой был верующим. Поэтому, - мягко шелестел голос, - в Америку посылать этого не надо…”. “Тем более”, - пишет В.Войнович, - “что был на Шаламова в обиде. Тот его не признал, называл лакировщиком и делягой”. В 1970-ых в Америке Солженицын объявил: “Варлам Шаламов умер”, а Шаламов умер в страшной нищете только в 1982г. “Он только не догадывался в простоте душевной, что Солженицыну совершенно не требовалось, чтобы в сильном прожекторном свете славы, уже направленном на него и только на него, появился еще чей-то силуэт, пусть не рядом, пусть в отсвете, сбоку где-то, но - мученик, отсидевший 19 лет в самых страшных лагерях и в ссылке, да еще талантливо об этом написавший”, - пишет Г.Бакланов. “Солженицын, вернувшийся из Америки”, - пишет В.Есипов, - “опубликовал в “Новом мире” (N 4, 1999 г.) воспоминания о Шаламове, которые… назвать не иначе, как сведением личных счетов с умершим и беззащитным писателем”. И живых усмирял: “Голос Америки” боялся читать “Москва-2042” Войновича, опасаясь звонка из “вермонтского обкома”. Так между собой называли сотрудники “Голоса Америки” Солженицына и его жену, живших в Вермонте. Не зря Копелев писал ему: “Не доверяя своим современным и будущим биографам, ты решил сам сотворить свой мир, по-своему написать свое житие…” О том, как ослепительно сиял Солженицын для самого себя и как презирал всех, кто его когда-то поддерживал, сказал Войнович: “Он сам за собой наблюдает со стороны, сам собой восхищается и сам себе ставит высшие баллы по успеваемости и по поведению… Всех пригвоздил, как сумел. С отвращением сказал о диссидентах и правозащитниках, давая понять, что ничего общего у него с ними нет… Демократическое движение обозначил… презрительной аббревиатурой “демдвиж” и сам от него отодвинулся”. “Новое русское слово” благороднейшего человека Якова Моисеевича Цвибака (Андрея Седых) гений называл “их газета на русском языке”. “Болезнь кумиротворения вроде гриппа в тяжелой форме. С трудом излечивается, но иммунитета не дает и на старые прививки не реагирует. Появляется новый вирус, а с ним новая эпидемия”, - заключает Войнович. Мания величия не делает человека памятником при жизни. Кумиротворение созидают люди. И прежде всего те, кто по российской традиции, считают, что писатель это не просто художник, открывающий нам миры, а Учитель, Вождь и Властитель дум, “величайший”, “гений всех времен и народов”, пред которым народ должен падать ниц. Такова традиция русского народа - падать ниц перед властителем дум, который зачастую становится властителем органов притеснения этого народа. И чем больше его притесняют, тем больше он любит властителя. То, что для Запада есть сенсация, стадное чувство, то для России переходит в культ личности и тиранию. Жить не по лжи Автор этой декларации, Солженицын, как обычно, считал ее обязательной только для других. И раскидывал “чернуху” в разговоре с Демичевым. А добиваясь постановки своей антисемитской пьесы, просил Владимира Лебедева передать Хрущеву после его погромной речи перед творческой интеллигенцией в 1963г.: “Мне будет очень больно, если я в чем-то поступлю не так, как этого требуют от нас партия и очень дорогой для меня Никита Сергеевич Хрущев”. Далее Лебедев добавляет: “Писатель Солженицын просил меня, если представится возможность, передать его самый сердечный привет и наилучшие пожелания Вам, Никита Сергеевич. Он еще раз хочет заверить Вас, что хорошо понял Вашу отеческую заботу о развитии нашей советской литературы и искусства и постарается быть достойным высокого звания советского писателя”. Живя с Решетовской, жил и нажил ребенка с Натальей Светловой. Совсем по-христиански. “Жить не по лжи”, - пишет Каджая, - “конечно же трудно, очень трудно! Но признаться в собственной лжи в сто крат труднее…” Будут ли евреи и дальше почитат

Вот почитайте на досуге про вашего стукача Солженицына))) вот вам ссылка http://www.compromat.ru/page_12899.htm А вот и статья. <H3 align=center>СМИ не пишут правду о стукаче Солженицыне</H3> «Я не желаю, чтобы имя моего отца упоминалось рядом с именем подонка Солженицына!» — с точки зрения обывателя, мозги которого основательно промыты телепропагандой, эти слова Николая Виткевича-сына выглядят просто святотатством. Но у него есть веские причины так говорить — избранный на должность «всероссийского мессии» Александр Солженицын свою «карьеру» он начал с того, что на бумаге «создал» контрреволюционную группу, в которую записал себя, свою жену и своих друзей Имя Александра Солженицына, казалось бы, прочно забытое после эйфории начала девяностых, так или иначе время от времени всплывает в средствах массовой информации. Особенно любят г-на Солженицына «нецентральные» СМИ — во все времена почетной считалась любая связь родного маленького города с большими людьми страны. Брянск — не исключение. В разные годы (с промежутком примерно в десять лет) были опубликованы брошюра местного журналиста Василия Шпачкова «Человек из «Архипелага» и статья в «АиФ-Брянск» «Архипелаг» на двоих» (№11, 2003 г., большей частью «снятая» с брошюры Шпачкова). Обе они объединены перекликающимся сюжетом — взаимоотношениями между тогда еще не нобелевским лауреатом и заведующим кафедрой БИТМа Николаем Дмитриевичем Виткевичем. И там, и там рассказывается о «дружбе» между ними, встречах на фронте, «совместном арестовании». Рассказывается и о причинах дальнейшего разрыва. <H3 align=center>«Затмение ума» на всю оставшуюся жизнь</H3>Цитата из Солженицына: «Из тюремной протяженности, оглядываясь потом на свое следствие, я не имел оснований им гордиться. Я, конечно, мог держаться тверже и извернуться находчивей. Затмение ума и упадок духа сопутствовали мне в первые недели...» …Капитана Советской Армии Николая Виткевича арестовали прямо на фронте 22 апреля 1945 года под Берлином. Особисты в качестве доказательств вины и антисоветской сущности боевого офицера предъявили ему переписку с его давним (еще со школьных времен) другом Александром Солженицыным. Их развело в начале войны — один оборонял столицу в окопах, а второй (Солженицын) был признан годным к нестроевой, но потом тоже оказался на фронте. В 1943 году их части были объединены в составе 3-й Армии, и они встретились вновь. Естественно, что ходили друг к другу в гости, рассуждали, спорили — о политике, о вождях, о причинах военной катастрофы 1941года и о многом другом подобном. «Мы до того пересмотрели все устоявшиеся тогда оценки, что иначе как «бараном» Верховного и не именовали. Впрочем, это было не самой крепкой его характеристикой», — говорил Николай Виткевич брянскому журналисту Василию Шпачкову. Весной 1944-го их части разбросали по разным участкам фронта и друзья продолжили свои споры и беседы в эпистолярной форме. Результат этой переписки — 10 лет по статье 58-10 УК СССР. Но не это поразило капитана Виткевича. Следователь Балдасов показал ему собственноручные показания на следствии. Николай Виткевич вспоминал: «Смысл показаний моего давнего друга сводился к тому, что Виткевич, Симонян (их третий школьный друг — Ред.), Решетовская (жена Солженицына — Ред.) по сговору с каким-то Власовым сколотили преступную группу, которая давно и регулярно занимается клеветой на руководителей партии и правительства». Да и Кирилла Симоняна (который впоследствии был руководителем ряда московских клиник, известным ученым) в 1952 году вызвал следователь и дал почитать эту увесистую тетрадку в 52 страницы, которые были исписаны столь знакомым ему почерком друга. На каждой странице фолиантика доказывалось, что он, Симонян, с детства был настроен антисоветски, духовно и политически разлагал друзей и особенно Саню Солженицына. И «сданная» Солженицыным собственная жена Наталья Решетовская уже после войны рассказала, кто такой этот Власов. Оказывается, Солженицын заложил на допросе своего случайного попутчика, некоего моряка, с которым ехал в поезде… Когда много лет спустя профессор Симонян выступил с открытой критикой взглядов Солженицына, тот в ответ публично сожалел в строках «Архипелага»: «Ах, жаль, что тебя тогда не посадили! Сколько ты потерял!» (том 1, гл.3). А в интервью 1992 года Солженицын даже выразил сожаление, что следствие провели так халатно, ибо при желании по его записям «можно было всех рассчитать, можно еще пять человек посадить из нашего дивизиона. Ну а следователю лень читать, дураку»… Многие табу со времен мессианства Солженицына сняты, и уже не считается дурным тоном говорить о том, что «всероссийский мессия» был не столько идейным борцом с Советской властью, а ее идейным союзником — проще говоря, сотрудничал со следствием по полной программе. Солженицын серьезно приукрасил свою биографию. Он рассказывал об ужасах советских лагерей, а сам отделался довольно легко — получил по тем временам буквально неестественно малый срок по совокупности двух статей, из которой 58 —11 (создание антисоветской группы) была погрозней, чем простое 58—10 «без конфискации имущества и лишения наград». Николай Виткевич отправился по этапу на десять лет в Воркуту, куда только с этапа не доехали 150 из 1000 з/к, а Солженицына без особого нажима завербовали: просто позвали и спросили: «Можешь?» — «Могу!» — скромно и без тени смущения ответил будущий нобелевский лауреат и дал подписку о сотрудничестве. За это ему, очевидно, как стукачу-руководителю, дали восемь лет, которые он сидел сначала в Бутырской тюрьме во вполне удобной камере, из которой даже мог заказывать книги из Ленинской библиотеки, а потом — в подмосковной «шарашке». …Они потом встретились после войны. Николай Виткевич не держал на Солженицына особого зла. Но и относиться к нему, как к нормальному человеку, тоже не мог. В книге Шпачкова рассказывается о «героическом» поведении Солженицына. Но интересно, что практически никогда в России не публиковались документы, подтверждающие это поведение — в частности, его хорошо сохранившиеся доносы. <H3 align=center>Экибастузский донос</H3> Чтобы развернуть документ (500 КБ), нажмите мышкой Наиболее известный «подвиг» Солженицына-стукача — т.н. «экибастузский донос», который помог властям жестоко подавить в самом зародыше восстание украинских националистов в лагере в Экибастузе (Казахстан). Поскольку социализм — это учет и контроль, то все бумаги, которые когда-либо попадали в архивы госбезопасности, бережно там сохранялись (и сохраняются поныне). Уж больно хорош документ, позволяющий держать на хорошем крючке лауреата Нобелевской премии и совесть русской нации. Причем документик КГБ мудро решило не держать у себя и не подвергать публичной огласке (первое — неэффективно, второе — смахивает на провокацию). Добрые дяди из Комитета разрешили ознакомиться с ним и скопировать двум журналистам — чеху Томашу Ржезачу (этот вроде бы из Восточного блока) и немцу Франку Арнау (представителю вероятного противника из блока НАТО). И тот, и другой не преминули воспользоваться щедрым подарком КГБ. Вот его полный и точный текст. «Сов.секретно. Донесение с/о (секретный осведомитель — Ред.) от 20/1 -52 г. В свое время мне удалось, по вашему заданию, сблизиться с Иваном Мегелем. Сегодня утром Мегель встретил меня у пошивочной мастерской и полузагадочно сказал: «Ну, все, скоро сбудутся пророчества гимна, кто был ничем, тот станет всем!». Из дальнейшего разговора с Мегелем выяснилось, что 22 января з/к Малкуш, Коверченко и Романович собираются поднять восстание. Для этого они уже сколотили надежную группу, в основном, из своих — бандеровцев, припрятали ножи, металлические трубки и доски. Мегель рассказал, что сподвижники Романовича и Малкуша из 2, 8 и 10 бараков должны разбиться на 4 группы и начать одновременно. Первая группа будет освобождать «своих». Далее разговор дословно: «Она же займется и стукачами. Всех знаем! Их кум для отвода глаз тоже в штрафник затолкал. Одна группа берет штрафник и карцер, а вторая в это время давит службы и краснопогонников. Вот так-то!». Затем Мегель рассказал, что 3 и 4 группы должны блокировать проходную и ворота и отключить запасной электродвижок в зоне. Ранее я уже сообщал, что бывший полковник польской армии Кензирский и военлет Тищенко сумели достать географическую карту Казахстана, расписание движения пассажирских самолетов и собирают деньги. Теперь я окончательно убежден в том, что они раньше знали о готовящемся восстании и, по-видимому, хотят использовать его для побега. Это предположение подтверждается и словами Мегеля «а полячишка-то, вроде умнее всех хочет быть, ну, посмотрим!». Еще раз напоминаю в отношении моей просьбы обезопасить меня от расправы уголовников, которые в последнее время донимают подозрительными расспросами. Ветров 20.1.52». На донесении отчетливо видны служебные пометки. В левом верхнем углу: «Доложено в ГУЛаг МВД СССР. Усилить наряды охраны автоматчиками. Стожаров». Внизу: «Верно: нач. отдела режима и оперработы Стожаров». Анализ этого документа сделал именно г-н Арнау — криминолог по основной профессии. Он утверждает, что подлинность документа подтверждается идентичностью почерков «абстрактного» Ветрова и реального Солженицына, особенностями манеры письма и другими характерными частностями, с одной стороны, в журнальной копии, с другой — в книгах Солженицына и в его эпистолах, а также идентичностью других «почерков» — психологических, нравственных — при совершении им клеветническо-доносительских деяний на всем протяжении его жизни. Исследователи отмечают такую особенность «почерка» Ветрова, как обстоятельность и широта, с коими он давал показания против всех ближайших друзей юности — никого не забыл! — и даже против случайного вагонного знакомца Власова, а на Симоняна не поленился накатать аж 52 страницы! Подобная же картина и в его доносе от 20 января 1952 г.: назвал и срок бунта (22 января), и имена руководителей (Малкуш, Коверченко, Романович), и чем вооружились (ножи, доски, металлические трубки), и в каких бараках основные силы (во 2, 8 и 10), и каков план действий (разбиться на четыре группы и начать выступление одновременно), и что именно предстоит делать каждой группе в отдельности, и не забыл даже такую деталь, как отключение запасного движка! Следствием доноса стал, естественно, расстрел всей вышепоименованной группы заключенных 22 января 1952 года, после которого «Ветров», он же Солженицын, был упрятан в лагерный лазарет, а затем переведен в другой лагерь… *** Оригинал этого материала, 27.09.2001 © Л.А.Самутин, "Воспоминания" [...] Невозможно понять, в чем же конкретно обвиняли Солженицына, каковой была тактика следователя и как вел себя на допросе подследственный. В чем суть «криминала» автора «Архипелага?» Намеки, недомолвки, «полуправды». Впечатление такое, будто автор все время хочет что-то скрыть. Я решил проверить свое впечатление, пересказав (в ту пору рукопись еще лежала у меня на даче) содержание главы старому другу-юристу. Мой «однополчанин» по Воркуте занимал в свое время немалые должности в судебных органах. Вскоре по окончании войны был обвинен в «либерализме» и «потачках преступникам», снят с должности и сам отхватил десять лет. Освободились мы почти одновременно, он был реабилитирован и вернулся в Ленинград. Звали его и на прежнее поле деятельности, и в науку, но решил он, что будет отныне «жить только для себя», и на должности выше, чем юрисконсульт маленького заводика с окладом рублей в восемьдесят, не соглашался. Вскоре получил неплохую персональную пенсию и совсем оставил работу. Но если мне когда-нибудь (пронеси, Господи!) доведется снова стоять перед судом — ни на какого другого адвоката я не соглашусь. Друг выслушал меня и спросил: — А приговор? — Приговора нет... А что, без него нельзя? Мне было объяснено, что в приговоре содержится формула обвинения (это я знал и так!), что, не зная, в чем именно обвиняли человека, невозможно составить объективное мнение ни о следствии, ни о поведении подследственного во время оного (это я и сам чувствовал). И что осужденный скрывает содержание приговора только в одном случае: если разглашение может нанести ему ущерб. Я не упустил случая поинтересоваться у Н. А. Решетовской, видела ли она когда-нибудь копию приговора мужа. Наталья Алексеевна ответила, что, конечно, не раз держала ее в руках, когда хлопотала о пересмотре дела в 1946 году. Но обращала внимание только на заключительные фразы, говорящие о лишении свободы. А потом как-то куда-то Саня этот документ прибрал. Ему виднее, он больше в таких вещах разбирается. В самом деле, почему там, где так много места уделено последним мелочам, нет того, что по важности можно было бы назвать «документ номер один»?! Что бы мы узнали, прочитав этот документ? Не так уж мало: перечисление квалифицированных как преступные деяний обвиняемого. Если у него были соучастники — их имена и степень виновности. Далее должна следовать ссылка на доказательства: показания свидетелей таких-то и таких-то, перечисление вещественных доказательств, упоминание об экспертизах и т. д. и т.д. Но о приговоре в главе «Следствие» нет ни слова. Зато вдруг какие-то неожиданные для сурового, никому ничего не прощающего Александра Исаевича призывы к кротости и мягкосердечию. «Брат мой! Не осуди тех, кто так попал, кто оказался слаб и подписал лишнее... Не кинь в него камень!» И это заявляет человек, который метал молнии в Якира и Красина. Не за «подписание лишнего», не за оговоры и ложные обвинения, а всего-навсего за признание и без того доказанных следствием фактов. Почему вдруг забыта нетерпимость, которой так гордится Солженицын? Ага! Вот оно в чем дело! «Из тюремной протяженности, оглядываясь потом на свое следствие, я не имел оснований им гордиться. Я, конечно, мог держаться тверже и извернуться находчивей. Затмение ума и упадок духа сопутствовали мне в первые недели...» Из материалов Н. Виткевича и покойного профессора К. С. Симоняна мы знаем, что значило это «я, конечно, мог держаться тверже». Солженицын оговорил на следствии нескольких ни в чем не виновных людей. [Этого Симоняна, школьного друга Александра Исаевича, в 1952 году вызвал следователь и дал почитать эту увесистую тетрадку в 52 страницы, которые были исписаны столь знакомым ему почерком друга. На каждой странице фолиантика доказывалось, что он, Симонян, с детства был настроен антисоветски, духовно и политически разлагал друзей и особенно Саню Солженицына. – п.Р.] Но последуем призыву и не будем бросать камень! Что взять с человека, на которого накатило «затмение ума и упадок духа»? Многие ли способны перенести такую пытку, как необходимость спать при свете лампочки под потолком! Если мы и можем осудить Солженицына, то не за слабость духа в то время. (Прошли все сроки давности). Ему действительно казалось, что жизнь его кончена, и он цеплялся за нее любыми средствами. Вызывает отвращение другое. Будучи пойман за руку сейчас, фактически признав в той же самой главе свой давний грех, он все-таки пытается изворачиваться и льет новую грязь на оговоренных им же старых друзей, в то же самое время трубя на весь мир, что человечество может спасти только... покаяние. Но, повторяю, речь идет не об этом. Свидетельства Виткевича и Симоняна достаточно известны. Авторитет и честность этих людей не могут вызвать сомнения у самых закоренелых скептиков. Меня интересовало другое. Как в действительности шло следствие? Для этого нужно, ответить на несколько вопросов, которые никогда не придут в голову читателю более молодого поколения даже у нас в стране, а тем более — неискушенному западному. 1. Почему понадобилось везти, Да еще индивидуальным порядком, арестованного Солженицына с фронта в Москву? Неужели любой армейский трибунал не мог «влепить» ему «законную десятку»?! Улики-то были налицо. Фотокопии писем, где арестованный «критиковал Сталина». Мы-то знаем, как просто это делалось, хотя бы на примере судебного дела Виткевича. . . 2. В «преступной переписке» участвовали двое. К концу апреля следствие по делу одного из них закончено. День Победы — 9 Мая — Солженицын встречает уже старожилом общей камеры. А второй? Спокойно разгуливает по берегу Эльбы, в двух шагах от союзников... И берут его под стражу лишь после окончания следствия над Солженицыным! 3. Почему Солженицын получает такой, по тем временам буквально неестественно малый срок по совокупности двух статей, из которой 58 —11 (создание антисоветской группы) была погрозней, чем простое 58—10? Почему при этом «без конфискации имущества и лишения наград», как отмечается в заявлении Солженицына от 1946 года? 4. Почему, когда при подписании ст. 206 следователь предложил, в ответ на претензии Солженицына. начать следствие сначала, т. е. дал шанс исправить то, что было создано «помутненным разумом», Солженицын отказался от всяких замечаний и протестов? 5. Почему нигде и никогда не говорит Александр Исаевич, в чем же конкретно он обвинял Сталина, каково было содержание пресловутой «Резолюции № I»? - Как объяснить все это? Восстановить ход следствия пыталась Наталья Алексеевна Решетовская. Ей мешали два обстоятельства. Во-первых, она, несмотря на все стремление к объективности, была лицом заинтересованным. Все, что отягощало совесть Сани, убивало и ее, и она инстинктивно сторонилась этого. Во-вторых, ей попросту не хватало житейского опыта, знакомства с такими мрачными сферами действительности, как следственные изоляторы, суды, лагеря. Немало интересных мыслей выскажет позднее чехословацкий журналист Томаш Ржезач в своей во многом блистательной книге. Но он не жил в Советском Союзе тех времен. Хотя мой собственный «судебно-следственный» опыт минимален, я знаком с судьбами сотен людей, которым повезло куда меньше, чем мне, помню их рассказы, а с некоторыми могу проконсультироваться дополнительно. По-видимому, возможности чеха были гораздо больше моих. Ему даже удалось разыскать бывшего следователя Солженицына. Почему он не догадался задать ему мои вопросы? Я понимаю, что, конечно, мне такой случай никогда не представится. Это такая же утопия, как шанс заглянуть в судебное дело! «Шанс заглянуть в судебное дело» А.И.Солженицына добрые дяди дали, кроме чеха Ржезача, еще одному иностранцу — Франку Арнау. Тут вспомнили, как в двенадцатом номере «Военно-исторического журнала» за 1990 г., когда его еще возглавлял генерал Виктор Филатов, под заголовком «Ветров, он же — Солженицын» была воспроизведена публикация из немецкого журнала «Neue Politik» ( № 2, 1978. Гамбург). как было написано в том предисловии, «выдающийся криминолог и писатель», который «до последних лет своей жизни (он умер 11 февраля 1976 г. в Швейцарии) был неутомимым борцом за правду и законность». Последние годы Арнау трудился над книгой, которой дал предварительное рабочее название «Без бороды» ("Der Bart ist ab"). Можно предполагать, что оно хорошо выражало суть задуманной книги — намерение автора «побрить» Ветрова, давно щеголяющего длинной бородой. Действительно, судя по фактам, Арнау сильно занимал, как пишет редакция, «тот миф, который возник на Западе вокруг личности Александра Солженицына и особенно вынашивался теми, кто хотел бы возродить холодную войну». Собирая материал для книги, автор проделал широкие изыскания, приведшие его также и в Советский Союз, где он побывал в 1974 г. Следует добавить, что публикация в журнале «Neue Politik» была осуществлена с согласия вдовы и наследницы автора, Этты Арнау. Редакция «Нойе политик» писала, что Арнау удалось собрать обширный материал по вопросу «Солженицын-Ветров», и он неоднократно заявлял, что готовит публикацию об этом. Но если сперва автор говорил, что простой здравый смысл не позволяет думать, будто человек, давший в лагере обязательство-подписку быть доносчиком и сам признавшийся в этом на страницах своей книги, тем не менее доносительной деятельностью не занимался, и никто с него не спрашивал за бездеятельность, и она не мешала его своеобразному лагерному «благоденствию», то позже Арнау писал: «Теперь у меня в руках документальное доказательство его активной деятельности». Этот, по словам Арнау, «абсолютно убийственный для репутации С.» документальный материал дан в немецком переводе, а рядом — в факсимильной копии. Вот его полный и точный текст. "Сов.секретно. Донесение с/о* от 20/1 -52 г. В свое время мне удалось, по вашему заданию, сблизиться с Иваном Мегелем. Сегодня утром Мегель встретил меня у пошивочной мастерской и полузагадочно сказал; «Ну, все, скоро сбудутся пророчества гимна, кто был ничем, тот станет всем!». Из дальнейшего разговора с Мегелем выяснилось, что 22 января з/к** Малкуш, Коверченко и Романович собираются поднять восстание. Для этого они уже сколотили надежную группу, в основном, из своих — бандеровцев, припрятали ножи, металлические трубки и доски. Мегель рассказал, что сподвижники Романовича и Малкуша из 2, 8 и 10 бараков должны разбиться на 4 группы и начать одновременно. Первая группа будет освобождать «своих». Далее разговор дословно: «Она же займется и стукачами. Всех знаем! Их кум для отвода глаз тоже в штрафник затолкал. Одна группа берет штрафник и карцер, а вторая в это время давит службы и краснопогонников. Вот так-то!». Затем Мегель рассказал, что 3 и 4 группы должны блокировать проходную и ворота и отключить запасной электродвижок в зоне. Ранее я уже сообщал, что бывший полковник польской армии Кензирский и военлет Тищенко сумели достать географическую карту Казахстана, расписание движения пассажирских самолетов и собирают деньги. Теперь я окончательно убежден в том, что они раньше знали о готовящемся восстании и, по-видимому, хотят использовать его для побега. Это предположение подтверждается и словами Мегеля «а полячишка-то, вроде умнее всех хочет быть, ну, посмотрим!». Еще раз напоминаю в отношении моей просьбы обезопасить меня от расправы уголовников, которые в последнее время донимают подозрительными расспросами. Ветров 20.1.52". * с/о — секретный осведомитель. ** з/к — заключенный. На донесении отчетливо видны служебные пометки. В левом верхнем углу: «Доложено в ГУЛаг МВД СССР. Усилить наряды охраны автоматчиками. Стожаров». Внизу: «Верно: нач. отдела режима и оперработы Стожаров». Несмотря на то, что текст ветровского доноса сравнительно невелик, однако он дает выразительный материал для размышлений: в нем отчетливо узнается не только почерк Солженицына, но и некоторые устойчивые особенности его письма, литературной манеры, хотя и представлены здесь эти особенности порой буквально крупицами. Например, одна из отчетливых особенностей языка Солженицына состоит в сильной тяге к сокращенному соединению слов. Он не напишет «хозяйственный двор» или «строительный участок», а непременно — как в «Архипелаге»: «хоздвор» , «стройучасток». Или даже: «концемартовская амнистия» , «цемзавод»(цементный завод), «замдир» (заместитель директора) и т.д. Некоторые из этих словесных образований сущие уродцы, но привязанность к таким уродцам нашла место и в доносе, где мы встречаем слово «военлет» — военный летчик. Другая особенность солженицынского письма состоит в большой любви к назойливому подчеркиванию тех или иных слов и целых выражений. На небольшом пространстве доноса обнаружила себя и эта особенность: в середине текста подчеркнуто «всех знаем!», а в конце — «обезопасить меня от расправы уголовников». Еще одна вполне очевидная особенность — злоупотребление запятыми. Александр Исаевич охотно ставит их там, где можно бы и не ставить, а порой даже и в таких случаях, где ставить совсем не следует, не полагается. Такое же пристрастие видим и в доносе. Там в первой фразе взяты в запятые слова «по вашему заданию», в четвертой — «в основном». Иные совпадения точны до буквальности. Так, у Ветрова читаем: «Это предположение подтверждается и словами Мегеля »а полячишка-то, вроде умнее всех хочет быть!..". Во-первых, запятая здесь, конечно, опять-таки ни к чему, но интересно то, в какой простецкой манере вставлена прямая речь Мегеля: она даже начата не с большой буквы. Точно такую же упрощенность видим и у Солженицына в «Архипелаге». Ну, хотя бы: «Кто-то крикнул сзади: »а нам нужна — свобода!..". Или вот слово «краснопогонники» В доносе оно запросто вложено в уста Ивана Мегеля. Мы неоднократно встречаем это слово и подобные ему хотя бы в том же «Архипелаге»; «Эти »краснопогонники", «регулярные солдаты» (т.З, с.72)... «Наверху краснопогонники спрашивают фамилию» (т.З, с.194)... «Командование ввело в женскую зону »чернопогонников" — солдат стройбата" ... А взять такие, допустим, обороты речи, вложенные опять-таки в уста Мегелю: «Их кум в штрафник затолкал», «вторая группа в это время давит службы». Подчеркнутые слова в подобных контекстах опять-таки часто встречаются в книгах Солженицына. Хотя бы: «Пришли хлопцы к паханам, сели поговорить о жизни и сказали им так: »Если будете нас давить — мы вас перережем" ... «Нам, тридцать пять лет давимым» (т.З. с.309) и т.д. Несмотря на обстоятельность проделанного выше анализа, надо сказать, что в подлинном авторстве доноса, несколько загадочным образом попавшего в руки Арнау, во время его посещения Москвы, больше всего убеждает даже не идентичность почерков, особенностей манеры письма и других характерных частностей, с одной стороны, в журнальной копии, с другой — в книгах Солженицына и в его эпистолах, а идентичность «почерков» иных — психологических, нравственных — при совершении им клеветническо-доносительских деяний на всем протяжении его жизни. Вспомним такую особенность «почерка» Ветрова, как обстоятельность и широта, с коими он давал показания против всех ближайших друзей юности — никого не забыл! — и даже против случайного вагонного знакомца Власова, а на Симоняна не поленился накатать аж 52 страницы! Подобная же картина и в его доносе от 20 января 1952 г.: назвал и срок бунта (22 января), и имена руководителей (Малкуш, Коверченко, Романович), и чем вооружились (ножи, доски, металлические трубки), и в каких бараках основные силы (во 2, 8 и 10), и каков план действий (разбиться на четыре группы и начать выступление одновременно), и что именно предстоит делать каждой группе в отдельности, и не забыл даже такую деталь, как отключение запасного движка! [...]