БакиноЧка_Я

Однажды зимним вечером, когда снежные хлопья покрывали темный асфальт сонного города, одна снежинка упала на оконную раму старого дома. - Ах! Как здорово, здесь на земле – восторженно воскликнула снежинка,- не то, что на холодном и мрачном небе. - Не говори глупостей!- сказали вдруг другие снежинки.- Скоро начнется весна, и мы все исчезнем. - Я знаю,- вздохнула снежинка,- и все равно, земля прекрасна. Она посмотрела в окно старого дома. Там, в том таинственном маленьком мире, куда старается не заходить ни один снежный пушок, было так светло, что снежинке даже пришлось зажмуриться. И все это было благодаря одинокому камину, стоящему посередине комнаты и огню, плясавшему в нем. Тогда снежинка еще не знала, что это огонь. Но ее уже завораживали его движения, искры и треск, слабо слышимый через стекло. - Кто это?- спросила снежинка,- он такой яркий! Но другие снежинки ничего не ответили. - Это огонь,- сказал вдруг ветер, внезапно прилетевший с севера. - Огонь…- повторила снежинка. Само слово показалось ей каким-то волшебным.- А какой он? - Он смелый, он буйный,- ответил ветер,- и у него горячее сердце. Он согревает своим теплом всех, кому нужно его тепло, и уничтожает то, что может уничтожить. - А что значит тепло?- поинтересовалась снежинка. - Это то, что наполняет твое сердце, и тебе становится так хорошо, так радостно, и в то же время грустно… - Да, наверное, у него очень горячее сердце,- снежинка сказала с вздохом,- но я не верю, что он может что-то уничтожить. Тот, кто так освещает комнату, просто не может никому навредить. - Я не стал бы тебя обманывать,- ветер вздохнул и улетел. Но снежинка все равно не верила в то, что сказал ветер. Ей казалось, что этого просто не может быть. Каждый день она смотрела в окно, каждый вечер зажигали камин, и она любовалась яркими языками пламени. И вот однажды, когда опустились темно-синие сумерки, снежинка сказала: - Нет, больше я так не могу! Я так хочу побывать в том мире, где живет огонь. Я хочу узнать, что значит тепло! - Глупышка,- мягко произнес ветер.- Тебе нельзя приближаться к огню. Твое сердце слишком холодное, чтобы принять его тепло. Ты растаешь… - Ну и что?- резко сказала снежинка.- Зато я узнаю, что значит тепло. Пожалуйста, ветер!- взмолилась она,- помоги мне! Ветер вздохнул и немного подумав, ответил: - Хорошо, я помогу. Тут он закрутился, завертелся и, собрав все силы, дунул и открыл форточку. Затем он подхватил снежинку и перенес ее в комнату, к самому камину. Огонь горел очень ярко, намного ярче, чем казалось из окна. И тепло… как было тепло. «Вот что это значит»- подумала снежинка,- «как это прекрасно… так радостно и грустно…» Она чувствовала, как ее холодное сердце заполняет невероятное чувство, такое горячее, такое сильное… - Ты ведь не убьешь меня, правда?- спросила огня снежинка, приближаясь к нему все ближе и ближе. - Ах,- вздохнул огонь,- если бы я мог… но я ничего не могу с собой поделать. Такова моя сущность. - Ну что же…- промолвила снежинка,- значит так нужно. Но я ни о чем не жалею, поскольку узнала, что значит тепло. Спустя несколько секунд на полу, возле камина лежала маленькая капелька воды. Завыл ветер. Огонь приутих. Снежинки за окном сначала долго молчали, и только спустя некоторое время стали обсуждать безрассудный поступок глупой снежинки. Но пройдет зима, и они все растают…

Одни называют ее чудачкой И пальцем на лоб - за спиной, тайком. Другие - принцессою и гордячкой, А третьи просто синим чулком. Птицы и те попарно летают, Душа стремится к душе живой. Ребята подруг из кино провожают, А эта одна убегает домой. Зимы и весны цепочкой пестрой Мчатся, бегут за звеном звено... Подруги, порой невзрачные просто, Смотришь - замуж вышли давно. Вокруг твердят ей: - Пора решаться. Мужчины не будут ведь ждать, учти! Недолго и в девах вот так остаться! Дело-то катится к тридцати... Неужто не нравился даже никто? - Посмотрит мечтательными глазами: - Нравиться нравились. Ну и что? - И удивленно пожмет плечами. Какой же любви она ждет, какой? Ей хочется крикнуть: "Любви-звездопада! Красивой-красивой! Большой-большой! А если я в жизни не встречу такой, Тогда мне совсем никакой не надо!"

О. Генри "Последний лист" В небольшом квартале к западу от Вашингтон-сквера улицы перепутались и переломались в короткие полоски, именуемые проездами. Эти проезды образуют странные углы и кривые линии. Одна улица там даже пересекает самое себя раза два. Некоему художнику удалось открыть весьма ценное свойство этой улицы. Предположим, сборщик из магазина со счетом за краски, бумагу и холст повстречает там самого себя, идущего восвояси, не получив ни единого цента по счету! И вот люди искусства набрели на своеобразный квартал Гринич-Виллидж в поисках окон, выходящих на север, кровель ХVIII столетия, голландских мансард и дешевой квартирной платы. Затем они перевезли туда с Шестой авеню несколько оловянных кружек и одну-две жаровни и основали «колонию». Студия Сью и Джонси помещалась наверху трехэтажного кирпичного дома. Джонси – уменьшительное от Джоанны. Одна приехала из штата Мэйн, другая из Калифорнии. Они познакомились за табльдотом одного ресторанчика на Вольмой улице и нашли, что их взгляды на искусство, цикорный салат и модные рукава вполне совпадают. В результате и возникла общая студия. Это было в мае. В ноябре неприветливый чужак, которого доктора именуют Пневмонией, незримо разгуливал по колонии, касаясь то одного, то другого своими ледяными пальцами. По Восточной стороне этот душегуб шагал смело, поражая десятки жертв, но здесь, в лабиринте узких, поросших мохом переулков, он плелся нога за нагу. Господина Пневмонию никак нельзя было назвать галантным старым джентльменом. Миниатюрная девушка, малокровная от калифорнийских зефиров, едва ли могла считаться достойным противником для дюжего старого тупицы с красными кулачищами и одышкой. Однако он свалил ее с ног, и Джонси лежала неподвижно на крашеной железной кровати, глядя сквозь мелкий переплет голландского окна на глухую стену соседнего кирпичного дома. Однажды утром озабоченный доктор одним движением косматых седых бровей вызвал Сью в коридор. – У нее один шанс… ну, скажем, против десяти, – сказал он, стряхивая ртуть в термометре. – И то, если она сама захочет жить. Вся наша фармакопея теряет смысл, когда люди начинают действовать в интересах гробовщика. Ваша маленькая барышня решила, что ей уже не поправиться. О чем она думает? – Ей… ей хотелось написать красками Неаполитанский залив. – Красками? Чепуха! Нет ли у нее на душе чего-нибудь такого, о чем действительно стоило бы думать, например, мужчины? – Мужчины? – переспросила Сью, и ее голос зазвучал резко, как губная гармоника. – Неужели мужчина стоит… Да нет, доктор, ничего подобного нет. – Ну, тогда она просто ослабла, – решил доктор. – Я сделаю все, что буду в силах сделать как представитель науки. Но когда мой поциент начинает считать кареты в своей похоронной процессии, я скидываю пятьдесят процентов с целебной силы лекарств. Если вы сумеете добиться, чтобы она хоть раз спросила, какого фасона рукава будут носить этой зимой, я вам ручаюсь, что у нее будет один шанс из пяти, вместо одного из десяти. После того как доктор ушел, Сью выбежала в мастерскую и плакала в японскую бумажную салфеточку до тех пор, пока та не размокла окончательно. Потом она храбро вошла в комнату Джонси с чертежной доской, насвистывая рэгтайм. Джонси лежала, повернувшись лицом к окну, едва заметная под одеялами. Сью перестала насвистывать, думая, что Джонси уснула. Она пристроила доску и начала рисунок тушью к журнальному рассказу. Для молодых художников путь в Искусство бывает вымощен иллюстрациями к журнальным рассказам, которыми молодые авторы мостят себе путь в Литературу. Набрасывая для рассказа фигуру ковбоя из Айдахо в элегантных бриджах и с моноклем в глазу, Сью услышала тихий шепот, повторившийся несколько раз. Она торопливо подошла к кровати. Глаза Джонси были широко открыты. Она смотрела в окно и считала – считала в обратном порядке. – Двенадцать, – произнесла она, и немного погодя: – одиннадцать, – а потом: – «десять» и «девять», а потом: – «восемь» и «семь» – почти одновременно. Сью посмотрела в окно. Что там было считать? Был виден только пустой, унылый двор и глухая стена кирпичного дома в двадцати шагах. Старый-старый плющ с узловатым, подгнившим у корней стволом заплел до половины кирпичную стену. Холодное дыхание осени сорвало листья с лозы, и оголенные скелеты ветвей цеплялись за осыпающиеся кирпичи. – Что там такое, милая? – спросила Сью. – Шесть, – едва слышно ответила Джонси. – Теперь они облетают гораздо быстрее. Три дня назад их было почти сто. Голова кружилась считать. А теперь это легко. Вот и еще один полетел. Теперь осталось только пять. – Чего пять, милая? Скажи своей Сьюди. – Листьев. На плюще. Когда упадет последний лист, я умру. Я это знаю уже три дня. Разве доктор не сказал тебе? – Первый раз слышу такую глупость! – с великолепным презрением отпарировала Сью. – Какое отношение могут иметь листья на старом плюще к тому, что ты поправишься? А ты еще так любила этот плющ, гадкая девочка! Не будь глупышкой. Да ведь еще сегодня доктор говорил мне, что ты скоро выздоровеешь… позволь, как же это он сказал?.. что у тебя десять шансов против одного. А ведь это не меньше, чем у каждого из нас здесь в Нью-Йорке, когда едешь в трамвае или идешь мимо нового дома. Попробуй съесть немножко бульона и дай твоей Сьюди закончить рисунок, чтобы она могла сбыть его редактору и купить вина для своей больной девочки и свиных котлет для себя. – Вина тебе покупать больше не надо, – отвечала Джонси, пристально глядя в окно. – Вот и еще один полетел. Нет, бульона я не хочу. Значит, остается всего четыре. Я хочу видеть, как упадет последний лист. Тогда умру и я. – Джонси, милая, – сказала Сью, наклоняясь над ней, – обещаешь ты мне не открывать глаз и не глядеть в окно, пока я не кончу работать? Я должна сдать иллюстрацию завтра. Мне нужен свет, а то я спустила бы штору. – Разве ты не можешь рисовать в другой комнате? – холодно спросила Джонси. – Мне бы хотелось посидеть с тобой, – сказала Сью. – А кроме того, я не желаю, чтобы ты глядела на эти дурацкие листья. – Скажи мне, когда кончишь, – закрывая глаза, произнесла Джонси, бледная и неподвижная, как поверженная статуя, – потому что мне хочется видеть, как упадет последний лист. Я устала ждать. Я устала думать. Мне хочется освободиться от всего, что меня держит, – лететь, лететь все ниже и ниже, как один из этих бедных, усталых листьев. – Постарайся уснуть, – сказала Сью. – Мне надо позвать Бермана, я хочу писать с него золотоискателя-отшельника. Я самое большее на минутку. Смотри же, не шевелись, пока я не приду. Старик Берман был художник, который жил в нижнем этаже под их студией. Ему было уже за шестьдесят, и борода, вся в завитках, как у Моисея Микеланджело, спускалась у него с головы сатира на тело гнома. В искусстве Берман был неудачником. Он все собирался написать шедевр, но даже и не начал его. Уже несколько лет он не писал ничего, кроме вывесок, реклам и тому подобной мазни ради куска хлеба. Он зарабатывал кое-что, позируя молодым художникам, которым профессионалы-натурщики оказывались не по карману. Он пил запоем, но все еще говорил о своем будущем шедевре. А в остальном это был злющий старикашка, который издевался над всякой сентиментальностью и смотрел на себя, как на сторожевого пса, специально приставленного для охраны двух молодых художниц. Сью застала Бермана, сильно пахнущего можжевеловыми ягодами, в его полутемной каморке нижнего этажа. В одном углу двадцать пять лет стояло на мольберте нетронутое полотно, готовое принять первые штрихи шедевра. Сью рассказала старику про фантазию Джонси и про свои опасения насчет того, как бы она, легкая и хрупкая, как лист, не улетела от них, когда ослабнет ее непрочная связь с миром. Старик Берман, чьи красные глада очень заметно слезились, раскричался, насмехаясь над такими идиотскими фантазиями. – Что! – кричал он. – Возможна ли такая глупость – умирать оттого, что листья падают с проклятого плюща! Первый раз слышу. Нет, не желаю позировать для вашего идиота-отшельника. Как вы позволяете ей забивать голову такой чепухой? Ах, бедная маленькая мисс Джонси! – Она очень больна и слаба, – сказала Сью, – и от лихорадки ей приходят в голову разные болезненные фантазии. Очень хорошо, мистер Берман, – если вы не хотите мне позировать, то и не надо. А я все-таки думаю, что вы противный старик… противный старый болтунишка. – Вот настоящая женщина! – закричал Берман. – Кто сказал, что я не хочу позировать? Идем. Я иду с вами. Полчаса я говорю, что хочу позировать. Боже мой! Здесь совсем не место болеть такой хорошей девушке, как мисс Джонси. Когда-нибудь я напишу шедевр, и мы все уедем отсюда. Да, да! Джонси дремала, когда они поднялись наверх. Сью спустила штору до самого подоконника и сделала Берману знак пройти в другую комнату. Там они подошли к окну и со страхом посмотрели на старый плющ. Потом переглянулись, не говоря ни слова. Шел холодный, упорный дождь пополам со снегом. Берман в старой синей рубашке уселся в позе золотоискателя-отшельника на перевернутый чайник вместо скалы. На другое утро Сью, проснувшись после короткого сна, увидела, что Джонси не сводит тусклых, широко раскрытых глаз со спущенной зеленой шторы. – Подними ее, я хочу посмотреть, – шепотом скомандовала Джонси. Сью устало повиновалась. И что же? После проливного дождя и резких порывов ветра, не унимавшихся всю ночь, на кирпичной стене еще виднелся один лист плюща – последний! Все еще темнозеленый у стебелька, но тронутый по зубчатым краям желтизной тления и распада, он храбро держался на ветке в двадцати футах над землей. – Это последний, – сказала Джонси. – Я думала, что он непременно упадет ночью. Я слышала ветер. Он упадет сегодня, тогда умру и я. – Да бог с тобой! – сказала Сью, склоняясь усталой головой к подушке. – Подумай хоть обо мне, если не хочешь думать о себе! Что будет со мной? Но Джонси не отвечала. Душа, готовясь отправиться в таинственный, далекий путь, становится чуждой всему на свете. Болезненная фантазия завладевала Джонси все сильнее, по мере того как одна за другой рвались все нити, связывавшие ее с жизнью и людьми. День прошел, и даже в сумерки они видели, что одинокий лист плюща держится на своем стебельке на фоне кирпичной стены. А потом, с наступлением темноты, опять поднялся северный ветер, и дождь беспрерывно стучал в окна, скатываясь с низкой голландской кровли. Как только рассвело, беспощадная Джонси велела снова поднять штору. Лист плюща все еще оставался на месте. Джонси долго лежала, глядя на него. Потом позвала Сью, которая разогревала для нее куриный бульон на газовой горелке. – Я была скверной девчонкой, Сьюди, – сказала Джонси. – Должно быть, этот последний лист остался на ветке для того, чтобы показать мне, какая я была гадкая. Грешно желать себе смерти. Теперь ты можешь дать мне немного бульона, а потом молока с портвейном… Хотя нет: принеси мне сначала зеркальце, а потом обложи меня подушками, и я буду сидеть и смотреть, как ты стряпаешь. Часом позже она сказала: – Сьюди, надеюсь когда-нибудь написать красками Неаполитанский залив. Днем пришел доктор, и Сью под каким-то предлогом вышла за ним в прихожую. – Шансы равные, – сказал доктор, пожимая худенькую, дрожащую руку Сью. – При хорошем уходе вы одержите победу. А теперь я должен навестить еще одного больного, внизу. Его фамилия Берман. Кажется, он художник. Тоже воспаление легких. Он уже старик и очень слаб, а форма болезни тяжелая. Надежды нет никакой, но сегодня его отправят в больницу, там ему будет покойнее. На другой день доктор сказал Сью: – Она вне опасности. Вы победили. Теперь питание и уход – и больше ничего не нужно. В тот же вечер Сью подошла к кровати, где лежала Джонси, с удовольствием довязывая яркосиний, совершенно бесполезный шарф, и обняла ее одной рукой – вместе с подушкой. – Мне надо кое-что сказать тебе, белая мышка, – начала она. – Мистер Берман умер сегодня в больнице от воспаления легких. Он болел всего только два дня. Утром первого дня швейцар нашел бедного старика на полу в его комнате. Он был без сознания. Башмаки и вся его одежда промокли насквозь и были холодны, как лед. Никто не мог понять, куда он выходил в такую ужасную ночь. Потом нашли фонарь, который все еще горел, лестницу, сдвинутую с места, несколько брошенных кистей и палитру с желтой и зеленой красками. Посмотри в окно, дорогая, на последний лист плюща. Тебя не удивляло, что он не дрожит и не шевелится от ветра? Да, милая, это и есть шедевр Бермана – он написал его в ту ночь, когда слетел последний лист.

Sagl?qlar deyildi ????r, ba??rla, ???y?n g?lbin? gir?n oldumu? G?z?nd?n k?nl?n? d???n c???rla Axan g?z ya??n? g?r?n oldumu? Sa?l??lar uzand?...s ?h?r? kimi ?al?b oynad?lar, keyf eyl?dil?r. ??rp?b pill?l?r? son ?midimi “Vagzal?” ?st?nd? d?fn eyl?dil?r. Son ?mid. O m ?nim g?r?yim idi Yolunda ?am tutdu ne?? q?z, g?lin ?am deyil, o m?nim ?r?yim idi Son d?f? yan?rd? yolunda s?nin. Getdin...o k?hn ? yol, nur yolu idi, Izin d???n yerd? g?l a?mad? ki? ?zg?yl? ke?irdin o yolu indi, Aya??n alt?ndan yer ga?mad? ki? Bu yollar n ? yaman v?fas?z imi?, Niy? ?ilikl?nib t?k?lm?dil?r? D???b g?d?min? h?r yoxu?-eni?, Niy? ?r?yim? ??kilm?dil?r? Ba??na g?l-?i? ?k s?pdil?r o g?n, Al??an g?lbim? su s?pm?dil?r. “Get” deyib aln?ndan ?pd?l?r o g?n, S?n?q taleyimi d?z?ltm?dil?r... G?ld?n, g?l???n?n ?mr? ?ox q?sa, Bir h?sr?t ax?rd? gan?nda s?nin Orda b?t?n yerl?r tutulmu?sa da, Yerim g?r?n?rd? yan?nda s?nin. D?n ?n toyun idi, xo?b?xt olasan, G?r?n?r bu biz? q?sm?t deyilmi?. Unut! El? bil ki, sevdiyin o?lan, Getdiyin o?lanm?... M?n deyilmi?...

Думаю, что все же больше нет, нежели да... Потому как память - вещь великая, и иной раз творит чудеса, вызывая к месту и не к месту такооое, что думаешь - а было ли это и когда?))) Просто надо понять что прошлое это пошлое и его не вернешь...(хотя..мож и вернешь, тока надо ли?)

Оч грустно читать такое, аж мурашки по коже...Даже не вериться что был весь этот ад на земле...

Я боюсь... Аллаха и Судного Дня Я говорю...то что думаю Я ем...вкусное и не всегда полезное Я знаю что... ничто в этом мире не веЧно Я люблю...дождь Я не люблю...когда люди лгут Я ругаюсь... матом) Я смотрю... на все с позитиФом) Жизнь это... испытание перед Вечным покоем... Любовь это... когда бабоЧки в животе Смерть это... Оч больно и невосполнимая потеря... Если цветы, то ... розовые розу (бутоны) Если чай, то... черный и горячий Если музыка, то... которая заставляет подпевать) Если танцевать, то... до упаду Если выглядеть, то... обалденно Если зима, то.. снежная и морозная Если лето, то... жара и море Если осень, то...грусть и депрессняк Если весна, то...лябоффф) Если отношения, то... искренние Если плакать, то...навзрыд Если невозможно, то...невозможное возможно при любом раскладе! Я решил(а)...что все что ни делается - все к лучшему!

Я боюсь... Я говорю... Я ем... Я знаю что... Я люблю... Я не люблю... Я ругаюсь... Я смотрю... Жизнь это... Любовь это... Смерть это... Если цветы, то ... Если чай, то... Если музыка, то... Если танцевать, то... Если выглядеть, то... Если зима, то.. Если лето, то... Если осень, то... Если весна, то... Если отношения, то... Если плакать, то... Если невозможно, то... Я решил(а)...

Правда жизни)))) Красивая притЧа!

Всегда пожалуйста

Вопрос "или или"...А Вы сами чего боольше всего хотите? Вы пишите что Вам трудно жить в таком "режиме", выходит - не Ваше это...Стоит менять работу и коллектив... По поводу денег - это все хорошо, когда з/плата высокая, есть возможность обеспечивать себя так, как того хочется, но...когда при этом надо работать в коллективе, к которому душа не лежит в прямом смысле этого слова)) - то лучше уйти. А деньги - не в деньгах смысл, главное чтоб работа радовала...Ну по крайней мере,я так считаю. А Вы можете и не быть работником, работающим только "за идею"..то у каждого свое... Мой ответ - сменила бы работу - мне важно чтоб было душевное спокойствие, а учитывая что на работе проводишь большую половину дня, то спокойствие зависит от работы) Пэ.Сэ.: В любом случае, решение принимать Вам, а не нам - так что исходите из своих убеждений

" тварь черно*пая, чурка и нерусь" - вот за это я бы даже не то что вмазала в пятак, а даже искромсала бы ножичком...Так, чтоб в следующий раз знали кто есть кто. И потом, если без эмоций - стоит им провести курс в историю с татарами и монголами (если это грилось руссичами) Касаемо заявления в расизме - так то ещЧе доказать надо, что займет гораздо больше времени и сил, нежели просто дать в пятак)))

Я знаю, что такое ОДИНОЧЕСТВО. Это постоянно работающие магнитофон и телевизор. И не важно, о чем поется в песнях, о ком говорится в телепередачах. Это истрепанный фотоальбом и истерзанный ежедневник. Это молчание телефона. Это желание плакать без причины. Это мечты встретить тебя. Того, которого еще не видела, не слышала, не представляла. Это осознание, что на земле существуешь только ты и твои проблемы. Это – одиночество. Я знаю, что такое ВЛЮБЛЕННОСТЬ. Это случайная встреча с тобой, с тем, о ком мечтала. Это твой номер телефона в записной книжке. Это новая страничка в ежедневнике. Это бессоница по ночам. Это желание всегда, каждый день и каждую минуту, быть красивой. Это ожидание. Я знаю, что такое ЛЮБОВЬ. Это когда вместе с магнитофоном поешь и ты сама. По телевизору смотришь только сериалы о любви. В сумочке разбросаны фотографии. К телефону бежишь, сметая все на своем пути. На лице постоянная улыбка. И хочется плакать, плакать от счастья. Это роза в вазе, которой любуешься, ложась спать вечером и просыпаясь утром. Это ощущение, будто что-то чистое и большое поселилось в сердце. Это Любовь. Большая, чистая и взаимная. Я знаю, что такое РАЗЛУКА. Это лошадиная доза никотина и пьяные слезы в подушку. Это порванные фотографии. Это вырванный из записной книжки листик с номером телефона, который был красиво записан. Это воспоминания, от которых болит голова и хочется плакать, но нет слез. Это завядшая роза, растрепанные волосы и потекший макияж. Это круги под глазами и отвращение к прошлому. Это потеря. Я знаю, что такое БЕЗРАЗЛИЧИЕ. Это «параллельное» отношение к вещам, которые раньше вызывали радость и слезы. Это спокойствие глаз, которые не ищут тебя среди толпы. Это безразличие к тому, что лежит у тебя в сумочке, на столе. И все равно, как ты выглядишь, что находится вокруг тебя. Это безразличие. Я знаю, что такое НАДЕЖДА. Это огромное желание работать, чтобы не было времени для воспоминаний. Это выброшенные кусочки от порванных фотографий. Это утренняя зарядка и чтение перед сном. Это строгий макияж и хорошо уложенные волосы. Это отсутствие прошлого и сны о будущем. Это надежда, что все вернется. Надежда на новую встречу. Я все это знаю. Все. Но почему-то хочется все испытать снова... Хочется прочувствовать еще раз...

(МОЕ САМОЕ ЛЮБИМОЕ) В больнице в одной палате лежали два тяжело больных человека. Один лежал у окна, а кровать другого располагалась у двери. — Что там видно в окне? — как-то спросил тот, что лежал у двери. — О! — оживился первый. — Я вижу небо, облака, напоминающие зверюшек, озеро и лес вдалеке. Каждый день лежащий у окна рассказывал своему соседу о том, что происходит за окном. Он видел лодку, рыбаков с огромным уловом, детей, играющих на берегу, юных любовников, держащихся за руки и не сводящих друг с друга сияющих глаз. В то время как он наблюдал все эти удивительные события за окном, его соседа мучила глухая злоба. «Это несправедливо, — думал он. — За какие такие заслуги его уложили у окна, а не меня, и я могу лицезреть только дверь с облупившейся краской, в то время как он любуется видом из окна?» Однажды, лежащий у окна сильно закашлялся и стал задыхаться. Он пытался дотянуться до кнопки вызова медсестры, но у него не было сил, потому что он содрогался от кашля. Сосед наблюдал за происходящим. Ему ничего не стоило нажать на свою кнопку, но он этого не сделал. Через некоторое время первый затих и вытянулся на своей постели. Когда его унесли, сосед попросил медсестру, чтобы его переложили к окну. Медсестра выполнила просьбу больного, перестелила его постель, помогла ему перелечь на противоположную кровать и, убедившись, что больному удобно, направилась к двери. Вдруг её остановил удивлённый возглас больного: — Как же так! Это окно выходит на глухую серую стену! Но тот, кто умер, рассказывал мне, что видел лес, озеро, облака, людей… Как же он мог всё это видеть из этого окна? Медсестра печально улыбнулась: — Он вообще не мог ничего видеть: ваш покойный сосед был слепым.?

Ехал один молодой человек на новом сверкающем «ягуаре» в прекрасном настроении, напевая какую-то мелодию. Вдруг увидел он детей, сидящих у дороги. После того, как он, осторожно объехав их, собрался снова набирать скорость, он вдруг услышал, как в машину ударился камень. Молодой человек остановил машину, вышел из неё и, схватив одного из мальчишек за шиворот, начал его трясти с криком: — Паршивец! Какого чёрта ты бросил в мою машину камень! Ты знаешь, сколько стоит эта машина?! — Простите меня, мистер, — ответил мальчик. — У меня не было намерения причинить вред вам и вашей машине. Дело в том, что мой брат — инвалид, он вывалился из коляски, но я не могу поднять его, он слишком тяжёл для меня. Уже несколько часов мы просим помощи, но ни одна машина не остановилась. У меня не было другого выхода, кроме как бросить камень, иначе вы бы тоже не остановились. Молодой человек помог усадить инвалида в кресло, пытаясь сдержать слёзы и подавить подступивший к горлу ком. Затем он пошёл к своей машине и увидел вмятину на новенькой блестящей двери, оставшуюся от камня. Он ездил многие годы на этой машине, и всякой раз говорил «нет» механикам на предложение отремонтировать эту вмятину на дверце, потому что она каждый раз напоминала ему о том, что если ты проигнорируешь шёпот, в тебя полетит камень.

Один человек в детстве был очень дружен со стариком–соседом. Но время шло, появился колледж и увлечения, затем работа и личная жизнь. Каждую минуту молодой мужчина был занят, и у него не было времени ни вспомнить о прошлом, ни даже побыть с близкими. Однажды он узнал, что сосед умер – и неожиданно вспомнил: старик многому научил его, стараясь заменить мальчику погибшего отца. Ощутив свою вину, он приехал на похороны. Вечером, после погребения, мужчина зашёл в опустевший дом покойного. Всё было так, как и много лет назад… Вот только маленькая золотая коробочка, в которой, по словам старика, хранилась самая ценная для него вещь, исчезла со стола. Подумав, что её забрал кто-то из немногочисленных родственников, мужчина покинул дом. Однако через две недели он получил посылку. Увидев на ней имя соседа, мужчина вздрогнул и открыл коробку. Внутри лежала та самая золотая коробочка. В ней оказались карманные золотые часы с гравировкой: «Спасибо за время, что проводил со мной». И он понял — самым ценным для старика было время, проведённое со своим маленьким другом. С тех пор мужчина старался как можно больше времени уделять жене и сыну. Жизнь измеряется не количеством вдохов. Она измеряется количеством моментов, которые заставляют нас задержать дыхание. Время утекает от нас каждую секунду. И его нужно тратить прямо сейчас.?

Банка жизни …Студенты уже заполнили аудиторию и ждали начала лекции. Вот появился преподаватель и выставил на стол большую стеклянную банку, что многих удивило: -Сегодня я хотел бы поговорить с вами о жизни, что вы можете сказать об этой банке? -Ну, она пустая, - сказал кто-то. -Совершенно верно,- подтвердил преподаватель, затем он достал из-под стола мешок с крупными камнями и начал укладывать их в банку до тех пор, пока они не заполнили ее до самого верха, - А теперь что вы можете сказать об этой банке? -Ну, а теперь банка полная! - опять сказал кто-то из студентов. Преподаватель достал еще один пакет с горохом, и начал засыпать его в банку. Горох начал заполнять пространство между камнями: -А теперь? -Теперь банка полная!!! - начали вторить студенты. Тогда преподаватель достал пакет с песком, и начал засыпать его в банку, спустя какое-то время в банке не осталось свободного пространства. -Ну теперь-то банка точно полная - загалдели студенты. Тогда преподаватель, хитро улыбаясь, вытащил две бутылки пива и влил их в банку: - А вот теперь банка полна! - сказал он. - А теперь я буду объяснять вам, что сейчас произошло. Банка - это наша жизнь, камни - это самые важные вещи в нашей жизни, это наша семья, это наши дети, наши любимые, все то, что имеет для нас огромное значение; горох - это те вещи, которые не так значимы для нас, это может быть дорогой костюм или машина и т.д.; а песок - это все самое мелкое и не значительное в нашей жизни, все те мелкие проблемы, которые сопровождают нас на протяжении все нашей жизни; так вот, если бы я сначала засыпал в банку песок, то в нее бы уже нельзя было поместить ни горох, ни камни, поэтому никогда не позволяйте различного рода мелочам заполнять вашу жизнь, закрывая вам глаза на более важные вещи. У меня все, лекция окончена. - Профессор, - спросил кто-то из студентов - а что означают бутылки пива???!!! Профессор опять хитро улыбнулся: - Они означают то, что, не смотря ни на какие проблемы, всегда есть время на то, что бы расслабиться и пропустить пару бутылочек пива!

Один человек пришел к мудрецу и спросил его: - Правда ли, что деньги меняют человека? Мудрец подвел пришедшего к окну и спросил, что он видит на улице. - Толпу людей, - ответил тот. - Теперь посмотри в зеркало, что ты там видишь? - Вижу себя. - А ведь окно и зеркало сделаны из одного и того же стекла, - сказал мудрец. – Стоит добавить немного серебра, и ты видишь только себя...

Притча о Рае и Аде Правоверный пришел к пророку Илье с просьбой показать Рай и Ад. Они пришли в большой зал, где вокруг большого котла с кипящим супом теснилось множество народа. У каждого в руках была громадная металлическая ложка с человеческий рост, обжигающе горячая, и лишь самый конец ручки был деревянный. Худые, алчные, голодные люди жадно совали ложки в котел, с трудом вынимая оттуда суп и пытаясь дотянуться ртом до чашечки. При этом они обжигались, ругались, дрались. Пророк сказал: «Это Ад», - и повел в другой зал. Там было тихо, такой же котел, такие же ложки. но почти все были сыты. Потому что разбились на пары и попеременно кормили друг друга. Пророк сказал: «Это Рай».

Когда-то давно старый индеец открыл своему внуку одну жизненную истину. В каждом человеке идет борьба, очень похожая на борьбу двух волков. Один волк представляет зло - зависть, ревность, сожаление, эгоизм, амбиции, ложь… Другой волк представляет добро - мир, любовь, надежду, истину, доброту, верность… Маленький индеец, тронутый до глубины души словами деда, на несколько мгновений задумался, а потом спросил: - А какой волк в конце побеждает? Старый индеец едва заметно улыбнулся и ответил: - Всегда побеждает тот волк, которого ты кормишь.

Однажды осел упал в колодец и стал громко вопить, призывая на помощь. На его крики прибежал хозяин ослика и развел руками - ведь вытащить ослика из колодца было невозможно. Тогда хозяин рассудил так: «Осел мой уже стар, и ему недолго осталось, а я все равно хотел купить нового молодого осла. Этот колодец уже совсем высох, и я уже давно хотел его засыпать и вырыть новый. Так почему бы сразу не убить двух зайцев – засыплю - ка я старый колодец, да и ослика заодно закопаю». Недолго думая, он пригласил своих соседей - все дружно взялись за лопаты и стали бросать землю в колодец. Осел сразу же понял, что к чему и начал громко вопить, но люди не обращали внимание на его вопли и молча продолжали бросать землю в колодец. Однако, очень скоро ослик замолчал. Когда хозяин заглянули в колодец, он увидел следующую картину - каждый кусок земли, который падал на спину ослика, он стряхивал и приминал ногами. Через некоторое время, к всеобщему удивлению, ослик оказался наверху и выпрыгнул из колодца! Так вот… ... Возможно, в вашей жизни было много всяких неприятностей, и в будущем жизнь будет посылать вам все новые и новые. И всякий раз, когда на вас упадет очередной ком, помните, что вы можете стряхнуть его и именно благодаря этому кому, подняться немного выше. Таким образом, вы постепенно сможете выбраться из самого глубокого колодца. Каждая проблема - это камень, который жизнь кидает в вас, но ступая по этим камням, вы можете перейти бурный поток. Запомните пять простых правил: 1. Освободите свое сердце от ненависти — простите всех, на кого вы были обижены 2. Освободите свое сердце от волнений —большинство из них бесполезны. 3. Ведите простую жизнь и цените то, что имеете. 4. Отдавайте больше. 5. Ожидайте меньше.

Одно из моих любимых, пусть и не притЧа, но все же жизненные слова... ...Мы смеёмся над смертью и покупаем килограммы таблеток в аптеке; ...Мы любим одиночество и крепко сжимаем в руке мобильник; ...Мы считаем, что наш дом - наша крепость, и по ночам мы боимся, что его взорвут вместе с нами; ...Мы уверены, что абсолютно спокойны и тянемся рукой к очередной сигарете; ...Мы шокируем людей и боимся сказать "люблю"; ...Мы не доверяем людям и, как минимум, раз в неделю плачемся кому-нибудь в жилетку; ...Мы не верим в любовь и по ночам плачем в подушку; ...Мы живём сегодняшним днём и строим планы на завтрашний; ...Мы из принципа не смотрим новости по телевизору и читаем их в интернете ...Мы очень самокритичны и любим только себя; ...Мы ненавидим наше правительство и с удовольствием отмечаем день независимости; ...Мы прощаем себе все ошибки и косо смотрим на тех, кто их совершает; ...Мы не верим в идеальных людей и каждый день в толпе высматриваем свой идеал; ...Нас тошнит от толпы в метро по утрам, и мы каждый день терпеливо стоим на платформе в ожидании поезда; ...Мы выбираем, что нам слушать и невольно подпеваем "Фабрике" где-нибудь на улице; ...Мы всегда говорим то, что думаем и почти разучились искренне улыбаться; ...Мы хотим, чтобы люди принимали нас такими, какие мы есть и часами торчим перед зеркалом; ...Мы любим умные фразы и не понимаем сами себя; ...У нас куча нераскрытых талантов, и мы ничего не делаем для того, чтобы они раскрылись; ...Мы ненавидим дни рождения и всегда их отмечаем; ...Мы обожаем спать до полудня, и ставим будильник на 6 утра; ...Мы всегда добиваемся того, что хотим и боимся быть никому не нужными; ...Мы пишем свои личные дневники и хотим, чтобы их читали. ...Можно расправить крылья и улететь от всего этого навстречу ветру. Но у нас нет крыльев. Потому что мы их недостойны.

Женщина вышла из своего дома и увидела на уличном дворике троих стариков с длинными белыми бородами. Она не узнала их. Она сказала "Наверное вы мне не знакомы, но вы должно быть голодны. Пожалуйста, входите в дом и поешьте." "А муж дома?", спросили они. "Нет", ответила она. "Его нет." "Тогда мы не можем войти", ответили они. Вечером, когда ее муж вернулся домой, она рассказала ему о случившемся. "Иди и скажи им что я дома и пригласи их в дом!", сказал муж. Женщина вышла и пригласила стариков. "Мы не можем пойти в дом вместе", ответили они. "Почему же?", удивилась она. Один из стариков объяснил: "Его зовут Богатство," сказал он указывая на одного из своих друзей, и сказал указывая на другого, "А его зовут Удача, а меня зовут Любовь." После чего добавил, "Сейчас иди домой и поговори со своим мужем о том, кого из нас вы хотите видеть в своем доме." Женщина пошла и рассказала мужу о том, что услышала. Ее муж был очень обрадован. "Как хорошо!", сказал он. "Если уж надо сделать выбор, давай пригласим Богатство. Пусть войдет и наполнит наш дом богатством!" Его жена возразила, "Дорогой, а почему бы нам не пригласить Удачу?" Их дочь слушала все сидя в углу. Она подбежала к ним со своим предложением: "А почему бы нам лучше не пригласить Любовь? Ведь тогда в нашем доме воцарит любовь!" "Давай-ка согласимся с нашей девочкой," сказал муж жене. "Иди и попроси Любовь стать нашим гостем." Женщина вышла и спросила и троих стариков, "Кто из вас Любовь? Заходи в дом и будь нашим гостем." Старик по имени Любовь пошел в направлении дома. Другие 2 старика последовали за ним. Удивленная, леди спросила Богатство и Удачу: "Я же пригласила только Любовь, почему вы идете?" Старики ответили: "Если бы вы пригласили Богатство или Удачу, другие два из нас остались бы на улице, но так как вы пригласили Любовь, куда она идет, мы всегда идем за нею. Там где есть Любовь, всегда есть и Богатство и Удача!!" Я ЖЕЛАЮ ТЕБЕ... - Там где есть боль, желаю тебе покоя и милосердия. - Там где есть сомнение, я желаю тебе доверия. - Там где есть усталость и изнеможение, желаю тебе понимания, терпения и возобновления сил. - Там где есть страх, желаю тебе любви и мужества.

Однажды мне приснилось, что я беру интервью у Бога. "Так ты хочешь взять у меня интервью?.." - Бог спросил меня... "Если у тебя есть время" - Сказал я... Бог улыбнулся: "Мое время - это вечность. Какие вопросы ты хотел мне задать?" "Что больше всего удивляет тебя в человеке?" И Бог ответил: "Им наскучивает детство, Они спешат повзрослеть, А потом мечтают стать детьми опять.... Они теряют здоровье, зарабатывая деньги, А потом теряют деньги, восстанавливая здоровье... Они так много думают о будущем, что забывают настоящее Настолько что не живут ни в настоящем, ни в будущем... Они живут так, как будто никогда не умрут, А умирают, как будто и не жили.." Его рука взяла мою, и мы помолчали некоторое время... И тогда я спросил... "Как родитель, какие уроки жизни ты бы хотел, чтобы твои дети выучили?" "Пусть знают, что невозможно заставить кого-то любить их. Все, что они могут сделать это позволить себе быть любимыми... Пусть знают, что это нехорошо сравнивать себя с другими... Пусть учатся прощать, практикуя прощение... Пусть помнят, что ранить любимого человека занимает всего лишь несколько секунд Но залечить эти раны может занять долгие годы... Пусть поймут, что Богат не тот у кого больше, но тот кто нуждается в меньшем... Пусть знают что есть люди которые их очень любят Просто они еще не научились выражать свои чувства... Пусть осознают, что два человека могут смотреть на одно и тоже, а видеть это по-разному... Пусть знают, что простить друг друга недостаточно, надо также простить самих себя... "Благодарю за твое время" - сказал я робко - "Есть еще, что ты хотел бы передать своим детям?" Бог улыбнулся и сказал: "Пусть знают, что я здесь для них.... всегда"

Маленький мальчик спросил маму: "Почему ты плачешь?" - "Потому что я - женщина." - "Я не понимаю!" Мама обняла его и сказала: - "Этого ты не поймешь никогда." Тогда мальчик спросил y отца: "Почему мама иногда плачет без причин?" - "Все женщины иногда плачут без причин," всё, что смог ответить отец. Потом мальчик вырос, стал мужчиной, но не переставал удивляться: - "Почему же женщины плачут?" Наконец, он спросил у Бога. И Бог ответил: - "Задумав женщину, Я хотел, чтобы она была совершенной. Я дал ей плечи такие сильные, чтобы держать весь мир, и такие нежные, чтобы поддерживать дeтскую головку. Я дал ей дух настолько сильный, чтобы вынести роды и другую боль. Я дал ей волю, настолько сильную, что она идёт вперёд, когда другие падают, и она заботится о павших, и больных, и усталых, не жалуясь. Я дал ей доброту любить детей при любых обстоятельствах, даже если они обижают её. Я дал ей силу поддерживать мужа, несмотря на все его недостатки. Я сделал её из его ребра, чтобы она защищала его сердце. Я дал ей мудрость понять, что хороший муж никогда нe причиняет жене боль намеренно, но иногда испытывает её силу и решимость стать рядом с ним, без колебаний. И наконец, Я дал ей слёзы. И право проливать их где и когда необходимо. И тебе, сын Мой, надо понять, что красота женщины не в её одежде, причёске или маникюре. Её красота в глазах, которые открывают дверь к её сердцу. Тому месту, где обитает Любовь."