Гахраман

Этимологический словарь тюркских языков С.А. Старостин, А.В. Дыбо, О.А. Мудрак На материале книги: С.А. Старостин, А.В. Дыбо, О.А. Мудрак «Этимологический словарь Алтайских языков». Лейден, 2003 Известные российские лингвисты С.А. Старостин, А.В. Дыбо, О.А. Мудрак в 2003 году в Лейдене выпустили «Этимологический словарь Алтайских языков». Генетические исследования последних лет выявили биологическую общность дальневосточных народов (монголов, тунгусо-маньчжуров, корейцев и японцев), и их полное несходство с биологическим стволом тюркских народов. Это ставит непреодолимые проблемы для генетического единства алтайских языков с дальневосточными языками, с одной стороны, а с другой стороны полностью опровергает «алтайскую гипотезу». Но труд российских лингвистов весьма ценен и дорог для всех тех, кто изучает тюркскую историю и тюркские языки. Я выражаю благодарность всем авторам этого бесценного труда, особенно Анне Владимировне и Олегу Алексеевичу. Скачать бесплатно в формате pdf на сайте: https://independent.academia.edu/ГахраманГумбатов/Papers

Уважаемый yadobriy! Спасибо!

Знаменитый российский ученый А.А.Иессен рассматривал Южный Кавказ как один из самостоятельных очагов металлургии и металлообработки. По этому поводу он писал следующее: «Наиболее раннее горное дело прослеживается в Закавказье (вся полоса от Борчалинского района до Тертера, Зангезур)». По его мнению, соседние народы получали отсюда меднорудное сырье и заимствовали технологические приёмы его плавки. Российский археолог К.Х.Кушнарева в книге «Древние общества Кавказа в эпоху палеометалла» пишет: «Если в финале энеолита металлические изделия представлены единичными находками, то местное металлопроизводство в эпоху ранней бронзы начинает обслуживать все сферы жизнедеятельности. На многих поселениях открыты металлообрабатывающие мастерские. В различных же памятниках куро-аракской культуры обнаружены сотни металлических изделий, изготовленных преимущественно из мышьяковистой бронзы. Начинается эксплуатация местных, а позднее и более удаленных месторождений. С этого момента Кавказ идет по пути превращения в мощный очаг металлургии, оказывавший на протяжении тысячелетий влияние на окружавшие его страны». Более подробно со статьей можно ознакомиться, а также бесплатно скачать в формате pdf на сайте: https://independent.academia.edu/ГахраманГумбатов/Papers

Древние тюрки в 6 тыс. до н.э., одомашнив овцу, козла и быка, собаку и освоив отгонное скотоводство, в течение последующих 2 тысячелетий не покидали свою прародину – юго-западное побережье Каспия. Затем, когда тюркская общность возросла, древние тюрки, соорудив четырехколесную повозку (араба), в которые были запряжены волы (ёкюз), в поисках новых пастбищ, двинулись в северном направлении вдоль западного побережья Каспия. Видимо, в южном направлении не было территорий пригодных для скотоводства. Продвигались они медленно и только за тысячелетие они достигли северного Прикаспия. В конце IV тыс. до н.э. часть древних тюрков, покинувших свою историческую прародину в поисках новых пастбищ, переселились на территорию Кумо-Манычской впадины. Здесь, они создали степную курганную культуру (ямная культура). В дальнейшем новые поколения древних тюрков для освоения новых пастбищ приступили к освоению всей Евразийской Степи. Более подробно со статьей можно ознакомиться, а также бесплатно скачать в формате pdf на сайте: https://independent.academia.edu/ГахраманГумбатов/Papers

Уважаемый AZERMAN! Спасибо, за добрые слова.

Предки современных тюркских народов, покинув историческую прародину, в новых географических условиях, знакомясь с новыми предметами или реалиями, начинали придумывать для них новые названия. Лингвисты считают, что новые термины в тюркских языках могли имеют два источника: или они были созданы тюркскими народами в местах их нового поселения или заимствованы от народов, соседями которых тюрки стали. Новые для них названия (слова, термины) тюркские народы включали в свой словарный фонд в такой форме, которое лучше всего подходило к их фонетике. Кедр, лиственницу, пихту, черемшу и другую таёжную растительность предки сибирских тюрков узнали значительно позже, тогда, когда продвинулись в места, где росли эти растения, но не росли на их исторической прародине. Более подробно можно ознакомиться на сайте, а также бесплатно скачать в формате pdf: https://independent.academia.edu/ГахраманГумбатов

Пастуший посох и игры тюрков. Посох — трость особого вида и назначения. Основным назначением посоха является опирание на него при ходьбе. Южный Кавказ. Азербайджанцы. Човган. В Азербайджане пастуший посох с давних времен используют при игре човган. Човган— древняя тюркская конно-спортивная командная игра, прародитель современного конного поло. Изображения этой игры можно найти на фрагментах древних азербайджанских миниатюр и сосуда XI века, о ней также упоминается в тюркском эпосе «Китаби Деде Коркут». Правила игры излагаются в исторических рукописях. В Азербайджане човган является национальным видом спорта. В 2013 году човган включен в Список нематериального культурного наследия ЮНЕСКО. Передняя Азия. Турки. Метание посоха (копья). Джирит. Джирит является традиционным турецким конно-командным спортом. Команды играют на открытом воздухе на лошадях, целью в котором является набрать очки, бросая деревянное копье с тупым концом на всадников команды соперников. Тюркские народы с древних времен играют в эту увлекательную игру. Палки с резиновыми наконечниками имеют длину 70-100 см и 2-3 см в диаметре. Первоначально, эти палки были тяжелее и толще, однако для того, чтобы снизить риск травмы, игроки перешли к более легким палкам, которые изготовлены из древесины тополя, которые становятся легче, когда их предварительно сушат. Команды формируются из шести, восьми или двенадцати игроков. Каждая команда имеет свой собственный флаг. Лошади не должны быть младше четырех лет. Джирит является важнейшим элементом во многих спортивных и торжественных праздниках современных турков. Испания. Пасиего. Прыжки с шестом. Одна из традиций пасиего является прыжки с длинным шестом, который изначально использовался для преодоления горного рельефа. Учитывая крутой рельеф горной Кантабрии мужчины пасиего с помощью длинной палки с легкостью преодолевали любые препятствия (каменные заборы, ручейки, заросли). Предшественником этой палки был пастуший посох. Пасиего палку для прыжков изготавливают из гибкого орешника. В настоящее время с помощью этой палки пасиего проводят различные легкоатлетические соревнования.

Смотрите видеофильм на You Tube: https://www.youtube.com/user/patriot2066

Специально для Arminia. Arminia пишет: "пасьего il pirru — исп. el perro «собака»". Если бы пасиего собаку называли- ит, свинью-донгуз, осла-ешшак, а армянина -ермяни или хачик, то любой армянин сразу сказал бы, что в Испании в провинции Кантабрия живут тюрки. Но они уже 6000 лет живут изолированно среди басков и испанцев и поэтому они за это время забыли свой испанский язык и перешли на язык своих новых соседей по Пиренейскому полуострову. Необходимо отметить, что пасиего не забыли многие тюркские слова и самое главное название своей исторической родины: Аран. И назвали новую родину "Валле де Аран". Кроме того, их генофонд очень близок к генофонду азербайджанцев. У азербайджанцев доминирующие гаплогруппы: R1a-19,0%, R1b-15,9%, J2a- 15,0%, E1b-9,5%, T- 7,9%, G2-6,4%; У пасиего доминирующие гаплогруппы: R1b-45,8%, R1a-18,3%, EM81-21,1%, G2-7,3%; Как видно,основу генофонда азербайджанцев и пасиего составляют 3 одинаковые гаплогруппы: R1a, R1b и G2. Гаплогруппы R1a и R1b в различных пропорциях имеются у всех современных тюркских народов: R1a (протоогузы) и R1b(протобулгары). У всех древних тюркских народов Евразийской степи (ямники, андроновцы, афанасьевцы, тагарцы, таримцы, пазырыкцы, хунну) была выявлена гаплогруппа R1a. Гаплогруппа G2 считается «кавказской гаплогруппой», так как имеется у всех кавказских народов. Тюркские племена с древнейших времен время от времени объединялись с родственными и соседними народами в различные политические союзы(El). Поэтому у них в генофонде было несколько гаплогрупп. Народы, которые не находили себе союзников со временем становились изолятами и вынуждены были жить изолированно высоко в горах или на дальних островах. У народов изолятов обычно доминирующей была одна гаплогруппа. Например, у кубачинцев (Кавказ) J1-98,0%, у кайтаков (Кавказ) J1-85,0%, у шапсугов (Кавказ)- G2-87,%, у ингушей (Кавказ) J2a4b-87,% , у осетин- иронцев (Кавказ) G2a1a-73,0%, у айнов (Хоккайдо) D2-85,0%, у басков (Пиренеи)- R1b-78,0%/ В генофонде пасиего, которые в настоящее время живут изолированно в горах Кантабрии, обнаружены несколько гаплогрупп из которых гаплогруппы R1a-18,3% и G2-7,3% отсутствуют у народов Западной Европы.

Специально для Arminia. Arminia пишет:"я не знаю ,что было 6000 лет назад". Чтобы что-то знать, видимо, надо много читать. Если бы вы внимательно прочли бы мои предыдущие посты, вы многое интересное узнали не только о тюрках, но и об армянах.

На российском форуме «Исторический форум» интерес к происхождению азербайджанцев растет. С уважением. Гахраман Гумбатов.

Путь прототюрков с Южного Кавказа до Западной Европы. От Арана до Валле де Арана и Аранских островов. Пасиего - испанцы с тюркскими корнями В науке на сегодняшний день нет единого мнения о происхождении пасиего. Высказываются идеи о кельтских, баскских, скандинавских, ирландских, еврейских, арабских корнях этого скотоводческого народа. О пасиего известно, что они испаноязычны христиане (католики). Как известно, многие современные тюркские народы после ухода с исторической прародины поменяли язык и религию. Например, хотоны, самый восточный тюркский этнос, ныне живущий на территории Монголии, в настоящее время говорит на монгольском языке. Чуваши, гагаузы, якуты, сохранив тюркский язык предков, в последние 300 лет приняли христианскую веру, караимы - иудейскую веру, тувинцы-буддизм. По своим генетическим данным и материальной культуре пасиего резко отличаются от соседних народов. В то же время генофонд и материальная культура пасиего имеют наибольшее сходство с аналогичными данными тюркских народов. Кроме того, на территории Кантабрии обнаружены археологические памятники, имеющие наиболее сходство с аналогичными памятниками Южного Кавказа, Передней Азии, Западной Сибири и Евразийской равнины. Генетическая история пасиего. Пасиего имеют своеобразную культуру, а также необычный для Испании генетический набор. Среди пасиего распространены гаплогруппы R1b, R1a, G2 и E1b. Гаплогруппы R1a и G2 не характерны для населения Испании и всей Западной Европе. Как полагают генетики, носители гаплогрупп R1a и G2 пришли на территорию Западной Европы с Южного Кавказа во времена Мегалитической культуры (III тыс. до н.э.). У пасиего около 80% их ДНК совпадает с восточноевропейскими тюркскими народами (азербайджанцы, кумыки, карачаевцы, башкиры и другие). По сравнению с другими народами Западной Европы пасиего имеют высокие частоты R1a (SRY10831.2)- 18,0%. Недавно у азербайджанцев Ирана генетики обнаружили аналогичную реликтовую гаплогруппу R1a (SRY10831.2), а также более древнюю предковую гаплогруппу R1a (M420) и (V.Grugni et al, 2012; Underhill et al,2014). Американский генетик П.Андерхилл в статье, написанной в соавторстве с 32 ведущими генетиками мира, пишет: «Наши филогеографического данные приводят нас к выводу, что начальные эпизоды диверсификации R1a-M420 произошли в непосредственной близости от Ирана и Восточной Турции (Провинция Западный Азербайджан, Иран- Г.Г.) и мы оцениваем, что эта диверсификация произошла ~ 5800 лет назад. Из 24 R1a-M420 * (xSRY10831.2) хромосом в нашем наборе данных, 18 были отобраны в Иране ((Провинция Западный Азербайджан, Иран- Г.Г.), 3 были из восточной Турции. Аналогично, пять из шести наблюдаемых R1a1-SRY10831.2 * (xM417 / Page7) хромосомы были также из Ирана. Благодаря распространенности базальных линий и высоким уровнем гаплогруппы разнообразия в регионе, мы находим убедительные аргументы в пользу Ближнего Востока (место возникновения R1a-Г.Г.), возможно, около современного Ирана, как географическое происхождение R1a». (Underhill et al,2014). Прототюрки, носители гаплогруппы R1a, с X тыс. до н.э. жили на Южном Кавказе. Исходя из новых генетических исследований ((Grugni et al (2012), Underhill et al (2014)) мы можем предположить, что примерно 6000 - 5500 лет назад часть древних тюрков носителей гаплогруппы R1a (M420)>(M198), (M417) > (SRY10831.2) в поисках новых пастбищ с Южного Кавказа передвинулись на Евразийскую равнину- R1a (SRY10831.2) > (Z93). Другая часть древних тюрков (предки современных азербайджанцев) осталась жить на Южном Кавказе. В дальнейшем, в результате повторной миграции, отдельные тюркские народы носители субкладов (Z93), (Z2125), (Z2123) возвратились на Южный Кавказ на территорию исторической прародины (киммерийцы, скифы, сарматы, аланы, гунны, кипчаки, огузы-сельджуки и др.) и в результате они вместе с аборигенными тюрками образовали современный азербайджанский народ. Как известно гаплогруппа R1a является маркером распространения тюркского этноса и курганной культуры. Высокие частоты гаплогруппы R1a типичны для всех тюркских народов и их исторических соседей по Евразии, с которыми подвижные тюркские племена контактируют более 5000 лет. Таким образом, можно предположить, что большинство современных мужчин, носителей гаплогруппы R1a, являются потомками протюрков - выходцев из Южного Кавказа. В III тыс. летии до н.э. некоторые древнетюркские племена мигрировали на запад (предки пасиего), где распространились по всему Атлантическому побережью от Иберии до Британских островов. Их появление на территории Западной Европы отмечено археологическими данными (мегалитическая культура). Кроме того топонимика региона сохранила некоторые их этнонимы – араны: - Валь-д’Аран, или долина Аран (на баскском языке aran также переводится как долина). - Наут-Аран (Naut Aran, букв. «верхняя долина») — муниципалитет в Испании, находится в составе района Валь-д'Аран; - река Гаронна- юг Франции, окрестности Тулузы; - Аранские острова - группа из трёх островов на западе Ирландии. Термин аран/аланг зафиксирован в словаре Махмуда Кашгари: «Аран — скотный двор, конюшня аланг- плоский, ровный (о местности): аланг йазы- плоская равнина». В словарном фонде некоторых современных тюркских народов термин «аран» - низина, впадина- сохранился в форме «алан/ елан»: азерб.- aran, тат., башк.- alan; каз., ног., кар.- alanq; якут.- alaas, orun (местность); тувинский- alanq; чувашский - vırăn (местность); шорский- čalaŋ. В этимологическом словаре М. Фасмера записано: «елань, яла́нь ж. также ела́нка, диал. – "луг, поляна, просторная просека в лесу". Заимствовано из тюркских языков: ср. башкирский, татарский-jalan; алтайский, телеутский- jalaŋ "поле, долина, равнина"». Можно предположить, что общий предок современных тюркских народов и испаноязычных пасиего жил на Южном Кавказе начиная со времен палеолита и до IV тыс. до н.э. Об этом свидетельствуют идентичные археологические памятники Южного Кавказа и Кантабрии (курганы, менгиры, каменные загоны – араны, мегалиты-оленные камни, каменные изваяния- гоч даши и другие археологические памятники). Примерно 6000 лет тому назад некоторые древние тюркские племена (проточуваши, протоякуты, протохотаны, прототаримцы и др.), в том числе далекие предки пасиего в поисках новых пастбищ мигрировали на территорию Евразийской степи (Ямная культура). Для передвижения они использовали воловьи повозки. В дальнейшем часть древних тюрков мигрировала на восток (Андроновцы, Афанасьевцы, Таримцы, протохунны и др), другие-на север (проточуваши, протобашкиры, прототатары), а предки пасиего- на запад вплоть до Атлантического океана. Большинство ушедших на запад протюркских племен (создатели Мегалитической культуры) в последующие тысячелетия были ассимилированы многочисленными местными индоевропейскими народами (кельты, латиняне, германцы, романцы, протославяне и другие). Археологические данные. Мегалитами называют археологические памятники, построенные из блоков дикого или обработанного камня. Мегалитические памятники занимают несколько крупных географических ареалов. Древнейшие из них выявлены на Южном-Кавказе и в Западной Европе. Мегалитические памятники подразделяются на две основные группы - погребальные (курганы) и сакральные (менгиры, стелы, каменные изваяния). Древнейшие из мегалитических памятников относятся к V тыс. до н.э., позднейшие к концу ІІІ тыс. до н.э. Менгиры - большие, продолговатые неотёсанные камни, поставленные вертикально. На территории Евразийской степи, во Франции и на Пиренейском полуострове менгирам придают антропоморфный вид. К мегалитическим памятникам также относятся крепости из каменных глыб или плит, сложенным методом т.наз. "сухой кладки". Их ещё называют "циклопическими постройками". Планировка отдельных домов в целом напоминает тюркские юрты. Аналогичную планировку имеют и круглые жилища иберов и кельтиберов раннего железного века. На территории Южного Каказа мегалитические памятники (менгиры, циклопические крепости, антропоморфные стелы, каменные изваяния животных) были очень распространены. Традиция установки антропоморфных менгиров (каменных баб) на территории Евразийской степи сохранилась до раннего Средневековья. Стены мегалитических крепостей сооружались из камня методом "сухой кладки". Поселения мегалитических народов локализуются на высотах, укреплённых рельефом местности, а наиболее плотно заселены регионы на пересечениях торговых путей и в горных регионах близ месторождений полезных ископаемых. Современные генетические исследования подтверждают генетическую близость (гаплогруппа R1a) современных ирландцев с испанцами (пасиего) и Южного Кавказа (азербайджанцы). Некоторые ученые мегалиты относят к кельтскому наследию. В настоящее время выявлено, что мегалиты намного древнее кельтского времени. Южнокавказские мегалиты по С14 старше западноевропейских (ирландских, иберийских) поэтому миграция возможна только с Южного Кавказа на запад. Это позволяет считать южнокавказский неолит материнским для западноевропейского мегалитизма. Большинство ученых считают, что доместикация животных и растений произошла в 9-8 тыс. в районе "Плодородного полумесяца", откуда и домашние животные и культурные растения распространились в Западной части Старого Света. В ІІІ тыс. до н.э. с Южного Кавказа в Евразийские степи приходят племена ямной культурно-исторической общности. Они приносят с собой элементы мегалитической культуры (курганы, менгиры). Мегалитические культуры Пиренейского полуострова. Локализация культуры пасиего в предгорьях, указывает на то, что она была преимущественно скотоводческой культурой южнокавказского типа. Антропологически носители этой культуры - чистые долихоцефалы. Кантабрия является одним из самых насыщенных археологическими памятниками регионов Испании. На территории Кантабрии также как и на Южном Кавказе (Гобыстан, Зангезур) находится множество каменных памятников (курганы, менгиры, каменные изваяния, каменные заборы-загоны и другие). Курган это мегалитические захоронение с купольной гробницей и некрополем в виде кургана. Курган строился как подземная погребальная камера, крытая сводом из каменных блоков и сверху засыпанная землёй, с образованием насыпного высокого холма. Внутри устанавливались урны с прахом умерших. На территории Кантабрии обнаружены около 300 курганов. Современная археология свидетельствует, что практика возведения курганных захоронений впервые была применена протюрками, которые жили на Южном Кавказе в Азербайджане. Французский археолог Бертиль Лионе в статье «Археологическая разведка и раскопки в Западном Азербайджане: изменения видов поселений и отношение к окружающей местности с неолита до эпохи бронзы» пишет: «В 2006 мы обследовали 9 курганов могильника эпохи позднего халколита, обнаруженного в Союг Булаге (Акстафинский район)…Открытие могильника в Союг Булаге (Южный Кавказ, Азербайджан-Г.Г.) не только отодвигает возникновение курганных захоронений в Закавказье на более чем тысячу лет назад, но также и может служить доказательством существования в то время мигрирующих групп населения». Франзуский археолог считает, что курганам Южного Кавказа 6000 лет. Менгир. На территории Кантабрии археологами обнаружены 144 менгира. Из памятников, найденных на территории Кантабрии, наибольший интерес представляет менгир SOALAR Элизондо. Археологи считают, что менгир SOALAR является доисторической скульптурой, которая изображает тяжело вооруженного воина в шлеме. Высота этого менгира пять метров, вес- три тонны, возраст- пять тысяч лет. Несмотря на то, что традиция устанавливать камни вертикально является одной из древнейших, она же является одной из наиболее устойчивых. Человечество до сих пор ставит каменные стелы в честь каких-либо событий или намерений. Одни из них, так сказать, самые примитивные – дикие – совершенно не обработаны. По мнению ряда археологов, эти менгиры являются стелами, изготовленными древними тюрками. Так как большинство мегалитических памятников и стел, расположены вдоль путей перегона стад, высказываются мнения о том, что менгиры служили ориентирами древним скотоводам. Археологи доказывают принадлежность этих находок к материальной культуре пастушеских сообществ. В древности мегалиты являлись прекрасными ориентирами, по которым выверялся маршрут и направление движения. На Пиренейском полуострове регион их распространения - западная и юго-западная часть полуострова - соответствовала засвидетельствованной в источниках области распространения отгонного скотоводства. Каменные изваяния животных. Веррако — гранитные мегалитические памятники — скульптуры животных, Всего обнаружено свыше 400 веррако. Испанское слово веррако обозначает дикого кабана, однако среди скульптур также встречаются изображения баранов и быков. В настоящее время известно более 400 экземпляров. Большинство веррако расположены на верхних части склонах холма, на высоте 1000 - 1200 м., в местности, благоприятной для выпаса скота, в непосредственной близи от источника водоснабжения. Быт и традиции пасиего. В быту пасиего неотъемлемыми предметами являются корзина и длинная палка. Пасиего корзины используют для транспортировки различных грузов, и в первую очередь, для заготовки скошенной травы. Женщины в корзинах носят маленьких детей. Для изготовления корзин используется орешник. Учитывая крутой рельеф горной Кантабрии мужчины пасиего с помощью длинной палки с легкостью преодолевают любые препятствия (каменные заборы, ручейки, заросли). Предшественником этой палки был пастуший посох. Пасиего палку для прыжков изготавливает из гибкого орешника. В 1827 Себастьян Минано писал: «Они [пасиего] ловко испольуют длинную, толстую палку, чтобы перейти ручьи и заросли». В настоящее время с помощью этой палки пасиего проводят различные легкоатлетические соревнования. Воловья повозка. Парад воловьих телег. В Диа-де-Кампо в последнее воскресенье сентября празднуется Сан-Матео. Главным событием дня является парад воловьих телег, украшенных сценами традиционной повседневной жизни. Жилище пастухов (Chozo). Chozo: сделано полностью из камня, как стены и подвесной потолок с шестом. Они являются наиболее многочисленными. Поражает количество этих конструкций пастухов, и его исправное состояние в целом. Без строительного раствора, только клали обработанный камень на камень. Круглые жилища (Пальосы). В Кантабрии можно также найти уникальные жилища, история которых восходит ко временам предков пасиего. Это знаменитые пальосы– невысокие домики с каменными стенами и крышей из соломы, чаще всего из стеблей ржи. Кавказская овчарка (алабаш) или пиренейский мастиф. Пиренейский мастиф произошел от крупных сторожевых собак переселенцев с Южного Кавказа. Собаки этого типа, судя по их физическим параметрам, появились в Европе в бронзовом веке при усилении развития овцеводства. Работа их состояла в пастьбе стад, помощи пастухам Зоологи считают, что Южный Кавказ является древнейшим очагом, где, предположительно, возникла пастушеская собака, кавказская овчарка, alabash/ karabash. Зоологи, предполагают, что пастушеская собака пасиего, пиренейский мастиф произошел от кавказской овчарки. С самого рождения мастиф живет и кормится бок о бок с овцами, которые являются для него настоящей семьей. Охрана овец это дело жизни мастифа. Обучать пастушьих собак охранять скот нет необходимости: они отлично знают своё дело. Часто щенкам отрезают хвосты и уши. Оснащенные строгими ошейниками с шипами, они активно патрулируют стадо, реагируя на малейший тревожный сигнал. Кормят собак болтанкой из отрубей. Пастухи не дают собакам даже попробовать баранины, чтобы они не привыкали к ее вкусу. Итак, у прототюрков и пасиего мы выявили преемственность в генетике (гаплошруппы R1a, R1,G2) и антропологии (средиземноморский тип), в материальной культуре (археологические памятники), в типе хозяйствования (отгонное скотоводство, структура стада). Сходные элементы в культуре протюрков и пасиего: Тип хозяйства: Отгонное скотоводство. Преобладание животных в стаде: Овцы, собаки. Локализация поселений : Возвышенности. Близ небольших рек и ручьёв. Тип поселений: Стоянки. Селища, Стойбища, городища Планировка жилищ: Круглые или овальные дома. Круглые и овальные юрты. Основной материал для строительства: Камень. Войлок. Особенности каменной кладки: "Сухая кладка" без раствора. Локализация культовых мест: Мегалитические комплексы вне поселения . На каждом стойбище. Погребения: Курганы, Ямные в деревянных гробах - вытянутые и эмбриональные. Каждый род имеет своё отдельное кладбище и особые отличие в погребальном ритуале. Часто отмеченные менгирами. Древние тюрки – скотоводы, далёкие предки пасиего, из Южного Кавказа переселились примерно 5000 лет назад.на территорию Западной Европы Они принесли с собой коз, овец, крупный рогатый скот, а также собак, которые были одомашнены к югу от Кавказа около 12000 лет назад. Передвигались они на воловьих повозках. Предки пасиего стремились найти холмистую местность, похожую на свою историческуюпрародину, и которая хорошо подходит для разведения овец и коз. На севере Пиренейского полуострова для проживания они выбрали предгорные регионы (Кантабрия и Валле де Аран). Археологические данные Кантабрии (курганы, каменные загоны, каменные изваяния, менгиры и др.), а также генетические данные пасиего и их материальная культура (отгонное скотоводство) позволяет нам утверждать, что истоки пасиего связаны с Южным Кавказом и предками пасиего были прототюрки. Предки пасиего- носители гаплогруппы R1a (SRY10831.2), мигрировали на воловьих повозках с Южного Кавказа (Аран) в Западную Европу, в том числе и на Пиренеи (Валле Де Аран, Кантабрия) Таким образом, можно предположить, что пасиего являются дальними генетическими родственниками всех современных тюркских народов, в том числе азербайджанцев.

В III тыс. летии до н.э. некоторые древнетюркские племена мигрировали на запад (предки пасиего), где распространились по всему Атлантическому побережью от Иберии до Британских островов. Их появление на территории Западной Европы отмечено археологическими данными (мегалитическая культура). Кроме того топонимика региона сохранила некоторые их этнонимы – араны: - Валь-д’Аран, или долина Аран (на баскском языке aran также переводится как долина). - Наут-Аран (Naut Aran, букв. «верхняя долина») — муниципалитет в Испании, находится в составе района Валь-д'Аран; - река Гаронна- юг Франции, окрестности Тулузы; - Аранские острова - группа из трёх островов на западе Ирландии. Можно предположить, что общий предок современных тюркских народов и испаноязычных пасиего жил на Южном Кавказе начиная со времен палеолита и до IV тыс. до н.э. Смотрите видеофильм о пасиего: https://www.youtube.com/watch?v=2YT2Nz_P3xA

Современная этнография определяет народы по языку, религии и культуре. Между тем, этническое своеобразие любого народа обусловлено генетическими процессами, которые сиюминутно внешне себя ничем не проявляют. Но о них можно узнать, оценив сходства и отличия в детальном строении генофондов отдельных народов. Именно генетический материал хранит самую полную историю каждого человека, а также целых этносов и народов. Видимо поэтому в последние годы среди исторических источников важное место начинают занимать данные о структуре генофонда народа. Генофонд хранит генетическую память об этногенезе. Генетическая летопись, передаваясь в непрерывной цепи поколений, фиксирует события, связанные с перемещениями людей. Генофонд, неразрывно связан с этнической историей населения, его миграциями и контактами с соседними этносами. На севере Испании живет уникальный тюркский народ - пасиего. Пасиего - небольшая этническая группа в составе испанского народа. Скотоводы пасиего живут на севере Испании в провинции Кантабрия. Общая численность пасиего примерно 3000 человек. Язык пасиего за последние два тысячелетия был заменен латинским (испанским). Они говорят на восточно кантабрийском диалекте испанского языка. Пасиего издавна занимаются пастушеским скотоводством. Их основное занятие является отгонное скотоводство. Семьи пасиего, объединённые в небольшие общины, имеют по нескольку временных жилищ на зимних и летних пастбищах. Они в зимнее время живут в долине Пас, а весной переселяются на летние горные пастбища. Они берут с собой одежду, одеяла, постельное белье, тазы, лопаты, горшки, блюда... Некоторые ученые считают, что долина Пас дала название местным жителям и всему региону. Слово Пас происходит от латинского "Passus" (шагать). Как известно в Турции скотоводов называют «юрюки», от тюркского слова “yürü, yeri”-ходить, шагать. Здесь они собирают сено, чтобы зимой кормить коров и овец. Пасиего имеют более 6000 зимних и летних жилых строений. Пастбища пасиегос разделены каменными заборами. Все каменные заборы пасиего построены сухой кладкой. Некоторые семьи пасиего имеют три или четыре каменных дома, которые разбросаны в разных местах в зависимости от области перемещения и выпаса скота. Зимняя хижина, как правило, это прямоугольное каменное строение с покатой крышей. Каменная хижина является местом жительства пасиего в зимнее время, где на первом этаже содержится скот. Семья пасиего живёт на втором этаже дома. На верхний этаж ведет внешняя каменная лестница. Этот этаж разделен на две секции: одна для кухни и жилых помещений, а другое используются в качестве сеновала. В последние годы молодые пасиего переезжают в крупные города. В деревнях пасиего не хватает пастухов для обслуживания овечьих отар. Для выживания и поддержания своей экономики пасиего завозят молочные породы коров. Чтобы у коров было много молока надо их обеспечить сеном. Теперь пасиего для коров на зиму собирают сено в большом количестве. Каждый год с приходом весны, пасиего вместе со стадами, поднимаются в горы. Осенью они спускаются в свои деревни, которые расположены в предгорных долинах. Древние тюрки - неолитические скотоводы из Южного Кавказа впервые на территорию Западной Европы переселились примерно 5000 лет назад. Они принесли с собой коз, овец, крупный рогатый скот, а также собак, которые были одомашнены к югу от Кавказа около 12000 лет назад. Передвигались они на воловьих повозках. Древние тюрки- далёкие предки пасиего, стремились найти холмистую местность, похожую на свою прародину, которая хорошо подходит для разведения овец и коз. На севере Пиренейского полуострова для проживания они выбрали предгорные регионы (Кантабрия и Валле де Аран). В мире пасиего вся его жизнь вращается вокруг трава. Весной, когда запас сена подходит к концу, семья переезжает со всеми своими вещами и скотом в горы, и там они остаются до октября или ноября, Осенью вся семья и животные возвращаются в зимние домики. В быту пасиего неотъемлемыми предметами являются корзина и длинная палка. Корзина. Пасиего корзины используют для транспортировки различных грузов, и в первую очередь, для заготовки скошенной травы. Женщины в корзинах носят маленьких детей. Для изготовления корзин используется орешник. Посох пастуха. Учитывая крутой рельеф горной Кантабрии мужчины пасиего с помощью длинной палки с легкостью преодолевают любые препятствия (каменные заборы, ручейки, заросли). Предшественником этой палки был пастуший посох. Пасиего палку для прыжков изготавливает из гибкого орешника. В 1827 Себастьян Минано писал: «Они [пасиего] ловко испольуют длинную, толстую палку, чтобы перейти ручьи и заросли». В настоящее время с помощью этой палки пасиего проводят различные легкоатлетические соревнования. Воловья повозка. Парад воловьих телег. В Диа-де-Кампо в последнее воскресенье сентября празднуется Сан-Матео. Главным событием дня является парад волов телег, украшенных сценами традиционной повседневной жизни. Жилище пастухов (Chozo). Chozo: сделано полностью из камня, как стены и подвесной потолок с шестом. Они являются наиболее многочисленными. Поражает количество этих конструкций пастухов, и его исправное состояние в целом. Без строительного раствора, только клали обработанный камень на камне. Круглые жилища (Пальосы). В Кантабрии можно также найти уникальные жилища, история которых восходит ко временам предков пасиего. Это знаменитые пальосы– невысокие домики с каменными стенами и крышей из соломы, чаще всего из стеблей ржи. Кавказская овчарка (алабаш) или пиренейский мастиф. Пиренейский мастиф произошел от крупных сторожевых собак переселенцев с Южного Кавказа. Собаки этого типа, судя по их физическим параметрам, появились в Европе в бронзовом веке при усилении развития овцеводства. Работа их состояла в пастьбе стад, помощи пастухам Зоологи считают, что Южный Кавказ является древнейшим очагом, где, предположительно, возникла пастушеская собака, кавказская овчарка, alabash/ karabash. Зоологи, предполагают, что пастушеская собака пасиего, пиренейский мастиф произошел от кавказской овчарки. С самого рождения мастиф живет и кормится бок о бок с овцами, которые являются для него настоящей семьей. Охрана овец это дело жизни мастифа. Обучать пастушьих собак охранять скот нет необходимости: они отлично знают свое Часто щенкам отрезают хвосты и уши. Оснащенные строгими ошейниками с шипами, они активно патрулируют стадо, реагируя на малейший тревожный сигнал. Кормят собак болтанкой из отрубей. Пастухи не дают собакам даже попробовать баранины, чтобы они не привыкали к ее вкусу. Испанский исследователь Мануэль дель Рио в «Пастушьей жизни» отмечает, что обычно на тысячу овец приходилось пять собак. Согласно этим данным, на момент наибольшей численности скота в середине XVIII века овец сопровождало около 20 тысяч мастифов. Генетическая история пасиего. Пасиего имеют своеобразную культуру, а также необычный для Испании генетический набор. Среди пасиего распространены гаплогруппы R1b, R1a, G2 и E1b. Гаплогруппы R1a и G2 не характерны для населения Испании и всей Западной Европе. Как полагают генетики, носители гаплогрупп R1a и G2 пришли на территорию Западной Европы с Южного Кавказа во времена Мегалитической культуры (III тыс. до н.э.). У пасиего около 80% их ДНК совпадает с восточноевропейскими тюркскими народами (азербайджанцы кумыки, карачаевцы, башкиры и другие). По сравнению с другими народами Западной Европы пасиего имеют высокие частоты R1a (SRY10831.2)- 18,0%. Недавно у азербайджанцев Ирана генетики обнаружили аналогичную реликтовую гаплогруппу R1a (SRY10831.2), а также более древнюю предковую гаплогруппу R1a (M420) и (V.Grugni et al, 2012; Underhill et al,2014). Американский генетик П.Андерхилл в статье, написанной в соавторстве с 32 ведущими генетиками мира, пишет: «Наши филогеографического данные приводят нас к выводу, что начальные эпизоды диверсификации R1a-M420 произошли в непосредственной близости от Ирана и Восточной Турции (Провинция Западный Азербайджан, Иран- Г.Г.) и мы оцениваем, что эта диверсификация произошло ~ 5800 лет назад. Из 24 R1a-M420 * (xSRY10831.2) хромосом в нашем наборе данных, 18 были отобраны в Иране ((Провинция Западный Азербайджан, Иран- Г.Г.), 3 были из восточной Турции. Аналогично, пять из шести наблюдаемый R1a1-SRY10831.2 * (xM417 / Page7) хромосомы были также из Ирана, с шестой происходящие в личности Кабардино с Кавказа. Благодаря распространенности базальных линий и высоким уровнем гаплогруппы разнообразия в регионе, мы находим убедительные аргументы в пользу Ближнего Востока (место возникновения R1a-Г.Г.), возможно, около современного Ирана, как географическое происхождение R1a». (Underhill et al,2014). Прототюрки, носители гаплогруппы R1a, с X тыс. до н.э. жили на Южном Кавказе. Исходя из новых генетических исследований ((Grugni et al (2012), Underhill et al (2014)) мы можем предположить, что примерно 6000 - 5500 лет назад часть древних тюрков носителей гаплогруппы R1a (M420)>(M198), (M417) > (SRY10831.2) в поисках новых пастбищ с Южного Кавказа передвинулись на Евразийскую равнину- R1a (SRY10831.2) > (Z93). Другая часть древних тюрков (предки современных азербайджанцев) осталась жить на Южном Кавказе. В дальнейшем, в результате повторной миграции, отдельные тюркские народы носители субкладов (Z93), (Z2125), (Z2123) возвратились на Южный Кавказ на территорию исторической прародины (киммерийцы, скифы, сарматы, аланы, гунны, кипчаки, огузы-сельджуки и др.) и в результате они вместе с аборигенными тюрками образовали современный азербайджанский народ. Как известно гаплогруппа R1a является маркером распространения тюркского этноса и курганной культуры. Высокие частоты гаплогруппы R1a типичны для всех тюркских народов и их исторических соседей по Евразии, с которыми подвижные тюркские племена контактируют более 5000 лет. Таким образом, можно предположить, что большинство современных мужчин, носителей гаплогруппы R1a, являются потомками протюрков - выходцев из Южного Кавказа. В III тыс. летие до н.э. некоторые древнетюркские племена мигрировали на запад (предки пасиего), где распространились по всему Атлантическому побережью от Иберии до Британских островов. Их появление на территории Западной Европы отмечено археологическими данными (мегалитическая культура). Кроме того топонимика региона сохранила некоторые их этнонимы – араны: - Валь-д’Аран, или долина Аран (на баскском языке aran также переводится как долина). - Наут-Аран (Naut Aran, букв. «верхняя долина») — муниципалитет в Испании, находится в составе района Валь-д'Аран; - река Гаронна- юг Франции, окрестности Тулузы; - Аранские острова - группа из трёх островов на западе Ирландии; Можно предположить, что общий предок современных тюркских народов и испаноязычных пасиего жил на Южном Кавказе начиная со времен палеолита и до IV тыс. до н.э. Об этом свидетельствуют идентичные археологические памятники Южного Кавказа и Кантабрии (курганы, менгиры, каменные загоны – араны, мегалиты-оленные камни, каменные изваяния- гоч даши и другие археологические памятники). Примерно 6000 лет тому назад некоторые древние тюркские племена (проточуваши, протоякуты, протохотаны, прототаримцы и др.), в том числе далекие предки пасиего в поисках новых пастбищ мигрировали на территорию Евразийской степи (Ямная культура). Для передвижения они использовали воловьи повозки. В дальнейшем часть древних тюрков мигрировали на восток (Андроновцы, Афанасьевцы, Таримцы, протохунны и др), другие-на север (проточуваши, протобашкиры, прототатары), а предки пасиего- на запад вплоть до Атлантического океана. Большинство ушедших на запад протюркских племен (создатели Мегалитической культуры) в последующие тысячелетия были ассимилированы многочисленными местными индоевропейскими народами (кельты, латиняне, германцы, романцы, протославяне и другие). Археологические данные. Кантабрия является одним из самых насыщенных археологическими памятниками регионов Испании. На территории Кантабрии также как и на Южном Кавказе (Кобыстан, Зангезур) находится множество каменных памятников (курганы, менгиры, каменные изваяния, каменные заборы-загоны и другие). Курган (в Европе tumulus) это мегалитические захоронение с купольной гробницей и некрополем в виде кургана. Курган (тумулус) строился как подземная погребальная камера, крытая сводом из каменных блоков и сверху засыпанная землёй, с образованием насыпного высокого холма. Внутри устанавливались урны с прахом умерших. На территории Кантабрии обнаружены около 300 курганов. Современная археология свидетельствует, что практика возведения курганных захоронений впервые была применена протюрками, которые жили на Южном Кавказе в Азербайджане. Курганам Южного Кавказа-6000 лет. Французский археолог Бертиль Лионе в статье «Археологическая разведка и раскопки в Западном Азербайджане: изменения видов поселений и отношение к окружающей местности с неолита до эпохи бронзы» пишет: «В 2006 мы обследовали 9 курганов могильника эпохи позднего халколита, обнаруженного в Союг Булаге (Акстафинский район)…Открытие могильника в Союг Булаге (Южный Кавказ, Азербайджан-Г.Г.) не только отодвигает возникновение курганных захоронений в Закавказье на более чем тысячу лет назад, но также и может служить доказательством существования в то время мигрирующих групп населения». (Бертиль Лионе. Археологическая разведка и раскопки в Западном Азербайджане: изменения видов поселений и отношение к окружающей местности с неолита до эпохи бронзы. Международный симпозиум Баку, 1-3 апреля 2009 года.). Менгир. На территории Кантабрии археологами обнаружены 144 менгира. Из памятников, найденных на территории Кантабрии, наибольший интерес представляет менгир SOALAR Элизондо. Археологи считают, что менгир SOALAR является доисторической скульптурой, которая изображает тяжело вооруженного воина в шлеме. Высота этого менгира пять метров, вес- три тонны, возраст- пять тысяч лет. Несмотря на то, что традиция устанавливать камни вертикально является одной из древнейших, она же является одной из наиболее устойчивых. Человечество до сих пор ставит каменные стелы в честь каких-либо событий или намерений. Одни из них, так сказать, самые примитивные – дикие – совершенно не обработаны. Другие носят следы весьма поверхностного и достаточно грубого обтесывания. Третьи содержат элементы художественного видения. К последним относится менгиры Передней Азии, Южного Кавказа и степных просторов Евразии. По мнению ряда археологов, эти менгиры являются стелами, изготовленными древними тюрками. Так как большинство мегалитических памятников и стел, расположены вдоль путей перегона стад, высказываются мнения о том, что менгиры служили ориентирами древним скотоводам. Археологи доказывают принадлежность этих находок к материальной культуре пастушеских сообществ. Для реконструкции древних путей отгона стад британский исследователь Э. Хиггс использовал карту распространения мегалитов III - II тыс. до н.э. В древности мегалиты являлись прекрасными ориентирами, по которым выверялся маршрут и направление движения. Регион их распространения - западная и юго-западная часть полуострова - соответствовала засвидетельствованной в источниках области распространения отгонного скотоводства. Каменные изваяния животных. Веррако — гранитные мегалитические памятники — скульптуры животных, Всего обнаружено свыше 400 веррако. Испанское слово веррако обозначает дикого кабана, однако среди скульптур также встречаются изображения быков или медведей. Большинство скульптур является изображениями быков и свиней, высота которых может достигать трех метров, а вес - нескольких тонн. В настоящее время известно более 400 экземпляров. Большинство веррако расположены на верхних части склонах холма, на высоте 1000 - 1200 м., в местности, благоприятной для выпаса скота, в непосредственной близи от источника водоснабжения. Выводы: Археологические данные Кантабрии (курганы, каменные загоны, каменные изваяния, менгиры и др.), а также генетические данные пасиего и их материальная культура (отгонное скотоводство) позволяет нам утверждать, что истоки пасиего связаны с Южным Кавказом и предками пасиего были прототюрки. Предки пасиего- носители гаплогруппы R1a (SRY10831.2), передвинулись на воловьих повозках с Южного Кавказа (Аран) на Пиренеи (Кантабрия), через северное Причерноморье и Балканы, и далее в Западную Европу, являясь носителями мегалитической культуры, в период примерно 5500-4000 лет назад. Пасиего являются дальними генетическими родственниками азербайджанцев.

Друзья, если Вас интересует история древних тюрков читайте мои статьи на сайте «http://ru.scribd on Гахраман Гумбатов».

Роль тюрков в зарождении евразийского скотоводства 2. По данным лингвистики. Археологи считают, что конца VI тыс. до н.э. евразийские степи населяли немногочисленные племена охотников и собирателей. Затем в евразийской степи появились первые скотоводческие племена. Е.Н.Черных в статье «Евразийский «степной пояс»: у истоков формирования» пишет: «В 3-м тысячелетии до н.э. общности номадов-скотоводов, а также мобильных «полуоседлых» пастухов оккупировали внушительные пространства, превышавшие 1 млн. км2 — от низовьев Дуная вплоть до северо-каспийских полупустынь. Не вполне ясные следы их воздействий можно было увидеть даже далеко на востоке — вплоть до степного Алтая… В апогее своего развития Евразийский «стенной пояс» скотоводческих культур предстает перед современными исследователями поистине необозримым по своей гигантской протяженности. С запада на восток, от бассейна Нижнего Подунавья вплоть до Манчжурии — фактически без сколько-нибудь заметных перерывов — пролегали пространства, превышавшие 8 тыс. км. Тогда же полностью оккупированные мобильными воинственными степными народами территории занимали до 16—17 млн. км2 — и это в относительно «мирные» периоды существования!». О том, кто были эти номады –скотоводы среди ученых до сих пор нет единого мнения. Большинство ученых считают, что создателями евразийского скотоводства являются индоевропейцы или индо-иранцы (арии), другая часть утверждают, что упомянутые древние скотоводы были тюрки, предки современных тюркских народов. Известный российский лингвист В. А.Дыбо в статье «Язык-этнос-археологическая культура (несколько мыслей по поводу индоевропейской проблемы), опираясь на исследование своей дочери А.В. Дыбо пишет: «Степь должна быть исключена из регионов, заселенных праиндоевропейцами (ПИЕ) периода распада. В лексиконе (праиндоевропейцев-Г.Г.) присутствуют довольно высокие горы с большим количеством различных типов скал и острых или больших круглых камней Иногда эти горы покрыты лесом. Имеются слова для узких проходов, ущелий, пещер, обрывов и пропастей, холмов, лощин, речных долин, заливных лугов… Весь список растений (в лексике праиндоевропейцев-Г.Г.) производит впечатление горного леса где-то в умеренной зоне (Балканы?) Индоевропейские названия трав (белена, чемерица, марь, дягиль, сныть, папоротник) скорее указывают на лес, чем на степь». Далее В. А.Дыбо пишет: «В языке праалтайцев (пратюрков-Г.Г.) ландшафт был представлен не очень высокими горами, пологими склонами, по-видимому, предгорьями (при наличии также скал и осыпей). Восстанавливается несколько терминов, обозначающих "переходить через горный перевал". В значительном количестве представлены слова для долин и степей (полностью соответствует ландшафту Арана, прародины тюрков на Южном Кавказе-Г.Г.). Ядром праалтайской (древнетюркской-Г.Г.) экономики, по-видимому, было сезонное пастбищное скотоводство (ср. наличие термина "загон для скота", отсутствующего в ПИЕ) - либо развитая сезонная охота с загонным компонентом. Имеются названия для коров, овец, коз и свиней, однако половозрастная терминология является общей для всех видов скота. Есть слово для лошади и несколько терминов, связанных с верховой ездой. Роль земледелия была менее существенна, хотя имеется ряд названий для культурных злаков». Основные выводы В. А.Дыбо: «Основным родом хозяйственной деятельности для праиндоевропейцев, возможно, были земледелие и хорошо развитое оседлое скотоводство. По-видимому, были специфические инструменты для вспашки (по культурно-историческим причинам, мы не говорили бы здесь о плуге, но, тем не менее, кроме наименований мотыги в ПИЕ имеется общее название для вспашки, сохраняющееся в хеттском, от которого произведено ИЕ название плуга; можно восстанавливать общее название сошника - возможно, также специфический наконечник мотыги?). Имеется название для сена (отсутствует в праалтайском), что может указывать на зимнее стойловое содержание скота (в противоположность наличия пастбищ у праалтайцев). В праиндоевропейском восстанавливается терминология коневодства, но не верховой езды…Номадные черты явно значительно более определенно выделяются в праалтайском лексиконе. Сюда относятся термины, связанные с верховой ездой, многочисленные глаголы, означающие "запаковывать" и "распаковывать", более подробная терминология упряжи. Из оружия в праалтайском ( пратюрском-Г..) хорошо восстанавливаются термины для каких-то типов стрел и луков, колчанов. Имеются термины для копья и остроги. Нет специализированного термина для меча (только какие-то типы ножей). Для праиндоевропейского не находим общих названий для лука и стрелы; восстанавливаются названия каких-то типов топоров, мечей и копий». Необходимо отметить, что начиная с позднего неолита древние тюрки уже уже вели полукочевой образ жизни. Пратюрки на территории Южного Кавказа начиная с IV тыс. до н.э. перешли к отгонному (яйлажному) скотоводству. В горных районах Южного Кавказа имелись прекрасные летние пастби­ща—«яйлаги», пригодные для овцеводства, а на зиму отары овец перегонялись на зимние пастбища (гышлаги) между реками Кура и Аракс. Степи Южного Кавказа (Муганская и Мильская равнины) тюрки издавна использовали как зимние пастбища. Данные археологии и лингвистики свидетельствуют о том, что скотоводство было издревле известно всем тюркским народам и на протяжении всех последующих периодов истории вплоть до наших дней оно занимает одно из ведущих мест в их хозяйстве. Занятие скотоводством на всех этапах истории давало тюркским народам мясо и молоко, материал для одежды и обуви, сырье для ремесел, и этим всегда определялась ведущая хозяйственная значимость данной от­расли. На Южном Кавказе пратюрки содержали преимущественно мелкий рогатый скот (овец, коз), а крупный рогатый скот (молочный и рабочий) — в очень ограни­ченных размерах. Пратюрки держали быков для перевозки вьюков на летние и зимние пастбища. А лошадей тюркские народы (начиная с III тыс. до н.э) содержали в основном для верховой езды. Для перевозки тяжестей в горах использовали также верблюдов, ослов и му­лов. Неприхотливые к корму, эти животные отличались выносливостью, хорошо ходили по горам с грузами. Как известно, человек издревле пытался приручать диких животных. Когда-то наши далекие предки поняли, что гораздо легче выжить в борьбе с суровыми природными условиями, если всегда иметь при себе все необходимое для жизни в виде прирученных домашних животных, чем полагаться на охоту, порой, очень опасную и не всегда удачливую. С тех давних времен люди получили уже много продуктивных пород домашнего скота. Археологи определили, что первым домашним животным у пратюрков, как и большинства древнейшего населения Ближнего Востока, была собака. Тюрколог Ахмад Салпагаров в статье «Кавказская овчарка» пишет: «Авторы многочисленных кинологических статей сошлись во мнении о близкородственности кавказской и среднеазиатской овчарок. Также выше приводилось авторитетное мнение о близкородственности кавказской овчарки с анатолийским карабашем. Подобные выводы основаны на большой близости анатомического строения, внешнего вида и характеров этих овчарок…География наибольшего распространения двух близкородственных пород собак (кавказская и среднеазиатская овчарки) охватывает степную зону Евразии с прилегающими по окраинам лесостепными, горными и полупустынными районами. Это районы разведения пяти основных видов скота: овцы, козы, лошади, крупного рогатого скота и в меньшей степени верблюда. Большую часть этих районов издревле занимали животноводческие тюркские племена, меньшую часть на востоке монгольские племена. Да и современное население огромной территории под названием Центральная (Средняя) Азия составляют тюркские народы: казахи, туркмены, узбеки, киргизы, уйгуры. До освоения русскими и украинцами вся западная часть степной зоны была населена тюрками-скотоводами – болгарами, ногайцами, татарами. Большая часть этих тюрок влилась в состав русских, украинцев. В более ранней истории, в первом тысячелетии на территории европейской зоны были известны древние тюрки-животноводы –гунну, авары, болгары, хазары, аланы, кумане, печенеги, кипчаки. И в настоящее время по окраинам этого района Европы расселены сохранившиеся потомки перечисленных тюрок; на юге кумыки, карачаевцы/балкарцы, ногайцы, на западе крымские татары и гагаузы, на востоке казахи, на севере чуваши и казанские татары». Собака. Тюркские языки: орх.- енис.- ıt, др.тюрк. М.Кашг. - ıt, азерб.- it, тур.- it, кум.- it, балк.- it, ногай.- iyt, крым.тат.- it, гаг.- it, караим.- it, чув.- yıtă, татар.- et, башк.- et, туркм.-it, узб.- it, уйг.- it, каракалп.- iyt, каз.- it, кирг.- it, алт.- iyt, шор.- it, хак.- aday, тув.- ıt, тоф.- ıt, якут.- ıt, Кавказские языки: лезгинский –киц, удинский- ха, хиналугский- пхра; Финноугорские языки. венгерский-kutya, финский-koira, эстонский-koer, марийский-piy, мордовский-pine, удмуртский-punı; Индоевропейские языки: немецкий- Hund, английский- dog, французский- chien, итальянский- cane, румынский-câine, литовский- šuo, польский- pies, украинский- sobaka, осетинский- kuıdz, персидский- sag, хинди- kuttā; Центральноазиатские языки: китайский- gǒu, монгольский- nokhoy, тунгусский- ӈинакин; Анализ древней и современной тюркской лексики дает возможность установить наличие у тюркских народов издавна богатой скотоводческой и коневодческой терминологии. В целом в современных тюркских языках общетюркская лексика животноводства состоит свыше 500 лексем. При этом, исконно тюркские слова составляют 97,7 % от общего количества, а заимствованные лексемы- 2,3%. Археологи отмечают, что не все домашние животные играли одинаковую роль в жизни тюркских народов. Наиболее приоритетными домашними животными считались овцы и лошади. Этим и объясняется наиболее развитая система терминов овцеводства и коневодства. Общетюркское слово «mal» – многозначно. У большинства тюркских народов «mal» это "имущество", "состояние" "добро" "богатство", "достояние", "ценность". Это слово представлено в 33 тюркских современных и классических языках, а с фонетическими вариациями - в общей сложности в 36 тюркских языках и диалектах. У тюрков первыми деньгами был скот (мал). В этом значении слово мал широко распространено во многих тюркских языках: в уйгурском, башкирском, алтайском, шорском, хакасском (сагайский, койбальский, качинский диалекты), турецком, крымско-татарском, азербайджанском, киргизском, казахском, караимском (луцкий, тракайский говора), чагатайском (староузбекском), сартском (узбекском), хивинском, туркменском. В якутском языке мал — вещь, вещи, имущество. В советское время некоторые ученые утверждали, что слово мал тюрки заимствовали после принятия ислама у арабов. Однако, наличие этого слова во всех тюркских языках (в том числе у тюрков Сибири), а также в монгольских (монгольском, бурятском, калмыкском мал — скот), которые не входили в сферу влияния арабской культуры, позволяет говорить об обратном. Как известно, скотоводческая лексика была заимствована монголами у тюрков при переходе их к кочевому скотоводству, очевидно, где-то в середине II тыс. до н.э. Известный советский тюрколог С.Е.Малов писал: «Это слово есть во всех тюркских языках и трудно допустить его заимствование из арабского языка». Скот. Тюркские языки: др.тюрк. ДТС – mal (имущество, богатство, товар); Южный Кавказ: азерб. – mal; Передняя Азия: тур. – mal (скотина, имущество, товар); Восточная Европа (Северный Кавказ): кум. – mal (скот, товар), карач.-балк. – mal, ногай. – mal; Восточная Европа: крым.тат. - tuvar, гаг.- sıır; Восточная Европа (Прибалтика): караим. – mal (cостояние); Восточная Европа (Поволжье): чув.- выльăх, татар. - mal, башк. – mal; Средняя Азия (юг): туркм.- mal, узб. - mol, кирг. – mal; Средняя Азия (север): каракалп. - mal, каз. – mal; Центральная Азия: уйг. – mal; Сибирь (юг): алт.- mal, шор.- mal, хак.- mal, тув.- mal, тоф.- mal; Сибирь (север): якут. –mal (имущество); Кавказские языки: лезгинский – mal*, удинский- mal*, хиналугский- mal*; Финноугорские языки. Восточная Европа (центр): венгерский- állatállomány; Восточная Европа (Прибалтика): финский- karja, эстонский – elusloomad; Восточная Европа (Поволжье): марийский - во́льык; мордовский- ракшат, удмуртский -пудо; Индоевропейские языки: Европа (северо-запад): английский- livestock, французский- bétail; Европа (центр): немецкий- Vieh; Европа (юг): итальянский- bestiame; Восточная Европа (центр): румынский - șeptel, украинский- khudobu; Восточная Европа (Прибалтика): польский- bıdlak, литовский- gyvuliai; Восточная Европа (Кавказ) осетинский- fos; Центральная Азия (юг): персидский- dəm, таджикский- моли чорпо*, ваханский-mol*, хинди- paşudhana; Центральноазиатские языки: китайский- Jiāchù, монгольский- mal aj akhui *, тунгусский- авдуча̄р (мелкий рогатый) , укусэл (крупный рогатый); Араб.: «скот»- ماشية (mashiya), богатство-ثروة (saruva), имущество- ممتلكات (mumteleket), товар- بضائع (bedaya) *-слово заимствовано у тюрков.

Нас 50000000. Киноочерк о тех, кто за Араксом. https://www.youtube.com/watch?v=oYUDfPSsaCo&list=TLnHYJYXsB8Jixo6nCUiVgz9lAJtpHTS2p

Сегодня мой киноочерк "Наши соседи армяне" на You tube посмотрит 50000-ный зритель. Я рад. https://www.youtube.com/watch?v=0GmGK76B6jA&list=TLKmyO1Q8af77UOl-VAuzXwRriwS2DLRS4

Глоттохронологический анализ тюркских языков. «В нашей науке еще в советское время почему-то наметилась тенденция фактически полностью исключать тюркский элемент из ранней истории степей». Пьянков И.В. Иранцы и тюрки в Евразийских степях скифского и предскифского времени. Степи Северной Евразии: Материалы VI Международного симпозиума, 2012 год Для определения времени распада пратюркской общности мной был использован метод глоттохронологии. Глоттохронология - так в лингвистике называют метод, используемый для определения времени разделения родственных языков по количеству слов, имеющих в них общее происхождение. Этот метод довольно широко применяется в сравнительно-историческом языкознании. Сегодня большинство лингвистов по степени различия между двумя родственными языками могут определить давность их разделения. Американский лингвист Морис Сводеш, разработавший методику глоттохронологии, в статье «Лексикостатистическое датирование доисторических этнических контактов» писал: «Предыстория представляет собой длительный период существования человеческого общества на ранних ступенях его развития и продолжается до того времени, когда была изобретена письменность, сделавшая возможной регистрацию происходящих событий. В некоторых странах этот период уступает место современной эпохе зафиксированной истории уже шесть-восемь тысячелетий тому назад, в других - лишь несколько последних столетий… Во всех языках та часть лексического запаса, которая обозначает коренные, фундаментальные и вместе с тем обыденные понятия, в противовес специальной, или так называемой «культурной», части словаря изменяется с относительно постоянной скоростью. Благодаря этому на основе процента сохранившихся элементов соответствующим образом отобранном опытном словаре можно установить количество истекшего времени». Известный российский учёный С. Е. Яхонтов в статье «Глоттохронология: трудности и перспективы» пишет: «Глоттохронология есть метод определения давности разделения родственных языков по количеству слов, имеющих в них общее происхождение. Представляется очевидным, что родственные языки с течением времени все более отдаляется друг от друга. Если так, то по степени различия между двумя родственными языками можно судить о давности их разделения. Конкретное глоттохронологическое исследование состоит в том, что слова диагностического списка переводятся на два интересующих нас языка, и затем подсчитывается число совпадающих слов. При переводе выбираются наиболее обычные обозначения соответствующих понятий. Совпадающими считаются слова, имеющие в двух языках одинаковое значение и восходящие к одному и тому же слову языка-предка. Фактически глоттохронология очень часто применяется к языкам, которые либо еще не изучались сравнительно-историческим методом, либо применение к которым этого метода не дало окончательных результатов (например, вопрос о существовании алтайской семьи пока не решен, несмотря на длительную традицию исследований в этой области). Языки после их разделения вовсе не обязательно развиваются независимо друг от друга. Если они продолжают использоваться на смежных территориях, в условиях, допускающих контакты и взаимное влияние, то различия в их лексике будут меньше ожидаемых, и вычисленное время разделения окажется меньше действительного. В таком положении находятся, например, славянские, а также многие романские и тюркские языки. Глоттохронология дает наиболее близкие к истине результаты, если сравниваемые языки разошлись между пятью тысячами и полутора тысячами лет назад». Другая идея Сводеша, заключалась в том, что базисная лексика в языках изменяется не просто медленно, но еще и с относительно постоянной скоростью. Этот вывод Сводеш сделал, сопоставив данные по тем языкам, историю которых мы можем фактически проследить на расстоянии в несколько тысяч лет (например, от латыни к романским языкам, от древнегреческого к современному, от санскрита к современным индоарийским и тому подобное; впоследствии к этим данным добавились аналогичные «замеры» по истории китайского, японского, древнеегипетского языков). По его наблюдениям, получалось, что из 100-словного списка за 1 тысячу лет в среднем «выбывает», то есть замещается другими словами, около 14 слов. По мнению Сводеша скорость изменения лексики можно измерять той же формулой, которая применяется в процедуре радиоуглеродного анализа — а из этого следует, что в распоряжении лингвистов оказался инструмент, с помощью которого можно не только определять степень близости языков относительно друг друга, но даже прикинуть примерную абсолютную дату распада их общего предка. М.Сводеш считал, что вероятность того, что слово, включенное в список, сохранится (т.е. не будет заменено) через тысячу лет, составляет 0,86. Эта величина была названа им "коэффициентом сохраняемости". М.Сводеш разработал математическую формулу для вычисления времени, в течение которого протекало самостоятельное развитие родственных языков:t = log C : 2 log r где С - процент совпадающей лексики, а r – коэффициент сохраняемости общих элементов. В последующие годы некоторые лингвисты пришли к выводу, что слова, которые заимствуются одним языком из другого, являются нарушающим фактором и должны быть исключены из глоттохронологических вычислений; по-настоящему значимым является только «родное» замещение единиц единицами того же языка. То, что этот фактор не был учтен Сводешом, явилось главной причиной получения им 14 слов из 100-словного списка за тысячелетие, тогда как настоящая скорость фактически намного медленнее (замена около 5 или 6 слов за тысячелетие). Для определения начала времени распада пратюркской общности и времени расхождения некоторых современных тюркских языков (азербайджанский, турецкий, туркменский, кзахский, чувашский, алтайский, шорский, хакасский, тувинский, тофаларский, якутский), мной на базе списков Сводеша, был составлен стословный список тюркской базисной лексики. Для составления этого списка я воспользовался базисной лексикой орхоно-енисейских надписей и «Словаря» Махмуда Кашгари, знаменитых памятников древнетюркской письменности VIII- XI веков. Как известно, памятники орхоно-енисейской письменности представлены прежде всего надписями на стелах и являются эпитафиями в честь выдающихся правителей и военачальников Второго тюркского каганата и вполне естественно, что в этих текстах не мог быть отражен весь древнетюркский словарный фонд. Таким образом, мной был составлен список основных слов в тюркских языках периода примерно 1000 - 1300 летней давности. Была составлена таблица, показывающая эк¬виваленты этих 100 древних тюркских слов в некоторых современных тюркских язы¬ках (азербайджанский, турецкий, туркменский, казахский, чувашский, алтайский, шорский, хакасский, тувинский, тофаларский, якутский). В результате попарного сравнения лексических элементов современных тюркских языков и орхоно-енисейской письменности была выявлено количество и процент слов за последние 1300 лет. В азербайджанском языке за 1300 лет по сравнению с орхоно-енисейскими надписями заменены 7 слов: юkюш >чox - «много», ёl > yaш- «мокрый», ё- > dюшюn- «думать», ёkюz > чay- «река», tеnqri > gёy- «небо», qыzыl > qыrmыzы - «красный», tюn > gеcе –«ночь». Сохранность- 93,0%. В словаре Махмуда Кашгари за 300 лет по сравнению с орхоно-енисейскими надписями были заменены 3 слова:юkюш >чox - «много», ёkюz > suv - «река», tеnqri > gёy «небо», tююn > gеcе 'ночь'. Сохранность- 97,0%. В современных тюркских языках по сравнению с орхоно-енисейскими надписями наибольшие изменения произошли в чувашском и якутском языках. Так, например, в чувашском языке за 1300 лет по сравнению с орхоно-енисейскими надписями заменены 27 слов: где, много, мало, близкий, мокрый, птица, трава, рот, нога, внутренности, спина, думать, жить, охотиться, ударить, считать, кольнуть, падать, cвязать, плыть, солнце, река, песок, туман, небо и белый. Сохранность-73,0%. В чувашском языке за 1300 лет по сравнению с орхоно-енисейскими надписями заменены 30 слов: что, мало, большой, прямой, близкий, мокрый, птица, дерево, рот, колено, живот, внутренности, спина, думать, бояться, жить, охотиться, ударить, считать, кольнуть, ходить, вертеть, плыть, солнце, река, пыль, небо, гора, зеленый, желтый и белый. Сохранность-70,0%. В результате анализа было выявлено, что в современных тюркских языках сравниваемая базисная совпадает по своему значению с лексикой орхоно-енисейской письменности (70,0% якутский язык -93,0% азерб. язык). В результате глоттохронологических расчетов была выявлена глоттохронологическая константа для тюркских языков:=0,06, то есть изменение 6 слов за 1000 лет) Из данных глоттохронологии можем предположить, что: - относительное время расхождения азербайджанского и турецкого языков составляет около 500 лет (создание Сефевидского государства). - предки якутов и чувашей первыми покинули историческую прародину и тем самым положили начало распаду пратюркской общности. Это произошло примерно 6000 лет тому назад, в начале 4,0 тыс до н.э. Итак, глоттохронологические расчеты, позволили нам определить возраст прототюркского праязыка – свыше 6 тыс. лет. Необходимо отметить, что к эпохе неолита люди в Передней Азии и на Южном Кавказе (в том числе и прототюрки) имели опыт речевого общения, вдесятеро превышавший отмеченный срок распада. Можем предположить, что шесть тыс. лет тому назад скотоводы-прототюрки начали походы с Южного Кавказа на территорию евразийской равнины и далее на юго-восток. Им понадобилось менее одного тысячелетия, чтобы завоевать или ассимилировать, а также подчинить своему образу жизни евразийские и южносибирские племена охотников и рыболовов. Тюркский мир, расширившийся в эпоху великих переселений от Средиземноморья на юго-западе до Северного Ледовитого океана на северо-востоке, был создан степными кочевниками. Анализ древнетюркской лексики вырисовывает перед нами образ народа, создателя этого языка, воинственного подвижного скотовода, охватывающего своими миграциями огромные пространства. Можно также предположить, что для прототюрков шесть тысяч лет тому назад вторичной прародиной стала вся евразийская степь от Дуная до Алтая.

Формирование древнетюркской общности произошло на Южном Кавказе в 6-4 тысячелетии до н.э. Позднее древние тюрки распространились по всей Евразии: от Южного Кавказа до Дуная (на западе) и Алтая и Ордоса (на востоке). http://turklib.ru/general_history/istoricheskaya_prarodina_tyurkov_ot_arana_do_altaya.html

Как след от колеса арбы «реконструировали» в колесницу ариев. «В нашей науке еще в советское время почему-то наметилась тенденция фактически полностью исключать тюркский элемент из ранней истории степей». Пьянков И.В. Иранцы и тюрки в Евразийских степях скифского и предскифского времени. Степи Северной Евразии: Материалы VI Международного симпозиума, 2012 год После развала Советского Союза в России археологи и историки стали утверждать, что создателями степной курганной культуры (ямной, катакомбной, срубной, андроновской и др.) являются арии. Центральное место в концепции об ариях или «степных» индо-иранцах они отводят «колесницам ариев» из курганных погребений Синташта. Например, российский исследователь И.В. Чечушков в статье «Колесницы Евразийских степей эпохи Бронзы» пишет: «Образ конной колесницы является одним из древнейших архетипов, прочно укоренившимся в мифологии, религии и искусстве индоевропейских народов. В мифологии с колесничной упряжкой ассоциируются небесные боги и солнце. Ярким примером использования образа в мировых религиях являются поучения Будды Шакьямуни, три цикла которых названы колесницами —Малой, Великой и Алмазной,— что сделало образ чрезвычайно сильным и узнаваемым. В искусстве колесницы призваны демонстрировать силу, величие и триумф». И далее И.В. Чечушков пишет: «Первые находки остатков колесниц в Северной Евразии были сделаны при изучении Синташтинского комплекса погребальных памятников на юге Челябинской области в 70-х гг. ХХ в., а последующие 40 лет исследований расширили ареал на весь Урало-Казахстанский регион. В конце 1970-х гг. Урало-Казахстанской археологической экспедицией под рук. Г.Б. Здановича исследовались памятники петровской культуры в Приишимье. Здесь в могильниках Берлик II (курганы 2 и 10) и Улубай (курганы 1 и 4) были сделаны еще четыре находки колесных ямок в сопровождении псалиев и лошадей. Кроме того, в Казахстане изучены свидетельства колесниц в могильниках Кенес и Сатан I». Затем И.В.Чечушков пишет: «Таким образом, «изобретение» конной колесницы произошло в период между XXIII и XX вв. до н.э. в восточно-европейской степи и связано с населением, пришедшим на территорию Южного Урала с запада… Очень быстро образ колесницы закрепился в массовом сознании и стал одним из ведущих сюжетов мифологии индоевропейских народов». Российский исследователь С.В. Сотникова в статье «Образ колесницы и колесничего в ритуальной практике населения эпохи бронзы евразийских степей: опыт реконструкции ритуала и представлений» пишет: «О погребениях Синташтинского большого грунтового могильника. В некоторых погребениях на дне ямы сохранились канавки для установки колес от колесницы. В других погребениях находят лишь углубления от колес, но присутствие коней как бы подразумевается. Так, в погребении 12 на дне могилы было расчищено пять колесных углублений, но только пара углублений в западной половине камеры содержала тлен от обода и спиц деревянного колеса. В погребениях 19, 28 обнаружено по паре колесных углублений, расположенных параллельно друг другу и размещенных в ногах умершего». Другой российский исследователь Е. А. Черленок в статье «Колесничая запряжка в погребальном обряде» пишет, что он изучил колесницы из 42 степных курганных погребений (Аксайман, Берлик II, Бестамак, Улубай, Нуртай и др). Далее Е. А. Черленок пишет, что о присутствии колесниц в погребениях исследователи судят «на основании наличия тлена, отпечатка колес на стенке могилы или пары ямок на дне захоронения. В своей работе мы будем оперировать информацией, полученной на основании лишь последнего признака — на наш взгляд, наиболее достоверного. О том, что эти ямки относятся именно к колеснице, говорит их параллельность, стабильное расстояние между ними (1,2–1,4 м), линзовидное сечение, и, наконец, самое важное: в некоторых из них обнаружены отпечатки обода колеса, спиц и ступиц». Завершая свой анализ, Е. А. Черленок пишет: «Подведем итоги нашей работы: колесничий обряд распространяется из единого центра, которым, видимо, является синташтинская культура. В иных условиях обряд модифицируется, принимая новые формы, отличные от первоначальной. Тем не менее, сохраняется общий принцип: ориентировка комплекса колесничих элементов зависит от ориентировки погребенного. Столь жесткая связь, возможно, говорит о том, что колесничная упряжь являлась средством для перехода умершего в мир мертвых». Доктор исторических наук Е.Е.Кузьмина долгие годы в российской исторической науке была главным пропагандистом «степных» ариев. В своей концепции о «степных» ариях Кузьмина колесницам из Синташта отводит особую роль. Вот, что конкретно о «колесницах» пишет Е.Е.Кузьмина в книге «Откуда пришли арии?»: «Двухколесные колесницы зафиксированы по отпечаткам и остаткам колес в канавках, вырытых на дне могил, в могильниках петровского типа в Приуралье: Синташта I (пять экипажей); в Северном Казахстане: Улюбай и Берлик II; в Центральном Казахстане: Сатан. В Берлике канавки с отпечатками обода и спиц имели сегментовидную форму, длина 0,8—0,9 м, глубина — 0,2 м, расстояние между колесами — 1,4 м; в Сатане — длина 0,7, ширина 0,15, глубина 0,25 м, диаметр колес 1—1,2 м. В Синташте восстанавливается колесо диаметром 0,9—1 м предположительно с 10—12 спицами, расстояние между колесами на оси 1,2 м. В Сатане реконструируется прямоугольная рама кузова 1,2x0,67 м, найдены и костяные гвозди (???-Г.Г.) от спиц. Эти раннеандроновские колесницы пока считаются древнейшими в Старом Свете». Так как в Индии пока не найдены древние колесницы, Е.Е.Кузьмина пишет, что «Колесный транспорт ариев в Индостане реконструируется на основании ведических текстов и Махабхараты. Ведические арии использовали грузовую повозку anas и боевую колесницу rutha. Грузовые повозки были двух типов: большая прочная четырехколесная indranasa и более обычная двухколесная с неподвижной осьюdksa, крепившейся к кузову веревками. В Ригведе (3, 53, 17) Индру призывают: «Ты, чей обод колеса не получает повреждений, будь нам в помощь! Оба вола должны быть выносливы и прочной должна быть ось. Не должно отрываться дышло или ломаться ярмо. Индра должен сохранить обе подпорки повозки от поломки».Колесницы были двухколесными. Съемные колеса имели неопределенное число спиц, обод и ступицу, иногда обитые металлом. Ось крепилась к раме ремнями, дышло было прямым. Есть неясные упоминания одноконной высоко проходимой колесницы. В Ригведе (4, 40) описан рысак с уздечкой на голове, со сбруей на морде, за затылком к сбруе привязан подпружный ремень, на спине он перевязан веревкой. В Шатапатха Брахмане и других текстах многократно упомянут недоуздок». В итоге, опираясь на «реконструированные степные колесницы» и «реконструированные на основании ведических арийские повозки», Е.Кузьмина делает явно надуманный этногенетический вывод: «Таким образом, данные по истории андроновского транспорта служат важным аргументом в пользу гипотезы индоиранской принадлежности андроновцев». После прочтения книги «Откуда пришли арии?» известный американский ученый К. Ламберг-Карловски назвал Е.Кузьмину «политически ангажированной». Необходимо отметить, что в последние годы некоторые российские историки выступают против концепции Е.Е. Кузьминой. Например, известный российский археолог Б.А. Литвинский считает, что андроновцы не были «арийцами». В статье «Виктор Иванович Сарианиди —Легенда археологии Центральной Азии» Б.А. Литвинский пишет: «Раскопки В.И. Сарианиди в Бактрии и Маргиане привели к открытию новой, ранее неизвестной цивилизации — Бактрийско - Маргианского археологического комплекса…Идеи В.И. Сарианиди о происхождении этого населения, отнесение их к ранним индоиранцам — ариям во многом очень привлекательна и находит основания по ряду направлений. До сих пор широко распространена теория, что арийцами, пришедшими в Среднюю Азию, а также Иран и Индию, были андроновские племена. Я сам много лет придерживался и развивал эту теорию. Но материалы раскопок и исследования В.И. Сарианиди поколебали мою убежденность и заставили задуматься о более сложном процессе, в котором участвовали и племена БМАК. Ведь ни в Иране, ни в Индии нет следов андроновской культуры, а многие общие черты с БМАК там присутствуют». Другой российский исследователь С.А.Григорьев в статье «Синташта и арийские миграции во II тыс.до н.э.» пишет: «Наиболее признанной оказалась точка зрения об арийской принадлежности срубно-андроновских племен. Основными аргументами в пользу данной концепции являются следующие: связь степных культур эпохи бронзы с последующим скифо-сако-сарматским миром; миграция носителей этих культур в Среднюю Азию; соответствие облика этих культур реалиям, описанным в Ригведе и Авесте. Однако и эта точка зрения имеет свои "белые пятна". Проникновение степных племен на эту территорию (Индии-Г.Г.) в эпоху финальной бронзы не фиксируется. То же можно сказать и об арийском заселении Ирана… Элементы же культуры, сопоставимые с синташтинскими имеют в Передней Азии более глубокие корни… Суммируя все сказанное, я нахожу возможным сделать следующий вывод: возникновение синташтинской культуры в Зауралье связано с непосредственной стремительной миграцией из Передней Азии…В степи появляется катакомбное население. Новые миграционные потоки приводят к переоформлению катакомбной КИО. Эти трансформации охватывают не только степную зону, но и Закавказье, где возникают культуры, представленные могильниками Бедени, Триалети, Лчашен и т.д. В этих же рамках следует, рассматривать и Синташту. Этническое содержание описанных миграций является вопросом дискуссионным». В статье «Археологические основания ближневосточной локализации индоевропейской прародины на территории Евразии» С.А.Григорьев миграцию индоиранцев на юг из степной зоны называет мифом. С.А.Григорьев утверждает, что «в Иране и Индии отсутствуют какие-либо черты культур степной зоны эпохи ПБВ. Используемые в качестве моста между степью и Индостаном бишкентская и вахшская культуры Таджикистана не имеют прототипов на севере. Все их аналогии уходят на запад – в Юго-Западный Туркменистан и Иран. Можно привести и ряд возражений лингвистического плана. В языках Авесты и Ригведы отсутствуют финно-угорские включения, что было вряд ли возможно, если бы индо-иранцы формировались в непосредственной близости от финно-угорского этнического массива. В результате найти какую-либо археологическую модель, иллюстрирующую эту ситуацию, попросту невозможно». Советские историки Бонгард-Левин Г. М. и Грантовский Э. А. вообще не считают, что арии (индо-иранцы) были кочевыми скотоводами. В книге «От Скифии до Индии. Древние арии: Мифы и история» они пишут: «В научной литературе ариев нередко называют кочевниками, «номадами». Но это определение не является правомерным… Арии были скотоводами-земледельцами, жившими в долговременных поселениях или ведшими полуоседлый образ жизни». Эти авторы указывают, что в III тысячелетии до н.э. в Средней Азии существовала оседло-земледельческая протогородская культура, а в степи кочевая скотоводческая. Поэтому арии не могли одновременно быть земледельцами и кочевниками. По этому поводу Бонгард-Левин Г. М. и Грантовский Э. А. в упомянутой выше книге пишут следующее: «Существует также точка зрения о связи ариев с культурами расписной керамики юга Средней Азии и соседних районов Иранского плато. Сторонники этой точки зрения полагают, что арии продвигались оттуда в другие районы Ирана и в направлении Индии. Если это так, то нужно признать, что арийские племена находились на юге Средней Азии и в примыкающих областях Иранского плато в III тысячелетии до н.э. и даже раньше и были связаны здесь с оседло-земледельческими протогородскими культурами. Однако сторонники указанных концепций часто допускают возможность бытования арийских групп и в более северных районах — в степной зоне. Но такая трактовка неизбежно предполагает очень раннюю или исконную связь разных групп арийских племен с двумя совершенно различными историко - культурными зонами. Но и предположение о том, что разные группы индоиранских племен жили в совершенно различных историко-культурных и хозяйственных условиях, недопустимо для времени, когда шло формирование общеарийских языковых особенностей, тех социальных, хозяйственных и культурных черт, которые, безусловно, были характерны для индоиранцев в целом, т.е. в эпоху арийского единства. Для индоиранцев, предков и ариев Индии, и племен иранской группы, характерен единый культурно-хозяйственный и социальный тип, глубокое, даже в деталях, сходство в быте, хозяйстве, обычаях, общественном строе, культуре, религии и т.п. Это достаточно хорошо известное положение не нуждается в специальной аргументации. Бесспорным представляется также существование индоиранского («арийского») единства как реального этнокультурного комплекса, возникшего на основе интенсивных связей и общего развития на определенной и единой в хозяйственно-культурном отношении территории. Отсюда в свою очередь следует, что из двух синхронных, но разнородных по общему культурному и социально-экономическому облику типов, которые представляют собой древние земледельческие цивилизации юга Средней Азии и Иранского плато, с одной стороны, и северные степные культуры — с другой, арии по своему происхождению могли быть связаны лишь с одним из указанных ареалов».. Академик Вяч. Вс. Иванов в статье «Двадцать лет спустя о доводах в пользу расселения носителей индоевропейских диалектов из древней Ближнего Востока» о «колесницах» из Синташты пишет: «Следы колесных повозок выявлены в захоронениях. Трудность заключается пока в скудости имеющегося археологического материала: речь идет об отпечатках колесниц и в редких случаях - о тлене, оставшемся от сгнивших частей повозки. Это не позволяет конкретизировать характер повозок в данной культуре». Вяч. Вс. Иванов утверждает, что до середины III тыс. индоевропейцы не использовали одомашненных лошадей и фактически с одного места на другое передвигались пешком, у Иванова «перетекали». Вот что он пишет об этом в упомянутой выше статье: «Достоверных данных об использовании индоевропейцами одомашненных лошадей до середины III тыс. до н.э. пока нет. Предположение о том, что основные ранние миграции индоевропейцев осуществлялись с помощью еще примитивных колесных повозок, в которые впрягались быки, не кажется правдоподобным. Представляется вероятным, что надежных сухопутных средств быстрого передвижения на большие расстояния у индоевропейцев в период, близкий к распаду их праязыка, еще не было. Поскольку ко времени распада индоевропейского праязыка у его носителей еще не было развитых средств передвижения по суше, возникает вопрос, осуществлялись ли в этот ранний период миграции на большие расстояния или же индоевропейцы только «перетекали» с одного места на другое, относительно близкое? Остается неясность в отношении средств передвижения по воде, которые могли у них быть. Индоевропейский термин для судна, принадлежащий к числу слов, общих с семитским, и получающий особый ритуальный смысл в северо-западно-индоевропейской диалектной группе, показывает, что необходимо продолжить поиск пока еще неизвестных археологам средств плавания и перевозки грузов по воде, которые можно было бы с ним соотнести. Исходя из этих языковых данных и типологии развития мореплавания в эпоху ранней бронзы и непосредственно следующий за ним период можно было бы допустить, что часть передвижений индоевропейцев могла совершаться по морю и рекам». Российский исследователь А. С. Касиан в статье «По поводу статьи R.Bouckaert et al. Mapping the Origins and Expansion of the Indo-European Language» пишет: «Следует сказать, что степная гипотеза (происхождения индоевропейцев-Г.Г.) может быть отметена и по традиционным лингвистическим критериям. Для праиндоевропейского восстанавливаются агрокультурная и животноводческая терминология, названия для лесного и гористого/холмистого ландшафта и т.д. При этом никакая специфическая степная кочевая терминология не реконструируется. Собственно, по этой и по некоторым другим (археологическим) причинам, у степной гипотезы сейчас остается всё меньше сторонников. Таким образом, реальный выбор должен был бы состоять из анатолийской и карпато-балканской Необходимо отметить, что идею о появлении во II тыс. до н.э. каких-либо «боевых колесниц» на территории евразийской степи в настоящее время отрицают большинство исследователей. Они считают, что те давние времена степные скотоводы использовали повозки для перевозки людей и грузов, а иногда при погребении племенных вождей . Российский ученый Е. В. Избицер считает, что в курганных погребениях Евразийской степи найдены только повозки кочевников. Вот что об этом она пишет в статье «Колесница с тормозом или реконструкции без тормозов»: «Из известных на сегодня трехсот погребений с повозками ни одно не дает оснований относить их к захоронениям воинской знати, а сами повозки — к боевым колесницам. Вопрос же об использовании повозок в качестве колесниц можно характеризовать как историографический анахронизм, а предложенные реконструкции колесниц — как эскизы фантастических деревянных конструкций с колесами, корытом и тормозом. Особенность этих исследований — построение своих реконструкций на основе других реконструкций, а также доказательство недоказуемого на основе неверно понятых фактов». А конкретно об отпечатке колеса из синташтинского могольника Елена Избицер пишет: «Колесницы из Синташты и Тягуновой Могилы действительно близки, но не по типу и назначению, а по отсутствию данных для реконструкций, когда, в лучшем случае, имеется только одна достоверная деталь — колеса. От колесницы в п. 12 Синташтинского могильника сохранились тлен от колес на высоту 35 см и 25 см и «полоска древесного тлена, возможно, от детали колесницы». Основанием для реконструкции колесницы из п. 16 послужили два овальных углубления на дне могилы, что не помешало ее авторам воссоздать сплошные колеса, кузов и прочие детали». Российский исследователь В.В. Рогудеев в статье «Комплексы с повозками позднекатакомбного времени и проблема колесничества» пишет: «Памятники, в которых найдены сами колесницы, весьма и весьма редки. Таким памятником является Синташта. Следует обратить внимание, что от колесниц сохранились только канавки с отпечатками колес и столбовые ямки могильной конструкции. И вот на соотношении этих скудных остатков домысливается уже конструкция самой колесницы. Такая реконструкция в большой мере является не корректной. Следует обратить внимание, что, несмотря на появление колес со спицами, транспортные повозки со сплошными колесами долго преобладали и доживают до 20 века, например, в горных районах Закавказья, Передней Азии». Российский исследователь С.С. Бессонова в статье «О скифских повозках» пишет: «Повозки были древней принадлежностью погребального обряда населения евразийских степей. В погребениях ямной культуры известны находки повозок со сплошными дисковыми колёсами, запрягавшиеся волами. Повозки были неотъемлемой принадлежностью быта кочевников. Античные авторы называют скифов «живущими на повозках». Повозка для кочевников была одним из символов богатства. Скифские жилища на повозках упоминают Псевдо-Гиппократ, Страбон, Диодор Сицилийский и другие авторы. Гиппократ так описывает скифские повозки: «А живут они в кибитках, из которых наименьшие бывают четырехколёсные, а другие — шестиколёсные; они кругом закрыты войлоком и устроены подобно домам... В эти повозки запрягают по две и три пары безрогих волов... В таких кибитках помещаются женщины, а мужчины ездят верхом на лошадях». Воловья упряжка упоминается для перевозки жилищ. Были ли у скифов лёгкие конные повозки? В источниках об этом нет упоминаний. Лёгкие колесницы упоминаются античными авторами, писавшими о Северном Причерноморье, очень редко, причём во всех случаях речь идёт о скифских соседях или о божествах». локализаций». Российский археолог Ф.Петров, 14 лет проработавший в заповеднике Аркаим, отвечая на вопрос «на сколько правдива версия - что Аркаим это перевалочная база на пути из Восточной Европы в Индию?» пишет в интернете: «Насчет "перевалочной базы" - полагаю, это чистой воды фантазия. Прежде всего Аркаим …один из почти тридцати известных на настоящий момент поселков синташтинско-петровского типа. Это только известно их тридцать, а было явно больше, многие пока не найдены или полностью разрушены в ходе хозяйственной деятельности последующих веков. Потом Аркаим, как и все эти поселки, весьма невелик. Его диаметр всего 160 метров, в его состав входит около 60 жилых помещений, здесь жило не больше тысячи человек - все более крупные оценки его населения совершенно очевидно завышены. Потомки синташтинско-аркаимкого населения, несомненно, продолжили жить в Зауральской степи. Да, их культура постепенно трансформировалась, но тот факт, что петровские, ранне-алакульские и раннесрубные племена Урало-Казахстанских степей и Урало-Поволжья напрямую наследуют и продолжаю культуру Синташты и Аркаима - на сегодня очевидно всем археологам, которые занимаются этой темой. А вот нигде в Индии или Иране не найдено археологического материала, который был бы продолжением синташтинско-аркаимских традиций - продолжением в плане традиций изготовления и орнаментации керамики, бронзолитейного производства, строительства домов, погребального обряда и т.д. Т.е. рассуждения про Индию - это просто последствие приписывания аркаимцам того, что они, якобы, арии - но ни на каких реальных археологических материалах эта идея не основывается». (http://dubna-petrov.livejournal.com/16602.html) Российские археологи и историки, которые на основании «арийской колесницы, реконструированной» по отпечаткам колеса повозки, делают выводы об этнической истории древнейшего степного населения, напоминают мне художника-халтурщика, который по тени от уха кролика рисует для районного музея любимого коня Буденного или Чапаева.

1200 километров от Куры до Волги на арбе. Древние тюрки в 6 тыс. до н.э., одомашнив овцу, козла и быка, собаку и освоив отгонное скотоводство, в течение последующих 2 тысячелетий не покидали свою прародину – юго-западное побережье Каспия. Затем, когда тюркская общность возросла, древние тюрки соорудив двух и четырехколесную повозку (араба), в которые были запряжены волы (ёкюз), в поисках новых пастбищ, двинулись в северном направлении вдоль западного побережья Каспия. Видимо, в южном направлении не было территорий пригодных для скотоводства. Продвигались они медленно и только за тысячелетие они достигли северного Прикаспия. В конце IV тыс. до н.э. часть древних тюрков, покинувших свою историческую прародину в поисках новых пастбищ, переселились на территорию Кумо-Манычской впадины. Здесь, они создали степную курганную культуру (ямная культура). В дальнейшем новые поколения древних тюрков для освоения новых пастбищ приступили к освоению всей Евразийской Степи. Археологи в курганах Южного Кавказа и Евразийской степи находят идентичные повозки. Б.Б.Пиотровский появление первых повозок на Южном Кавказе связывает с зарождением в регионе яйлажного (отгонного) скотоводства. В книге «Археология Закавказья с древнейших времен до I тысячелетия до н. э.» он пишет: «Памятники энеолита дают нам возможность проследить не только численный рост скота в Закавказье, усиление его роли в хозяйстве, но и качественное изменение поголовья в сторону увеличения мелкого рогатого скота. Это изменение состава стада было, по-видимому, связано с изменением самой формы скотоводства, которое начало постепенно принимать полукочевой характер. Пастбища на территории поселения и поблизости от его не могли уже удовлетворять кормовой потребности, и скот приходилось угонять на пастбища, удаленные от места жительства. Естественно, что эта форма скотоводства связана с численным увеличением менее прихотливого и легче передвигающегося мелкого скота, а также с появлением собаки… Использование горных пастбищ предоставляло в условиях того времени неограниченные возможности для роста скотоводства, количественного увеличения стад… Крупный рогатый скот в могильниках Закавказья встречается чаще в последний период бронзового века. Так, в курганах на побережье оз. Гёкча (Севан) были обнаружены целые костяки быков. Быки в то время были основной тягловой силой. Они впрягались в повозки, служившие для перевозки тяжестей. В 1908 г. у сел. Адыйаман, на юго-западном побережье оз. Гёкча был раскопан курган, в котором была обнаружена массивная деревянная повозка, богато украшенная резьбой, в которую были запряжены четыре быка. Колеса этой повозки представляли громадные деревянные диски». К. К. Кушнарева и М. Б. Рысин в статье «Бедено-Алазанская группа памятников Кавказа» пишут: «В результате перенаселенности Южного Кавказа в первую половину III тыс. до н. э. часть куро-аракского населения через перевалы уходит на Север; следы этого передвижения прослеживаются вдоль северных предгорий всего Большого Кавказа; на Востоке они зафиксированы на территории Дагестана и Чечни. Затем выявлено пребывание южных переселенцев в Центральных районах Кавказа — в Северной Осетии и Кабардино-Балкарии». Н.Я. Мерперт в книге «Древнейшие скотоводы Волжско-Уральского междуречья» пишет: «С наличием тягловых животных согласуется и наличие технических средств передвижения — колесных повозок, найденных ныне в самых различных районах Каспийско-Черноморских степей. Таким образом, можно считать установленными как причины, обусловившие перекочевки, так и средства, их обеспечивавшие. И именно переход к кочевым и полукочевым формам с освоением глубинных степных пространств составляет первую тенденцию, первое направление в развитии скотоводства древнеямных племен. Л.И. Авилова в статье «Древнейшая история дорог и транспорта по данным археологии» пишет: «В степном Причерноморье в эпоху раннего бронзового века (III тыс. до н.э.) повозки получили широкое распространение. Современная методика раскопок курганов позволила зафиксировать многочисленные случаи помещения повозок в погребальные камеры. Такие находки известны в степях Восточной Европы: в Прикубанье (курганы у станиц Лебеди, хутора Останний и др.), в Калмыкии, на Нижнем Дону. Оси повозок были неподвижными. Колеса по-прежнему изготовляли из трех толстых досок, в центре была выступающая массивная ступица. Конструкция кузова была гораздо более сложной, чем у первых ближневосточных телег: основой служила рама из массивных продольных брусьев и более легких поперечных…Племена, оставившие эти курганы, были скотоводами и вели подвижный образ жизни, совершая сезонные перекочевки вместе со своими стадами. Поселений со стационарными домами у них не существовало. На повозках скорее всего устанавливали конструкции типа кибиток, состоявшие из легкого деревянного каркаса, покрытого войлоком». Российский исследователь Елена Избицер в статье «Повозка из погребения 32 Большого Ипатовского кургана и одноосные степные повозки эпохи средней бронзы» пишет: «Конструкция повозки из погребения 32 Большого Ипатовского кургана уникальна… Основное ее отличие это дышло А-образной формы. Дышла степных повозок имеют форму рогатки. Дышла А-образной формы характерны для горного ландшафта. В Закавказье повозки с дышлом А-образной формы, современные погребению 32, известны из Триалетского могильника (Borçalu, Южный Кавказ-Г.Г.), а более поздние и повозки, и колесницы из могильника Лчашен (Ördəkli, Южный Кавказ-Г.Г.). Анализ дерева конструкции из по-гребения 32 также указывает на территорию Кавказа или Предкавказья. Впервые в степном погребении найдена повозка, не только изготовленная, но и использовавшаяся в горной местности. Если повозка в погребении 32 была двухколесной, то это первое свидетельство существования двухколесных транспортных средств в конце III тыс. до н. э. на Кавказе. Конструкция из погребения 32 Большого Ипатовского кургана на сегодняшний день уникальна и представляет собой новое и любопытное свидетельство, указывающее на связи между районами степи и Кавказа в эпоху средней бронзы». Советский исследователь П. М. Кожин в статье «К проблеме происхождения колесного транспорта» пишет: « Во второй половине III тысячелетия до н.э. существует, если не формируется, особый региональный тип грузовой горной повозки, сохраняющейся и поныне: это повозки с запряжкой быков, состоящие из платформы-помоста, движущейся на четырех колесах. Особенностью этих повозок является конструкция дышла. Оно состоит из двух массивных, значительной длины брусьев, скрепленных друг с другом под острым углом. К этому углу крепится ярмо, а противоположные, расходящиеся под углом концы брусьев с помощью массивных деревянных шкворней прикреплены к продольным боковым лежням станины кузова таким образом, что передний конец этого треугольного дышла может подниматься и опускаться, оборачиваясь на шкворнях. Сам факт "доживания" подобного типа грузовых повозок до наших дней свидетельствует об очень удачном решении в них основных конструктивных задач, о наиболее полном соответствии между повышением грузоподъемности повозки и ее конструктивной простотой, позволяющей изготовлять эти экипажи в условиях простейших сельских мастерских, а также об удачном применении быков как тягловой силы». М.В. Андреева в статье «К вопросу о роли повозки в погребальном обряде восточноманычской катакомбной культуры» пишет: «Принятые сегодня хронологические рамки манычской культуры - конец III - начало II тыс. до н.э. На территории Калмыкии и Ставропольского края зарегистрировано 28 комплексов с повозками, лишь 2 из которых следует относить к довосточноманычскому времени (конец ямного - раннекатакомбный период). Повозки помещались на дно (реже на заплечики) камер-ям или входных шахт катакомб. Уникален случай расположения повозки в камере катакомбы в Центральном Ставрополье. В могилу помещались как целые повозки, так и отдельные части, например колесо, закрывающее вход в камеру. К настоящему времени в памятниках Калмыкии и Восточного Маныча найдено в 2 раза больше повозок, чем в курганах Ставропольской возвышенности». Российский исследователь У.Э. Эрдниев в статье «Кавказ и калмыцкая степь в эпоху Бронзы» пишет: «Накопленные в последние годы археологические материалы неопровержимо свидетельствуют о хорошо налаженной связи между населением Кавказа и племенами Калмыцкой степи эпохи бронзы. Встреченные в степных курганах каменные ограды (кромлехи), сооруженные вокруг могильных ям, и каменные ящики, в которых погребены покойники, поразительно сходны с кавказскими. К этому выводу нас приводят многочисленные бронзовые и медные вещи, становившиеся к этому времени средствами обмена между племенами Северного Кавказа и нижневолжских степей. По всем данным, Кавказ снабжал древнее население степных районов цветными металлами и металлическими изделиями, часть которых, возможно, изготовлялась самими степняками…Колесный транспорт Калмыкии однотипен с кавказским не только по конструкции, но и по наличию у колес массивных круглых ступиц. В обеих областях колеса изготовлялись либо из трех скрепленных штифтами брусьев, либо, если судить по их глиняным моделям, из цельных сплошных кусков древесины. По мнению лесоводов, повозки, найденные в степях Калмыкии сделаны из бука, который произрастает вблизи степей только на Кавказе. Такое резкое заметное влияние Кавказа на судьбы степной этнической общности, экономической основой которой было скотоводство, объясняется тем, что на Северном Кавказе очень рано сформировалась мощная энеолитическая и бронзовая культура, сложившаяся, в свою очередь, под влиянием стран Древнего Востока». Лингвистический анализ подтверждает значимость колесного транспорта в культуре тюркских народов. Арба: Тюркские языки: Южный Кавказ: азерб. – araba; Передняя Азия: тур. – araba; Восточная Европа (Северный Кавказ): кум. –arba, карач.-балк. – arba, ногай. – arba; Восточная Европа: крым.тат. - araba, гаг.- araba; Восточная Европа (Прибалтика): караим. – araba; Восточная Европа (Поволжье): чув.-urapa, татар. - arba, башк. – arba; Средняя Азия (юг): туркм.- araba, узб. - arava, кирг. – araba; Средняя Азия (север): каракалп. - arba, каз. – arba; Центральная Азия: уйг. – arba; Сибирь (юг): алт.-abra, шор.- abra, хак.- хацаа, тув.- -, тоф.- тэргэ; Сибирь (север): якут. – тэлиэгэ; Кавказские языки: лезгинский – araba*, удинский- araba *, хиналугский - araba *. Финноугорские языки. Восточная Европа (центр): венгерский- kosara, Восточная Европа (Прибалтика): финский- vaunun, эстонский - korvi, Восточная Европа (Поволжье): марийский- тыҥгасорва́; мордовский- krandaz, удмуртский-urobo*; Индоевропейские языки: Европа (северо-запад): английский -bullock cart, французский- chariot; Европа (центр): немецкий- Warenkorb; Европа (юг): итальянский- carrello; Восточная Европа (центр): румынский - cosul, украинский- гарба*; Восточная Европа (Прибалтика): польский- кoszyka, литовский- krepšelis; Восточная Европа (Кавказ) осетинский- уæрдон; Центральная Азия (юг): персидский- arrabe*, хинди- bailagāṛī; Центральноазиатские языки: китайский- shǒutuīchē, монгольский- sags, тунгусский- тэрган; Этимологический словарь Фасмера: русское арба - «длинная четырехколесная телега» заимствована из тур., крым-тат., кыпч., азерб., чагат. araba «телега». *-заимствования из тюркского языка.

Роль тюрков в зарождении евразийского скотоводства. Степи Евразии, протянувшиеся на тысячи километров от Днепра и северных берегов Черного моря далеко на восток, в эпоху энеолита стали зоной распространения скотоводства. Особенность ландшафтов во многом определила специфику хозяйства и культуры в степном поясе Евразии. Известный российский археолог Н.Я.Мерперт в книге «Древнейшие скотоводы Волжско-Уральского междуречья» пишет: «Евразийская степная полоса, на тысячи километров протянувшаяся вдоль север­ных берегов Каспийского и Черного морей, охватившая значительные территории Поднестровья, Поднепровья, Подонья, Предкавказья и По­волжья, уходящая далеко на восток, начиная с глубокой древности иг­рала огромную роль в истории Восточной Европы…Условия ковыльных и полынных степей, переходящих в Прикаспии в полупустыню, резко ограничивали возможности земледелия, которое могло практиковаться лишь на ограниченных участках речных пойм да у кромки лесов. Что же касается скотоводства, то необходимая для его развития кормовая база была здесь практически беспредель­ной, причем наиболее «качественные» участки находились в открытых степных просторах, вдали от рек: там большая насыщенность солью придает кормам особую ценность….Однако использование этих возможностей требовало широкого ос­воения степей. В предшествующий период были заселены лишь поймы пересекающих степи рек и то крайне неравномерно. Основные терри­тории степей — их внутренние открытые участки — не были практически заселены совсем. Широкое их освоение могло начаться лишь с возник­новением подвижных форм скотоводства, когда появилась потребность в таком освоении и возможность осуществления его. Наиболее древней в степной полосе является древнеямная культур­но-историческая область, охватившая в период своего расцвета огром­ную территорию от Южного Приуралья на востоке до Днестра на за­паде. Формирование этой области знаменовало первую ступень широ­кого освоения степей и распространения в них производящих видов хозяйства, прежде всего подвижного скотоводства». По мнению Н.Я. Мерперта Евразийскую степь до появления скотоводов заселяли немногочисленные племена охотников и рыболовов. По этому поводу он пишет следующее: «Небольшие группы, жившие рыболовством, охотой в пойменных лесах и прибреж­ным собирательством, селились, естественно, у самых рек. Сравнитель­но узкие речные долины были местом их ограниченных передвижений и общения друг с другом. Отдельные охотничьи группы могли, конечно, проникать в степь. Но проникновения эти были эпизодичными: ни серьезных стимулов, ни технических (и прежде всего транспортных) средств для освоения степи эти племена не имели. Они возникли лишь с появлением скотоводства и развитием специфических форм его, при­способленных к условиям степной полосы…Заметно вырос­ли и сама ойкумена и степень ее заселенности, что могло быть обу­словлено лишь появлением производящего хозяйства, а в конкретных условиях рассматриваемой территории — развитием скотоводства. По сути дела начался новый этап заселения Нижнего Поволжья и Волж­ско-Уральского междуречья. Лишь начиная с указанных периодов это заселение приняло регулярный характер… При этом в степных областях создавались огромные культурные общности… Сама возможность форми­рования таких общностей в условиях степной полосы появилась, пов­торяю, лишь с распространением производящего хозяйства. Древнейшей же из этих общностей явилась древнеямная…..Основным видом древнеямных памятников рассматриваемой терри­тории по сие время остаются курганы. Они являются одним из ха­рактернейших признаков древнеямных племен в целом и как бы сим­волизируют их появление: более древние курганы неизвестны вообще, а в Волжско-Уральском междуречье неизвестны и более древние по­гребальные памятники. У нас нет сведений о наличии здесь бескурганной традиции…Прежде всего отмечу, что на протяжении длительного периода куль­тура древнеямных племен была не только господствующей, но факти­чески единственной культурой рассматриваемой территории». Ученые выдвигают различные теории об истоках зарождения скотоводства на территории Евразийской Степи. Некоторые исследователи считают, что первыми скотоводами, освоившими эти территории, были индоевропейцы, другие утверждают, что это были индо-иранцы, есть сторонники древнетюркского освоения евразийских просторов. Традиционная российская историческая наука утверждает, что степную скотоводческую курганную культуру создали древние арии - они же индоиранцы, которые после распада индоевропейской общности переселились на территорию Северного Причерноморья и Прикаспия. Затем, индо-иранцы (предки современных индусов, таджиков, персов и др.), прожив тысячу лет в степи, вдруг почувствовали себя неуютно на этой территории, так как поняли, что они более не хотят заниматься скотоводством и хоронить своих близких в курганах, так как их больше привлекает земледелие, а в степи из-за отсутствия воды они никогда не смогут заниматься любимым делом и поэтому, впервые в мире изготовив в Аркаиме и Синташта колесницы, покинули степь и с радостью помчались на юг (индусы) и юго-запад (персы); создавать новые погребальные обряды (кремировать (индусы) и отдавать на съедение птицам (персы) и заняться земледелием. При этом, часть из индоиранцев, будущие киммерийцы, скифы, саки, туры, сарматы, аланы, категорически отказались покидать прародину-Евразийскую степь. И таким образом, оставшиеся в Степи арии (почему-то уже без индусов) ещё четыре тысячелетия (из них: два тысячелетия как степные иранцы и еще два тысячелетия - как тюрки) продолжали быть скотоводами и конными воинами. И всё это продолжалось до того времени пока в XVII веке Степь не была завоевана Российской империей. И, наконец, в XX веке «вождь всех народов» Сталин загнал их вместе с их скотом в колхозы, а ещё через несколько лет Хрущев, новый «вождь и рулевой», заставил их раскопать Степь и сеять здесь пшеницу и кукурузу. Необходимо отметить, что гипотеза о «степных иранцах» в основном построена: - на отпечатках колес повозок из подкурганных погребений в Синташте; - ошибочной трактовке древнеиндийских текстов (Ригведа); - и мнимом сходстве скифского и осетинского языков. Попробуем разобраться в этом вопросе. О развитии скотоводства в евразийской степи по данным археологии: Российский археолог Н.И.Шишлина в своей докторской диссертации «Северо-Западный Прикаспий в эпоху бронзы (V - III тысячелетия до н.э.) пишет, что «носителей ямной культуры можно считать первыми кочевыми пастухами эпохи бронзы. Скотоводческое хозяйство основывалось на подвижном овцеводстве. С развитием новой экономической модели носителей ямной культуры – кочевого хозяйства – началось полное освоение степного Евразийского пояса…Представленный широкий сопоставительный фон позволил, полагаю, оценить специфику местных вариантов многих культур, носители которых поначалу были в Прикаспии лишь пришлыми переселенцами». По её мнению первые скотоводы на данной территории были южане с Кавказа. Н.И.Шишлина пишет: «Зеркальным отражением постоянного притока инокультурных переселенцев с юга является погребальный обряд и инвентарь ямных групп Кумо-Манычской впадины… Ранние восточноманычские памятники связываются с южными районами… Интерьер могильных ям – растительные циновки на дне, стенах и перекрытиях могил. Стены укреплялись деревянными решетчатыми конструкциями в виде плетня или короба; на дно укладывали подушки, набитые травами; сложные деревянные конструкции. Возможно, как и в ямной культуре, для перекрытий и обкладки стен могил могли использоваться борта повозок или деревянные «двери» жилищ. Основное положение скелетов – вытянуто на спине, руки протянуты вдоль туловища… Краниологический материал из погребений Северо-Западного Прикаспия имеет соответствия в палеокраниологических материалах Кавказа и Ближнего Востока, представляя южных европеоидов… Схема освоения Северо-Западного Прикаспия и развития природной среды рассматривается в хроноинтервале 4500-2000 лет до н.э.». Известный советский археолог В.Н. Даниленко в книге «Энеолит Украины» пишет: «ни Донеччина, как это предполагал Д. Я. Телегин, ни обширный ареал, простирающийся от Средней Азии до Среднего Дона, как думала М. Гимбу­тас, не могли быть эпицентрами сложения древ­неямной культуры…Эпицентром сложения древнеямной культуры могла быть только зона древних степей, лежащих к северу от Кавказа — между Прикаспием и Азовским морем… Кавказ, особенно степные районы Предкавказья, играли большую роль в судьбах энеолитического населения Юго-Восточной Европы. Около средины IV тысячелетия до н. э. вся восточная половина Юго-Восточной Европы превратилась в мощный миграционный эпицентр. Первопричиной этого процесса, по нашему мне­нию, является возникновение в Предкавказье осо­бой формы скотоводческой культуры, принципиаль­ным достижением которой было приручение коня, использование его для верховой езды и обслужива­ния стад, в составе которых численно преобладал мелкий рогатый скот». А вот что пишет об этом российский учёный А.М.Хазанов в книге «Кочевники и внешний мир»: «Пастушеское и даже, возможно, полукочевое скотоводство, особенно в их яйлажных вариантах, появились очень рано в горных районах Ирана и Южного Закавказья, не позднее III тыс. до н. э… Северная степная зона Центральной Азии не знала производящего хозяйства до второй половины III тыс. до н. э…Далее на восток появление производящего хозяйства в Южной Сибири впервые прослеживается только в афанасьевской культуре второй половины III тыс. до н. э. Неолитические обитатели Монголии и Забайкалья были не кочевниками, а охотниками и собирателями…Очень вероятно, что переход к кочевому скотоводству во Внутренней Азии связан с какими-то давлением или импульсами с запада». Украинский исследователь А. Л. Нечитайло в статье «Трансрегиональные связи степей в эпоху металла» пишет: «Особое место в системе древних связей жителей степи занимал Кавказ, народы которого были связаны с великим поясом Евразийских степей, начиная с мезолита и неолита. Устойчивость и наращивание во времени этих связей, четко прослеживаемых археологически, показывает их важную роль в жизнедеятельности степных племен. Под связями подразумеваю все виды и формы отношений между контактирующими группами, включая взаимовлияния, обусловленные прямыми и опосредованными контактами, волны миграции, несущие традиции одной из исследуемых культур в другую, и иные проявления. В раннем энеолите группы племен, освоившие подвижные формы скотоводства, способствовали распространению на больших пространствах не только отдельных культурных элементов, но и культурных общностей… Кавказское направление связей было активным и постоянным на протяжении всей истории племен восточноевропейских степей. Своими корнями эти контакты уходят в мезолит, и уже в энеолите они формируются как весьма устойчивые. В последующее время, а именно в период ранней и средней бронзы, они становятся настолько значительными и многоплановыми, что могут считаться необходимым компонентом исторического процесса контактирующих обществ». Российский ученый Л.С. Клейн считает, что в далёком прошлом время от времени «некоторые коренные скотоводческие районы (наиболее близким к территории Ямной культуры был кавказский скотоводческий регион -Г.Г.) превращались в своего рода котлы, из которых то и дело выкипало содержимое, растекаясь все новыми и новыми волнами, выбрасывая фонтаны, брызгая и заливая всё далеко вокруг. Кипящим варевом в этих котлах были подвижные скотоводческие племена, находившиеся в состоянии постоянного движения и общения, — это приводило к этническому перемешиванию и нивелированию внутри котла. Огнём, который поддерживал в этих котлах температуру на точке кипения, было развитие экстенсивного скотоводства. Стенками котла служили природные рубежи района, богатого пастбищами, — лесные массивы, горы и моря…Обстановка внутри этих «котлов» обусловливала возникновение миграций, а обстановка вокруг «котла» в значительной мере определяла их характер…Частые военные схватки приводили к возникновению обширных военных объединений, военных союзов племён; выживали более мощные военные союзы, слабые гибли. Но иногда даже силой всего союза далеко не просто было заставить соседей потесниться и кого-то ещё, в свою очередь, потеснить. В тех случаях, когда такие попытки кончались неудачей, союзу не оставалось ничего другого, как подняться с обжитых земель и прорываться сквозь земли других союзов, близких по культуре и чуждых, в дальние неизведанные края на поиски подходящих для пастбищ земель, заселенных слабо или заселенных слабыми. Недоступность и непригодность смежных земель была основной причиной такого характера этих миграций, а подвижность скотоводческих племён и наличие опыта дальних военных походов создавали для этого дополнительные предпосылки». По словам Л.С.Клейна «в те времена это (черноморско-каспийский степной район-Г.Г.) был огромный мир пастбищ, широко открытый инвазиям и передвижкам во всех направлениях. Здесь просто не мог возникнуть «котёл», способный послужить генератором народов». Археологи выявили, что основу хозяйства первых скотоводов евразийской степи (древнеямников) составляли овцы. Н.Я.Мерперт пишет: «Можно с достаточным основанием говорить и о том, что в скотоводческом хо­зяйстве древнеямных племен первое место принадлежало овцеводству (87% от числа костей домашних животных). Число найденных костей овец в 10 раз превышает число костей быка. И в данном случае вряд ли можно ссылаться на «характер культовых представлений», посколь­ку кости быка все же встречаются и, следовательно, присутствие их в погребениях не исключалось этими представлениями. В этом аспекте оба вида домашних животных — овцы и коровы — находятся в одина­ковом положении, поэтому цифры, характеризующие находки их костей, вполне сравнимы. Сравнение же это совершенно определенно свидетель­ствует об абсолютном преобладании овец. Особая роль их в древнеямном стаде вполне соответствует условиям рассматриваемой территории, значительную часть которой занимали засушливые степи, а на юге — и полупустыня. Овцы более всех прочих видов домашних животных приспособлены к жизни в подобных условиях. Неприхотливые, доволь­ствующиеся даже скудной растительностью полупустынных и пустын­ных районов, овцы давали обильный приплод и легко переносили дале­кие перемещения по безводным пространствам. Заметное преобладание их в древнеямном стаде само по себе является одним из показателей подвижных форм скотоводства». Археологи выявили, что овцы составляли абсолютное большинство в хозяйстве южнокавказских скотоводов. Известный российский ученый Б.Б.Пиотровский в книге «Археология Закавказья с древнейших времен до I тысячелетия до н. э.» пишет: «Появление скотоводства Закавказье следует отнести к чрезвычайно отдаленному времени, во всяком случае, к периоду, лежащему за пределами известной нам энеолитической культуры. При раскопках жилищ древнего поселения у Ханлара (Южный Кавказ -Г.Г.) было обнаружено большое количество трубчатых костей, расколотых для извлечения костного мозга. Все кости оказались принадлежащими домашним породам скота, из них определены кости овец, коз и крупного рогатого скота. Обнаружены также кости лошади…Летопись Сардура указывает, что за два похода в Закавказье из страны Эриах, расположенной в районе к северу от горы Арагац (Алагёз-Г.Г.), было угнано 23 194 головы крупного рогатого скота и 63 420 голов мелкого рогатого скота (в клинописном тексте даны идеограммы "быка" и "овцы"); Эти данные отчетливо отмечают большое количества мелкого рогатого скота, по числу почти, что втрое превышающее количество крупного рогатого скота». Археологи отмечают, что на западе Евразийской равнины (трипольская культура) и на Северном Кавказе (майкопская культура) основу скотоводства составляло свиноводство. Н.Я.Мерперт пишет: «Особенна характерно здесь обилие в стационарных поселках костей свиньи, кото­рая в трипольской культуре составляла свыше 30%, а в майкопской — 50% стада. В древнеямных погребениях рассматриваемого варианта костей свиньи нет совсем. Нет их и в погребениях других территорий. Проф. В. И. Цалкин справедливо заключает, что общее значение свиньи в хозяйстве древнеямных племен было ничтожны». Геродот пишет о потомках древних скотоводов- скифах следующее: «Свиней они не приносят в жертву и вообще не хотят разводить этих животных в своей стране». В.Н.Даниленко: «В зависимости от конкретных условий в ареа­лах названных этнокультурных областей преобла­дали различные формы скотоводства: в прикаспий­ском ареале — разведение мелкого рогатого ско­та, в части кавказского (Майкоп-Г.Г.) и крымского ареалов — свиноводство, в Приазовском и Днепровском ареа­лах — разведение крупного рогатого скота». Как известно основным видом древнеямных памятников Евразии являются курганы. Н.Я.Мерперт пишет: «Они являются одним из ха­рактернейших признаков древнеямных племен в целом и как бы сим­волизируют их появление: более древние курганы неизвестны вообще, а в Волжско-Уральском междуречье неизвестны и более древние по­гребальные памятники. У нас нет сведений о наличии здесь бескурганной традиции. Сколько-нибудь заметной смены традиций здесь не было, и история погребального обряда и погребальных сооружений начинается в этом районе с кур­ганов и индивидуальных захоронений при скорченном положении пог­ребенных. Погребальные памятники дали основной материал для изучения древнеямных племен Заволжья и их культуры. Материалы поселений известны гораздо меньше, и вопрос о них до сих пор в значительной мере остается открытым, что нельзя объяснять невниманием к этой категории памятников. Ряд поселений относился к более раннему периоду и принадлежал «небольшим группам древних насельников — охотников- рыболовов», предшествовавшим формированию скотоводческих древнеямных племен. Курганы исчисляются тысячами. Рас­копана, естественно, лишь незначительная часть их. Кроме того, необ­ходимо учитывать следующее обстоятельство. Многие курганы «функ­ционировали» тысячелетиями». Задолго до степных курганов впервые курганная культура появилась на Южном Кавказе. Археологи выяснили, что свыше шести тысяч лет тому назад, примерно, в первой половине IV тысячелетия до н.э., синхронно с появлением в этом регионе яйлажного скотоводства, здесь появились подкурганные погребения, которые просуществовала до распространения на Кавказе новой религии-ислама (VІІІ век). Родовые кладбища скотоводов обычно были приурочены к определенным местам, чаще всего к зимникам, которые могли располагаться далеко от сезонных стоянок. Поэтому для некоторых древних культур находки, сделанные при раскопках могил, являются практически единственными материалами для реконструкции их образа жизни, определения времени и историко-культурного облика. Сооружая могилу, древние люди имели в виду жилище для своего сородича, ушедшего, по их представлению, в загробный мир. Как правило, курганы располагаются группами, часто довольно большими (до нескольких сотен). Такие группы курганов называются могильниками. Тюркское слово «курган», означает строение, сооружение. Возник от тюркского слова «курмаг»-строить. Французский археолог Бертиль Лионе в статье «Археологическая разведка и раскопки в Западном Азербайджане: изменения видов поселений и отношение к окружающей местности с неолита до эпохи бронзы» пишет: «В 2006 мы обследовали 9 курганов могильника эпохи позднего халколита, обнаруженного в Союг Булаге (Акстафинский район). Мы нашли исключительно богатое захоронение с медным кинжалом, каменным скипетром, черепом копытного животного и более 150 бусинами из камня и металла (золото, серебряные сплавы, лазурит, сердолик и т. д.). В другом захоронении было найдено медное шило и 3 кольца, содержащих сплав серебра, в то время как другой курган содержал несколько других видов бусин…Открытие могильника в Союг Булаге не только отодвигает возникновение курганных захоронений в Закавказье на более чем тысячу лет назад, но также и может служить доказательством существования в то время мигрирующих групп населения». Советский археолог С.С.Черников еще в 1951 году писал: «курганные могильники, в большей своей части относящиеся к эпохе ранних кочевников, группируются преимущественно в местах, наиболее благоприятных для зимнего выпаса скота (предгорья, долины рек). Их почти совершенно нет в открытой степи и в других районах летних пастбищ. Обычай хоронить своих покойников только на зимовках, существующий до сего времени у казахов и киргизов, несомненно, идет из глубокой древности. Эта закономерность в расположении курганов поможет при дальнейших раскопках определить районы расселения древних кочевых племён». Как известно в исторической науке до сих пор дискутируется вопрос об этноязыковой принадлежности племен-носителей курганной культуры. Одни исследователи приписывают ее индоевропейским племенам, другие связывают ее со «степными иранцами», третьи — с хуррито-урартскими, кавказско-картвельскими и, возможно, пранахско-дагестанскими племенами и т.д. Этнокультурное различие погребальной обрядности южнокавказского населения (прототюрки), наиболее яркое отражается именно в курганных захоронениях. В этом мы можем убедится сравнивая основные черты и детали погребальной обрядности вышеупомянутых народов и племен (иранцы, пранахо-дагестанцы, правайнахцы, хуррито-урарты, кавказо-картвелы и др.) отраженных в синхронных археологических материалах. Например, по мнению некоторых исследователей у предков современных северо-кавказских народов (чеченцы, ингуши) в древности были разнообразные погребальные сооружения (каменные ящики, склепы, ямы, перекрытые каменными плитами - в горах; ямы, перекрытые деревом, гробницы, сложенные из бревен и перекрытые деревом - в предгорьях), которые были широко распространены здесь с III тыс. до н.э. Дагестанские народы, издревле проживающие на севере Южного Кавказа в основном хоронили своих сородичей в грунтовых ямах. Например, дагестанский исследователь Бакушев М.А. пишет: «Проведенное изучение погребальных комплексов показывает, что ведущим типом погребального сооружения на территории Дагестана в исследуемый период (III в. до н.э.-IV в. н.э. –Г.Г.) являлась простая грунтовая могила (яма), иногда окруженная кольцом или полукольцом из камней, иногда с частичной обкладкой могилы камнем, нередко с перекрытием из каменных плит. Грунтовые ямы представлены двумя основными в плане формами - широкими овальными и прямоугольными и узкими удлиненно-овальными и удлиненно-прямоугольными». О погребальном обряде иранцев написано очень много книг и специальных статей. Например, известный российский ученый Л. С. Клейн в книге «Древние миграции и происхождение индоевропейских народов» пишет, что курганные захоронения резко отличаются от иранских, так как не имеют ничего общего с типично иранской заботой «о предохранении мертвых от соприкосновения с землей…Вообще преобладающие погребальные обычаи маздаистского характера у иранцев исторического времени это «башни молчания», астоданы, оссуарии, скармливание покойников собакам и птицам, срезание плоти с костей и т. Известный российский исследователь И.В.Пьянков в статье «О погребальном обряде бактрийцев» на примере бактрийцев подробно описывает погребальный обряд древних иранцев. Он считает, что у всех древних иранцев до принятия ислама был единый обряд захоронения умерших родичей и пишет об этом следующее: «Является ли погребальный обряд бактрийцев и их соседей каким-то исключительным, изолированным феноменом или представляет собой частный случай более широко распространённой, этнически обусловленной посмертной обрядности? Я уже пытался дать ответ на этот вопрос в своих предшествующих работах поэтому ограничусь здесь лишь кратким пересказом полученных мною результатов. Обряд «выставления», когда труп выставляли на открытом месте, чтобы собаки или птицы оставили от него лишь голые кости, являлся важнейшим определяющим признаком обширной этнической общности, известной в античных источниках ахеменидского и эллинистического времени как Ариана. …Археологически обряд «выставления» фиксируется полным отсутствием могильников и частыми находками в пределах поселений — в мусорных ямах или в развалинах старых строений — отдельных человеческих костей, обглоданных животными. Иногда встречаются скорченные погребения в ямах под полами домов или во дворах. Потомки носителей культур этого круга продолжают придерживаться своего погребального обряда и позже, вплоть до распространения ислама, хотя теперь у некоторых из них наблюдается стремление как-то сохранить очищенные кости своих покойников: так появляются оссуарии и мавзолеи... Сходство зороастрийского похоронного обряда с описанным здесь бактрийским в основных моментах действительно велико…У бактрийцев и других центральных иранцев, судя по археологии, для каких-то категорий покойников существовал особый способ захоронения — скорченные трупоположения в ямах под полом дома и во дворах. В «Видевдате» и у поздних зороастрийцев этот способ превратился во временное захоронение, допустимое, но чреватое осквернением почвы и дома…Конечно, в страны бактрийцев и других центральноиранских народов проникал и собственно зороастрийский погребальный обряд, т.е. обряд, свойственный каноническому зороастризму, выработанному в среде магов (другого зороастрийского канона мы не знаем). Хорошо известно, что маги выполняли жреческие функции у этих народов в эпоху Ахеменидов, а затем при Аршакидах и Сасанидах — в той мере, в какой эти народы входили в пределы соответствующих держав. Да и за их пределами, например, у согдийцев поздней древности маги с их храмами огня играли большую роль. Но погребения, совершённые в Средней Азии по обряду магов, нелегко отличить по археологическим материалам (по которым только и можно о них судить) от погребений, совершенных в соответствии с дозороастрийскими народными обычаями (как уже было отмечено, даже реальный погребальный обряд сасанидских персов, у которых зороастризм магов был государственной религией, практически не отличался от погребального обряда древних бактрийцев). Возможно, что об усилении влияния зороастризма магов в центральноиранском этническом ареале свидетельствует появление там (в наименьшей мере — в Бактрии) оссуариев (хумов и простых ящичных, не статуарных). Приход Спасителя и будущее воскресение предусмотрены учением самого Зороастра, а гарантией индивидуального воскресения являются кости умершего, которые поэтому нуждаются в более бережном отношении. Другим важным признаком служит появление дахм классического типа в сасанидское, а на востоке — в кушано-сасанидское время. Итак, бактрийский обряд «выставления» является специфической чертой, важным этноопределяющим признаком центральноиранских народов — этнической общности, которую можно называть и «народами Арианы», «авестийским народом» и т.п. На основе этого обряда сформировался зороастрийский обряд». Российский исследователь С.В.Величкин в книге «Праздники и обряды Индии» пишет: «Тело умершего индусы сжигают на погребальном костре. Умершего обмывают («мритснан»), одевают в новую одежду (или обертывают материей) и привязывают к носилкам. Похоронная процессия направляется на место сожжения («шмашан»), которое, как правило, расположено у воды. Часто тело вместе с носилками окунают в воду - совершают последнее ритуальное омовение. Затем покойного отвязывают от носилок, снимают одежду или материю (ее отдают служителям шмашана), укладывают на погребальный костер головой к югу, после чего тело обкладывают толстыми дровами, щепками и соломой. Раздают заранее приготовленную ритуальную еду (чаще всего это рис): часть - служителям шмашана, часть скатывают в шарики и бросают духам, а часть символически подносят усопшему. Жрец пением ведических мантр старается умилостивить бога смерти Яму и отогнать злых духов. Главный плакальщик, в роли которого выступает старший сын (или самый близкий родственник покойного по мужской линии), берет в руки зажженный факел (чаще всего палку с пучком горящей соломы на конце), читая молитву, обходит костер по часовой стрелке 3-7 раз и поджигает у головы покойника. На третий день после кремации близкие родственники выбирают из кострища кости и пепел и с соответствующими церемониями опускают их в реку. После смерти члена семьи родственники покойного оказываются на некоторое время в состоянии осквернения («мриташауч») и должны совершить очистительный обряд». Комплекс этнокультурных элементов волго-уральских «древнеямников» почти без изменений сохранялся в быту и культуре всех тюркоязычных народов Евразии вплоть до вхождения в состав Российской империи: Среди этих специфических черт отметим следующие: 1) курганная насыпь; 2) захоронения в срубах, деревянных колодах, на повозках; 3) войлочная или камышовая подстилка в могиле; 4) сопровождение усопшего жертвенными конями или овцами; 5) подвижный скотоводческий быт; 6) употребление в пищу конины и кумыса; 7) войлочные временные жилища — стоянки. Так, например, российские исследователи В.Я. Петрухин и Д.С. Раевский в книге «Очерки истории народов России в древности и раннем Средневековье» пишут: «Со второй половины VI— VII вв. тюрки хоронили свою знать (мужчин и женщин) под курганами (само слово курган имеет тюркское происхождение) в сопровождении коня (иногда его чучела, когда мясо убитого животного приносилось в жертву богам, а голова и конечности покрывались шкурой). Тюрки сооружали также поминальные комплексы, не связанные прямо с погребением; поминальные комплексы каганов включали целые храмы (в Туве раскопан такой храм в виде восьмиугольной юрты), у рядовых воинов — каменные оградки; характерной чертой тюркской поминальной обрядности была установка балбалов и статуй — «каменных баб», — включавших и женские, и мужские изображения предков с восточной стороны от культовых оградок. Памятники тюркской раннесредневековой культуры известны во всей евразийской степи, от Тувы до Подунавья; конечно, они различаются по стилю, вариантам обряда и т. п., как различались по культуре и разные объединения тюркских племен». Российский автор Плетнёва С. А. в книге «Кочевники южнорусских степей в эпоху средневековья (IV—XIII века)» пишет: «Что же остается археологам от культуры кочевников? У них не было ни постоянных становищ, ни неизбежно возникавших около них родовых кладбищ. Хоронили они своих мертвых, как правило, в крупных насыпях-курганах предыдущих эпох — эпохи бронзы или скифской. Таких курганов по степям было рассыпано тысячи, и возле каждого кратковременного стойбища, и на маршруте перекочевки всегда попадалась подходящая насыпь для сооружения в ней могилы. Такие могилы были недоступны вражеским грабителям, — найти их в покрытых высокой травой курганах было почти невозможно. Однако для сокрытия погребений богатых и знатных покойников, сопровождавшихся массой дорогих вещей, применялись и более кардинальные приемы. Так, нередко могилы вырывали в открытой степи или даже на дне отведенного в сторону русла реки. После совершения всех необходимых обрядов могилу тщательно засыпали и заравнивали: в степи покрывали дерном и прогоняли неоднократно табуны лошадей, а реку вновь направляли в старое русло… Для всех степных народов характерны какие-то общие черты как в погребальной обрядности, так и в наборе сопровождавшего инвентаря (оружие, сбруя). Поэтому у каждого народа, обитавшего в степях на протяжении более 1500 лет (в основном в эпоху средневековья), можно найти особенности, сближающие их друг с другом… Представляется очевидным, что прикаспийские и заволжские степи были охвачены такими же бурными этногенетическими процессами, какие прослеживаются по всей степи вплоть до Дуная. Характерно, что ни один из ранее средневековых авторов, писавших о степных народах того времени, ни разу не упомянул ни сармат, ни алан. Очевидно, они просто "растворились" в массе тюркоязычных этносов, хлынувших в восточноевропейские степи». Продолжение следует

Опыт предисловия. К книге Лапенкова В. Б. «История нетрадиционной ориентации. Легенды и мифы всемирной истории».Чего только не учудилося на Святой Руси всего за какое-то столетие! Как нас, горемышных, не кидало. Всего 89 лет тому назад были мы подданными царя — нашего батюшки. А потом сделались в одночасье все до единого убежденными атеистами, подданными страхолюдных комиссаров в черных кожанках. Сперли комиссары кожанку, предназначенную для летчиков. Напялили то, в чем предполагалось летать к небесам, и, нарядившись, ткнули немытым пальцем в иконы: «убрать эту грязь!» Уже есть от чего закружиться головке…А потом что мы делали? Легче сказать, чего не делали. И на Луну летали, и на Таймыре кукурузу выращивали, и негритянских вождей учили на вождей пролетарской диктатуры, и боролись с зимой, которая всякий раз подкрадывалась незаметно, хоть и видна была издалека. Были подданными Российской империи. Стали советским народом. Потом опять россиянами, но уже какими-то совершенно другими… В общем, обалдели мы от всего этого. Головокружения от швырков в разные стороны. От масштабов сюрреализма всякого рода. Кружатся головы и, порой, даже как-то повреждаются. Слишком многие уже и не очень понимают, кто они вообще такие; То ли россияне, то ли древние арии. Ученые называют это красиво: «кризис самоидентификации». Звучит красиво, почти как «делириум тременс». Но смысл почти такой же грубый, как в «белой горячке»: не знают люди, кто они сами такие. Не в силах себя определить. И ходят по Руси самые невероятные истории про самих себя, одна другой фантастичнее. И правда: если можно заделаться комиссаром, то почему арийцем нельзя? Или атлантом? Если посреди русского города ходят бритые типы в оранжевых одеждах, больше всего похожих на ночнушки, и распевают про «харю Кришны», почему нельзя про Перуна? Перун даже как-то ближе и симпатичнее, потому что понятнее. Давно было пора посмотреть на творящееся безобразие в свете старого доброго разума. Навести порядок хотя бы в одной, отдельно взятой голове. Как говорят англичане, назвать кошку кошкой… Ну, а безумие — безумием. Профессиональные историки, видите ли, не желают заниматься этими мифами… А. Буровский http://e-libra.ru/read/341060-istoriya-netraditcionnoj-orientatcii-legendi-i-mifi-vsemirnoj-istorii..html

Две восточные притчи и проблема «алтайской» прародины тюрков. Когда я читаю исследования некоторых авторов, которые пишут об «алтайской» прародине древних тюрков у меня невольно возникают некоторые ассоциации с различными восточными притчами. С двумя такими притчами я хотел бы сегодня ознакомить форумчан. Например, взаимоотношение исторических «скифов» и древних тюрков, в изложении сторонников «алтайской гипотезы», мне напоминает известную восточную притчу-анекдот, о нечестном мяснике, которого обвиняют в обвесе клиента. Когда мясника по жалобе обманутого на целых два килограмма клиента вызывают к судье, то мясник в своё оправдание пытается убедить судью, в том, что он ни в чём не виноват, так как с утра на своих весах очень точно взвесил заказанное мясо и заранее приготовил его для клиента. Однако, к сожаленью, в дальнейшем мясник так увлекся работой, что не заметил, как его кот- воришка съел два килограмма чужого мяса. Но когда пойманного кота по приказу судьи взвесили и выяснили, что он всего весит два килограмма, то тогда судья задал обманщику-мяснику естественный вопрос: «Объясни нам, если перед нами твой кот, то где находится мясо клиента, а если перед нами мясо клиента, то где твой кот?». Я тоже, в свою очередь, хочу спросить у сторонников «алтайской гипотезы», ответьте мне, пожалуйста, если все археологические культуры на территории Евразийской степи от Дуная до Китайской стены, включая территорию Алтая и Монголии, многие тысячелетия вплоть до первых веков н.э. принадлежали «ираноязычным» скотоводам, то укажите, какие археологические культуры в указанное время на территории Алтая принадлежали не менее многочисленной тюркской языковой общности? О том, что тюркская общность на указанной территории была весьма многочисленной можно делать вывод на основании ваших же утверждений о том, что в начале н. э. тюркская общность именно на Алтае начала распадаться и затем, отделившиеся от этой общности народы, тут же устремились на «вожделенный» Запад, круша и уничтожая все «цивилизованные» государства и народы, вплоть до берегов Дуная. Вполне, естественно, что распадаются на отдельные мелкие ветви и могут победить всех и вся только очень большие и сильные общности. Если это так, то объясните, пожалуйста, каким образом «ираноязычный» непобедимый воинственный народ «проглядел» на своей территории зарождение и быстрое развитие другого весьма многочисленного и воинственного народа, который, начав распадаться, в короткое время изгнал из Степи всех до единого «ираноязычных» воинов с их семьями и многочисленными соплеменниками? Как смог этот «внезапно возникший» народ полностью искоренить на огромной территории многотысячелетний степной «иранский язык»? Необходимо отметить, что если лингвисты, даже сторонники «алтайской гипотезы», как главную особенность языка современных тюркских народов, населяющих Алтай и Южную Сибирь, указывают на отсутствие в этих языках какого-либо намёка на древние языковые контакты с иранскими народами, то археологи, сторонники «алтайской» гипотезы, утверждают, что наследниками всей материальной культуры «ираноязычных» насельников Алтая и всей Евразийской Степи являются современные тюркские народы. Вот только, непонятно как могли древние предки алтайцев, тувинцев, хакасов, шорцев, тофаларов и многих других современных тюркских народов Сибири, тысячелетиями живя бок о бок с «ираноязычными» народами не вступать с ними в какие-либо языковые контакты и при этом умудриться полностью усвоить их духовную и материальную культуру. При этом, особо следует отметить, что доблестные «ираноязычные» воины, убегая на Запад от тюркских «варваров» успели на ходу усвоить и пополнить свой словарь многими тюркскими словами (верблюд, бык, кумыс и т.д.). А далее, этот народ, предки которого в своё время, с позором изгнали из Степи непобедимые войска Дария, после многовековых скитаний, так по версии некоторых академиков, сторонников «алтайской гипотезы», в конце концов, нашёл спасение только высоко в горах Кавказа. И тут же при этом забыл Степь и все свою тысячелетнюю культуру и обычаи (сооружать курганы, разводить лошадей и овец, жить в юрте, есть баранину, пить кумыс и т.д.). А совсем не понятно почему они название лошади, животное, особо почитаемое всеми степными народами, поменяли на новое слово, которое усвоили в горах у местных горцев. И тут у меня невольно возникает один вопрос: а возможно ли всё это? Затем, я себе задаю другой вопрос: а может быть, это действительно так и было? Ведь всё это не одно десятилетие утверждают не дилетанты какие-либо, а весьма почётные учёные. А так в целом, вся это история об « ираноязычных» степняках напоминает мне другую восточную притчу-сказку о громадном Джинне-волшебнике, заточённом по воле злых сил в старой лампе Алладина. Только в современной «сказке», сторонников «алтайской гипотезы», роль лампы Алладина отводится Кавказским горам. Если среди форумчан есть любители восточных притч, то они смогут ознакомиться с ними, прочитав другие главы моей книги «Прародина тюрков». Другая новость, которую я хотел сообщить моим будущим читателям заключается в том, что новая книга, над которой я работаю, во многом будет отличаться от других исследований по данной проблеме. Прежде всего, отдавая должное всем многочисленным исследователям, которые много трудов и сил потратили для решения вопросов этногенеза тюркских народов, с большим сожаленьем, хочу отметить, что в последние 50 лет многие тюркологи невольно замкнулись на решении в основном этимологических проблем. Между тем, хорошо известно, что в древности тюркские народы в зависимости от политической и военной ситуации (поражение или победа в войне, мирная или насильственная смена вождя, склонение вождей близких и дальних государств к заключению различных брачных союзов и т.д.) часто вынуждены были менять свои этнонимы и называться по новому. Многочисленные иностранные историки (ассирийские, греческие, латинские, китайские, византийские, арабские, грузинские и многие другие), писали свои исторические хроники, в первую очередь, для возвеличивания своих государей и своего народа. Иногда они, с этой же целью, используя фонетические особенности своих языков, писали различные истории из реальной и выдуманной жизни своих близких и далёких «варварских» соседей. Поэтому не секрет, что в различных исторических летописях в разное время и на разной территории одни и те же тюркские народы названы под различными именами.