.jpg.7fcef5743f3a8c8d2c424f814ecbba0c.jpg)
Эда F
-
Публикации
10105 -
Зарегистрирован
-
Посещение
-
Days Won
27
Все публикации пользователя Эда F
-
хеч менимки де баладжа дейил ) гирмир дейирсен? .... не пис олду...попробуй предложить взятку. )
-
пожизненно )
-
сен нийе йатмырсан?)
-
работаю. Я в 5 ложусь, ну или в 4.47.. )
-
но уйду., раз обещала )
-
Салам, Чем. не получается.. пока..
-
нормально., но удивительно. азерб-ский литературный и разговорный сильно отличаются. правильный из них ест-но, литературный. разговорный язык искажается разными диалектами, может потому и не понимаете. что удивительного в том, что вы лучше понимаете пафосный язык? а то, что обычно происходит наоборот., быстро и лучше усваивается некнижный язык, потому как он не содержит сложных слов арабского-персидского и турецкого происхождения.
-
1 Самая гениальная тема года (тут и далее в подобных номинациях победа присуждается автору) Темы Тестера Первого в СИ. Эту категорию предлагаю переименовать на "Интересную". (гениальная и есть интеллектуальная с незначительным отличием). А интересных тем немало. Моя обожаемая тема, улетная тема Вендена "На все времена". Зачем? (Оруджев). Личное пространство (Маэстро) Хочу понять (Самик) Свадьба без невесты (Ахмед). Форумчане в картинках (старая тема, но с подключением Маэстро она ожила).- она напоминает Угадай форумчанина по картинке. Всех путевых м.разобрали (Ахмед) Широко шагает Азер. (Вест) Шикарная тема Асириса за 2013 г. Построй Баку в воспоминаниях. 2 Самая интеллектуальная тема года "Y хромосома заявила о своих правах" и некоторые др. темы Платона ли, Замана ли… были также хорошие темы Хагани, в прошлом г. 3 Самая бессмысленная или странная тема года о, есть такие..есть..искать не стала. ну такие, типа: ялюбила - оннелюбил, яхотела – оннехотел, какойнехороший.. 4 Самая классная игра года. Титул присуждается и ведущему игры не знаю, не играла никогда. Могу указать конкурсы Ари. Она прирожденный организатор. 5 Самая креативная тема года (загляните в Арт-галерею, Литературу, Поздравления, мало ли где ещё может быть креатив) заглянула. Мне нравятся мои темы в Литере и в Арт ("Стили". не креатив, но информативная тема) Мое пространство Аришина и интервью Ахмеда (хоть и прошлогодняя темка, но она же развивается) тоже весьма креативные и интересант. 6 Самый-самый классный юзер года Чем, Спасатель, Бакылы, Аристократ. 7 Самая-самая классная юзерша года Ариша, Маруся, Амелик, Колючга. 8 Самый классный модератор, супермодератор или админ года Маэстро, Вест, Занги. 9 Самая классная модераторша или админша года Ари, Скорпи 10 Звезда года, душа форума, заводила компаний и прочих радостей-разговоров. Маэстро, Ахмед, Ари, Вест (можно и КК в их ряды записать – за его юмор. правда, то, что не думает он более – настораживает малость, но! не наша это печаль, пожелаем ему доброго здравия и пойдем дальше) 11 Краса года Ангел Бено.(и классная к тому же) 12 Неожиданность года Клин всплыл. Лоббист ушел в подполье. 13 Лучший админ форума - тут все предлагают Эльхана, остальное будет жестоко репрессироваться) Берр 14 Ловелас года Таких у нас нет. тут все строго женатые, у всех всё по закону и документировано, тоже строго и безнадежно, так что ловеласы тут не водятся. 15 Мифолог года ваще не поняла…могла бы указать троих из башабэла соседей, чтоб графа не пустовала, да не охота... 16 Секси юзер(-ша) года несомненно Оса 17 Возвращение года Оруджев, Спасатель, Помидор. 18 Автор самого классного флуда года разве вспомнишь?... 19 Знаток итогов года. Победитель будет определяться по активности участия в подведении итогов. --- Были интересные юзеры, не могу не отметить: из Украины, Патрик, Суфий, Гюля (все реже и реже заходит), Иеро (отличный блоггер, любила его читать, и уважала за нестандартный образ мышления и непопулизированную логику). За этот год самый читабельный блог был у него., лично мое мнение..имхошное такое ИМХО. Вот так. Я опять не по регламенту (указать строго по 3 не получилось), и не конкретно, особенно по темам, но таков мой ответ. ) Я не все сказала. Есть еще юзеры, которых считаю Классными, но это не для ваших глаз/ушей. ))
-
в ресторане. заказали роллы, овощной салат, бразильское мясо, разные гарниры, коктейль (увы, название не запомнила), пудинг шоколадный.
-
Я после этих Оттенков так насытилась эротикой, что щас любой другой фильм с невинными "моментиками" смотреть уже не могу, встаю ухожу или переключаю. перебрала..
-
Попрощаемся с Серым. au revoir!
-
На русском и с др.актерами. ну, Ана тут никакая…
-
Его юность. Элена., стильная, холеная, породистая Элена. Кристиан – тинэйджер и сабмиссив. Грей – король и доминант. Становление мужчиной., долгий и нудный процесс, что не представляется возможным без участия женщины. http://youtu.be/1Q1yklci6G8
-
-
-
Смотрела несколько трейлеров с разными актерами, но в роли Кристиана никого, кроме Мэттью воспринять не могу., он целиком заполнил собой образ, не оставляя недосказанности.
-
ПС. Все ее книги лежали себе в свободном доступе на просторах инета. Сейчас же 3-ю часть битый час искала., нету. По просьбе автора во всех сайтах она удалена. Думаю, с другими частями та же история., везде только фрагментарно, отрывками. Пришлось восстановить книгу через свой kindle.
-
КОНЕЦ что ли?? Фильм по мотивам ждут якобы к февралю.
-
Все части шла борьба темных оттенков Кристиана и светлых тонов Аны. В итоге ей удалось выбить из него дурь, но и сама изменилась (как бы произошел равноценный обмен). , она уже не та робкая неуверенная и стеснительная девчонка из первой книги. Их интим продолжает оставаться грязным.., если можно вообще так выразиться. Победила не нормальность и классичность Аны, но и не пристрастия и похоть Кристиана. Победила нечто Общее. Спустя года…. Полная идиллия. Все счастливы. Все хорошо. Первенец (мальчик) растет здоровым, она ждет второго ребенка, девочку.
-
Книга кончается словами: Ох… Жизнь с Кристианом никогда не была скучной и никогда не будет. Я люблю этого мужчину — моего любовника, отца моего ребенка, время от времени моего повелителя… мои Пятьдесят Оттенков. Далее Эпилог. И еще одна глава, где описываются первая встреча Грея и Аны у него в офисе и дальнейший его визит («случайность») в магазин, где девушка работала. (чистый бонус для фанов, на фабулу никак не влияет). Повествование ведется от имени Кристиана. (в начале книги было от имени Аны). Это довольно интересный литературный прием, когда один и тот же эпизод рассказывается разными нарраторами., каждый раз меняется угол зрения, получается довольно игриво., разные взгляды на одно и то же. У наших встречала такое у С.Байджан (Ана урейи).
-
Далее становится известным, что за Джека залог внес муж Элены – мистер Линкольн. Перемена в его настроении мгновенна. Бесследно исчез мой подшучивающий, игривый муж, а на его месте — холодный, расчетливый хозяин вселенной. На секунду глаза Кристиана сужаются, и от холодной улыбки у меня по спине бежит озноб. Он берет свой «блэкберри» и нажимает кнопку быстрого набора. — Рос, сколько у нас акций в «Линкольн Тимбер»? — Он садится на колени. Меня охватывает нехорошее предчувствие. Да что случилось? — Значит, переведи нашу долю в холдинг «Грей энтерпрайзес», потом уволь совет директоров… кроме генерального… плевать мне… я тебя слышу, просто сделай это… спасибо… держи меня в курсе. — Он отключается и с минуту бесстрастно смотрит на меня. Боже! Кристиан в ярости. — Что случилось? — Линк, — бормочет он. — Линк? Бывший муж Элены? — Он самый. Это он внес залог за Хайда. Я потрясенно таращусь на Кристиана. Его рот сжат в жесткую линию. — Что ж… он будет выглядеть идиотом, — в смятении бормочу я. — Я имею в виду, Хайд ведь совершил еще одно преступление после того, как был отпущен под залог. Глаза Кристиана сужаются, и он ухмыляется. — Справедливо подмечено, миссис Грей. — Что ты сейчас сделал? — Я привстаю и сажусь на колени лицом к нему. — Я разорил его. — Хмм… это кажется несколько импульсивным, — бормочу я. — А я вообще импульсивный парень. — Мне это известно. Глаза его сужаются, а губы плотно сжимаются. — Я уже некоторое время держал этот план про запас, — признается он. Я хмурюсь. — Правда? Он с минуту молчит, похоже взвешивая что-то. Потом делает глубокий вдох. — Несколько лет назад, когда мне было двадцать один, Линк сильно избил свою жену. Он сломал ей челюсть, левую руку и четыре ребра, потому что она спуталась со мной. — Глаза его ожесточаются. — И теперь я узнаю, что он внес залог за человека, который пытался убить меня, похитил мою сестру и избил мою жену. С меня хватит. Думаю, пришло время расплаты. Я бледнею. О господи. — Справедливо подмечено, мистер Грей, — шепчу я. — Да, Ана, это так. Обычно я не руководствуюсь местью, но это не могу ему спустить. То, что он сотворил с Эленой… в общем, ей надо было заявить на него в полицию, но она этого не сделала. Это было ее право. Но с Хайдом он зашел слишком далеко. Преследуя мою семью, Линк сделал это личным делом. Я раздавлю его, уничтожу его компанию прямо у него под носом и про дам по частям по самой высокой цене. Я обанкрочу его. — Кроме того, — ухмыляется Кристиан, — мы сделаем на этом хорошие деньги. Я заглядываю в горящие серые глаза, которые внезапно смягчаются. — Я не хотел тебя напугать, — шепчет он. — Ты и не напугал, — лгу я. Он насмешливо выгибает бровь. — Ты просто застиг меня врасплох, — говорю я, потом сглатываю. Временами Кристиан меня действительно пугает. Он легко касается моих губ своими. — Я сделаю все ради твоей безопасности. Ради безопасности моей семьи. И этого малыша, — бормочет он, осторожно кладя руку мне на живот.
-
— И даже когда все закончилось, мир устоял, не рухнул. И так было до тех пор, пока я не встретил тебя. Что, черт возьми, я должна на это сказать? Кристиан неуверенно убирает прядь волос мне за ухо. — Ты перевернула мой мир с ног на голову. — Он закрывает глаза, и когда открывает их снова, все чувства в них обнажены. — Мой мир был упорядоченным, размеренным и контролируемым, но тут в мою жизнь вошла ты со своим дерзким ртом, своей невинностью, своей красотой и со своей безрассудной смелостью… и все, что было до тебя, потускнело, стало пустым и серым… стало ничем. О боже! — Я полюбил, — шепчет он. Я перестаю дышать. Он гладит меня по щеке. — Я тоже, — тихо выдыхаю я. — И это помогло мне увидеть все в истинном свете. Когда я был моложе, Элена была центром моей вселенной. Для нее я готов был на все. И она много сделала для меня. Благодаря ей я перестал пить. Стал хорошо учиться… Знаешь, она дала мне уверенность в себе, которой у меня никогда раньше не было, позволила мне испытать то, что, как я думал, никогда не смогу’. — Прикосновения, — шепчу я. Он кивает. — Некоторым образом. Я хмурюсь, недоумевая, что он имеет в виду. Он колеблется, видя мою реакцию. «Расскажи мне!» — безмолвно побуждаю я его. — Если ты растешь с резко негативным представлением о себе, считая себя изгоем, недостойным любви дикарем, ты думаешь, что заслуживаешь быть битым. Кристиан… ты совсем не такой. Он замолкает и нервным жестом проводит рукой по волосам. — Ана, намного легче носить свою боль снаружи… — И снова это признание. Ох. — Она направила мой гнев в русло. — Рот его угрюмо сжимается. — По большей части внутрь, теперь я это сознаю. Доктор Флинн одно время неоднократно говорил об этом. И только недавно я увидел наши отношения такими, какими они были на самом деле. Ну, ты знаешь… на моем дне рождения. Меня передергивает от встающей перед глазами кар тины: Элена и Кристиан словесно выворачивают друг друга наизнанку. — Для нее эта сторона наших отношений означала секс, контроль и возможность одинокой женщины позабавиться с живой игрушкой. — Но тебе нравится контроль, — шепчу я. — Да, нравится. И так будет всегда, Ана. Таков уж я есть. На короткое время я уступил его. ПОЗВОЛИЛ кому то другому принимать за меня все решения. Я не мог делать этого сам — не годился для этого. Но несмотря на мое подчинение ей, я обрел себя и обрел силы изменить свою жизнь… стать хозяином своей жизни и самому принимать решения. — Стать доминантом? — Да. — Это твое решение? — Да. — А бросить Гарвард? — Тоже мое, и это лучшее решение, что я когда-либо принял. До встречи с тобой. — Со мной? — Да. — Губы его изгибаются в мягкой улыбке. — Мое самое лучшее в жизни решение — это жениться на тебе. О боже! — Не основать компанию? Он качает головой. — Не научиться летать? Он опять качает головой. — Ты, — говорит он одними губами и гладит меня по щеке костяшками пальцев. — Она знала. Я хмурюсь. — Что знала? — Что я по уши влюбился в тебя. Она подбила меня поехать в Джорджию увидеться с тобой, и я рад, что она это сделала. Она думала, что ты испугаешься и сбежишь. Что и случилось. Я бледнею. Не хочется вспоминать об этом. — Она полагала, что я нуждаюсь во всех атрибутах той жизни, которую вел. — Как доминант? — шепчу я. Он кивает. — Это помогало мне не подпускать никого близко к себе, давало власть и достаточную степень отстраненности. Так, по крайней мере, я думал. Уверен, ты уже поняла почему, — мягко добавляет он. — Из-за твоей биологической матери? — Я ни за что на свете больше не хотел повторения той боли. А потом ты ушла, — чуть слышно говорит он. — И я пропал. — Ты скучаешь по этому? — По чему? — По тому образу жизни. — Да, скучаю. Ох! — Но только по той власти, которую он дает. И, если честно, твоя глупая выходка, — он спотыкается, — что спасла мою сестру… — Его голос наполнен облегчением, благоговением и неверием: — Помогла понять. — Понять? — По-настоящему понять. Что ты любишь меня….,ты стольким рисковала… ради меня… ради моей семьи. «Намного легче носить свою боль снаружи.» - это предложение вызвало у меня целый калейдоскоп чувств и эмоций граничащих с ….
-
—У меня есть для тебя сказка на ночь. Да? — Ты хотела знать… — Он не договаривает, закрывает глаза и сглатывает. Все волосы на моем теле становятся дыбом. О господи! Он начинает тихим голосом: — Представь себе подростка, ищущего, как подзаработать деньжат, чтобы и дальше потакать своему тайному пристрастию к выпивке. Он поворачивается на бок, чтобы мы лежали лицом друг к другу, и смотрит мне в глаза. — Так я оказался на заднем дворе дома Линкольнов, убирая какой-то мусор из пристройки, которую только что построил мистер Линкольн. Ох, черт побери… Он говорит. Я затаила дыхание. Хочется ли мне это слышать? Кристиан закрывает глаза и сглатывает, а когда открывает их снова, они сверкают, но по-другому, полные тревожащих воспоминаний. — День был летний, жаркий. Я пахал по-черному. — Он фыркает и качает головой, потом неожиданно улыбается. — Работенка была та еще, таскать всякий хлам. Я был один, и тут неожиданно появилась Эле… миссис Линкольн и принесла мне лимонаду. Мы поболтали о том о сем, у меня с языка сорвалось какое-то грубое словцо… И она дала мне пощечину. Врезала будь здоров. — Он бессознательно дотрагивается рукой до лица и поглаживает щеку, глаза его затуманиваются от воспоминаний. О господи! — Но потом она меня поцеловала. А после поцелуя опять ударила. — Он моргает, явно до сих пор сбитый с толку, даже после стольких лет. — Меня никогда раньше не целовали и не били так. Ох. Она набросилась на ребенка. — Ты хочешь это слушать? — спрашивает Кристиан. Да… нет. — Только если ты хочешь рассказать мне, — тихо отзываюсь я, лежа лицом к нему. Голова идет кругом. — Я пытаюсь дать тебе какое-то представление о том, как обстояло дело. Я киваю, как мне кажется, поощрительно, но подозреваю, что похожа на застывшую статую с широко раскрытыми от потрясения глазами. Он хмурится, глаза его вглядываются в мои, пытаясь определить мою реакцию. Потом он переворачивается на спину и устремляет взгляд в потолок. — Я, естественно, был озадачен, зол и чертовски возбужден. То есть когда знойная взрослая женщина так набрасывается на тебя… — Он качает головой, словно до сих пор не может в это поверить. Знойная? Мне делается нехорошо. — Она ушла назад в дом, оставив меня на заднем дворе. И вела себя как ни в чем не бывало. Я остался в полной растерянности. Поэтому продолжил работу, сгружал хлам в мусорный бак. Когда в тот вечер я уходил, она попросила меня прийти на следующий день. О том, что случилось, ни словом не обмолвилась. Поэтому на следующий день я пришел опять. Не мог дождаться, когда снова увижу ее, — шепчет он так, словно признается в чем-то порочном… впрочем, так и есть. — Она не прикасалась ко мне, когда целовала, — бормочет он и поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня. — Ты должна понять… Моя жизнь была адом на земле. Я был ходячей эрекцией, пятнадцатилетний юнец, слишком высокий для своего возраста, с бушующими гормонами. Девчонки в школе… Он замолкает, но я могу себе представить: напуганный, одинокий, но привлекательный подросток. Сердце мое сжимается. — Я был зол, так чертовски зол на всех, на себя, на своих предков. У меня не было друзей. Мой тогдашний врач был полным болваном. Родители держали меня в строгости, они не понимали. — Он снова устремляет взгляд в потолок и проводит рукой по волосам. Мне очень хочется тоже пропустить его волосы сквозь пальцы, но я лежу тихо. — Я просто не мог вынести, чтобы кто-то дотронулся до меня. Не мог. Не выносил никого рядом с собой. Я дрался… черт, как я дрался! Мало какая пьяная драка обходилась без меня. Меня исключили из пары школ. Но это был способ выпустить пар. Вытерпеть определенного рода физический контакт. — Он вновь замолкает. — Что ж, ты получила представление. И когда она поцеловала меня, то только ухватила за лицо. Больше нигде не прикасалась ко мне. — Голос его чуть слышен. Должно быть, она знала. Возможно, Грейс ей рассказала. Ох, мой бедный Пятьдесят Оттенков! Мне приходится сунуть руки под подушку и положить на нее голову, чтобы удержаться и не обнять его. — Ну так вот, на следующий день я вернулся в дом, не зная, чего ждать. Я избавлю тебя от грязных подробностей, но то же самое повторилось. Так и начались наши отношения. О бог мой, как же больно это слышать! — И знаешь что, Ана? Мой мир сфокусировался. Стал четким и ясным. Во всем. Оказалось, что именно это мне и требовалось. Она была глотком свежего воздуха. Она принимала решения, избавляла меня от всего этого дерьма, давала мне дышать.
-
Тут пошли индийские мотивы За окном, когда я просыпаюсь, сумерки. Бледный розоватый свет заливает комнату. Кристиан сидит в кресле, наблюдая за мной, его серые глаза светятся в угасающем свете. Он сжимает какие-то бумаги, лицо мертвенно-бледное. О господи! — Что случилось? — тут же спрашиваю я, садясь и не обращая внимания на протестующие ребра. — Уэлч только что ушел. Черт. — И? — Я жил с этим подонком. — Жил? С Джеком? Он кивает, глаза широко открыты. — Вы родственники? — Нет. Слава богу, нет. Я подвигаюсь и откидываю одеяло, приглашая его ко мне в постель, и, к моему удивлению, он не колеблется. Сбрасывает туфли и забирается в кровать. Обняв меня одной рукой, сворачивается и кладет голову мне на колени. Я потрясена. Что это? — Я не понимаю, — бормочу я, теребя его волосы и глядя на него. Кристиан закрывает глаза и хмурит брови, словно пытается вспомнить. — После того как меня нашли со шл.хой наркоман кой, но прежде, чем я стал жить с Карриком и Грейс, я находился на попечении штата Мичиган. Временно жил в приемной семье. Но я ничего не помню о том времени. У меня голова идет кругом. Еще одна приемная семья? Это новость для нас обоих. — Как долго? — шепчу я. — Месяца два. Я не помню. — Ты говорил об этом со своими родителями? — Нет. — Быть может, стоит. Возможно, они могли бы заполнить пробелы. Он крепко обнимает меня. — Вот, — он вручает мне бумажки. Оказывается, это две фотографии. Я протягиваю руку и включаю прикроватную лампу, чтобы как следует рассмотреть их. На первом снимке — обветшалый дом с желтой дверью и большим остроконечным окном в крыше. У него еще крыльцо и маленький дворик. Ничем не примечательный дом. На втором фото запечатлена семья, на первый взгляд обычное семейство «синих воротничков» — муж с женой, как мне кажется, и их дети. Взрослые оба одеты в застиранные синие футболки. Им, должно быть, за сорок. У женщины зачесанные назад светлые волосы, а у мужчина подстрижен под «ежик», но они оба тепло улыбаются в камеру. Мужчина обнимает за плечи недовольную девочку-подростка. Я смотрю на каждого из детей: двое мальчиков-близнецов лет по двенадцати, оба с рыжими волосами, широко улыбаются в камеру; еще один мальчик, поменьше, рыжевато-русый, сердито насупился; а за ним прячется сероглазый малыш с медными волосами. С большими испуганными глазами, одетый в разномастную одежду и сжимающий грязное детское одеяльце. О господи. — Это ты, — шепчу я, и сердце мое подскакивает к горлу. Я знаю, что Кристиану было четыре года, когда умерла его мама. Но этот ребенок выглядит меньше. Должно быть, он сильно недоедал. Я заглушаю всхлип, когда на глазах выступают слезы. Ох, мой милый Пятьдесят Оттенков! Кристиан кивает. — Да, я. — Уэлч привез эти фотографии? — Да. Я ничего этого не помню. — Голос его ровный и безжизненный. — Не помнишь? Что же тут удивительного, Кристиан? Ты же был еще совсем маленьким. Тебя это беспокоит? — Но я помню какие-то куски до этого и после. Когда познакомился со своими мамой и папой. Но это… как какой-то огромный провал. Сердце мое переворачивается, и до меня доходит. Мой муж, который любит все держать под контролем, любит, чтобы все было на своих местах, вдруг узнает, что кусок мозаики отсутствует. — Джек есть на этой фотографии? — Да. — Глаза Кристиана по-прежнему плотно зажмурены, и он цепляется за меня, как за спасательный круг. Я пропускаю его волосы сквозь пальцы и разглядываю старшего мальчика, зло, дерзко и надменно глядящего в камеру. Да, вижу, что это Джек. Но он всего лишь ребенок лет восьми-девяти, за враждебностью скрывающий свой страх. Мне в голову приходит мысль. — Когда Джек позвонил мне сказать, что Миа у него, он заявил, что будь все иначе, это мог бы быть он. Кристиан прикрывает глаза и передергивается. — Вот подонок! — Думаешь, он делал все это, потому что Греи усыновили тебя, а не его? — Кто знает? — Тон Кристиана горький. — Плевать я на него хотел. — Возможно, он знал, что мы встречаемся, когда я пришла на собеседование по поводу работы, и с самого начала планировал соблазнить меня. — Желчь подступает к горлу. — Сомневаюсь, — бормочет Кристиан, открыв глаза. — Он начал собирать информацию о моей семье только примерно через неделю после того, как ты начала работать в SIP. Барни знает точную дату. И, Ана, он переспал со всеми своими помощницами и записал это на пленку. — Кристиан закрывает глаза и снова крепко сжимает меня. Подавив охвативший меня трепет, я пытаюсь припомнить разговоры с Джеком, когда начинала работать в SIP. В глубине души я знала, что он дерьмо, но не обращала на свое чутье внимания. Кристиан прав: я не забочусь о собственной безопасности. Мне вспомнился наш спор из-за того, что я собралась с Джеком в Нью Йорк. Бог ты мой, а ведь он вполне мог тогда изнасиловать меня и записать это на пленку. От этой мысли меня тошнит. И тут я некстати вспоминаю снимки сабмиссивов Кристиана, которые он хранит. Вот черт. Мы сделаны из одного теста. Нет, Кристиан, ты совсем не такой, как он. Он по прежнему лежит, свернувшись вокруг меня, как маленький мальчик.
-
Объяснимо. Когда у мужчины что-то идет не так и он чувствует неуверенность, зол на всех и вся на свете, свою агрессию, злость и несостоятельность вымещает на ж-не., с ней и релаксирует. Она бальзам на раны, приятный аромат, мягкая на ощупь, возбуждающе прекрасна для взора, она эстетически питает и воспитывает.. В общем потерпев поражение в различных областях, потеряв себя в переулках ризоматичного лабиринта, находит в ней…, устанавливает свою доминантность именно в ее объятиях, именно она возвращает ему потерянную силу, храбрость и сознание того, что он самец, воин…, и что он еще может. По мнению сторонников мифа «ребро Адамово» это - предназначение и прямая обязанность ж-ны., чтоб лелеяла, любила, тешила, убаюкивала, гладила и успокаивала…и возвращала веру.. в себя., мы, как бы..уменьшаем трение от соприкосновения твердых тел…ну как лубрикант., типа того. вопросик один напрашивается.: А может и мы нуждаемся в такой же подзарядке?, может и нам надо чего-то там возвращать…утерянное утраченное?, что ну никак не восполняется отдаванием., где не работает тезис: Его счастье – я хочу, ее счастье – он хочет. а? как быть-то? Может и нам хочется получить, завоевать, потреблять и насытиться? Совершенство не в силе-могуществе-власти и высокой эрудиции. Для меня совершенство определяется тем, насколько ты самодостаточен и независим от внешних показателей. Насколько суверенен, являешься ли ты самоуправляющей единицей как любой муниципалитет (пусть даже не в плане абсолюта, ибо полная свобода есть миф)., насколько ты являешься закрытой системой с собственными законами и единой системой управления, …насколько ты вариабелен и пластичен и непоколебим одновременно, насколько ты неуязвим. ..? Самодостаточны ли м-ны?...слышали как скулит одинокий самец? Когда ей надоедает быть в эпизодических ролях, она отходит и лишает его своего тепла , любви и заботы., и тут нечему удивляться. Женщина, она всегда за кулисами, она инфраструктура, тот мощный столб, что держит весть пласт и сооружение., и ею пренебрегать не стоит.
.thumb.jpg.e2a7656f023d3f45c034ba17262e1671.jpg)
