Platon-1961

С вражеского... Угадал?

Россия и Запад в борьбе за Южный Кавказ То, что вмешательство ЕС в ситуацию на Южном Кавказе в виде развертывания долгосрочной миссии в Армении подорвет хрупкий мирный баланс в регионе – уже не прогноз, а реальность. И старт очередной разборки на повышенных тонах между Москвой и США еще одно тому свидетельство. На негодующий выпад официального представителя МИД РФ Марии Захаровой отреагировал заместитель пресс-секретаря госдепартамента США Ведант Патель, обвинивший Россию в срыве мирного процесса на Южном Кавказе. Судя по всему, это только начало новой перепалки между Москвой и Вашингтоном. К которой, возможно, скоро подключатся Брюссель и Париж. Вполне очевидно, что главное в этой склоке – схватка интересов сторон, а отнюдь не реальные усилия по восстановлению мира на Южном Кавказе. «Если подобные заявления - это попытка оправдать затягивание еэсовцев в регион, то вряд ли эту попытку можно считать удачной», - заявила на еженедельном брифинге Мария Захарова, комментируя неадекватное заявление премьер-министра Армении о том, что одна из целей наблюдательной миссии ЕС - развеять подозрения Запада в том, что готовится армяно-российское агрессивное наступление. «Российские миротворцы обеспечивают мир в Нагорном Карабахе, наши военные пограничники работают на территории Армении в том числе, и на армяно- азербайджанском пограничье. Никогда не слышали об опасениях Баку по этому поводу, в то же время знаем о критическом отношении Азербайджана к решению ЕС развернуть свою наблюдательную миссию в Армении», - отметила Захарова. Нет сомнений, указывает она, что в Брюсселе ставят цель изменить систему безопасности, которая сложилась в регионе и краеугольным камнем которой является присутствие российских военных в Карабахе и членство Армении в ОДКБ. «Ну и, естественно, тот дух, который был проявлен, политическая воля, называйте как хотите... та реализация на практике решений, которая была достигнута между тремя странами - это тоже, конечно, значительна часть общей картины системы безопасности. Очень хочется верить, что в Ереване это понимают и учитывают», - добавила Захарова. Но у США своя правда. Почти сразу по следам заявления Захаровой заместитель пресс-секретаря госдепартамента США Ведант Патель в ходе брифинга 10 февраля обвинил Россию в подрыве усилий Минской группы ОБСЕ по армяно-азербайджанскому урегулированию. По его словам, содействие миру на Южном Кавказе остается неизменным приоритетом не только для госдепартамента, но и для госсекретаря Энтони Блинкена, о чем, в частности, свидетельствуют его прямые контакты по конфликтным вопросам непосредственно с главами Армении и Азербайджана. «И это то, на чем мы собираемся продолжать сосредотачиваться. Что касается России... факт заключается в том, что российская агрессия и односторонность подорвали ряд направлений усилий, подорвали ряд перспектив для продуктивной работы в формате Минской группы», - заявил Патель. Представитель госдепа также добавил, что США по-прежнему «твердо привержены взаимодействию по любым направлениям содействия миру, будь то на двусторонней основе, будь то через механизмы внутри ЕС, будь то через ОБСЕ.» И, как особо отметил он, «содействие миру на Южном Кавказе остается для нас неизменным приоритетом». Само по себе весьма примечательно, что в этот раз на выпады Москвы поспешил ответить Вашингтон, чуть не грудью заслонив Париж и Брюссель от нападок Кремля, что как минимум свидетельствует о тождественности их интересов. Между тем, как отметил в беседе с Caliber.Аz российский политтехнолог и аналитик Константин Калачев, «предугадать реакцию МИД РФ на приглашение в Армению европейских наблюдателей было несложно». «Скажем откровенно, Россия не хочет терять Армению как союзника и Азербайджан как партнера. А на финишной прямой договоренностей усидеть на двух стульях довольно сложно. Сохранять роль на Кавказе России помогала неурегулированность проблем. Если все проблемы будут закрыты, в чём тогда будет состоять роль России?», - откровенно признает К.Калачев. В то же время, считает он, Евросоюз, как и Москва, не может быть абсолютно беспристрастен, рассуждая о Южном Кавказе. Европейцы по-любому будут помнить о том, что газовый и нефтяной рынок Европы после сокращения поставок из России требует расширения партнерства с Азербайджаном, что именно Азербайджан может хотя бы отчасти заменить Россию. Но есть на Западе и выраженные симпатии к Армении, поскольку армянское лобби, по мнению Калачова, весьма влиятельно не только во Франции, но и в США. «Так что для Европы всё тоже непросто. Но есть одна очевидная вещь - для европейцев и американцев лучший способ потеснить Россию на Южном Кавказе - это помочь решить ранее неразрешимые проблемы. Мирный договор Азербайджана с Арменией лишает Россию важного козыря, объясняющего её присутствие на Южном Кавказе. Поэтому, пока Россия занята Украиной, ЕС и США активизируются. Чем может ответить на это российское руководство, вопрос открытый. Несмотря на то, что Путин и Лукашенко симпатизируют Азербайджану, несмотря на то, что Азербайджан углубляет связи с партнерами России по ОДКБ, стоит признать, что российское руководство объективно не заинтересовано в том, чтобы срок российских миротворцев в Карабахе закончился, а Азербайджан интегрировал весь Карабах. Как нет для российского руководства выгод и в самом мирном договоре. Заморозка ситуации до окончания СВО в Украине выглядит предпочтительнее», - уверен российский политтехнолог. По его мнению, ступор в диалоге Армении и Азербайджана фактически помогает сейчас России сохранить влияние на Южном Кавказе. «Впрочем, объективно говоря, время сейчас работает на Азербайджан, заинтересованность в котором растёт», - отмечает К. Калачов. Запад, полагает он, в отношении Армении хочет одного - закрепить свое влияние, расширить экономические, политические, культурные и гуманитарные связи, помогая армянам в решении их проблем, но стараясь сохранить объективность с позиций верховенства международного права. А что касается России, то Запад настроен лишить её выгод от новой заморозки армяно-азербайджанских отношений, затягивания переговорного процесса, «Запад хочет потеснить Россию, лишить её повода для присутствия в Армении и в целом на Южном Кавказе», - сказал Калачов. Примерно того же мнения придерживается и директор Фонда прогрессивной политики, российский политолог Олег Бондаренко. Комментируя Caliber.Аz создавшуюся ситуацию, он тоже заявил, что США преследуют цель выжить Россию «с бывшего российского заднего двора, как любят говорить американцы – backyard». «США хотят, чтобы Россия полностью утратила свои рычаги на своем «заднем дворе», утратила авторитет, репутацию в качестве потенциального переговорщика. К сожалению, в отношении Москвы эта цель планомерно достигается, и для Армении Франция зачастую более важный переговорщик, чем Россия. Для Азербайджана же главный переговорщик уже давно Турция, а не Россия, так что можно сказать, что Москва поэтапно теряет свое влияния на Южном Кавказе», - отметил О. Бондаренко. Однако, по его мнению, до какой-то конкретной стычки между миссией ЕС и российскими пограничниками, охраняющими границы Армении, вряд ли дойдет. «Дело в том, что для России армяно-азербайджанский конфликт – конфликт внутренний. В России проживают несколько миллионов армян и азербайджанцев, что как фактор приводит к тому, что Москва не может занять более решительную позицию в урегулировании конфликта», - считает российский политолог. Он уверен, что Армения сейчас готова почти на все, лишь бы как-то отстоять свои интересы, в том числе на самые крайние меры. Главное для армян при этом – не допустить военной эскалации, потому что понятно, каким крахом для них это может закончиться. «Если Баку и Анкара решат вернуть оставшуюся часть Карабаха под контроль Азербайджана – это будет исполнено довольно быстро, я не сомневаюсь. Вооруженные силы Азербайджана готовы сделать это весьма оперативно. Армения это понимает и пытается использовать любой шанс, чтобы не допустить полной и окончательной потери своего влияния в зоне ответственности Российского миротворческого контингента в Карабахе», - резюмировал О.Бондаренко.

«Обострение вокруг Карабаха возможно из-за ориентиров Армении на Запад» Интервью Caliber.Az c белорусским ученым-международником, директором Центра по проблемам европейской интеграции Юрием Шевцовым. - Юрий Вячеславович, как вы оцениваете нынешний уровень региональной безопасности на Южном Кавказе? - К сожалению, в этом регионе созревает горячая точка. Поясню почему. Поскольку Россия отвлечена на украинское направление, которое поглощает все ресурсы, ее противники пытаются открыть сразу несколько фронтов, которые могут отвлечь российские ресурсы на себя. В прошлом году мы видели такие попытки, в том числе в Центральной Азии, где каждые несколько месяцев происходили события, угрожающие перерасти в крупный региональный кризис. Подобное происходит и на Южном Кавказе, в основном вокруг Армении и Карабаха. На фоне таких серьезных угроз извне нынешняя ситуация на Южном Кавказе могла бы быть еще хуже. К примеру, могла взорваться Грузия, если бы не уклонилась от обострения отношений с Россией, на что сильно рассчитывали на Западе. На сегодняшний же день в регионе горячим остается именно армяно-карабахское направление. - Допускаете ли вы новые военные столкновения в Карабахе? - Я не могу сказать в однозначном порядке, какой именно сценарий уготован для Армении и Карабаха. Но очевидно, что Армения, особенно за последние несколько лет, заметно усилила внутреннюю ориентацию на Запад, поэтому я допускаю новое военное обострение вокруг Карабаха. - В случае военного развития событий в регионе будет ли Россия держаться отстраненно от происходящего? - Несмотря на то, что Россия не заинтересована в эскалации напряженности в регионе, она не сможет использовать весь свой потенциал. Но Москва может препятствовать сползанию Армении к военному кризису благодаря особым отношениям с Турцией и хорошим связям с Азербайджаном. - По-вашему, катализатором регионального кризиса все же являются США и Запад? - Это самая заинтересованная сторона. Но есть и местные игроки, которые также могут быть интересантами нагнетания региональной обстановки и играют на противоречиях Ирана и Израиля. - Разве Иран менее заинтересован в эскалации напряженности в регионе? - Не думаю, что Иран заинтересован в серьезном противостоянии на Кавказе, потому что при нынешнем раскладе его исход в пользу Турции и Азербайджана весьма вероятен, а это вряд ли это отвечает политике Тегерана. В определенной степени Иран был всегда заинтересован в создании напряженной обстановки в регионе, но вряд ли масштабный региональный кризис привлекателен для него сейчас, когда Россия погружена в другое направление. - Однако Тегеран ведет откровенно враждебную политику по отношению к Баку буквально с момента возникновения новой военно-политической конфигурации в регионе по итогам Второй карабахской войны 2020 года. - Поясню, почему обострение отношений между Баку и Тегераном не отвечает глубоким интересам Ирана. Во-первых, потому что у Ирана есть масса других, более серьезных проблем. Во-вторых, Иран очень сильно заинтересован в развитии коридора Север-Юг, он резко наращивает отношения с Россией и глубоко интегрируется в ШОС, что, судя по всему, представляет для него особую важность. Обострение же отношений с Азербайджаном разрушает часть проекта коридора Север-Юг. Поэтому я абсолютно убежден, что Ирану разлом значительной части строящегося проекта коридора Север- Юг за счет кризиса в отношениях с Азербайджаном не нужен. - Однако это не мешает Ирану чинить препятствия открытию Зангезурского коридора. - Несомненно, этот вопрос представляется для Ирана важным, и, конечно, он не заинтересован в открытии Зангезурского коридора. Но я не думаю, что в Тегеране готовы подвергать риску судьбу проекта Север-Юг ради Зангезурского коридора. - Есть ли компромиссное решение в такой ситуации? - Допускаю попытку многостороннего дипломатического урегулирования, чтобы ситуация вокруг Зангезурского коридора не превратилась в большой кризис, который ставил бы под угрозу коридор Север-Юг, а также сближение России и Турции. Думаю, что на этом уровне уже идет большая дипломатическая игра. Например, Москва и Анкара ведут переговоры о третьей атомной электростанции, которую Россия будет строить в Турции. Для Анкары это очень важно. И у России с Ираном свои договоренности по проекту Север-Юг, а в двусторонней повестке имеются вопросы, связанные с полноценным членством Ирана в ШОС, что предусматривает в том числе реализацию ряда важных проектов. Кроме того, у Турции и ШОС есть своя игра. Турция объявила о своем желании вступить в ШОС, и скорее всего к летнему саммиту этой организации вопрос о ее членстве может стать важным предметом на переговорах. То есть развернута большая дипломатическая игра, в которой ставки гораздо выше Зангезурского коридора, но в то же время они могут поспособствовать в том числе и решению этого вопроса. - Может ли вступление в ШОС и усугубить отношения Турции и НАТО? - Думаю да. Такие оценки на очень высоком уровне звучат уже в некоторых странах. Предполагается, что Турции придется выбирать между ШОС и НАТО. Но вряд ли дело дойдет до этого, хотя бы потому что членами ШОС являются Пакистан и Индия. Хотя с другой стороны - этот вопрос обретает достаточно серьезную значимость на фоне предстоящих выборов в Турции. - Кстати, каким будет ваш прогноз относительно выборов в Турции? - Как мне кажется, у Турции обозначилась прекрасная внешнеполитическая позиция по Украине. Пожалуй, никто из внешних игроков не заработал столько плюсов для себя, сколько получила Турция на фоне украинского кризиса. И турецкий избиратель должен это понимать. К тому же в сложившейся ситуации смена лидера может означать и смену курса Турции в украинской войне. Мне сложно себе представить лучшую политику Турции, чем та, которую она проводит сейчас. В то же время я бы не стал сбрасывать со счетов то, что в НАТО имеются определенные силы, которых не устраивает независимый курс Анкары. - Каким вам представляется наиболее рациональный выбор турецкого избирателя? - Полагаю, в пользу Эрдогана. - И напоследок вопрос по ситуации в Украине. Как долго, по-вашему, продлится война? - Войне не видно конца и края. Когда дело дойдет до наивысшей точки обострения, то есть до реальной угрозы ядерной войны, что станет современным эквивалентом Карибского кризиса, думаю, на этой «красной линии» все остановятся. Но пока что до этой «красной линии» очень далеко. - У какой из сторон больше шансов на победу? - Полагаю, у России. Но весь вопрос в том, какими будут условия выигрыша и параметры у этой победы. Caliber.Az

«Заявление Копыркина в день 195-летия Туркманчайского трактата не случайно» Посол РФ в Армении Сергей Копыркин заявил, что не может быть и речи о том, что Россия уйдет с Южного Кавказа. Это жизненно важный регион, а Россия де-факто является его частью, подчеркнул российский дипломат. Копыркин напомнил, что у РФ есть союзнические обязательства по отношению к Армении, от которых российская сторона также не собирается отказываться и не забывает о них. Поэтому любые такого рода разговоры о мнимых планах «ухода» РФ являются спекуляциями. «Чтобы ощутить роль российского присутствия, нужно пообщаться с жителями приграничных регионов Армении, Карабаха. Есть политические спекуляции, а есть реальная жизнь», — сказал посол ереванскому «Спутнику». И здесь прежде всего настораживает упоминание о Карабахе. То, что у РФ есть военная база в Гюмри, и то, что российские пограничники служат на армяно-иранской и армяно-турецкой границе, – это ее с Арменией дела и проблемы. А вот Карабах – суверенная территория Азербайджанской Республики, и тут вдруг Копыркин, будучи послом в Армении, почему-то находит возможным заговаривать о российском присутствии в Карабахе, причем в контексте утверждения, что «не может быть и речи о том, что Россия уйдет с Южного Кавказа». Что это за намек со стороны российского дипломата? Он не может не знать о временном характере пребывания российского миротворческого контингента (РМК) на территории Азербайджана. Так почему же Копыркин позволяет себе какие-то ссылки на «роль российского присутствия в Карабахе»? Это некий сигнал в адрес Баку? Попытка Москвы настоять на своем желании остаться в Карабахе и после 2025 года? На эти вопросы Caliber.az ответили известные иностранные эксперты. Президент украинского Центра глобалистики «Стратегия ХХІ», главный редактор журнала «Черноморская безопасность» Михаил Гончар считает, что заявление российского посла в Армении Копыркина не случайно прозвучало именно 10 февраля, в день 195-летия подписания Туркманчайского трактата между Россией и Персией. «Как известно, Персия проиграла войну начала XIX столетия, и мирный договор, который был подписан в карабахском Гюлистане в 1813 году, зафиксировал за Россией территориальные приобретения на Южном Кавказе. Окончательно они были закреплены после еще одной проигранной персами войны, уже в 1828 году в Туркманчае. Граница прошла по Аразу, все что севернее – за Россией, что южнее – за Персией. Плюс Россия закрепила за собой миссию «избавления и защиты христианских народов от нашествий персидских и турецких захватчиков», прежде всего защиты армян. Ничего не напоминает? Сегодняшняя Россия действует по тому же алгоритму что и два столетия ранее – она снова кого-то «защищает» (православных и русскоязычных в Украине), врываясь в чужой дом, который, по воровской традиции русских царей и генсеков, считает своим», - напоминает эксперт. Кстати, 200-летний юбилей Туркманчайского трактата не за горами – через 5 лет. «Вот Россия устами своего посла и обозначает вектор своих действий на будущее. Мол, это все здесь наше, воевали Ртищев и Паскевич два столетия назад, Грибоедов кровь пролил, поэтому приобрели Карабахское, Гянджинское, Бакинское, Ширванское, Шекинское, Дербентское, Губинское, Талышское, Эриванское и Нахичеванское ханства. Это все, мол, наше, а никакого Азербайджанского государства и в помине не было. Да и армян опять же надо защищать, особенно в Карабахе. И православную Грузию заодно. Вот такова логика Кремля. При всем кажущемся российско-турецком взаимопонимании и взаимодействии Москва мыслит категориями нанесения геополитического поражения Анкаре и работает скрытно над созданием на Южном Кавказе блокирующего формата Россия – Грузия – Армения – Иран. Этот формат должен заблокировать турецко-азербайджанский альянс, отсюда оппонирование вопросу создания Зангезурского коридора, и не только. В Кремле мыслят категориями двухсотлетней давности – делить регион на двоих с Ираном, изолировать «тюркскую экспансию» и выбросить Запад из региональных раскладов», - отметил Гончар. Поэтому последние высказывания российского посла о том, что не может быть и речи о том, что Россия уйдет с Южного Кавказа, что Россия – часть Южного Кавказа, указывают на намерения Кремля, уверен он. «Отсюда можно сделать только один вывод – Россию нужно выбросить из региона, воспользовавшись благоприятным случаем ее ослабления, военными поражениями ее армии в Украине. Если этого не сделать сейчас, она на протяжении ближайших лет ввергнет Южный Кавказ в новую войну под искусственным предлогом защиты своего «кавказского дома» от некоей «турецко-азербайджанской агрессии», - отметил украинский аналитик. Конфликтолог, доктор наук по международным отношениям, профессор Грузинского технического университета Амиран Хевцуриани указал, в свою очередь, что, если верить дипломатам вроде Копыркина и прочих «сияющих звезд» российской политической элиты, не только Южный Кавказ, но и территория от Ла-Манша до Японского моря жизненно важна для России. В свое время они не собирались уходить из Восточной Германии, как и из Восточной Европы в целом, но пришлось. «В ближайшее время им также придется покинуть Южный Кавказ. Они все это прекрасно понимают, и нынешняя истерика вызвана именно этой реальностью. Со своей стороны, я бы напомнил послу Копыркину, что именно его заявления являются спекуляциями и крайним цинизмом, когда он приводит в качестве аргумента доброжелательность армянского народа к России. Армения хорошо усвоила, что такое дружба с Россией и к чему приводят связи с ней, поэтому доверие армянского общества к ней равно нулю. Сегодня армянские спасатели вместе с турками и азербайджанцами борются за жизнь пострадавших в результате стихийного бедствия в Турции, что является важным событием для будущего нашего региона. Я всегда считал, что ключ к нашему миру в наших руках, а не в руках Москвы. Кажется, не ошибался. Конечно, российский контингент покинет Карабах в 2025 году, а до этого следует максимально восстановить доверие между сторонами и предпринять шаги, направленные на долгосрочный мир. Безусловно, наибольшую поддержку этот процесс будет иметь прежде всего со стороны ЕС и США, а также Китая. Южный Кавказ является важнейшим геополитическим пространством, поэтому стабильность этого региона не только в наших, но и в их интересах тоже. Единственные, кому здесь не нужны мир и стабильность, это россияне, поскольку их ментальность не диктует установления добрососедских, партнерских отношений со своими соседями, их зона комфорта заключается только в агрессии и провоцировании дестабилизации», - сказал Хевцуриани.

У русских, украинцев, белорусов, прибывших в Калининградскую область, такого груза ответственности за плечами не было. В свое время (в 1758—1762 годах) Кенигсберг входил в состав Российской империи, но это было так давно и в течение такого непродолжительного времени, что никаких ностальгических чувств на этой почве возникнуть просто не могло. Для первого послевоенного поколения калининградцев Кенигсберг был чужим, Восточная Пруссия была чужой, немецкая архитектура была чужой, сама планировка города, его эстетика была чужой, а чужое не имело никакой ценности. На руинах этого чужого Кенигсберга его жителям предстояло построить новый русский город, где все было бы устроено привычнее, и этому делу остатки всего немецкого только мешали. Последняя жертва Второй мировой Консервация сгоревших зданий и их перспективная реставрация требовали значительных средств, которых у Советского Союза и тем более у маленькой области сразу после окончания войны просто не было. С другой стороны, эти же руины представляли опасность (здания могли обрушиться, как это случилось в 1952 году с главной башней Королевского замка), но выделять на них деньги, необходимые для промышленного строительства, возведения социальных объектов, никто и не думал. Потребовалась смена одного, даже двух поколений, чтобы у калининградцев, уже родившихся на земле этого города, а не приехавших из российских, белорусских или украинских населенных пунктов, сформировалось иное к нему отношение, появился естественный интерес к его истории, немецкому прошлому, ушло ощущение враждебности и чуждости окружающей среды, возникла потребность беречь историческое наследие, сохранять и защищать его. К сожалению, к тому времени, когда такое понимание сформировалось, было уже во многом поздно. Гражданская застройка центральной части города, пострадавшая при британских бомбардировках и советских обстрелах, постепенно сносилась в ходе первых послевоенных десятилетий. На очередной волне воинствующего атеизма взрывались кирхи, а апофеозом стало уничтожение в конце 1960-х годов Королевского замка, главного символа «прусского милитаризма». Вскоре после этого трагического эпизода в жизни города рядом с прежней тевтонской твердыней началось строительство Дома советов, превратившегося в главный долгострой Калининграда. Во многом получившийся образ — взорванного немецкого замка и так и не законченного рядом бетонного советского колосса — глубоко символичен. В 1970-е годы местные власти все же решили спасти самые ценные объекты из переживших войну и годы запустения. Кирхи приспосабливались под концертные и театральные залы, монументальное здание биржи стало Дворцом культуры моряков, восстанавливались отдельные образцы рядовой застройки. Кафедральному собору, Дому техники, построенному для немецкой Восточной выставки, многим городским воротам и фортификационным сооружениям восстановления пришлось ждать до 1990-х и 2000-х. К сожалению, еще больше утеряно навсегда, а самое главное — погибла атмосфера старого Кенигсберга. Расчищенные от сгоревших зданий участки в самом центре Калининграда были застроены обычными типовыми панельками. Центр прусской столицы — главного советского военного трофея — стал напоминать обычный жилой район. При этом Калининград остается одним из интереснейших и самых своеобразных российских городов. Да, в его центральной части сложно найти здания старше 30—40 лет, но чуть в стороне, в кварталах, меньше пострадавших от Второй мировой, по-прежнему сохранились десятки и десятки кенигсбергских объектов — от отдельных крупных сооружений до целых районов, как, например, город-сад Амалиенау, некогда роскошное предместье с частными виллами. Среди местной общественности продолжает вынашиваться идея восстановления Королевского замка или даже застройки острова Кнайпхоф. Это уже само по себе достижение, показывающее, что нынешнее поколение калининградцев избавилось от поствоенных комплексов, полюбило эту землю и начало относиться к ней как к своей. Жаль, что для этого город пришлось снести. Кенигсберг стал последней жертвой Второй мировой.

Из Германии в Советский Союз: как Кенигсберг превратили в Калининград и что из этого вышло1 В течение двух десятилетий после окончания Второй мировой войны центр этого советского города лежал в руинах. Уже были отстроены заново Минск и Волгоград, Киев и Воронеж, здесь же по-прежнему снимали героическое кино, а остатки былой буржуазной роскоши постепенно растаскивались на стройматериалы. Прежние жители, вернувшиеся сюда уже в 1990-е годы, не узнали родину: на месте тесной исторической застройки, тысяч жмущихся друг к другу зданий с привычным славянским размахом раскинулись типовые панельные микрорайоны. Это была настоящая трагедия, но можно ли было ее избежать? Журналисты Onliner.by отправились в колыбель германской государственности, цитадель прусского милитаризма, чтобы понять, как Кенигсберг превратился в Калининград и почему у него не было ни единого шанса стать вторым Гданьском. Колыбель для Германии Для Гданьска Калининград — подходящая пара для сравнения. Перед Второй мировой войной это были крупные балтийские порты с немецким населением. Кенигсберг был частью Германии, столицей Восточной Пруссии. Данциг считался независимым городом-государством под протекторатом Лиги Наций, но по сути являлся частью немецкого мира, главным населенным пунктом Западной Пруссии. В исторической перспективе оба города находились на передовой столкновения славянской, балтской и немецкой цивилизаций, периодически меняли хозяев, превращаясь в мультикультурные центры, где до поры до времени мирно сосуществовали представители разных народов. Оба города серьезно пострадали в ходе боевых действий 1939—1945 годов и к моменту окончания Второй мировой лежали в руинах. По итогам послевоенного передела мира и Данциг, и Кенигсберг были у Германии отобраны, вошли в состав Польши и Советского Союза соответственно, немецкое население в принудительном порядке было депортировано, а на обломках разрушенного мира началось строительство мира нового, социалистического. В германской картине мира Кенигсберг имел важнейшее значение. Именно этот город стал столицей Прусского герцогства — государства, образовавшегося на осколках Тевтонского ордена. После его объединения с Бранденбургом в начале XVIII века началось формирование единого Германского государства, выросшего в итоге в империю и одну из ведущих мировых держав. В некотором роде именно здесь родилась Германия, здесь же родился и ее воинственный дух, с каждым десятилетием становившийся все более агрессивным, что в конце концов вылилось в две мировые войны. И при всем этом своем сакральном значении к 1939 году Восточная Пруссия вообще и ее столица в частности были дальней окраиной Третьего рейха, сельскохозяйственным регионом, кормившим страну и одновременно выполнявшим функцию военного форпоста на востоке. После строительства сразу нескольких колец укреплений Кенигсберг превратился в мощнейший город-крепость, который Гитлер считал неприступным. При освобождении в 1945 году его гарнизон действительно держался очень долго. Линия фронта давным-давно ушла в направлении Берлина, а здесь, в районе Кенигсберга продолжала воевать крупная немецкая военная группировка. Советские солдаты смогли поднять красный флаг над мощной башней Дона только 10 апреля, за месяц до капитуляции Германии. Три смерти Кенигсберга Немцы очень любили фотографировать, и от старого Кенигсберга остались тысячи снимков, в том числе цветных. На них мы видим типичный, в общем-то, крупный немецкий город. В центре — небольшое, разместившееся на острове средневековое ядро с собором. Напротив него, на противоположном берегу реки Прегел стоял старый тевтонский замок. Вокруг — плотная многоэтажная застройка преимущественно XIX — начала XX века, над которой вертикалями поднимались шпили многочисленных протестантских кирх. Через реку переброшено семь мостов, на ее берегу расположены амбары, через которые прусское зерно уходило на Большую землю, — и все это зажато в кольце фортов, бастионов, редюитов и городских ворот, многие из которых чудом уцелели до сегодняшнего дня. Судьба остальной исторической застройки куда печальнее. Старый Кенигсберг погиб за две страшные ночи в августе 1944-го. Королевские военно-воздушные силы Великобритании в рамках очередной операции психологического устрашения Германии сбросили на центр восточнопрусской столицы несколько сотен тонн бомб. Безусловно, это был демонстративный акт мщения за аналогичные налеты люфтваффе на британские города. Англичане бомбили не военные объекты, не промышленную или портовую инфраструктуру — их целью были обычные дома, а средством — комбинация фугасных, осколочных и зажигательных бомб. «Первая бомбежка была еще терпимой. Длилась минут десять. А вот вторая — это был уже сущий ад, который, казалось, никогда не кончится. Британцы впервые применили заряды с напалмом. Пожарные пытались тушить это море огня, но ничего не выходило. У меня до сих пор перед глазами: полуголые люди мечутся среди пламени, а с неба с воем падают все новые и новые бомбы…» — рассказывал один из свидетелей произошедшего Юрий Хоржемпа, угнанный на принудительные работы в Кенигсберг житель Советского Союза. Огненные штормы от зажигательных бомб не щадили ни здания, ни людей. Погибло более 4 тыс. человек, сгорел 41% всех домов города. Массовые разрушения в центральной части города были усугублены в апреле 1945 года в результате советского штурма. Кенигсберг — нацистская цитадель, Festung, неприступная крепость, которую Гитлер приказал защищать любой ценой и до последнего вздоха всех ее защитников, — подвергся мощнейшим артиллерийским обстрелам, добившим то, что каким-то чудом уцелело в августе 1944-го. Советская армия вошла в разрушенный город, которому в течение следующего года предстояло превратиться из Кенигсберга в Калининград. Сталин потребовал передать после победы в войне Кенигсберг и Восточную Пруссию Советскому Союзу еще на Тегеранской конференции 1943 года. Мотивация у «вождя народов» была достаточно простая: СССР не хватало незамерзающих портов на Балтийском море. За этой утилитарной мыслью скрывалось куда более сложное идеологическое и практическое обоснование. В Пруссии, этом логове германской военщины, необходимо было раз и навсегда выкорчевать милитаризм как таковой. Для этого было решено Пруссию разделить между Польшей и Советским Союзом, немецкое население выселить в Германию, а его место занять новыми переселенцами. По иронии судьбы, немецкий милитаризм на Кенигсбергщине сменил столь же масштабный милитаризм советский. Фактически Калининградская область (город сменил название в 1946 году после смерти всесоюзного старосты Михаила Калинина) в советское время превратилась в одну огромную военную базу, на территорию которой был закрыт доступ иностранцев. «Новый русский город — наш Калининград» Итак, поляки в 1945-м получили Гданьск, а РСФСР — Калининград примерно в одинаковом состоянии. Окраины обоих городов, застроенные преимущественно виллами и небольшими домами для фабричных рабочих, в основном сохранились, но их центральные части представляли собой землю, на которой стояли сгоревшие коробки жилых и общественных зданий, покинутых людьми. Пострадало до 90% исторической застройки — картина в Гданьске, Калининграде или, допустим, Минске была очень похожей. В белорусской столице такие сгоревшие дома в основном сносили, возводя на их месте новые парадные ансамбли в стиле торжественной неоклассики. В Гданьске поляки восстановили Старый город, пусть и с определенными нюансами, часто фантазируя, но в итоге сделав похожую на правду реплику, восхищающую сейчас туристов. В Калининграде был выбран третий сценарий. Кенигсберг до… …и после Первые советские переселенцы стали прибывать в Калининград через несколько месяцев после окончания войны. Они же начали и разборку отдельных разрушенных зданий. Добытые стройматериалы отправлялись в Советский Союз на восстановление разгромленных в результате оккупации городов. Возможность их реконструкции даже не рассматривалась: в стране, пережившей Великую Отечественную войну, было не до заботы о немецком культурном наследии. Разобрав здание до основания, его остатки (подвалы, фундаменты) просто засыпали грунтом. Остров Кнайпхоф, некогда застроенный сотнями домов, лишился всех, кроме одного — простоявшего в полуразрушенном виде до 1990-х годов Кафедрального собора, у стен которого был похоронен известный философ Иммануил Кант. Возможно, именно его могила и спасла здание от разрушения. Позже на острове был разбит парк и проложен эстакадный мост. Сейчас, смотря на Кнайпхоф, сложно представить, что на месте каждого из его деревьев стоял дом, по аллеям ездили автомобили и трамваи, кипела обычная повседневная городская жизнь. Так прошла мирская слава Кенигсберга. За пределами уничтоженного до основания Кнайпхофа многие руины, включая остатки тевтонского замка, простояли до середины 1960-х. Теоретически их (и замок в том числе) можно было восстановить в прежнем виде, как это сделали в Гданьске поляки. Старый Кенигсберг имел шанс на вторую жизнь, но на практике им воспользоваться даже не собирались. В этих строках популярной песни середины 1950-х «В славном сорок пятом» точно сформулировано восприятие города его новыми хозяевами. Для приехавшего в Калининград на постоянное место жительства советского человека старый Кенигсберг не представлял никакого интереса. Более того, остатки столицы Восточной Пруссии ассоциировались в массовом сознании с войной, ее тяготами, нацизмом и теми бедами, которые он принес практически в каждую советскую семью. Поляки в Гданьске восстанавливали свой польский город, отобранный у них в свое время немцами. Для них это было дело совести, национальной памяти, которое имело важнейшее идеологическое значение, призванное раз и навсегда закрепить права Польши на этот город.

В Музее янтаря в рамках «Студенческой пятницы» стартовала игра — литературный квест «Тайны Кёнигсберга». Налоговая служба зарегистрировала новое калининградское предприятие ООО «Торгово-производственная компания «Кёнигсберг». Через месяц в ЕГРЮЛ появится ещё одна фирма с подобным названием — ООО «Лучший дом Кёнигсберг». В настоящее время в Калининградской области работает около 30 компаний, в названиях которых вмонтирована память о немецком названии города. Это, например, Кёнигсбергская строительно-финансовая компания, товарищество собственников жилья «Кёнигсберг», русско-немецкое консультационное агентство «Кёнигсберг», многочисленные ООО — «Огни Кёнигсберга», «Кёнигсбергский бульвар», «Сигареттс. Кёнигсберг. Продакшн», «Кёнигсбергский акцент», «Аптеки Кёнигсберга» (продает медикаменты под брендом «Формула здоровья»), НКО «Парусный клуб «Кёнигсберг», «Клуб традиций Калининграда-Кёнигсберга». Фирм же с приставкой «Кёниг» в Калининграде насчитывается ни один десяток. В художественной галерее впервые представлена выставка почтовых открыток Кёнигсберга из коллекции одного из ключевых проводников «всего немецкого» в Калининграде Максима Попова (о его успехах ниже). Также в галерее открылась фотозона «Улочки старого Кёнигсберга», где для посетителей печатали открытки с собственным изображением «сквозь время». Такую фотографию сделала министр культуры Калининградской области Светлана Кондратьева. 20 мая в преддверии Дня славянской письменности юные калининградские литераторы получили награды по итогам творческого конкурса «Янтарное перо». Обладателем гран-при стала восьмиклассница за самиздатную книгу о немецком Кафедральном соборе.

20 марта 2016 года бывший посол США в России Майкл Макфол написал одну из самых скандальных записей в своём микроблоге: «Кёнигсберг был немецким городом на протяжении многих веков. Означает ли это, что Германия имеет право аннексировать Калининград сейчас?» Твит Макфола вызвал шквал возмущения в блогосфере. Через полгода провокационный трюк исполнил главный редактор Bloomberg Джон Миклетвейт. Беседуя уже с Владимиром Путиным, американский журналист спросил: «А вот Калининград можете так отдать?»

На официальном сайте «ХайникенРаша» стоит обратить внимание на визитную карточку калининградского пивзавода. Там указано: «Пивоварня основана в Кёнигсберге в 1910 году. Изначально была известна под названием Konigsberg Brauerei in Devau. Позднее была переименована в «Остмарк». Таким образом, просто вычеркнута полувековая история пивзавода «Калининградский» (в «Остмарк», т. е. немецкое название «Восточная марка» пивзавод был переименован лишь после распада СССР).

Только в течение ноября месяца умерло 1258 человек». Высокая смертность приводила к снижению численности немецкого населения Калининградской области. На первое мая 1946 года в области числилось 118 503 человека, на первое августа 1946 года — 108 547 человек, а на 15 ноября 1946 года — 90 991 человек. К осени 1946 года ежемесячная убыль немецкого населения достигла пяти тысяч человек в месяц. Прибытие переселенцев (фото: Государственный архив Калининградской области) Ситуацию усугубило массовое прибытие советских переселенцев в середине 1946 года. Работавший в области представитель Госплана Иванченко в апреле 1946 года подготовил доклад, в котором подчёркивал: перевозку людей надо завершить к середине июня, чтобы советские граждане успели обеспечить себя приусадебным хозяйством. В противном случае переселенцы окажутся полностью зависимыми от внешнего снабжения области. Доводы Иванченко проигнорировали — массовая миграция в Калининградскую область началась с августа 1946 года. Прибытие десятков тысяч людей, не обеспеченных продуктами питания, вылилось в голод, от которого страдало как немецкое, так и советское население. В связи с нехваткой ресурсов было прекращено снабжение немецкого населения по линии наркомата обороны; продовольственные карточки для советских граждан отоваривались частично. В первой половине 1947 года продовольственные лимиты на март, апрель, май были урезаны более чем на треть, план снабжения по отдельным видам продовольствия выполнялся менее чем наполовину. Власти области докладывали о повсеместном голоде среди гражданского населения, о прогрессирующей дистрофии, многочисленных случаях опухания и смерти от голода, инфекционных болезнях, о падении дисциплины, распространении панических настроений, массовом «обратничестве» (заявлениях о возвращении на родину или попросту самовольном бегстве) переселенцев. Общий коэффициент смертности в области увеличился в 1947 году более чем в два раза, до 20,9% (по России — 14,8%). Ситуация улучшилась лишь в мае 1947 года, когда в область была выделена экстренная помощь — «сталинская ссуда» по 30 кг зерна на человека. В условиях массового голода наиболее пострадала наименее защищённая часть населения: «Неработающее немецкое население (…) продовольственного снабжения не получает, вследствие чего находится в крайне истощённом состоянии. В результате такого положения среди немецкого населения за последнее время отмечается резкое повышение уголовной преступности (кражи продуктов, грабежи и даже убийства), а также в первом квартале 1947 года появились случаи людоедства, которых по области зарегистрировано 12. Занимаясь людоедством, отдельные немцы не только употребляют в пищу мясо трупов, но и убивают своих детей и родственников. Случаев убийства с целью людоедства имеется 4». В апреле 1947 года калининградским немцам, имевшим родственников в Германии, разрешили выезд из области. Это мероприятие вызвало «массовый поток заявлений немцев с просьбами о разрешении выезда в Германию, обоснованными причинами как соединения семей, так и тяжёлыми материальными условиями жизни». Власти Калининградской области поставили вопрос об организованном переселении немцев в советскую зону оккупации Германии. 11 октября 1947 года Совет министров СССР принял постановление № 3547-1169с «О переселении немцев из Калининградской области РСФСР в советскую зону оккупации Германии». В 1947–1948 годах из Калининграда и окрестностей 48 эшелонами было вывезено 102 125 человек. Тридцатого ноября 1948 года операция по депортации завершилась. Надо отметить, что проведена она была практически образцово и не привела к массовым жертвам среди немцев, в отличие от аналогичных депортаций из стран Европы.

Что стало с немцами Кёнигсберга после войны?⁠⁠ По официальным немецким данным, в 1944 году население Восточной Пруссии составляло 2,5 миллиона человек. По мере продвижения линии советско-германского фронта на запад подавляющее число гражданских немцев либо самостоятельно сбежала, либо была эвакуирована в Германию. Что стало с теми, кто не смогли покинуть Восточную Пруссию, — сейчас расскажем. Послевоенная судьба Восточной Пруссии и её столицы Кёнигсберга решилась в ходе Второй мировой войны. Впервые тема передачи СССР незамерзающих немецких портов на Балтике была поднята на Тегеранской конференции в 1943 году. Окончательно вопрос раздела бывшей немецкой территории между СССР и Польшей решился на конференции в Потсдаме: 2/3 Восточной Пруссии вошли в состав Польши, а на оставшейся части образовался советский анклав, через год получивший наименование Калининградская область. Польские власти радикально подошли к вопросу немецкого населения на приобретённых территориях — немедленно приступили к его депортации в Германию. Иначе обстояло с населением Калининградской области. Статус немцев, оказавшихся на советской территории, был довольно неопределённым: формально они оставались подданными Германии и не получали советского гражданства. И если депортация жителей Восточной Пруссии с польских и судетских немцев с чехословацких территорий (названная «упорядоченное переселение немецкого населения») была закреплена в протоколе Берлинской (Потсдамской) конференции, то судьба немцев на советской территории зависела от воли советского руководства. В планах Сталина подразумевалось заселение столицы Восточной Пруссии советскими переселенцами, но по техническим причинам их массовое прибытие не могло быть осуществлено ранее 1946 года. До этого момента вся хозяйственная деятельность в Калининграде и окрестностях, включая подготовку региона к приезду советских граждан, ложилась на плечи оставшихся там немцев. В отсутствие гражданских властей на вновь приобретённой территории власть над немецким гражданским населением передавалась наркомату обороны, эта же структура отвечала и за их снабжение. Помимо гражданских в «Кёнигсбергской области» находилось 11 252 военнопленных и 3160 интернированных немецких граждан, содержавшихся в лагерях № 445 и 553, и 300 немецких технических специалистов, занимавшихся обслуживанием портового оборудования в Балтийске (Пиллау). Десятого мая 1945 года началась процедура регистрации и прописки немецкого населения, и по её результатам появилась «Справка о наличии местного населения на территории советской Восточной Пруссии на первое сентября 1945 года». Согласно этому документу, численность «германцев», остававшихся на территории СССР, составляла 129 614 человек, бо́льшая часть из которых проживала в Кёнигсберге и ближайших окрестностях. Из этого числа не более 47 000 немцев были признаны трудоспособными: в эту категорию попадали мужчины и женщины в возрасте от 17 до 50 лет. В документе отмечалось, что данные по регистрации не полны, так как некоторые воинские части, использующие немцев в качестве рабочей силы, скрывали их от учёта, а также из-за неконтролируемого перемещения жителей в границах области. Снабжение гражданского немецкого населения осуществлялось по карточной системе. Рабочая карточка подразумевала 400 г хлеба в сутки, «иждивенческая» — 200 г. До лета 1945 года ситуация с обеспечением питания гражданского немецкого населения была удовлетворительной (оно осуществлялось за счёт трофейных запасов продовольствия), но уже к осени стала ухудшаться. Докладная записка об оперативной обстановке в Восточной Пруссии от десятого декабря 1945 года, отмечала: «Вследствие тяжёлых материальных условий, в которых находится немецкое население, недостаточного питания и совершенно неудовлетворительно поставленной медицинской помощи среди населения имеются эпидемиологические заболевания и большая смертность.

Как жителей Кенигсберга прогнали из Калининграда В 1946 году Сталин подписал постановление, согласно которому в Калининградскую область необходимо переселить «на добровольных началах» на постоянное жительство 12 тысяч семей. На протяжении трех лет в область прибывали жители 27 различных областей РСФСР, союзных и автономных республик, благонадежность которых тщательно контролировалась. В основном это были переселенцы из Белоруссии, Псковской, Калининской, Ярославской и Московской областей Таким образом, с 1945 по 1948 годы в Калининграде совместно проживали десятки тысяч немцев и советских граждан. В это время в городе действовали немецкие школы, церкви, и другие общественные учреждения. С другой стороны, из-за памяти о совсем недавней войне, немецкое население подвергалось мародерству и насилию со стороны советского, что проявлялось в насильном выселении из квартир, оскорблениях и принуждениях к выполнению работ. Однако, по мнению многих исследователей, условия тесного проживания двух народов на небольшой территории способствовало их культурному и общечеловеческому сближению. Официальная политика также пыталась помочь уничтожению враждебности между русскими и немцами, однако этот вектор взаимодействия вскоре полностью переосмысляется: готовится депортация немцев в Германию. «Мирное вытеснение» немцев советскими гражданами не дало эффективных плодов, и к 1947 году на территории СССР находилось более 100 000 немцев. «Неработающее немецкое население... продовольственного снабжения не получает, вследствие чего находится в крайне истощенном состоянии. В результате такого положения среди немецкого населения за последнее время отмечается резкое повышение уголовной преступности (кражи продуктов, грабежи и даже убийства), а также в первом квартале 1947 года появились случаи людоедства, которых по области зарегистрировано... 12. Занимаясь людоедством, отдельные немцы не только употребляют в пищу мясо трупов, но и убивают своих детей и родственников. Случаев убийства с целью людоедства имеется 4», - докладывали власти Калининграда. С целью освобождения Калининграда от немцев было издано разрешение о возвращении на родину, но не все немцы смогли или захотели им воспользоваться. Генерал-полковник Серов говорил о предпринятых мерах: «Наличие немецкого населения в области разлагающе действует на неустойчивую часть не только гражданского советского населения, но и военнослужащих большого количества советской армии и флота, расположенных в области, и способствует распространению венерических заболеваний. Внедрение немцев в быт советских людей путем довольно широкого использования их в качестве низкооплачиваемой или вообще бесплатной прислуги способствует развитию шпионажа...». Серов поставил вопрос о насильственном переселении немцев на территорию советской оккупации Германии. После этого, с 1947 по 1948 в Германию из бывшей Восточной Пруссии переселяют около 105 000 немцев и летувинников – прусских литовцев. Утверждалось, что организованные немцами во время Второй Мировой переселения, которые, в частности, привели к Холокосту, оправдывают данную депортацию. Переселение прошло практически без жертв, что было связано с высокой степенью его организации – депортируемым выдавали сухой паек, разрешали брать с собой большое количество груза и добросовестно к ним относились. Известны и многие благодарственные письма от немцев, написанные ими перед переселением: «Большой благодарностью прощаемся мы с Советским Союзом». Так на территории, некогда называвшейся Восточной Пруссией, стали жить русские и белорусы, украинцы и бывшие жители других союзных республик. После войны Калининградская область стала быстрыми темпами милитаризироваться, став своего рода «щитом» СССР на западных границах. С распадом СССР Калининград превратился в анклав Российской Федерации, и по сей день помнящий о своем немецком прошлом.

Польский генерал заявил об оккупации Калининграда Россией Бывший командир сухопутных войск Польши генерал Вальдемар Скшипчак заявил, что территория Калининградской области с 1945 года была оккупирована Россией, пишет газета Do Rzeczy. Генерал подчеркнул, что область исторически принадлежала Пруссии и Польше, и заявил, что Варшава должна поднять вопрос о ее принадлежности. "Как [вопрос] поднимет, так и опустит", - заявила официальный представитель МИД России Мария Захарова в ответ Скшипчаку. На заявление отреагировали также спикер Совета Федерации Константин Косачев и глава пресс-службы правительства Калининградской области Дмитрий Лысков. Они оба заявили, что Скшипчаку следует лучше изучить историю прошлого века. "Нельзя вернуть то, что никогда Польше не принадлежало. Заявление, что Варшава может претендовать на Калининград - глупость, Калининград был, есть и будет русским городом на Балтике", - сказал Лысков. После Второй мировой войны северная часть Восточной Пруссии (примерно треть всей ее территории) была передана Советскому Союзу, остальные две трети - Польской Народной Республике. В 1946 году на отошедшей к СССР территории была образована Кенигсбергская область, том же году Кенигсберг переименовали в Калининград. Хотя Скшипчак и считает, что сейчас Калининградская область "не имеет военного значения", в конце января 2018 года Министерство обороны России создало в регионе инфраструктуру для размещения оперативно-тактических ракетных комплексов "Искандер". В Кремле тогда заявляли, что "Искандеры" разместили под Калининградом из-за якобы "антироссийской ракетной системы" в Европе. В США и Польше размещение ракет назвали дестабилизирующим шагом.

Негативную роль играет и то, как в японском обществе в целом воспринимают Россию — несмотря на любовь к российской литературе и искусству, отношение к нашей стране несет на себе отпечаток восприятия Японией территориальной проблемы. Согласно проведенным японским правительством в октябре 2018 года опросам, лишь 17,7 процента японцев считают Россию близкой им страной, тогда как 78,8 процента близости не испытывают. Японский премьер постоянно находится под шквалом критики по поводу российской политики со стороны как собственной Либерально-демократической партии, так и оппозиции. Даже более националистически настроенная и правая часть партии, которая и составляет опору Синдзо Абэ, полагает, что его подход работает недостаточно эффективно. Японского премьера неоднократно упрекали в том, что он тратит правительственные средства на осуществление плана экономического сотрудничества из 8 пунктов, но взамен не получает никаких подвижек от России по территориальному вопросу. Синдзо Абэ во время конференции по вопросу «возвращения» Курильских островов Фото: Yuya Shino / Reuters Неудивительно, что многие политики, в особенности правые, сочли идею «лишь два острова и все», предательством национальных интересов. Основной центр принятия решений по этому вопросу японский премьер сосредоточил в своей канцелярии, так как Министерство иностранных дел известно своей более неуступчивой позицией. Негативную роль играют и искусственно завышенные ожидания, в которых виноват и сам японский премьер. Сама постановка вопроса о расширении экономического сотрудничества взамен на компромисс по заключению мирного договора и решению территориальной проблемы была заранее обречена на провал. На премьер-министра Синдзо Абэ давление оказывают и США, и партнеры по «Большой семерке», демонстрация солидарности с которыми считается в Японии важной. Многие из них недовольны слишком мягкой и уступчивой политикой по отношению к России как по вопросу Украины и Крыма — в особенности слишком мягкими санкциями и де-факто нарушением финансовых санкций — так и по другим международно-политическим проблемам, например, по Сирии. В 2018 году огромное давление оказывалось на Японию со стороны Великобритании, чтобы она заняла более жесткую позицию по вопросу Скрипалей. В западных публикациях японский премьер часто обвиняется в наивном идеализме, которым «пользуется» российское руководство. Получается, что Россия упрекает Японию в слишком большом следовании за Вашингтоном, а США и партнеры по «Большой семерке» — в слишком мягкой позиции по отношении к России. В итоге недовольными оказываются все. Почему в конце 2018 и начале 2019 годов японский премьер стал делать столь взбудораживавшие российское общественное мнение заявления о поворотном моменте в российско-японских отношениях и рассуждать о том, как именно может происходить передача двух островов и что будет с проживающим там населением? В канцелярии премьер-министра неверно — уже не в первый раз — прочли позицию Москвы. Японское руководство посчитало, что согласовало формулу решения территориального вопроса на основе Московской декларации, и значит, она получит два острова без дополнительных условий, и речь даже может идти об обсуждении дополнительных привилегий. То есть Токио начал обсуждать передачу двух островов, как будто бы вопрос был уже решен и следовало урегулировать только технические формальности. Резкая реакция с российской стороны — когда главе японского правительства посоветовали не делать резких заявлений — и результаты переговоров между Владимиром Путиным и Синдзо Абэ в январе 2019 года в Москве показали, что в текущей ситуации сложно надеяться на серьезный прорыв. Пессимистичную оценку демонстрируют проведенные после московского визита опросы общественного мнения. Согласно проведенному агентством «Киодо цусин» опросу, 88,3 процента японцев не верят в то, что Синдзо Абэ удастся разрешить территориальную проблему. Южно-Курильск (остров Кунашир) Фото: Юрий Мальцев / Reuters В то же время следует отметить и уникальность российской политики Синдзо Абэ. Помимо заключения мирного договора и разрешения территориального вопроса, большую роль играет и интенсификация сотрудничества с Россией в сфере безопасности и в экономике. Это означает уже комплексный подход, направленный на расширение конструктивных отношений с нашей страной. С учетом отмеченных ранее ограничений и при всех допущенных промахах, готовность японского премьера идти на компромисс и фокусироваться на сотрудничестве с Россией заслуживает высокой оценки. Премьер-министр Синдзо Абэ — сильный лидер, который занимает кресло премьера дольше всех в японской истории. Многие японские эксперты отмечают, что если кто-то и может решить вопрос заключения мирного договора и территориального вопроса, то это именно он. Следующий подобный лидер рано или поздно придет, но до его прихода скорее всего пройдет не один год. Острова в обмен на что? Что Япония может дать России в случае заключения мирного договора и решения территориального вопроса? Этот вопрос редко обсуждается в российском информационном пространстве. Вот о чем говорят японские эксперты: Во-первых, это качественное улучшение климата в двухсторонних отношениях и ликвидация ограничителей, которые с японской стороны препятствуют расширению сотрудничества. Вне зависимости от того, нравится это России или нет, для Токио этот вопрос играет большую роль. Конечно, в Россию не хлынут японские инвестиции, так как японский бизнес ориентируется, прежде всего, на привлекательность бизнес-климата и состояние экономики. Однако это приведет к снижению политических рисков для бизнеса и новым возможностям сотрудничества Сахалина, Курильских островов и Хоккайдо. Значение японских инвестиций для модернизации российской экономики, в особенности Дальнего Востока, сложно переоценить. Получит импульс к развитию и сотрудничество в сфере безопасности. Во-вторых, улучшение отношений с Японией позволит обеим странам усилить свои позиции в расстановке сил и конфигурации отношений в Восточной Азии. В этом случае вероятность того, что японо-американский альянс будет направлен против России, заметно снизится. Япония будет более склонна воспринимать Россию как конструктивного партнера. В случае же если прогресса до окончания срока Синдзо Абэ в 2021 году достичь не удастся, наиболее логичным кажется предположение о том, что следующий премьер не будет так сильно рисковать и займет более жесткий по отношению к России курс. Это позволит «погасить» негативную реакцию по отношению к такой политике как в самой Японии, так и со стороны США и европейских партнеров. В этих условиях будет возможно и введение Японией более серьезных санкций в случае очередной конфликтной ситуации России с Западом. Выбраться из спирали ухудшения отношений впоследствии будет заметно сложнее, что наглядно демонстрируют отношения России и ЕС. Что это означает для России? Общества и России, и Японии не настроены на компромисс по территориальному вопросу. Стоит констатировать и нехватку широкой общественной дискуссии в обеих странах по поводу возможных аргументов за заключение мирного договора и решение территориального вопроса на основе Московской декларации 1956 года (предусматривающей передачу двух островов). Безусловно, российское руководство будет принимать решения, исходя из национальных интересов и общественного мнения страны. Ключевую роль в этом будет играть оценка того, насколько России в настоящих условиях нужен такой прорыв в отношениях с Японией.

«Советский Союз забрал наши острова» Япония считает Курилы своими, но готова идти на уступки. России этого мало Начиная с 1981 года каждое 7 февраля Япония отмечает день «северных территорий» — так там называют Курильские острова, которые, по мнению Токио, находятся под российским суверенитетом незаконно. В стране проходит съезд, участие в котором принимают ведущие политики: они пытаются найти способ, как все-таки вернуть свое. «Лента.ру» попросила кандидата политических наук, доцента кафедры востоковедения МГИМО МИД России Анну Кирееву рассказать, какой Япония видит ситуацию со спорными островами и почему не желает отказываться от своего видения проблемы. Дата 7 февраля выбрана не случайно: это годовщина подписанного в 1855 году Симодского трактата о торговле и границах между Россией и Японией, который закреплял за Токио право на четыре южных острова Курильской гряды — Кунашир, Итуруп, Шикотан и Хабомаи. Именно на них сейчас и претендует японская сторона. Причем движение за возвращение этих территорий началось с малого: а именно с протестов бывших жителей островов (около 17 тысяч человек) и рыбаков, проживавших в городе Нэмуро на острове Хоккайдо — они из-за потери Курил японским правительством остались практически без работы. Постепенно движение превратилось в национальное «движение за возвращение северных территорий» и получило государственную поддержу как на региональном, так и на общенациональном уровне. В 1972 году в рамках Кабинета министров Японии был даже создан специальный государственный орган, отвечающий за политику в отношении «северных территорий» — он-то и организует всяческие конференции и общественные мероприятия, а также «занимается информационной и просветительской работой», — доносит точку зрения Токио внутри страны и за рубежом. Возвращение островов, «отобранных» Советским Союзом, стало одной из ключевых национальных идей Японии, целью, к которой обязательно надо стремиться. В 1980-х годах правительство Японии начало сбор подписей в поддержку требования о «возвращении северных территорий» — ее подписали более 80 миллионов японцев. Вопрос стал использоваться политиками различных уровней для мобилизации населения во время предвыборных кампаний. Японские правые стали наиболее активно отстаивать идею о необходимости возвращения островов, а крайне правые группы — проводить акции у российского посольства и ездить на автобусах с громкоговорителями, из которых на кварталы вокруг разносятся фразы вроде «Отдайте северные территории!» В ежегодном «Общенациональном съезде за возвращение северных территорий» 7 февраля принимает участие премьер-министр страны и высокопоставленные политики. В декларацию по итогам съезда обычно включают фразу о том, что невозможно больше терпеть «оккупацию» островов Россией: они должны быть возвращены как можно скорее. Одно время премьер-министр даже ездил осматривать «северные территории» с вертолета или катера береговой охраны. Сейчас японские граждане имеют право на посещение четырех Курильских островов только в соответствии с программой обменов, принятой министерствами иностранных дел СССР и Японии в 1991 году и предполагающей посещение островов установленными категориями граждан (бывшие жители, политики и общественные деятели, сотрудники СМИ) без виз и паспортов по специальным разрешениям. Особое внимание традиционно уделяется вопросам образования: во всех учебниках содержится официальная позиция о том, что это японская территория, и правительство добивается ее возвращения. Проводятся специальные уроки, организуются поездки на остров Хоккайдо для того, чтобы жители страны своими глазами могли посмотреть на занятую Россией японскую территорию. У японцев с детства создается негативный образ России, которая захватила у Японии ее исконные территории. Всем расскажем Согласно официальной позиции Министерства иностранных дел Японии, четыре острова Кунашир, Итуруп, Шикотан и Хабомаи являются не частью Курильских островов, а частью острова Хоккайдо (и одноименной префектуры) и «исконной японской территорией». В Японии полагают, что СССР оккупировал их во время Второй мировой войны незаконно, в нарушение Пакта о нейтралитете, а задача правительства — вести переговоры с Россией о возвращении четырех островов и подписании мирного договора. Позиция Японии базируется на том, что в Сан-Францисском мирном договоре 1951 года отмечается, что Япония отказывается от Курильских островов и юга Сахалина, но не указано, кому именно переходят острова (СССР в подписании договора не участвовал) и что именно включается в это понятие. Не вдаваясь в хорошо известную аргументацию российской стороны, стоит посмотреть, как этот вопрос отражается в японском сознании. Парадоксально, но в Японии сложился образ страны как «жертвы» событий Второй мировой войны и послевоенного урегулирования. Свою роль в этом сыграли не только атомные бомбардировки. Общее распространение получила оценка о действиях Советского Союза как «вора на пожаре», который воспользовался слабостью Японии и забрал у нее «исконные территории». С Японией обошлись несправедливо, и эта ситуация должна быть изменена. Сконструированная подобным образом идентичность и ее целенаправленная поддержка на государственном уровне в виде национальной идеи делает Японию заложницей ситуации, которую она же и создала. Любой премьер-министр должен добиваться «возвращения северных территорий» — в противном случае он рискует показаться чуть ли не предателем национальных интересов. В японской внешней политике решение территориального спора — ключевой вопрос при взаимодействии с Россией, и именно с ним увязывается заключение мирного договора. Спаситель Абэ Премьер-министр Синдзо Абэ, придя к власти в Японии в декабре 2012 года, дал понять: решением вопроса с Курилами займется плотно. Это неспроста: во-первых, он хочет войти в историю политиком, решившим ключевой для Японии спор. Во-вторых, играет роль и его семейная история. Абэ — националист, и он хочет завершить послевоенный период истории, перелистнуть эту страницу в истории страны и укрепить позиции Японии как ведущей державы «первого эшелона». Соответственно, разрешение территориального вопроса рассматривается как один из ключевых элементов преодоления несправедливого положения страны, связанного с унизительным послевоенным урегулированием. Традиционно позиция Японии заключалась в возврате всех четырех островов, но постепенно стала демонстрировать гибкость по поводу сроков. Помимо варианта возврата всех четырех островов сразу, появился вариант возврата сначала двух островов, а потом — продолжение переговоров по оставшимся двум. В мае 2016-го премьер-министр Японии предложил «новый подход» к решению вопроса мирного договора и территориальной проблемы. Как считается, он может быть отражен в выработанной в 2001 году на переговорах двух руководителей стран формуле «два плюс альфа». Она предполагает, что Япония получает два ближайших и самых маленьких острова Шикотан и гряды Хабомаи общей площадью 7 процентов от всей Курильской гряды, а также что-то еще в виде «альфы», например, совместную хозяйственную деятельность на двух других островах. На многочисленных встречах с российским президентом японский премьер призвал не оставлять этот вопрос следующим поколениям, а решить его руками двух сильных лидеров. Выступая на очередном «Общенациональном съезде за возвращение северных территорий» 7 февраля 2018 года, Абэ избегал резких заявлений и подчеркнул, что ситуация, при которой вопрос мирного договора не решен уже более 72 лет, ненормальна. В ноябре 2018 года президент Владимир Путин и премьер-министр Синдзо Абэ достигли договоренности, что вопрос будет решаться в соответствии с положениями подписанной СССР и Японией Московской декларации 1956 года. В соответствии с ней, Советский Союз после подписания мирного договора в качестве жеста доброй воли соглашался передать Японии два малых острова южных Курил — Шикотан и Хабомаи. Накануне визита в Москву в январе 2018 года японский премьер заявил, что перспективы передачи островов Кунашир и Итуруп выглядят нереалистичными, что де-факто означает отказ от притязаний на них. С точки зрения Японии, позиция Синдзо Абэ, соглашающегося только на два меньших острова, представляет собой существенный компромисс и шаг навстречу России. В этом же ключе стоит рассматривать и обещания японского премьера не размещать военные базы на этих островах в случае их передачи. Политика японского премьера в отношении России — достаточно рискованное предприятие. Население Японии стало более гибко подходить к решению территориального вопроса, который остается нерешенным в течение более 70 лет. Это особенно заметно по мере смены поколений: молодежь меньше интересуется этим вопросом и не считает его таким важным. Однако пока эта гибкость опять же проявляется только в сроках «возвращения северных территорий». Согласно проведенному в ноябре 2018 года опросу газеты «Нихон кэйдзай симбун», 33 процента японцев выступили за возвращение четырех островов сразу, 46 процентов — за возвращение сначала Шикотана и Хабомаи и за продолжение переговоров потом. И только 5 процентов согласились лишь на возвращение двух островов. При этом большинство также высказалось за то, чтобы сначала решить территориальный вопрос, и только потом подписывать мирный договор. Эти цифры наглядно демонстрируют, что компромисс с Москвой на основе Московской декларации — то есть передачи лишь двух островов — является крайне сложным для японского лидера с точки зрения общественного мнения.

Смена правительства в Молдове: причины и следствие В Молдове происходит смена правительства. Ушла премьер-министр Наталия Гаврилица, на эту позицию заступает глава Совета безопасности Дорин Речан. Оба они представляют правящую Партию действия и солидарности, за которой стоит президент Майя Санду. «Кандидатом на пост премьер-министра выдвинут Дорин Речан», - сообщила Санду на брифинге после консультации с лидерами парламентских фракций. Согласно закону, в течение двух недель Речан должен представить на утверждение парламента состав и программу нового кабинета. Сама же Гаврилица на своей итоговой пресс-конференции подчеркнула, что ее команде удалось достичь немало целей. В частности, прежнее правительство смогло сохранить спокойную обстановку в Приднестровье, пройти через кризис беженцев, а также газовый кризис, повысить зарплаты, продвинуться в вопросе евроинтеграции. «В эксплуатацию были сданы дороги, мы реализовали множество проектов, в том числе связанных с энергетикой. Немало средств было выделено для поддержки бизнеса. Самое главное, что было достигнуто - Молдова стала кандидатом в ЕС», - особо подчеркнула Гаврилица. Новое правительство будет формировать проевропейская Партия действия и солидарности (ПДС). Именно она контролирует парламент Молдовы. «Фракция ПДС обеспечит формирование нового правительства, которое будет сосредоточено на проблемах безопасности и экономического развития», — заявил председатель парламента, лидер ПДС Игорь Гросу. При этом он поблагодарил правительство Гаврилицы за работу. «Несмотря на тяжесть вызовов, страна управлялась ответственно, с большим вниманием и самоотверженной работой», — сказал он. Гросу уверен, что благодаря работе кабмина в стране «сохранили мир и стабильность». Однако интересно, чем все же была вызвана необходимость смены Гаврилицы? Она не справилась с какими-то конкретными задачами, которые ставила перед ней президент? Или Молдова подошла к каким-то новым проблемам, в соответствии с которыми возглавить правительство должен человек, имеющий опыт работы со спецслужбами? Как можно оценить работу Гаврилицы и связывают ли в Молдове какие-то ожидания с появлением на посту премьера Речана? А может, это происходит из-за продолжающейся войны России против Украины и рисков, которые угрожают в этой связи Молдове? Или есть какие-то иные причины? На эти вопросы Caliber.az ответили известные молдавские аналитики. Политический комментатор Виктор Чобану указал, что смена правительства напрашивалась из-за ряда накопившихся проблем на фоне роста недовольства граждан в связи с рекордной инфляцией и ростом цен на энергоносители. «Хотя в целом правительство Гаврилицы достойно справилось с ситуацией в условиях нескольких наложившихся кризисов, логика текущего момента требует большей решительности и динамики. Не в последнюю очередь требовался несколько другой профиль премьера (а Гаврилица финансист) в связи возросшими рисками и вызовами в области безопасности. Поэтому назначение Речана (секретарь Совбеза и бывший министр МВД) вполне логично. Сообщение президента Зеленского в Европарламенте о перехвате плана российских спецслужб по дестабилизации ситуации в Молдове также сыграло свою роль в пользу такого выбора. До окончания войны в Украине вопросы безопасности будут оставаться среди главных в повестке правительства», - сказал В.Чобану. А доктор истории, директор Института эффективной политики Виталий Андриевский подчеркнул, что правительство Гаврилицы было правительством - «гасящем пожары» и «латающим дыры». «Ему пришлось пройти множество кругов ада. Вначале ковид. Затем война в Украине, разрыв торговых связей и наплыв беженцев. Потом энергетический кризис. И как результат всего этого – рост цен, инфляция. Надо признать, что худо-бедно (ключевые слова) им удавалось частично справляться с возникающими проблемами. Но их большой недостаток был в том, что они не могли вырваться из этого круга и жили сегодняшнем днем. Их девизом стало – нам бы день продержаться, да ночь простоять. Сегодня всего этого уже недостаточно. В работу правительства необходимо вдохнуть новую жизнь, новые смыслы», - полагает эксперт. И по его мнению, именно то, что предлагает кандидат в премьер-министры Дорин Речан, соответствует этим новым задачам. «Во-первых, создание системы работы правительства, исполнительская дисциплина и контроль за выполнением поставленных задач. Во-вторых, прорывы в экономике, привлечение инвестиций, создание новых рабочих мест. И в-третьих, безопасность. Безусловно, в числе приоритетов по-прежнему евроинтеграция. Справится ли новый премьер-министр? На этот вопрос пока ответа нет. Есть ожидания, есть надежды. Думаю, через пару месяцев мы увидим результаты. Или отсутствие результатов», - заключил В.Андриевский.

Россия всегда заявляла, что южные Курильские острова вошли в состав СССР по итогам Второй мировой войны, и российский суверенитет над ними, имеющий соответствующее международно-правовое оформление, сомнению не подлежит. При этом российская сторона признает Совместную декларацию 1956 года как документ, ратифицированный Верховным Советом СССР. Япония претендует на все острова и увязывает решение о признании японского суверенитета над этими территориями с подписанием мирного договора. 12 сентября 2018 года президент России Владимир Путин выступил с предложением подписать мирный договор с Японией до конца года без предварительных условий. Вопрос о заключении этого документа обсуждается со времен окончания Второй мировой войны. Основным препятствием для достижения соглашения является спор вокруг нескольких островов в южной части Курильского архипелага (Итуруп, Кунашир, Шикотан и ряд мелких необитаемых островов Малой Курильской гряды - все в составе Сахалинской области; в Японии их называют "северными территориями"). Курильский архипелаг - это цепь островов между Камчаткой и островом Хоккайдо. Изначально они были населены племенами айнов. Первая информация о Курилах была получена японцами в ходе экспедиции 1635-1637 годов, в 1643 году острова обследовали голландцы во главе с Мартином де Фризом. Первая российская экспедиция достигла северной части гряды в 1697 году. В 1786 году указом Екатерины II Курильский архипелаг был включен в состав Российской империи. 7 февраля 1855 года Япония и Россия подписали Симодский трактат, по которому к Японии отошли Итуруп, Кунашир и острова Малой Курильской гряды, а северная часть Курил осталась под контролем России. Сахалин был объявлен совместным владением - "неразделенной" территорией. Однако двоевластие на Сахалине приводило к конфликтам между русскими и японскими купцами и моряками. Противоречия сторон были разрешены в 1875 году с подписанием Санкт-Петербургского договора об обмене территориями. В соответствии с ним Россия передала Японии все Курильские острова, а Япония отказалась от претензий на Сахалин. 5 сентября 1905 года по результатам Русско-японской войны был подписан Портсмутский мирный договор, согласно которому во владение Японии перешла часть Сахалина к югу от 50-й параллели.

Курильские острова раздора: Япония надеется, Госдума противится

Далее, это станет одним из последних ударов по России как серьезной военно-морской державе. Ведь Черноморский и Балтийский флоты уже заперты проливами (турецкими в первом и датскими в последнем случае). Северный флот расположен вдали от важнейших мировых акваторий, пока остается еще Тихоокеанский, свободного выхода которого в Мировой океан добилась советская армия в 1945 году, выйдя на Курильские острова. Несмотря на очевидную пагубность для российских интересов такого шага, нельзя сказать, что он невозможен. Москва уже не раз делала нечто подобное. Достаточно напомнить о передаче Кремлем Норвегии в 2010 году участка шельфа Баренцева моря площадью в 150 000 кв. км, которое предыдущие российские и советские руководители отказывали передавать норвежской стороне на протяжении сорока лет. Уступка была немалой — помимо нефтегазоносного пласта, этот участок облегчал и свободу маневра Северного флота — российского флота, обладающего наилучшим доступом в Атлантику. Еще более известна передача США в 1990 году почти 55 000 кв. км Берингова моря за мизерные уступки. В результате 70 % Берингова моря оказалось под юрисдикцией США, что не просто сузило возможности для советских и российских рыбаков. Геополитически этот трансфер был огромным промахом, поскольку он осложнил использование Россией возможностей для проводки судов по Северному морскому пути из Тихого океана в Атлантический. А именно на это явно делает ставку Москва в условиях потепления климата и улучшения условий навигации в Северном ледовитом океане на фоне осложнения навигации из российских портов на Балтике и Черном море. Полная версия обещаний Хрущева Искать в курильском вопросе некоей высшей исторической справедливости сложно — он уже давно предмет циничной империалистической политики. С точки зрения истории и японцы, и русские пришли на Курилы примерно в одно время и начали попытки включить острова в свои соответствующие империи также примерно одновременно, регулярно воюя друг с другом по этому поводу. Коренное население Курил — айны — оказались фактически раздавленными в тисках имперского противостояния. По результатам Второй мировой войны СССР занял Курилы — это, конечно, было слабым утешением на фоне неудачи попыток поучаствовать в оккупации остальной Японии наравне с американцами. США сразу же принялись интегрировать Японию (как и ряд других стран, разгромленных в ходе войны или оказавшихся ее жертвами) в систему своей глобальной гегемонии. Чтобы противодействовать этому, в 1950-х годах советское правительство попробовало способствовать созданию нейтральных государств у границ СССР и Восточного блока. Предложения «нейтрализоваться» советские руководители делали тогда многим — от Германии (не получилось) до Ирана (почти получилось) и Австрии и Финляндии (с обеими получилось). Именно с таким предложением - «нейтралитет в обмен на прекрасные отношения с СССР» и было связано подписание Советско-японской декларации 1956 года. Ее любят цитировать «в вакууме» - как абстрактный жест доброй воли, но она появилась в привязке к предложению, сделанному Москвой японскому руководству: интенсифицировать сотрудничество и отдать два острова, если Токио примет нейтральный статус. Однако Токио тогда сделал иной выбор: в пользу союза с США и интеграции в формировавшийся в то время лагерь «глобального Запада». В результате СССР уже в 1960 году отозвал свое приглашение и наотрез отказывался в дальнейшем обсуждать тему границ. Так продолжалось до тех пор, пока, готовя в 2004 году визит Путина в Японию, российский министр иностранных дел Лавров вдруг не заявил о признании Россией Декларации 1956 года и готовности урегулировать территориальные споры с Японией на ее основе. «Ящик Пандоры» или же «Крым» и «Донбасс» оборачивается Курилами? Некая высшая историческая справедливость состоит в ином — в том, что к Кремлю бумерангом возвратились последствия его же собственных действий. Посудите сами: территориальная неприкосновенность в плане запрета на территориальную экспансию была довольно твердой нормой международного права после 1945 года. Особенно это касалось Европы, но и в остальном мире даже деколонизация не вела к территориальному переделу. Колонии превращались в независимые страны в точности с границами, проведенными прежними империалистическими хозяевами. Сепаратизм и экспансионизм, конечно, имел место, но он считался чем-то совершенно неприемлемым, результаты его могли признать лишь в совершенно экстраординарных случаях. Все начало меняться с конца 1990-х, когда, победив в Холодной войне, Запад решил переписать право под «новый мир». И здесь на ум приходит метафора «ящик Пандоры» - в древнегреческой мифологии, как известно, она означает неосмотрительно вскрытый источник непредсказуемых бедствий. Запад открыл такой «ящик Пандоры», начав перекраивать международное право и международную политическую практику по отношению к сепаратизму. Ярчайшим примером тому стало содействие созданию из части территории Сербии де-факто нового государства и последующее признание Косово в 2008 году. Этот прецедент, кстати, стал источником вдохновения и для радикальных армянских националистов. Владимир Путин, пытаясь явочным порядком войти в клуб мировых держав, которым такое создание «новых косово» позволено, попытался повторить тот же номер с сепаратистскими образованиями в Грузии. Тогда это почти получилось и даже на сайте НАТО российско-грузинская война 2008 года описывалась лишь как «диспропорциональное применение силы» российской стороной. Отсюда взяла свои истоки и российская политика в отношении Украины и поддержки сепаратистов на востоке этой страны с последовавшим в прошлом году вторжением. Она стала следующим «ящиком Пандоры», открытым в мировой политике. И было бы наивным полагать, что на этом дело остановится. Японско-российские территориальные споры стали лишь очередным тому подтверждением. Не первым и не последним: та же Эстония в прошлом году остановила ратификацию договора о границе с РФ, и вновь встал вопрос принадлежности территорий. Закрыть этих выпущенных злых духов и джиннов сепаратизма и экспансионизма обратно будет весьма непросто. В прошлый раз мир смог сделать это только после бойни планетарного масштаба — Второй мировой войны и перед лицом новой угрозы глобального ядерного апокалипсиса. Сначала через мирные соглашения с Германией, Японией и их союзниками, затем через т.н. «хельсинкский процесс» 1970-х было постановлено — границы можно преодолевать через официальные и человеческие контакты, но недопустимо их перекраивать. Но держался тот миропорядок на балансировании двух лагерей - оно исчезло и мир начал «слетать с катушек», а мы вновь приближаемся к опасной черте глобального противостояния.

И делает это все японское руководство не автономно — для такого курса у него не хватило бы и элементарной поддержки внутри страны, у нынешнего правительства - рекордно низкий рейтинг вообще и уровень поддержки гражданами курса на восстановление военной мощи, в частности. Токио делает это все в рамках военного сотрудничества с США. В ходе визита японской правительственной делегации в Вашингтон в середине января обсуждалось серьезное укрепление политического, технологического и военного сотрудничества, направленного на изоляцию оппонентов Запада – прежде всего КНР. Американская пресса характеризовала переговоры Кисиды и Байдена едва ли не как главное дипломатическое событие года, вашингтонские чиновники публично поддержали новый курс Японии в военной области, включая планы развивать «контратакующие возможности», закупая ракетные вооружения. В первую очередь, американского производства, разумеется. Также было объявлено о размещении в Японии еще одного полка морской пехоты США — хотя в стране уже и так полно американских военных баз. Впрочем, их, наверное, много не бывает. При этом министры иностранных дел и обороны Японии и США, встретившись вчетвером, четко сформулировали угрозу - «растущее и провокационное стратегическое военное сотрудничество России с Китаем». В начале февраля стало известно, что японские власти готовы разместить в своей стране качественно новое американское оружие — как крылатые ракеты сухопутного базирования «Томагавк» дальностью более 2000 км, так и гиперзвуковые комплексы LRHW дальностью почти 2800 км. Страны Юго-Восточной Азии от такого предложения Вашингтона отказались, не желая втягиваться в американо-китайское противостояние. Американцы стремятся разместить ракеты и развернуть другие свои и союзные силы на т.н. «первой островной цепи» в Тихом океане - от Камчатки до Малайского полуострова. При достижении этой цели Вашингтон и его союзники, помимо всего прочего, смогут также замкнуть китайские ВМФ и российский Тихоокеанский флот в прибрежных морях. Таков контекст новой попытки заключить мирный договор, от которой, судя по комментариям Пескова и линии российского МИДа, Москва в нынешних условиях отказываться не спешит — как бы ни наращивал Токио санкционное давление и как бы явно не проглядывали из-под разговоров о мирном договоре вопросы передачи Южных Курил. Цена передачи Цена передачи островов для РФ не сводится к самой передаваемой суше и окружающей ее акватории с возможными полезными ископаемыми. Речь идет о геополитических сдвигах серьезного характера в Дальневосточном регионе Которые не понравятся соседним странам, в частности Китаю и КНДР, поскольку будут означать усиление в регионе позиций Японии и в индивидуальном качестве, и в союзе с США и прочими западными странами. Во-первых, Охотское море, де-юре не являющееся внутренним морем России, но де-факто приближающееся к этому статусу, превратится в гораздо более открытый для японских и американских военных район. Во-вторых, передача Южных Курил существенно сузит возможности Тихоокеанского флота РФ — даже развертывание подлодок станет куда более тяжелым делом, а уж их выход в Тихий океан будет прекрасно отслеживаться Японией и ее западными союзниками. Китай, может, не прочь был бы ослабить позиции РФ, но не в пользу же США и их союзников!

В марте 2022 года Москва после введения японским правительством санкций в отношении РФ в связи с российско-украинской войной даже отказалась от продолжения переговоров по мирному договору, которые велись на протяжении более чем двух десятилетий, и отменила безвизовый режим для японцев на Курильских островах. Японские власти подчеркивают, что сохранят должность министра по развитию экономических отношений с Россией, но поясняют - «такой министр помогает японским компаниям с уходом с российского рынка». 3 февраля вступила в силу новая серия японских санкций против России. Они затронули поставки медоборудования, вакцин и роботов в РФ и заморозку активов российских чиновников, политиков и бизнесменов. Вероятно, не видя возможности ответить иначе и не желая обрывать ниточку контактов, пресс-секретарь российского лидера Песков заявил, что ничего страшного в японских санкциях не видит. Вслед за этим, 6 февраля, Япония присоединилась к режиму ограничения цен на нефтепродукты из России. Относительно его введения существовал консенсус среди членов «коллективного Запада», но первыми его ввели ЕС и США. Токио, кстати, установил те же ценовые рамки. Но даже это не повлекло за собой ужесточения позиции Москвы. В четверг российский МИД заявил о «работе» над назначением нового посла в Японии, кандидатура которого уже подобрана. Российского посла в этой стране нет с ноября, и в нынешней ситуации его назначение выглядит как желание Кремля поддерживать контакт несмотря ни на что. А потому шансы получить Курилы у японцев есть. Риторика, подкрепленная силой Российской стороне приходится учитывать и трансформации в самой Японии. Уже 22 апреля 2022 года нынешний министр иностранных дел Японии Ёсимаса Хаяси представил ежегодный доклад о внешней политике страны, в котором зазвучала давно уже не применявшаяся риторика. Южные Курилы впервые с 2003 года описывались как «незаконно оккупированные» Россией, а впервые с 2011 года провозглашались «принадлежащими» Японии. Агентство «Киодо» подчеркивало, что японский МИД изменил свою позицию в отношении России именно «в контексте вторжения в Украину». Какая прекрасная моральная позиция! Или просто предчувствие, что вскоре появятся возможности для достижения желаемого - получения островов? Найти примеры резкой риторики в японской политике после 1945 года нетрудно, но до сих пор это были лишь слова — страна была в значительной степени демилитаризирована. Сейчас ситуация меняется просто на глазах. На открытии очередной сессии японского парламента в январе премьер Кисида провозгласил наступление третьего «поворотного момента» в новейшей истории страны: «В современной Японии было два основных поворотных момента — это Реставрация Мэйдзи (1868 год) и спустя 77 лет — окончание Второй мировой войны (1945 год). Теперь, как ни странно, еще через 77 лет мы вновь оказались на переломном этапе истории». Новый переломный этап он связал с российско-украинской войной, которая «потрясла основы международного права», и обстановка в азиатском регионе — «самая суровая и сложная за послевоенный период». Японский лидер объявил, что основная угроза миру, безопасности и праву исходит от трех конкретных государств — России, Китая и Северной Кореи (в такой последовательности). Опираясь на риторику о «поворотном моменте» и мировых угрозах, японское правительство твердит о необходимости рекордного повышения военных расходов, которые в ближайшие пять лет должны составить ¥43 трлн ($330 млрд) — для сравнения в прошлой пятилетке они составили ¥27,5 трлн ($211 млрд).

Курилы раздора Во вторник премьер-министр Японии Фумио Кисида уже во второй раз в этом году заявил о намерении заключить мирный договор с Россией, решив тем самым «территориальный вопрос». Министр иностранных дел Японии также твердит, что Токио стремится заключить мирный договор несмотря на нынешнюю международную ситуацию. Неужто Кремль вот-вот сможет разбить единство западного лагеря? Мирный договор как инструмент получения островов Некоторые СМИ начали говорить о некоем налаживании контактов между РФ и Японией, мол, вон как японцы готовы с Путиным документы подписывать. Это - в корне неверная интерпретация. Насторожить должен был бы уже хотя бы тот факт, что и во вторник Кисида говорил о мирном договоре на ежегодном «Общенациональном митинге за возвращение северных территорий», т. е. Курил. В нынешней сложной ситуации, в которой находится российское руководство, японское правительство заботит не мирный договор сам по себе — сколько бы оно ни говорило о прискорбности того, что две страны 77 лет живут без мирного договора, последний — лишь формальность, и в его отсутствие двусторонние отношения с Москвой успешно развивались десятилетиями. Японское руководство загорелось идеей мирного договора в связи с тем, что будет сопряжено с этим документом, и что даже будет лежать в его основе — урегулирование территориального спора между Токио и Москвой. Сегодня, когда РФ ослаблена войной и конфронтацией с Западом, - самое время, чтобы добиться от Путина того, чего раньше добиться не удавалось. В среду премьер Кисида пояснил в национальном парламенте свою позицию относительно продолжения переговоров с президентом Путиным о заключении мирного договора: «Текущая базовая позиция японского правительства — указать на принадлежность четырех островов, а затем продолжить переговоры о заключении мирного договора... эта базовая позиция по указанию принадлежности четырех островов впредь не изменится». Определенный задел у Токио уже есть. Дело в том, что правительство России уже при Путине неожиданно признало в 2004 году давнюю Советско-японскую декларацию 1956 года о передаче двух островов Курильской гряды после заключения мирного договора. Токио, правда, тогда поспешил напомнить Кремлю, что требует четыре, а не два острова, и, наверное, именно это и помешало Москве отдать земли. Сейчас Токио может попытаться «дожать» Москву до передачи четырех островов. Вопрос, готова ли японская сторона предложить что-то взамен? Пока, похоже, что нет. Дело в том, что когда премьер Кисида в предыдущий раз, в январе, сказал о приверженности курсу на заключение мира с Москвой, то пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков ответил, что какой-либо содержательный диалог в отношениях с Японией отсутствует, а потому и «вряд ли приходится» говорить о заключении мирного договора.

Недавно азербайджанская писательница Александра-Азима Зулалова (Рейнгардт), которая проживает в Германии, провела в Баку презентацию своих новых книг – «Мечта по контракту» и «Ангелы ада». Она – член Союза писателей Северной Америки, Евразийской творческой гильдии, а также почетный член Объединения азербайджанских писателей. Азима пишет на русском языке, но ее книги также переведены на английский и немецкий. Мы пригласили писательницу в нашу редакцию на интервью, и едва завидев меня, она воскликнула: «Вы так похожи внешне на мою героиню Веру!» Так Азима нашла прототипа главной героини своей тетралогии. По словам девушки, это не единственное совпадение, которое произошло с ней после написания книг. Она мистическим образом стала притягивать в свою жизнь описанные события, локации и людей. Об этом, а также о многом другом Азима рассказала в беседе с 1news.az.

— Что вы можете рассказать об американском вторжении в Ирак, что можете вспомнить о тех временах? — Свои планы по захвату Ирака Америка вынашивала еще с 1950-60 годов, но осуществить это смогла спустя время. С самого начала все шло по их плану. Ирано–иракская война дело рук американцев, затем война с Кувейтом, потом был разделен Северный Ирак, а на юге были полностью запрещены полеты иракских военных. Одним словом, американцы, благодаря своим стратегическим планам, полностью воцарились в этом регионе, и в нашей стране в целом. А закрепившись в Персидском заливе, они стали полноправными контролёрами этого нефтеносного края. Вся иракская нефть со всеми вытекающими прибылями также контролируется ими. Несмотря на то, что, якобы американские войска сегодня выведены из Ирака, весь регион Персидского Залива в их руках. — Ваше тайное желание? — Да, у меня есть желание видеть единым тюркский мир, с одним флагом, флагом Турана. Я очень хочу, чтобы тюрки, сегодня находящиеся под гнетом других народов — в Китае, Косово, Ираке, Сирии, Тебризе, Эрдебиле, собрались вместе и осознали, какая они сила. Я мечтаю о том времени, когда наши народы, взяв самое лучшее от просвещения, образования, построят новый, современный мир, став хорошим примером другим народам. Дай Аллах, будет наконец построен Зангезурский коридор, который соединит Азербайджан с Нахчываном, и тогда начнет функционировать знаменитый Шелковый Путь. Не секрет, что дорогу, идущую из Китая через Узбекистан, и далее через Каспий, в Иране всегда называли не Шёлковый путь, а путь Тюрков, путь Турана! Конечно, сегодня, чтобы связать Запад с Востоком, откуда бы вы не вошли, вы должны пройти через Анатолию (Анадолу). Шелковый путь пролегает через тюркские земли. Я мечтаю, и дело всей моей жизни — это дело объединения тюркского мира. Чтобы у нас была единая армия, единое торговое пространство. У Европы сегодня есть единое торговое пространство, почему бы нам не повторить их опыт? — Вы приезжали в Азербайджан? — В 1997 году, когда я впервые познакомился с азербайджанцами в Анкаре, я много слышал о вашей стране и хотел посетить Азербайджан, но тогда у меня не было паспорта. И получить его не было никакой возможности. Только в 2017 году, в феврале, я смог приехать в Азербайджан, и тогда приехал с группой. Как только сошел в аэропорту имени Гейдара Алиева, я первым делом, ступив на эту землю, поцеловал ее! И был благодарен Всевышнему, что моя мечта сбылась. Мне было радостно видеть ваш бесподобный, огромный флаг, развевающийся у самого у моря, сердце мое ликовало! Второй раз я приехал уже один. Визу тогда мы получали прямо в аэропорту Азербайджана. Много встречался с людьми. В 2018 году встречался с вашим депутатом Фазилем Мустафой. Он пригласил журналистов. Потом я встречался с Октаем Касымовым, Анаром Асядли, Агилем Аскеровым, Аразом Асланлы, Махиром Гарибовым. Я сказал им, что приехал от имени иракских тюрков, чтобы попросить поднять вопрос о том, как можно сделать так, чтобы представители нашего народа могли учиться в Азербайджанских университетах на инженеров, журналистов, политиков международного уровня. Фазиль Мустафа все мои предложения записал, и сказал, что все эти вопросы постарается поднять. Еще я предложил создать Дом Культуры Азербайджана и Керкюка, посредством которого мы могли бы координировать множество культурных и политических аспектов как в Керкюке, так и в Баку. Последний раз я приезжал в Азербайджан в 2020 году 20-го февраля, 29 февраля вернулся. Потом начался коронавирус. Лучше б я остался, тогда бы смог участвовать в Карабахской войне! Сейчас, после открытия границ после коронавируса, я при всем своем желании не могу приехать в Баку, нам как гражданам Ирака Азербайджан не выдает визы. Я иракский гражданин, все правильно, но я тюрок, и очень хочу заново вернуться в Азербайджан, который считаю также своим домом. Кстати, в сентябре 2022 года я получил приглашение на конференцию: «Открытие дверей Турана». На мое имя пришло приглашение. Я мог бы получить визу из Анкары, но стечение обстоятельств помешало этому. Посредством этого интервью хочу обратиться к общественности Азербайджана – многие наши туркме(а)ны хотели бы приехать сюда, для нас это часть нашего мира, нас самих, но, к сожалению, невозможность получить визу нас сильно огорчает. Что бы не было, знайте, что в Ираке есть народ, который практически идентичен азербайджанскому. Наш язык, обычаи, ментальность, культура… Судьба разделила нас. Но были времена, когда мы являлись одним этнокультурным пространством. Теперь же мы велением истории разбросаны по разным сторонам мира. Несмотря на это — сердца наши едины, и мы своими поступками, действиями доказали, что керкюки — гордый народ, который ни при каких обстоятельствах не сдается, мы тюрки туркме(а)ны, мы — ваши братья.

Когда мои родные пришли со мною повидаться — они меня не узнали. После пыток я весил всего 55 килограммов, это при прежнем весе 75. В 1995 году ООН заключила с Саддамом соглашение о защите прав человека, и в тюрьмах начались некоторые послабления. Меня выпустили 14 августа 1995 года. Некоторое время я оставался в Керкюке, но за мной все еще велась слежка, и я бежал в Северный Ирак, где провел 4 месяца. Там тогда все контролировали наши политические туркме(а)нские партии. Позже я решил бежать в Турцию. Когда переходил границу, у меня не было документов, только внутренний иракский паспорт. Но меня впустили, как тюрка туркме(а)на. Таким образом я оказался в Анкаре, это было в 1998 году. Анкара стала для меня совершенно новым миром, новой жизнью! Турция раскрыла мне объятия. Исцелила меня, это был мой родной, тюркский Дом. Мне дали стипендию, устроили в общежитие в Гази Университете. Там я прошел языковые курсы в университете, затем получил высшее образование в Анкаринском университете на факультете истории ислама. В Анкаре я познакомился с новыми людьми, особенно много у меня было друзей азербайджанцев. Я посещал азербайджанские культурные центры, а также общался с киргизами, с тюрками булгарами, тюрками Косово. Мне была интересна их культура, их образ жизни, все это я жадно впитывал и в то же время рассказывал о своей культуре. И им было тоже интересно, многому из нашей жизни они удивлялись. Именно тогда я понял, что национальная борьба — очень сложная штука. Тут главное дух, сила, ты должен для своего народа много чего сделать, и изменения кардинальным способом можно произвести только при помощи ОБРАЗОВАНИЯ, ПРОСВЕЩЕНИЯ! Время от времени я приезжал на родину, в северный Ирак, это была зона вне влияния Саддама, там действовали оппозиционные керкюкские силы. Я посещал собрания, предупреждал керкюков, что необходимо быть бдительными и всячески вел свою борьбу с этим ужасным режимом, пока он не пал в 2003 году, 9 апреля. Саддам многое делал, чтобы ассимилировать нас, но ему это не удалось. Так, при содействии Организации Объединённых Наций крепость в Эрбиле была превращена в музей. Людей переселили из домов, и на деньги ЮНЕСКО были отреставрированы старинные дома, бани. И в один прекрасный день вдруг мы стали свидетелями, как над одним из этих домов появилась вывеска: Армянский Культурный центр. ЮНЕСКО хотело внедрить в сознание людей, что здесь проживали армяне. Эта крепость всегда принадлежала тюркам, и у нас даже есть поговорка — где тюрки, там и крепость, так как наши деды прежде чем где-то обосноваться сначала строили крепость. В Эрбиле армяне появились после 1915 года, когда, переселившись из Турции, обосновались частично в Ираке, частично в Сирии. Эти земли не их земли, и в 1917 году англичане, оказав армянам помощь, стали размещать их в Ираке, всячески поддерживая. Помню, как в детстве я спрашивал у отца, как получается, что наши соседи армяне так хорошо говорят на турецком, не на нашем, наш язык как азербайджанский, а они говорили на османском диалекте. И отец отвечал: «Сынок, они со времен Ататюрка бежали сюда, и хоть они говорят на турецком, но они не друзья нам. Армяне учат наш язык, так как считают всех тюрков заклятыми врагами, всегда будь с ними настороже. Никогда они тебе друзьями не станут». Что касается Карабаха, лично для нас это было делом чести. Мы все знали о том, что там у вас происходило. И всю жестокость, что была по отношению к азербайджанцам в Карабахе, мы могли понять, так как сами не раз подобное переживали на своей земле и во времена англичан, и во времена короля, и во времена Саддама… Карабах мы не забывали… В 2020-м году я возвращался из Багдада в Эрбиль, включил радио в машине и вдруг услышал оттуда, что азербайджанская армия зашла в город Физули! Остановил машину и заплакал! Въехав в Керкюк я, выбежав из машины, начал говорить людям: «Карабах взяли, в Физули вошли азербайджанские войска»! Но в Керкюке еще никто об этом ничего не знал, они не поверили, я сказал, включите телевизор, там уже об этом говорят! Мы были так счастливы и горды вами!