Ратмир

https://www.youtube.com/shorts/-0DxmosLXO0

Прозвища и инициалы Мурад Абиев Начиная со вчерашнего дня премьер-министр Пашинян делится на своей странице в «Фейсбуке» серией интересных публикаций. Разместил их премьер в ответ на участившиеся обвинения его со стороны Сержа Саргсяна, Роберта Кочаряна и Левона Тер-Петросяна во всех «катастрофах» армян последних лет, начиная со втягивания Армении в войну, «сдачи арцаха» и кончая переселением армян из Карабаха. В конце каждой публикации Пашинян, что стало уже доброй традицией, приглашает троицу на дебаты. «Когда народ радуется, пресловутая троица, которая убегает от дебатов, грустит. Теперь народ радуется, что наступил мир, что ни один солдат не погиб. А троица, которая убегает от дебатов, из-за этого впала в депрессию. Им недостаточно реального числа жертв, и они не упускают возможности озвучить свои заветные цифры, тем более, что они не растут «как назло». А теперь скажите, вы придёте на дебаты или нет?», — написал Пашинян в своем первом посте. Во втором премьер пишет так: «ТПЛ (Левон Тер-Петросян – ред.), СС (Серж Саргсян – ред.) и КР (Роберт Кочарян – ред.) постоянно утверждают, что это я втянул Армению в войну». Использование инициалов, по-видимому, преследует цель унизить оппонентов – Пашинян, судя по всему, считает ниже своего достоинства называть их по имени. Читаем дальше: «ТПЛ, СС и КР, если это я втянул Армению в войну, то что тогда делал в 2018 году 18-летний армянский солдат за пределами суверенной территории Армении? Причём это были не ваши дети и не ваши внуки. Так почему же своих детей и внуков вы не отправляли в «зону мира»? Ответьте, ТПЛ, СС и КР. Ответьте, где находились ваши дети в то время и чем занимались». Пашинян использует правильную логику. Сам факт, что война пришлась на его премьерский срок, не делает его ее ключевым виновником, да и в целом, инициатором всего Карабахского конфликта. Силовое решение карабахской проблемы со стороны Азербайджана было обусловлено всей предыдущей оккупационной политикой Армении – а это почти тридцать лет, из которых Пашинян был у власти только два. При этом он нашел смелость признать, что его громкое заявление о том, что «Карабах — это Армения, и точка», было продиктовано предыдущей моделью «патриотизма», фактически определив ее в качестве ошибочной, и что он жалеет, что не признал Карабах частью Азербайджана раньше. Пашинян в той же второй публикации также делает попытку вбить клин между бывшими лидерами Армении и человеком, которого он упорно отказывается называть Католикосом всех армян, именуя его исключительно светским именем: «ТПЛ, который 1 марта 2008 года оставил Ктрича Нерсесяна у ворот своего дома, не впустив за ворота участка, теперь защищает Ктрича Нерсесяна. Пусть лучше быстро извинится перед Ктричем за то, что 1 марта 2008-го не пустил его дальше собачьей будки». Как видим, эта курьезная сцена описана хоть и в минималистском стиле, однако достаточно красочно, чтобы читатель отчетливо услышал собачий лай. Не можем подтвердить подробности этого инцидента, однако даже если премьер допустил преувеличение, то оно заслуживает только похвалы, так как способствует лучшему представлению о конфликте, произошедшем в саду у Тер-Петросяна. В конце Пашинян, естественно, добавляет приглашение на дебаты, приправленное, впрочем, новыми нотами: «И ещё скажите: придёте ли вы на дебаты или нет, «сильные парни» — воин, мозг и Фулхаус». В последних словах нас очень удивил переход на прозвища, тем более, что они вовсе не уничижительные. Однако и здесь есть объяснение. Ведь Пашинян использовал их для вызова на дебаты, фактически на бой. А разве можно вызывать на бой противника, которого ты не уважаешь? Нужно уважать, хотя бы ситуационно. Тут у Пашиняна всё психологически верно. Остается только догадаться, к кому какое прозвище относится. Так и подмывает применить дедуктивный метод, однако что-то определенно нас останавливает. Не стоит, наверное, тратить на это время. Тут ведь важнее другое. А именно то, что Пашинян, твердо прокладывая путь к миру, наносит по противникам болезненные удары. В третьей записи Пашинян обвинил Тер-Петросяна во втягивании Армении в войну, Кочаряна — в бегстве в Армению, а Саргсяна в том, что тот «бежал из Карабаха раньше, чтобы насладиться монетами, которые они собрали на Лачинском посту». Опять детали пасторальной картинки — мы не в курсе даже отдаленных подробностей случившегося на Лачинском посту, однако образ Саргсяна, собирающего монеты в чистом поле, чем-то отдаленно напоминает хитрого кота Базилио, откапывающего золотишко доверчивого Буратино. Между тем финал третьей публикации Пашиняна напоминает уже не сказку, а скорее античную трагедию: «Победоносные президенты, победоносные президенты! Размышляя об истории Третьей республики, я с ужасом отметил, что ни один из кандидатов в «победоносные президенты», можете ли вы представить, ни один, никогда не получал вотума доверия народа. Слушайте, если вы принесли победу народу, можете ли вы объяснить, почему вы фальсифицировали выборы с 1996 года? Как народ мог не избрать лидеров, которые принесли ему победу? Как? И не избирал, потому что, несмотря на якобы проплаченных вами аналитиков, «народных и заслуженных» артистов, заботливых матерей Армении и предков, стоявших молча и задумчиво за их спиной, понимали, что вы не принесли победу, а затянули Армению в пропасть, из которой нет выхода. И теперь вы умираете, видя, что да, этот выход был найден ценой тысяч жертв. Вы умираете в прямом смысле этого слова, три раза в день. Один раз утром, один раз в полдень и один раз с наступлением темноты». Перевод, очевидно, не передает всего того накала драматизма, который присутствует в оригинале текста премьер-министра. Особенно впечатляет образ трижды насланной на противников смерти, которую Пашинян, будучи человеком некровожадным, конечно, использует только в политическом контексте. В любом случае, нам кажется, что армянский премьер выбрал правильную тональность и озвученные им слова попадут прямо в сердце уставшим от нытья карабахского клана простым армянам. Есть еще и четвертое послание, в котором Пашинян вновь вопрошает Тер-Петросяна о том, кто и каким правовым актом разрешил ему размещать 18-летних военнослужащих за пределы международно признанной территории Армении после принятия и подтверждения Алматинской декларации? И да, в конце каждой из этих публикаций армянский премьер приглашал троих бывших лидеров Армении на дебаты, от одного слова которого им, кажется, хочется уже реально умереть.

Как арабский мир изобрёл вечного беженца, а Европа ему в помощь Урий Бенбарух История о том, как палестинцев превратили в музейный экспонат мировой политики: держат в лагерях, кормят пайками, но паспортов не дают. Потому что удобнее иметь вечную проблему для шантажа Израиля и для моральных проповедей Европы, чем реальное решение. Никому они не нужны, но всем они полезны. Вот уже семь десятилетий арабский мир клянётся в любви к Палестине. «Наши братья!», «Наше сердце!» — лозунги звучат красиво. Но как доходит до паспортов и гражданства — сразу стоп-машина. Никто не хочет этих «братьев» у себя в доме. Палестинцев берегут как экспонат в зале ближневосточной кукольной сцены: аккуратно под стеклом — чтобы поближе к зрителям, и пусть никто не трогает. Исчезнут эти палатки и бараки — чем тогда шантажировать Израиль, чем размахивать перед европейской публикой? Ирония века- история показывает: «палестинский народ», сконструированный в середине ХХ века, — это не благодарные беженцы, а непредсказуемая смесь с взрывоопасным характером. Эти «братья» не раз доказывали, что умеют не только укусить руку, что кормит, но и откусить кусок вместе с плечом. Иордания, Ливан, Сирия могут рассказать об этом без учебников истории — у них до сих пор шрамы на памяти. Народ, который кусает кормящую руку Когда-то после войны 1948 года Иордания захватила Западный берег, а Египет поставил под военную администрацию Газу, казалось бы, вот он шанс: «братья по крови» соединились в горячих объятьях. Но как оказалось, кормить братьев никто не обещал, а уж тем более делать их собственными гражданами . И при первой же возможности в виде проигранной войны в 1967 году и Иордания и Египет с удовольствием отказались от братьев. Но на территории ряда стран остались лагеря беженцев. И «братья» быстро поняли, что радости мало и решили самим взять свое! Из лагерей беженцев выросли вооружённые отряды, которые кусали ту самую руку, что их кормила. «Чёрный сентябрь: палестинцы против Иордании» Но благодарности за это не последовало. В 1960-х палестинские вооружённые группировки на Западном берегу и в Иордании почувствовали себя так вольготно, что начали угрожать самому королевскому режиму. В 1970 году это вылилось в «Чёрный сентябрь»: король Хусейн вынужден был пускать танки в палестинские лагеря, чтобы вернуть себе контроль. «Братская любовь» обернулась гражданской войной на улицах Аммана. «Ливан: привет из лагеря Сабра и Шатила» В Ливане история повторилась. В 1970-х туда хлынули палестинские отряды, изгнанные из Иордании. В итоге Ливан получил внутри себя фактически государство в государстве. Палестинские лагеря стали отдельными военными базами, откуда велись нападения на Израиль и вмешательство в местные распри. Итог — гражданская война 1975–1990 гг., в которой палестинский фактор сыграл одну из ключевых ролей. «Сирия: солдаты на прокат» В Сирии палестинцев тоже использовали как пушечное мясо. Они воевали то за режим Асада, то против него, в зависимости от того, кто обещал больше «поддержки за освобождение». Палестинские лагеря в Сирии нередко превращались в фронтовые зоны — ещё одно доказательство, что «гостеприимство» арабских братьев оборачивалось новыми бедами. Египет: «Вирус, который лучше не впускать» Со временем все на Ближнее востоке поняли , что «заразу» под названием палестинский «беженец» на свою территорию лучше не пускать. Сегодня Египет категорически не пускает палестинцев из Газы даже «временно». Потому что прекрасно понимает: впусти — и получишь внутри страны тот же котёл, где под крышкой булькает ненависть и автоматы. Президент Сиси на пальцах объясняет Западу: «Мы уже видели этот фильм. Спасибо, не надо». Котёл на медленном огне Для справки: в ООН есть нормальное агентство для беженцев — оно расселяет миллионы людей по Европе, США, Канаде, даёт им шанс начать новую жизнь. Но для палестинцев придумали «эксклюзив»: отдельный комитет БАПОР (UNRWA). Его миссия проста и гениальна — кормить лагеря, но не выпускать людей из статуса беженцев. Это не интеграция, а вечная консервация: палестинцев не абсорбируют, их «маринуют» в лагерях, чтобы в нужный момент котёл можно было открыть и показать миру: «Смотрите, проблема ещё жива!» Политический консервант вместо решения. Проще говоря, это не гуманизм, а бессрочный театр абсурда, где роль палестинцев — всегда быть массовкой. Европа и США: видят, но не замечают На Западе та же игра. В США палестинцев можно найти в сухих таблицах DHS: за последние годы — тысячи натурализованных «родившихся в Палестинских территориях». В ЕС — чуть больше: по данным Eurostat, иногда мелькают строчки «бывшее гражданство: Palestine (PSE)». Но в массе своей палестинцы растворяются в колонке «stateless». Потому что удобнее не замечать их как отдельную категорию. Ведь если признать проблему, придётся что-то решать. А так — статистика сама превращается в политическое оружие. Зачем выделять отдельно? Ведь если назвать вещи своими именами, придётся объяснить, почему палестинцев никто не хочет натурализовать. Гораздо проще «не замечать» и продолжать читать лекции Израилю о гуманизме. Финал: «Большая переселенческая иллюзия» И вот выходит Трамп со своей идеей: «Давайте переселим миллион палестинцев из Газы по миру, а там построим Ривьеру». Казалось бы, логично: миллионы сирийцев и африканцев уже расселили по Европе и Канаде. Но как только речь заходит о палестинцах — сразу крики: «геноцид!», «чистка!», «нельзя!». То есть одних беженцев можно интегрировать пачками, а других — лучше оставить в котле. Ведь если палестинцев вдруг распылить по свету и дать им паспорта, исчезнет главный козырь ближневосточной политики. Тогда чем шантажировать Израиль, чем пугать Европу? Вот и выходит, что палестинцы — это не народ для помощи, а вечная разменная карта. Их берегут как политическую дрожжевую закваску: подогрей — и она опять вскипит в нужный момент. И потому никакой «Ривьеры» не будет. Будет всё тот же старый лагерь, подкармливаемый пайками и риторикой.