Deconstructor

Когда тренировка и где? Хотел бы придти!

Ребята, воскресенье в 12:00 очень неудобное для меня время, но я постараюсь придти, если кто-нибудь объяснит мне где Руслан 93. Я плохо ориентируюсь в той части города, поэтому неплохо бы встретиться с кем-либо из тех, кто точно знает это место. Могу послать в приват номер своего мобильного тому, кто согласиться предоставить исчерпывающую информацию. А в каком формате будете играть, в смысле сколько игроков в каждой команде будут одновременно находится на поле? Я так понял, что людей уже набралось больше, чем на две команды, поэтому великом сомнение по поводу того, что придя окажусь лишним. P.S. Какие условия на Руслане 93, есть ли душевая, к примеру? Извините за возможно глупый вопрос.

Уважаемый Гебер. Под этим образным выражением я имел в виду компенсаторную функцию права. Иными словами, право. будучи неспособным заменить моральную регуляцию отношений, компенсирует демистификацию верований, тем самым не позволяя обществу остаться без нормативных идеалов. В связи с целым рядом сложных изменений западная Европа сформировала только ей присущий этос. Вы намекнули на индуструализацию и ее роль в культурных трансформациях. Совершенно верно. Даже больше, немало историков и политологов связывают это с географической средой. Умеренный климат, обилие влаги, плодородные почвы, морские границы и т.п. создали благоприятные условия для развития торговли и промышленности. В таких условиях труд смог концептуализироваться как индивидуальный. Индивидуальный труд возможен только на основе кооперации (со-трудничества). Кооперация возможна только на основе договора (контракта). Договор возможен только на основе согласия. Таким образом, в Западной Европе была создана цельная система договорной этики, когда даже государство виделось как результат общественного договора, где легитимно только то правительство, которое основано на народном доверии. На Востоке же, особенно там, где зарождались первые цивилизации - Египет, Вавилон, Индия, Китай) все было значително сложнее. Климат засушливый, плодородные почвы только вдоль берегов рек (Нил, Тигр и Ефрат, Ганг и Инд, Хуанхэ и Янцзы) не позволяли каждому трудиться индивидуально. Мелиорация требовала слаженную организацию. Организация невозможна без подчинения. Подчинение трубет руководителя. В таких условиях могла сформироваться только авторитарная этика, где даже государство виделось как система подавления индивидуальных притязаний, а руководитель как всезнающий спаситель. С древнейших времен соперничество договорной и авторитарной этик принимало разнообразные формы и шло с переменным успехом (смотря еще как понимать успех). Более поздние цивилизации вынуждены были, под силовым или торговым влиянием более развитых соседей, перенимать (насколько это было возможно) их уклад жизни. Право, в том смысле как оно сегодня преимущественно понимается, есть продукт договорной этики. Договорная этика не способна установить гармонию, ибо основана на равенстве. Поэтому она требует оппозицию почти во всем (в науке, образовании, религии, политике и т.д.). Оппозиция - это компенсаторный механизм отсутствия права на истину в последний инстанции. Никому не дано знать все даже о чем-то одном. Стало быть важно, чтобы бы были несколько точек зрения, и все они принимались за равные. В силу своего равенства они не могут взаимоисключать друг друга. Они могут лишь сменять друг друга в зависимости от влиятельности своих сторонников. Гармонии нет, поскольку всегда есть немало несогласных, которые могут открыто возражать. Но зато есть уверенный порядок, основанный на надежде и вере в то, что если постараться, то можно добиться своего, при этом не нарушая аналогичные права других. Авторитарная этика основана на мистифицированных качествах носителей и выразителей моральных ценностей. Такими носителями и выразителями, в зависимости от контекста, могут быть правитель государства, отец/муж в семье, директор на работе, агсаггал на селе и т.п. (как правило всегда мужчины). Подобные отношения весьма живучи за счет потенциальной возможности быстро мобилизировать средства и ресурсы. Эта способность производна от единоначальной и бесспорной власти вышеперечисленной категории лиц. Авторитарная этика уделяет чрезвычайно малое внимание правовым установлением и прибегает к ним только тогда, когда надо наложить дополнительные обязанности на подчиненных или наказать непослушных. Всякое несогласие, особенно открыто выраженное, оценивается как покушение на авторитет, а стало быть и на основные устои общественной жизни. Впрочем, уточнение "общественной", наверное, излишне, поскольку при авторитарной этике разграничение на частное и публичное/общественное не концептуализируется. Авторитет может вмешаться в любое отношение и при этом не будет испытывать нужду в легитимизации своего вмешательства. Он прав a priori. В анекдотичной форме конституцию обществ с авторитарной этикой можно свести всего к двум статьям: Статья 1. Вождь всегда прав. Статья 2. Если вождь неправ, смотри Статью 1. Поиском "справедливого правителя" занимались величайшие умы Востока. Был выработан даже определенный набор качеств, которым должен обладать носитель авторитета. Стихотворная форма философских трактатов восточных гениев делала их произведения баснословно популярными и наиболее часто цитируемыми. Однако, быть может именно поэтому они не смогли сыграть ту преобразовательную роль, которую сыграла западная философия, написанная на сухом, порой даже скучном языке рационалистической прозы, которую читали лишь критически настроенные умы. Восточная философия была популярна, но не профессиональна. Ею занимались на досуге лишь очень знатные люди. Западные философы, как правило, были людьми из бедных и средних слоев общества, которые искали не абстрактные истину и справедливость, а конкретные формы общественных институтов, способных создать разумные условия для "сожительства" противоборствующих интересов. Восточная философия завораживающе красива. Она настолько абстрактна, что может одинаково пленить как довольных, так и недовольных. Поэтому на Востоке было очень мало публично гонимых философов. Западная же философия прагматична и партийна. Её невозможно читать беспристрастно, независимо от политических убеждений и социальной принадлежности. Поэтому именно на Западе происходили наиболее частые репрессии среди интеллегенции. Противопоставление Запада и Востока часто ведется с провокационными целями, но я от них далек. Моей целью было очень кратко показать основные рамочные различия между западным и восточным типом миропонимания. Нельзя все описать в одном посте, поэтому остановлюсь здесь и буду ждать ваши критические замечания, а если будут вопросы, то постараюсь на них ответить.

Уважаемый Гебер. Прочел с интересом. По духу напомнило мне "Бытие и время" Мартина Хайдеггера и "Бытие и ничто" Жан-Поля Сартра. По-видимому, вы тоже увлекались(етесь) феноменологией. Хотя этот пост, наверное, следовало бы разместить в разделе "Философия", поделюсь своими впечатлениями здесь. "Ты называешь свободой право на блуждение в пустоте?" , - написал как-то Антуан де Сент-Экзюпери. Он далеко не одинок в пессиместической оценке человеческой свободы. "Свобода есть осознанная необходимость", - писали другие (например, Спиноза, Гегель, Маркс). И хотя последних пессимистами назвать не получается, тем не менее они тоже принижали значимость свободы. Во-первых, осознание чего-либо свободным никого не делает. Во-вторых, необходимость только потому и может мыслиться, что люди хотят свободы. Но тут возникает парадокс - хотеть, по определению, можно только то, чего не имеешь. Значит ли это, что свобода - иллюзия? Удручительно много людей так думают. Те, кто не согласен с иллюзорностью свободы, условно деляться на два "идеологических лагеря": либералы и социалисты. Первые верят, что каждый человек рожден свободным. Сумев убедить в этом большинство членов своих обществ, они деликатно обошли доказательную сторону вопроса. "Ты свободен, вот и всё. И не приставай с глупыми вопросами о сущности бытия", - словно говорят они каждому, кто пытается затронуть слабые аспекты либеральной идеологии. Таким образом, для них свобода - это не только не иллюзия, но основа всех общественных процессов и институтов. Вторые, т.е. социалисты, искренне сомневаются в первозданности свободы и предлагают понимать ее как цель. "Что вы дремлете, вставайте. Не уж то вы поверили сказкам о естественных правах. Никто не может быть свободным, если не будет бороться", - словно говорят они каждому, кто привык довольствоваться наличными благами. Таким образом, для вторых, свобода не есть реальность, а всегда только цель, которая по мере приближения к ней все отдаляется, словно линия горизонта. Осознав это, многие впадают в пессимизм несколько иного рода - они теряют надежду на то, что когда-либо станут свободными, ибо борьбе не видно конца. "Тяжелые годы настали В жизни советской страны, За ними другие приходят, Они будут тоже трудны" Так пели строители коммунизма во времена сталинской коллективизации и индустриализации. Это уже не намек, а осознанная пропаганда борьбы, как идеала человеческой личности, да и общества в целом. Выходит опять свободы нет. Сколько же можно бороться? Не удивительно, что на определенном этапе люди не просто перестают верить в нравственные идеалы, но начинают считать их "пустым звуком, потрясающим воздух, но не собеседника". Вспоминается один старый анекдот: Приходит как-то пожилой уже очень ветеран двух войн (гражданской и Великой отечественной) к секретарю КПСС по идеологии на прием (по личному вопросу, поскольку имеет много льгот). И спрашивает: "Где это?" Секретарь не понял вопроса и переспросил. "Где это, я вам говорю?", - повторил свой вопрос ветеран. "Что?", - спросил в ответ секретарь. "Это", - ответил ветеран. "Что, это?, - продолжал недоумевать секретарь. "Ну, это!", - упрямил ветеран. "Послушайте, уважаемый, не могли бы вы уточнить, о чем именно вы спрашиваете?", - сказал секретарь с уже плохо сдерживаемым терпением. Тут ветеран объяснил: "Когда мы брали Зимний дворец, шли в бой против белых, а потом и немцев, мы пели - мы смело в бой пойдем за власть советов, и как один умрем в борьбе за ЭТО. Так вот я пришел спросить - где оно самое ЭТО. За что мы боролись?" Как видно, и такое понимание не гарантирует душевного покоя. Ж-П. Сартр писал: "Я молил, выпрашивал знамение, посылал к небесам призывы, но не получил ответа. Небо не знает ничего, не знает даже моего имени. Каждую минуту я задавал себе вопрос: что я такое в глазах бога? Теперь я знаю: НИЧТО. Бог меня не видит, бог меня не слышит, бог меня не знает. Видишь ли эту пустоту над нашими головами? Видишь эту брешь в дверях? Это бог. Видишь этот провал в земле? Это тоже бог. Молчание - это бог. Отсутствие - это бог. Бог - это одиночество людей." Что есть, тогда, реальность? Реально ли то, что мы знаем и чувствуем? Как мы можем знать, что мы что либо знаем и чувствуем? Нет, это не просто подозрение или сомнение, ибо даже о сомнениях у нас нет достоверного знания. Ясно одно - иллюзия это не обман, ибо обман по определению предполагает сокрытие истины. Иллюзия - это даже не самообман, ибо утверждая подобное мы неизбежно впадаем в соллипсизм. Но, что тогда? Полагаю. иллюзия есть ментальная категория - концепт - посредством которого мы определяем реальность. Нет иллюзий, нет и реальности. Как не может быть тени без света. Иными словами, реальность есть то, что остается после вычитания иллюзий. Поскольку у разных людей "вычитаемое" разное, то и сама разница получается разной (вы уж извините за каламбур). То есть, люди по-разному понимают реальность, а значит и иллюзии. А вот это потрясающая мысль. Позволю себе посоветовать вам прочесть на досуге книгу францзуского философа и социолога Раймонда Будона "Место беспорядка: критика теорий социального изменения" (книга имеется в русском переводе). Уверяю вас, не пожалете потраченного времени, тем более, что там много говорится о соотношении иллюзорного и реального в общественном развитии. От себя добавлю, что рациональная западная философия, явно и всегда уступавшая философии восточной в поиске гармонии, нашла-таки своеобразный выход. Она решила отсутствие гармонии заполнить, но никак не заменить нормативным идеалом РАВЕНСТВА. Там где гармония, равенства быть не может. Там же где равенство, там столкновение интересов, взаимные притязания и судебные тяжбы. Это отчасти объясняет почему на Западе так сильно развиты правовые институты, а на Востоке - моральные.

Самое забавное во всей этой истории "лечение А. Расизаде" в США. Глазные операции бескровные и делаются под местной анестезией, причем амбулаторно. Наш же премьер там уже 2 недели. Интересно, кто и о чем ведет с ним переговоры, если вообще таковые ведутся? Какие инструкции ему там дают? Мне кажестя многое будет зависить от этого. Но не следует исключать и массу случайностей, коих в истории бывает гораздо больше, чем закономерностей.

Древнегреческого философа, с которым Александр (уже будучи императором) беседовал звали Диоген, который никогда не был государственным деятелем. А государственным деятелем, добровольно отказавшимся от власти, был Римский император Диоклетиан, который предпочел выращивание капусты управлению государством. "Если бы вы видели какая у меня выросла капуста, - сказал Диоклетиан сенаторам убеждавшим его вернуться к власти, - вы бы не стали меня уговаривать вновь стать имератором". Был в Риме еще и Сулла - тоже добровольно сдал власть. Когда он, после отставки, выходил из Сената, толпа освистала его и забрасала чем под руку попадется. Тогда Сулла обернулся и сказал: "Вот из-за таких, как вы, следующий диктатор добровольно власть не отдаст". Других подобных примеров в древней истории Европы вроде бы больше не было.

С того момента, когда в прошлом году Г. Алиев публично пожал руку И. Гамбара и даже, улыбаясь, разговаривал с ним на церемонии в посольстве США, посвященной 4 июля, меня не покидает мысль о том, что возможен некий сценарий, по поводу которого у вас, уважаемая Белушка, возникли подозрения. По сути, оппозиция сама мало что сделала для завоевания уважения народа. Но власти настолько бездарны и бессовестны, что оппозиции особенно незачем беспокоиться о своей популярности. Тем более, что власть бесплатно делает PR кампанию для Мусавата - гонимые всегда привлекали внимание и вызывали уважение. Если это так, то должен быть сговор между узким кругом заинтересованных лиц о неприкосновенности авуаров членов семьи Алиева. Пожалуй, на таких условиях Г. Алиев мог бы сдать власть И. Гамбару. Как же оно на самом деле, знает только сам президент.

Anything else?

EJIXAH, Комбинация времени и места тренировочного матча крайне неудобна для меня, я физически не успеваю, о чем очень сожалею. Но я так понял, что это тренировочный матч. А когда же основной, и можно ли попасть в состав команды, не участвуя в тренировке?

EJIXAH, Так значит в воскресенье в 12:00. Это уже точно установленное или пока еще ориентировочное время? И где находится "РУСЛАН93"?

Когда и где? А, можно и мне? Играю преимущественно в нападении. P.S. Если в воскресенье, то к сожалению не смогу, так как по воскресеньям я регулярно играю в футбол со своими друзьями.

Тигран, привет. Прошедшая неделя была для меня чрезмерно суматошной, поэтому никак не мог собраться и ответить. Я понимаю мотивы, побуждающие тебя скептически относиться к возможностям международного права или его справедливости. Достигнутое силой, добровольно не отдают. При этом стороне, достигшей успеха, не так уж важна законность применения силы. Всегда в подобных случаях использовалось ex post facto justification (оправдание пост-фактум или аргумент "заднего числа"). Убежден, что если бы Азербайджан достиг ощутимого военного успеха (оккупация части территории Армении под предлогом защиты там азербайджанцев), он вел себя также, как и Армения сейчас. Правда, реакция "международного сообщества" была бы кардинально другой; нас быстро заставили бы сдать завоеванные позиции. В этом смысле (плюс стереотипное восприятие европейцами христиано-мусульманского противостояния, коим наш конфликт, конечно же, не является) имедж у Армении явно выигрышнее. Да, и политическая активность диаспоры вам сильно помогает. Но разговор вовсе не об этом. Я не упрекаю Армению, ибо это безысходно. Никто не может быть судьей в своем собственном деле. Но я упрекаю, ибо имею немало оснований, международное сообщество. Упрекаю не в том, что оно больше, по-видимому, симпатизирует вам, ибо это вопрос политический, а в том, что оно не соблюдает собою же установленные правила. Армяне силой завоевали то, на что, по их мнению, они имели право. Аргумент типа - не мы первые начали - стар как мир. Гитлер присоединил к Германии Австрию и значительную часть Чехословакии, обосновывая это необходимостью защитить там немецкое меньшинство. Здесь я обязан обозначить, что ни в коей мере не сравниваю режим в Армении с национал-социализмом, а армянских политиков с фашистами. Впрочем, если несмотря на мою оговорку, это тебя оскорбило, дай знать, я извинюсь. Но меня интересует, чем же, по вашему, "миацум" отличается от "аншлюса"? Я никак не могу для себя найти разумное разграничение между этими понятиями, не прибегнув к двойным стандартам. Историческое объяснение было бы, наверное весьма к месту, но история не критерий для права. К тому же, надо будет еще определиться с тем, как относиться к истории вообще. Очевидно одно, всякий раз, когда разговоры об исторической миссии, предопределенности, судьбе и прочем, завладевали народными массами, всегда находились люди, которые на этой волне приходили к власти и "натворяли всякие истории". Более того, поскольку подобные притязания почти всегда не укладываются в правовые рамки, то начинают приводить аргументы либо откровенно против правового регулирования таких притязаний, либо в пользу изменения в праве как таковом. Первый вариант - чистейшей воды волюнтаризм и ни к чему путному он до сих пор не приводил. Второй вариант - вполне сносен и даже может быть прогрессивным, но он должен быть согласован с носителями иных притязаний. Как правило, никому не удается навязать полностью свою точку зрения. Для этого ведутся переговоры и в итоге появляется компромиссное регулирование. Если же появляется кто-то, кто настолько силен, что не испытывает нужды в переговорах, то он постарается решить вопрос по-своему, хотя и не без учета некоторых интересов тех, кто ему оказался подвластен. Дело в том, что ни Армения, ни Азербайджан не способны не то, что навязать другим свою точку зрения, но и существенно повлиять на геополитический расклад в регионе. В этом смысле, не нам устанавливать право и не нам его менять. Проблема, поэтому, приобретает аспект стараний убедить сильных мира сего, что именно вы/мы действуете/ем по праву ими установленному. Как легитимировать силовой успех? - вот в чем вопрос! Иронично, но и в этом случае без права не обойтись. Поэтому, как ни крути, приходится соизмерять свои притязния с правом, как его понимают те, кто его определяет. P.S. Если не возражаешь, я попозже подробнее объясню, что я имел в виду в выделенной тобою цитате из моего предыдущего поста.

Возможностей у нас масса. У нас нет профессинального и ответственного перед народом правительства. Поверь, о многом в нашем МИДе до сих пор не знают. А те, кто знает, боится проявить инициативу и выйти к президенту с предложением. Даже спикер парламента не позволяет депутатам обсуждать Карабахский вопрос, ссылаясь, что этим занимается сам президент. Хоть это и внутриполитический вопрос, но он напрямую связан с продолжающейся нерешенностью конфликта. При ином раскладе, мы неприменем воспользоваться своими возможностями.

Fhuval и Rubo, Затея с Европейским судом по правам человека очень даже перспективная. Журналист по незнанию описал предполагаемую ситуацию с попыткой проникновения на оккупированные территории, вот вы за это и ухватились. Никто этого делать не станет. Есть более простая процедура межгосударственной жалобы. Несколько проигранных Турцией дел по северному Кипру, плюс Молдовское дело, создали достаточную правовую базу для подобной жалобы.

Про Бартеза совершенно верно замечено. И в Мадриде, и в Манчестере он совершил позиционные ошибки. В домашнем матче Рауль, а на выезде Рональдо сполна их использовали. Давно пора его менять!

"Наш" Министр связи мыслит по страусиному (головой в песок, ничего не вижу, значит и бояться нечего). Признаться, я бы хотел посмотреть этот фильм. Из всего можно делать выводы.

Да, кстати. Почему Фергюссон не выпустил Бекхема в стартовом составе? Неужели опять повздорили? Думаю, Манчестер проиграл в немалой степени из-за отсутствия Бекхема на поле в течение 2/3 матча.

Вчера Реал забил 5 голов - 3 в ворота Манчестера и 2 в свои. С одной стороны жаль, что эти команды встретились до финала, с другой - хорошо, что была возможность дважды посмотреть противостояние двух великих команд. Похоже, что теперь кубок выиграет Реал. Во всяком случае в финал он пройдет наверняка, поскольку после невзрачных игр против Барсы ожидать от Ювентуса серьезного сопротивления не приходится.

Согласен с оценкой Тристана. В обоих матчах итальянцев в полуфиналы вывели вратари. Хоть я и болельщик Реала, но сожалею о проигрыше Барсы. Очень хотелось повторения дерби, теперь уже в рамках ЛЧ. Теперь же Реалу придется играть с Ювентусом, если конечно не оплашает в Манчестере.

Пытаться, она конечно пытается. Но проблема вышла из рамок сбалансированной политики ЕС. Поначалу и долго после своего создания ЕС, действительно, старался уравновесить англо-американское доминирование в мире. Когда почти треть мира находилась под прямым или косвенным влиянием СССР, особых неразрешимых противоречий между США и Европой не наблюдалось. Сегодня, когда уже нет коммунистического блока, против которого США и ЕС (в рамках НАТО) казались крепкими союзниками, выяснилось, что все это время указанные центры влияния вели существенно разную политику. Обрати внимание, с кем ведущие страны ЕС в итоге оказались в хороших отношениях - Иран, Сирия, Китай, Индия, Иордания, Россия, (до недавнего времени опекали Ирак против США). На фоне этого, вряд ли случайно, что со всеми перечисленными государствами, у американцев серьезные проблемы. США лоббировали Турцию в ЕС и были против принятия Кипра до разрешения проблемы северной части острова. ЕС поступило с точностью до наоборот. США долго уговаривали применить силу против Югославии, европейцы же упрямо отказывались (что произошло дальше всем известно). То же самое и даже похлеще было и остается в отношении Ирака. Так, что Европа объединилась не просто из интересов экономического противостояния с США. У нее существенно отличное от Америки видение себя в мире, точнее мира вокруг себя. Я уже упоминал, что европейцы так и не избавились от метропольного мышления. Помнишь, как резко, почти обидчиво отреагировали министры иностранных дел Франции и Германии на фразу госсекретаря США - "старая Европа"? Это геополитические комплексы. ЕС понимает, что США сами (даже без НАТО) могут добиваться очень многого. Однажды я уже соглашался с тобой, что наш конфликт не правовой по своей сути. С точки зрения действующего международного право, как его сегодня понимают ведущие теоретики и судебные инстанции (я приводил цитаты МС ООН), позиция Азербайджана правильная. Что может произойти в дальнейшем, вопрос больше пророческий, чем прогностический. Мой ответ - я не знаю. Но зато я знаю (во всяком случае мне так кажется), что если карабахский вопрос рассматривался бы в каком-нибудь международном суде, то выирать его Азербайджану было бы не сложно. Быть может именно поэтому, ни одна посредническая миссия не рекомендует двум конфликтующим странам обратииться в суд. Судебное разбирательство - одно из эффективных способов мирного разрешения споров. Это признается и в рамках ООН, и в рамках ОБСЕ и т.п. С международными судами есть одна процедурная проблема -спорящие государства должны признавать их юрисдикцию. Кроме Европейского суда по правам человека, ни один международный суд не имеет над Арменией и Азербайджаном юрисдикции. Совет Безопасности ООН принял 4 резолюции, требующих освобождения оккупированных территорий. До сих пор они не реализованы, хотя и обязательны. Есть один прецедент, когда Международный Суд ООН рассмотрел вопрос о правовых последствиях неисполнения резолюции Совбеза ООН. Было это в 1974 году в отношении оккупации ЮАР части территории соседней Намибии. Международный Суд постановил, что ЮАР грубо нарушает международное право и что третьи страны не вправе признавать, в какой бы то ни было форме, юрисдикцию ЮАР на оккупированной части Намибии. Зная это, меня почти злит бездействие нашего правительства. Имея такой прецедент, оно могло бы, хотя бы постараться, добиться аналогичного решения в отношении неисполнения 4 упомянутых резолюций. Посредничествовать между нами было поручено ОБСЕ. "Минская группа" вот уже который год вешает всем нам лапшу на уши. А ведь готов поспорить, что очень мало, кто у нас знает, что у ОБСЕ есть свой суд в Вене. Это не постоянно действующий орган. Он рассматривает дела по принципу ad hoc , т.е. от случая к случаю. Входит в его юрисдикцию и разрешение территориальных споров между членами ОБСЕ. Состоит он из 5 судей. Ни один из них не может быть гражданином спорящих сторон. Но каждая из сторон конфликта может назначить по одному судье, кого пожелает из предоставленного им списка. Трое других судей назначаются со стороны Бюро суда из заранее утвержденного резервного списка. Вопрос: "Почему имея такой механизм, ОБСЕ пустословит о мирном урегулировании конфликта?" Почему бы Минской группе, предварительно заручившись поддержкой и политической волей ведущих государств (США, Франции, России и/или кого-нибудь еще), не предложить Армении и Азербайджану решить свой спор в Венском суде? Мой ответ таков - они прекрасно знают, что международное право на стороне Азербайджана и что в суде невозможно будет создать радикально новый прецедент. А на переговорах можно торговаться, в том числе в буквальном смысле. Дошло до того, что основной проблемой стало не столько трудность достижения компромисса между нами, сколько между сопредседатлями "Минской группы" ОБСЕ - США, России и Франции. Тут противостояние США и Европы приобретает еще один стимул и виток.

Kinza, Не сочтите за неучтивость, но ваши вопросы, хоть и непраздные, но не входят в рамки этой дискуссии. Я вовсе не избегаю ответов, но поверьте, у меня свое правило - не обсуждать внутриполитические вопросы в межнаце (за исключением тех случаев, когда это напрямую не связано с условиями и поводами конфликта или вариантами его решения). Если вас действительно это интересует, откройте соответствующую тему в разделе "Политика", там я вам и отвечу.

Тигран, Прочтение твоего поста напомнило мне сюжет американского фильма "Враг государства". Там моделируется ситуация, когда разведслужбы, располагая новейшими секретными разработками в области электронного слежения, бесконтрольно вмешиваются в частную жизнь граждан. Если ты видел этот фильм, то поймешь, о чем я. Если нет, то советую посмотреть (не пожалеешь потраченного времени). Теперь по существу. Должен признать, что многое из написанного тобою побуждает меня согласиться. Но следует оговариться, что это согласие касается ретроспективы вопроса. То, что право исторически отражало интересы материально господствующих слоев общества, равно как и то, что с расширением распределения материальных благ грубая сила уступила место договорной этике, вряд ли можно убедительно оспорить. То, что на фоне известных событий и процессов наметилась тенденция сужения личных прав, по-видимому тоже верно. Правда, здесь наблюдатели делятся на тех, кто считает эту тенденцию необратимой и ведущей, как ты описал, к некой форме постмодернистского тоталитаризма, и на тех, кто полагет, что это временная мера, очередной критический цикл. С самого начала, противники демократии, а также те, кто последовательно таковым не является, но симпатизирует иным формам политического устройства общества, прогнозировали скорейший крах демократической системы. Демократия действительно несовершенна и уязвима. Она не гарантирует справедливость, но она дает шанс ее установить. Демократия самокорректирующаяся система. То, что идея демократии и прав человека скептически, а иногда враждебно, воспринимается в Азии, Африке и Латинской Америке (что уже составило большую часть обитаемого мира) не следует считать ее недостатком. Европейские державы и США в своей попытке навязать свое понимание свободы и справедливости во многом дискредитируют эту идею. Подобно тому, как Хамас, Хесболлах или Талибан дискредитируют Ислам. По сути здесь заложен извечный парадокс: "можно ли навязать демократию и называть это демократией?" Библиотеки томов написано по этому поводу, а воз и ныне там. Но факт того, что западные страны решительно оторвались от остального мира в благоустройстве жизни своих граждан и продолжает отрываться, не может не побудить к призадумыванию. Сколько, по-твоему, понадобится времени Армении и Азербайджану самостоятельно, без иностранного влияния, построить более или менее справедливое общество? А что представляли бы из себя сегодня Япония или Южная Корея, если США не навязали бы им ту систему, которую они имеют? Часто можно услышать, что американцы это делают из своих корыстных интересов. Ладно, если бы это говорилось в описательном смысле, поскольку так оно и есть на самом деле. Проблема в том, что это говорится с сожалением или цинизмом. Но что плохого в том, что США в своих корыстных интересах помогает другим, даже если те, поначалу этого не понимают? Заметь, что я не упоминаю роль Европы, поскольку считаю, что она так и не избавилась от метропольного мышления (евроцентризма). Многие бывшие колонии европейских государств прозябают и по сей день. Британцы и американцы своевременно поняли, что нельзя быть богатым в окружении бедных, равно как и свободным в окружении порабощенных. Вспоминается ответ Чемберлена на вопрос: "почему Британия торгует с большевиками?" Он сказал: "Британия похожа на богатый магазин, постоянные клиенты которого обанкротились." Европа, кроме Британии, так и не поняла этого. Волна имиграции из стран Азии и Африки по сей день создает серьезные проблемы для Евросоюза. Я склонен считать это расплатой за многие века порабощения и расхищения колоний. Вместо того, чтобы развивать, европейцы нахально их грабили и транжирили награбленное, в лучшем случае вкладывали деньги исключительно в свою экономику. Стартовый капитал европейского индустриализма XIX - первой половины XX вв. - это награбленные в колониях материальные ресурсы. Не имея возможности развиваться у себя на родине, африканцы и азиаты потекли в Европу, словно интуитивно желая получить от нее то, что она отняла у их предков. Твой прогноз инфантилизации и социальной апатии больше подходит именно Европе, но не США и Британии. Это страны с глобальным видением собственного бытия. Вспомни свое же, очень верное, сравнение в одной из тем английских и испанских колонистов. США сегодня устанавливают правила игры, из которой они намереваются извлечь выгоду. Но они понимают, что извлекут большую выгоду, если те с кем они играют тоже будут развиваться. Но всякая игра возможна только по единым правилам, которые отражают единые ценности (я не имею в виду бытовой уклад жизни). Кто-то может возразить, что американцы извлекут больше выгоды, чем дадут нам. Да, так оно и будет. Но в чем же здесь поблема? А проблема в ущербности мышления критиков. Профессор в течение учебного года получает неизмеримо большую зарплату, чем студент стипендию. Так, что, из-за этого отменить лекции? Демократизация и переход к рыночной экономике тоже своеобразный учебный процесс. Урегулирование конфликтов тоже требует научения. Но учеба невозможна без столкновения ценностей. Тот, кто не может критически переосмысливать ценности ничему не научится. Это касается и отдельного студента, и целого народа. Сам подумай, к чему пришли наши народы, а что потеряли в результате конфликта? Какие ценности послужили обоснованием всего этого? Чего можно было бы добиться и чего избежать, если бы наши народы уважали право? Не мы устанавливаем право. Стало быть, не нам определять его ценностное содержание. Особых шансов навязать собственные ценности другим у наших стран тоже нет. Что же делать? Спорить о том, кто правильнее понимает правовые положения? Или, быть может, постараться адаптироваться? Самое интересное, что последнее происходит само собой, но без осознания цели. Посмотри, сколько бесцельных споров о прошлом на этом форуме. Все пытаются навязать свое видение истории и преподнести это как справедливость или того хуже - истину. Мало кто задумыается о том, что нет причинности в общественных процессах. Люди живут "не потому, что" , а "для того, чтобы". Не причина, а цель главное в жизни. Единственным разумным определителем взаимовыгодных целей является только право.

Тигран, спасибо за ответ. Однозначно подобного никто из юристов-международников не утверждает. Да, и политически это чревато глобальной нестабильностью. Приходиться смириться, что права на одностороннее отделение не существует. Сецессия легитимна на основании взаимного согласия (например, сецессия Бангладеша из Пакистана, Сингапура из Малайзии, Словакии из ЧССР). Односторонняя сецессия (например, Тайвань из Китая, Чечня из России, Абхазия из Грузии, Приднестровье из Молдовы) в международном праве не признается. Почему акцент перемещается в сторону "демократического аргумента"? Дело в том, что после крушения колониальной системы, ради которого и было задумано право на самоопределение, выяснилось, что потенциальных территориальных споров немало и в самих ведущих державах мира. Продолжать универсиализировать это право, означало бы провоцировать недовольное меньшинство на отделение. За исключением США, все западные демократические (не говоря уже о недемократических) страны имеют проблемы с этим. Поэтому в 1975 году в итоговом документе Хельсинской конференции по созданию СБСЕ (ныне ОБСЕ) было специально оговорено право на территориальную целостность государств. Право на самоопределение было обойдено вниманием. Вместо этого, в документе имеются пространные положения о демократии и правах человека. Особенно оговариваются права этнических меньшинств. Это деликатное изменение в расстановке акцентов должно было послужить пресечению сепаратистских движений. Было не безосновательно задумано, что если права меньшинств, которые вместе с большинством составляют единый народ государства, будут соблюдены, то стремление к отделению будет существенно слабеть, а то и вовсе угаснуть. Право на самоопределение, поэтому, стало все больше означать право самостоятельно пользоваться ресурсами страны, своим языком и культурными традициями, но главное беспрепятственно выбирать правительство страны. Считается, что народ, которому не дают самому выбирать правительство, не является саоопределившимся. Я уже говорил, что в этом смысле наши народы в подлинном значении таковыми тоже не являются. Самый главный аргумент в пользу подобного толкования заключается в том, что тратить временные, людские и материальные ресурсы на отделение с тем, чтобы в результате получить свое но, менее или вовсе недемократическое государство, будет непропорциональной жертвой или ценой за "независимость". По существу это лишь изменение зависимости по типу, как я уже писал ранее, - "Пусть уж лучше наш Гукасян нарушет наши права, чем их Алиев". В таком случае, аргументация сецессии путем ссылок на права человека или меньшинств теряет свою значимость, а я бы даже сказал, что ценность. Я не могу не согласиться с тобой по поводу двойных стандартов. Поэтому не стану дополнять твои мысли на этот счет. Отмечу лишь то, что твое сравнение СССР с колониальной державой несколько гиперболизировано. Да, у нас тоже любят об этом говорить, особенно, когда стремятся оправдать свои ошибки в прошлом. Но у меня отличное мнение - СССР колониальной имерией не был, хотя и был государством систематически нарушающим права человека. Ты не первый и, наверное не последний, кто делает мне подобное замечание. Обычно я отвечаю вопросом на вопрос: "Может проблема не в том, что я идеализирую право, а в том, что вы его утрируете?" Но в дискусии с тобой я не стану этого делать. Видишь ли, право действительно очень зависит от силы (будь-то сила государства, вождя племени или международной организации). Я писал по другому поводу, что право без силы, что парус без ветра. Удивительно, но аналогия поразительно совпадающая почти во всем. Подобно тому, как ветер приводит в движение парус, политическая сила приводит в действие право. Подобно тому, как парус менят свое направление с изменением направления ветра, право меняется от направленности политической власти. Подобно тому, как очень сильный ветер может разбить право об утесы или потопить его, чрезмерно сильная и неподконтрольная власть может уничтожить право и обесценить его так, что мало кто станет придавать ему значение. Но люди научились во многом использовать силу ветра в свою пользу, а в тех случаях, когда это пока невозможно - избегать максимального урона. Они даже научились предсказывать направление, силу и время ветров. Опыт демократических стран показал, что всего этого и с гораздо большим успехом можно добиться и в отношении силы власти. Я не верю, что какие-то народы более приспособлены к демократии, а другие менее, а то и вовсе неспособны к демократической жизни. Контрасты между Сев. и Юж. Кореями, Тайванью и Китаем, Зап. и Вост. Германиями т.п., показали, что один и тот же народ может как-то, так и другое. Индия - малограмотная и нищая в массе своей страна. Но сумела создать, хотя и не без помощи Британии, демократический эстаблишмент у власти, где не фальсифицируются выборы, а суды независимы. Когда Гонконг присоединился к Китаю, у М. Тэтчер спросили, а не жалеет ли она о том, что 10 лет назад подписала договор о передачи Гонконга под юрисдикцию Китая, "железная леди" ответила: "Вы думаете это Гонконг присоединился к Китаю, тогда вы ошибаетесь. Это Китай присоединился к Гонконгу". В этом ироничном ответе бывшего британского премьера я усматриваю намек на то, что все народы, без исключений, могут, если научатся, ценить право и стать демократическими. К чему я все это пишу? А к тому, что твои замечания по поводу ситуаций в наших странах и нашему отношению к праву, хотя и верны в описательном смысле, тем не менее с ними трудно согласиться в смысле ценностно-ориентационном. Почему физиков и инженеров не беспокоит знание о невозможности 100-процентного КПД какого-либо механизма в Земных условиях, а недоступность правового идеала вгоняет многих почти в нигилистское восприятие перспективы справедливого нормативного регулирования? На интуитивном уровне в этом я с тобой не согласен. Но я опасаюсь того, что мог тебя неправильно понять. Поэтому прежде, чем комментировать эти твои слова, я хочу попросить тебя их уточнить. Особенно следуещее: 1. считаешь ли ты, что ограничения потиворечат свободе? 2. считаешь ли ты, что в формально-юридическом смысле нет прогресса в свободе? 3. как, в таком случае, возможно какое-либо регулирование?

Новичок, Прежде, чем давать советы о влиянии наркотических веществ на осознание этно- и лингвогенеза, лучше объясни, что означает твой ник. Знал я, что немало армян имеет сложность с произношением буквы "ф". Но, чтобы "к" произносить, как "г"... Про такое я не слышал. Зачем маскироваться, когда глупости на этом форуме можно писать и в открытую?

Тюрки, как и предки многих народов, несомненно были кочевниками. Дело в том, что разные ветви тюрксой народности перешли к оседлому образу жизни на разных стадиях своего развития. А вот это, возможно, действительно штамп, стереотип. Меня сильно озадачила справка в Британской Эницклопедии мировых языков. Я уже приводил эту цитату ранее, но по другому случаю. ( )Я не могу это объяснить, но полагаю, что историкам следует призадуматься над происхождением этой справки.