Ледокол

Гитлеровцы захватили уже огромное пространство, но главным их вожделением, конечно же, была Москва, под которой разгорелась тяжелейшая битва. На западном направлении большая группировка советских войск оказалась в окружении. В ту пору Ази Асланов был переведен на этот фронт. Его бригаде поручили обеспечить прорыв к «котлу». Понадобилось несколько яростных атак, чтобы сокрушить основные силы врага и прорвать кольцо. Окруженные части были спасены. За доблесть, проявленную в этой операции, А.Асланов был награжден «Красной Звездой». Враг, отброшенный от Москвы, вскоре сменил акценты ударов, намереваясь, отрезав южные территории, возобновить наступление на столицу. Лето 1942 года — начало Сталинградской баталии и наступления фашистов на Кавказ. В битве на Волге раскрылись во всем блеске полководческий дар и ратная доблесть Ази Асланова. Атмосфера той грозной, судьбоносной поры, когда вся многонациональная держава — и тыл, и фронт — жили мыслью о праведной борьбе против общего врага, воспламеняла сердца, побеждала сражаться и трудиться с предельным напряжением сил, являя удивительные примеры самоотверженности, мужества и героизма. Но и на фоне общего порыва выделялись лучшие из лучших, храбрейшие из храбрейших. Даже простое перечисление количества уничтоженной живой силы и боевой техники гитлеровцев может сказать о многом. В студеные ноябрьские дни 1942 года, на заснеженных полях под Сталинградом нашли свой бесславный конец тысячи и тысячи захватчиков, остались покореженной грудой металла хва-леные бронетанковые и воздушные соединения врага. 46 уничтоженных танков, 9 минометных батарей, 14 противотанковых и дюжина полевых орудий, полсотни автомашин, 42 оборонительных сооружения врага и 700 истребленных оккупантов — боевая заслуга танкового полка Ази Асланова за ноябрь. 22 декабря ему было присвоено звание Героя Советского Союза. Через пять дней, выступая на страницах «Правды» со статьей «Фланговый удар», он делился своим боевым опытом, обосновывая эффективность фланговых ударов, нашедших затем широкое применение в большинстве танковых частей. Суть тактического приема Асланова заключалась в том, что при противостоянии наступающим армадам врага советские танкисты, образовав дугу, как бы втягивали основной ударный клин внутрь дуги, а затем наносили контрудары с флангов, сжимая кольцо. Битва на Волге явилась историческим переломом в войне. Полчища третьего рейха попятились на запад. Бригаде Ази Асланова выпало на долю сражаться за освобождение Таганрога. Особенно отличились танкисты под его началом в боях на Миусском направлении. Полководческий подвиг Асланова был отмечен орденом Александра Невского. С 5 июля 1943-го развернулась гигантская баталия на Курской дуге, где с обеих сторон сошлись мощные бронированные группировки — свыше трех тысяч танков. Курская дуга стала судьбоносным этапом войны. Аслановский танковый маневр помог усилить тактический арсенал бронетанковых войск. Битва, длившаяся целый месяц, завершилась разгромом противника. Фашисты отступали. В этих сражениях участвовали и значительные силы авиации. Меньше чем через год, в марте 1944-го, Асланову присвоили звание генерал-майора бронетанковых войск. 35-я танковая бригада, принимавшая участие в освобождении Витебска, Минска от врага, переправившись черта Березину, продолжала успешно продвигаться на запад. Но задержим еще раз взгляд на берегах изрытой воронками, достопамятной со времен наполеоновского нашествия Березины. Здесь на одном направлении с Аслановым шла сквозь огонь и саперная бригада, возглавляемая бывшим однокашником генерала по бакинскому училищу Асланом Везировым, ставшим Героем Советского Союза. Фронтовые соратники генерала вспоминали: когда танки подошли к реке, оказалось, что фашисты разрушили мосты, возведенные саперами Везирова. Ази Асланов проявил решительность и смекалку, по его приказу четыре танка были погружены в створ реки, послужив опорами для нового моста. По настилу бригада успешно переправилась на другой берег. За двадцать дней — с конца июня 1944-го года бригада Асланова уничтожила 15 танков, 40 самолетов, 193 автомашины, 2600 солдат и офицеров противника, захватила 220 автомобилей и взяла в плен 580 гитлеровцев. Фронтовики вспоминали, что командирский танк генерала неизменно шел впереди, и потому он командовал не «Вперед!», а «За мной!». В составе 3-го Белорусского фронта аслановские танкисты освободили многие города и села Украины, Белоруссии, отличились в освобождении Латвии, особенно — при взятии важного в стратегическом отношении Шавлинска, а также Елгавы — второго по величине после Риги города. 7 июня 1944 года командующий 3-м Сталинградским механизированным гвардейским корпусом Герой Советского Союза генерал-лейтенант Обухов направил представление командованию фронта — речь шла о присвоении генералу Ази Асланову звания дважды Героя. Но с конца июня 35-я бригада была переведена из состава 3-го Белорусского фронта на другой — 1-й Прибалтийский, в распоряжение командующего И.X.Баграмяна. Перевод оказался роковым… И на этом фронте А.Асланов успел блеснуть полководческим талантом. Его бригада, как мы отмечалось, была активным «действующим лицом» знаменитой операции «Багратион». И вот уже январь 1945, последнего года войны. Несколько дней Асланову пришлось провести в госпитале — давали жать о себе раны, 24 января он вернулся в родную бригаду. И тут же последовало распоряжение Баграмяна: отправиться на рекогносцировку местности, где предстояло провести военную операцию. Между тем, с этой миссией вполне мог управиться любой компетентный офицер… Никак нельзя отделаться от ощущения, что даже в те судьбоносные дни великого противостояния с фашизмом и взлета человеческого духа, многонационального фронтового братства давал о себе знать вирус спелого национализма и ксенофобии, от которой не мог избавиться советский сородич печально известного Андроника, позднее «увековечивший» деяния палача азербайджанского народа в своих мемуарах. Эта «баграмяновская» рекогносцировка стоила Ази Асланову жизни. Прибыв на указанный участок, генерал сходит с машины и тут же из леса, с расстояния 700—800 метров гремит пушечный выстрел. Стрелявшие били наверняка, прицельно: снаряд разрывается возле Асланова… Он ранен в область сердца, перебиты три ребра. Судя по изысканиям журналиста М.Багирова и свидетельствам соратников генерала, Асланов оставался жив еще двадцать часов… И за этот срок прославленному генералу практически не была оказана необходимая и квалифицированная медицинская помощь. В итоге — он погиб… Не верится, что опытнейший, обстрелянный воин, полководец, мог проявить неосторожность и столь небрежно подставить себя под огонь, при всем его бесстрашии, когда война близилась к завершению и сама конкретная ситуация не требовала, что называется, действовать ва-банк… Ведь из каких только переделок выходил он целым и невредимым… Двадцать пятого января, на другой день, о гибели Ази Асланова узнал весь Азербайджан. Семья, родные, близкие оплакивали утрату. Шли дни, ио гроб с телом генерала так и не прибывал в Баку. Республиканский ЦК КП связался с Москвой и настоял на отправке тела генерала на родину. Наконец, 31 января Баку встречал бездыханного Героя. Гроб с телом Ази Асланова был установлен в фойе Дома офицеров. Третьего февраля в почетный караул встали руководители республики… Гроб поплыл на плечах по улице Красноармейская, позднее названной именем Самеда Вургуна. Впереди несли боевые награды — орден Ленина, три ордена Красного Знамени, ордена Суворова, Александра Невского, Красной Звезды, медали. Генерал продолжил свой последний путь на орудийном лафете, под звуки военного оркестра — в Нагорный парк… Шли годы… Указ о второй Золотой Звезде Героя так и не появлялся, видно, много было препятствий и «подводных рифов». Много было попыток к восстановлению справедливости, но заслуженная вторая Звезда оказывалась за семью печатями… 21 июня 1991 года «лед тронулся», — Михаилу Горбачеву, при всей его негативной роли в карабахском конфликте, не оставалось, видимо, ничего другого, как подписать упомянутый выше указ. По материалам книги «Годы суровых испытаний»

Генерал Ази Асланов: невозмутимый герой, который не боялся смерти В день 50-летия начала Великой Отечественной войны — 22 июня 1991 года — в печати был опубликован Указ о награждении Героя Советского Союза, генерал-майора Асланова Ази Ахад оглы орденом Ленина и второй медалью »Золотая Звезда. Эта высокая награда с опозданием на сорок семь лет была присуждена герою, увы, посмертно… Между тем, еще в июле 1944-го командование 3-го Белорусского фронта представило командиру 35-й гвардейской танковой бригады, Героя Советского Союза генерал-майора Ази Асланова к присвоению звания дважды Героя Советского Союза «за боевые действия с 23 по 30 июня 194 4 года в ходе операции «Багратион». Почти полвека, по трудно объяснимым причинам, наградной материал за номером 0713 от 4.07.1944 года пролежал без движения в Центральном архиве Министерства обороны СССР… Как свидетельствуют документы, бригада генерала Асланова первой из частей фронта форсировала реку Березину, имевшую важное стратегическое значение, затем малыми силами стремительно и неожиданно атаковала сильно укрепленный вражеский гарнизон, освободив город Плешеницы и обеспечив поспешное наступление основных сил 3-го Белорусского фронта. В ходе ожесточенных боев были освобождены 580 населенных пунктов, уничтожены и захвачены 263 автомашины, 18 танков, 9 орудий, много другой техники, истреблены 1240, взяты в плен 880 фашистских солдат и офицеров. Маршал А.М.Василевский, представитель Ставки на 3-м Белорусском фронта, докладывая Верховному Главнокомандующему, отмечал, что »решительные действия 35-й танковой бригады генерала Асланова, являющиеся образцом военного искусства, создали благоприятные условия для успешного наступления наших войск в овладении городом Минском». Вскоре после этой блестяще проведенной операции генерал Асланов был представлен ко второй Золотой Звезде. Однако, вопреки содержанию подлинных документов, в представлении к награде отражались боевые действия танкистов Асланова лишь в течение двух июньских дней, а не восьми, как это было в действительности. И только в преддверии 50-летия начала Великой Отечественной историческая справедливость восторжествовала. Вехи судьбы Ази Асланова невольно наводят на мысль о печальном знамении и симптоматичных совпадениях. Ему, родившемуся 22 января 1910 года, суждено было всего на два дня пережить свое тридцатипятилетие и погибнуть при обстоятельствах, связанных с весьма нелепым распоряжением вышестоящего начальства. Распоряжение, которое в свете нашего позднейшего познания и прозрения, не может не показаться сомнительным. Последний январь Ази Асланова абсурдно и жестоко аукнется «черным январем» 1990 года, когда советские танки, овеянные праведной славой и когда-то громившие оккупантов, были двинуты на родную землю советского генерала и покрыли себя позором карательной расправы… Под вероломным распоряжением о вводе войск в Баку и под указом о посмертном присуждении Ази Асланову звания дважды Героя Советского Союза стояла подпись одного и того же человека, бывшего президента бывшей державы… Перелистаем страницы высокой и достойной биографии Ази Асланова. В предгрозовые тридцатые годы он приобщился к армейской службе в Бакинском военно-подготовительном училище. Вместе с ним обучались здесь Аслан Везиров, Аким Аббасов, Гудрат Джахангиров, Фархад Агаев и другие земляки, которым суждено было внести свою достойную лепту в дело Победы. Война застала его комбатом у самой границы, в городе Зловеч на Львовщине, уже заполыхавшей огнем. Противостоять огромной разрушительной силе врага, не растеряться в сумятице первых боев, в горьком угаре потере жертв, эвакуации, отступления, собрать свою волю в кулак, сориентироваться в стремительно ухудшающейся, отчаянной ситуации, сплотить людей, явить пример самообладания, мужества, бесстрашия — это под силу не каждому командиру. Это, как говорится, дар от Бога, счастливое свойство натуры. Достоинство, сочетавшееся у молодого Асланова с прекрасным знанием военной техники, стратегическим чутьем и молниеносной интуицией. Батальон бился с врагом насмерть, противостоял бешеному натиску, отходил… Нес потери, но куда меньшие, чем остальные. Ази Асланов всегда оказывался в самом пекле боя, шел впереди, воодушевлял бойцов. Был строг и добр. Позднее военный историк, академик Самсонов напишет весомые слова об Асланове — командире и воине. С первых боев, по свидетельству ученого, Ази проявил себя доблестным, не боявшимся смерти воином. В этих боях он дважды был ранен в правую ногу, вскоре его ранило осколком в голову, но он не покинул своих бойцов, раненый, геройски сражался с фашистами. Каждый день войны был для него самого и его солдат школой великого испытания. В этих боях они закалились, отличились, набирались ратного опыта для грядущих побед. Несколько месяцев длилось тягчайшее противоборство 1941-го года. Печально и трагически звучали сообщения Совинформ-бюро об оставленных городах и селах, порушенных очагах, сожженных нивах на фоне победных реляций фашистского командования под неизменные трескучие марши. Не считаясь с большими потерями, гитлеровцы, уповая на свое превосходство, рвались к Москве.Одновременно к осени 1941-го первого фашисты усилили натиск на Крымском направлении. Ази Асланов был направлен туда заместителем командира 55-й отдельной танковой бригады. Его танкисты броней и огнем крушили противника в жестоких схватках на Керченском полуострове.

Американские и английские танки отличались несовершенством конструкции, часто прибывали неукомплектованными, без прицепов, без ремонтно-монтажного инструмента. Например фугасные гранаты для 75-миллиметровых пушек имели обыкновение самопроизвольно взрываться. Тем не менее, особенно в 1941 году, ленд-лиз сыграл важную роль в снабжении войск. Война началась для Красной армии крайне неудачно, с большими потерями как в живой силе, так и технике. Уже в июне-июле 1941 года соотношение сил с вермахтом по самолетам, танкам, артиллерийским орудиям снизилось в 6 раз. Чтобы развернуть военное производство на Урале, нужно было время, и помощь США в этот сложнейший период было трудно переоценить. Что касается роли Каспийской флотилии, о ней рассказывал фронтовик, долгие годы бывший директором музея «Каспийского пароходства» К.Керимов: «К октябрю 1942 года битва за Кавказ приняла особо ожесточенный характер. Немцы, не считаясь с большими потерями, продвигались к предгорью Большого Кавказа. Прорвавшись в пределы Северного Кавказа, противник перерезал железную дорогу Махачкала – Кизляр – Астрахань. С этого дня Закавказье и Северный Кавказ с центром страны и с фронтом связывал лишь морской путь по Каспию. Каспий стал театром военных действий». 8 августа 1942 года решением военного комиссара ВМФ СССР Каспийская флотилия стала действующей. Переброска воинских частей, боевой техники, советской и получаемой по ленд-лизу, стала осуществляться только морским путем. Также, как вывоз нефтепродуктов и продовольствия. Нефтекараваны и крупные танкеры из Баку на Астраханском рейде защищались зенитками канонерских лодок и сторожевых кораблей и морских охотников. С охраной ценных грузов Каспийская флотилия отлично справлялась во многом и благодаря накопленному опыту ведения боевых действий практически с первых дней войны. Так, в июле 1941 года из Красноводска в Баку была доставлена следовавшая на фронт танковая дивизия. Перевозка ее обеспечивалась канонерскими лодками, сопровождавшими транспорт с танками на пути до порта Баку на протяжении семи суток. С середины 1942 года противник стремился с помощью авиации полностью перерезать морской путь по Каспию, поскольку по морю доставлялись ценнейшие грузы для фронта. Несмотря на большие потери, авиация немцев резко активизировалась, особенно в северной части Каспия, нанося бомбовые удары по грузовым судам и кораблям Каспийской флотилии. Отважным морякам приходилось отражать воздушные налеты по нескольку раз в день. В некоторые дни, когда немецкая разведка передавала сведения о транспортировке особо ценных грузов по ленд-лизу, налеты на караваны судов совершались каждые полчаса. Наиболее ожесточенным и интенсивным налетам люфтваффе подвергались суда во время разгрузки в Астраханском порту и на рейде. Тем не менее, Каспийская флотилия только за 1942 год перевезла из Баку в Астрахань до 1,593,174 тонны нефтепродуктов. Каспийская флотилия обеспечивала перевозку не только бензина и других нефтепродуктов из Баку, но и других стратегических грузов по линии ленд-лиза. Это были танки, самолеты, бронетехника, запчасти, а также джут, каучук и сизаль. В 1943 году главной задачей Каспийской флотилии было обеспечение доставки грузов из иранских портов в Баку, Махачкалу и Астрахань и безопасность морских коммуникаций. Против кораблей Каспийской флотилии действовали две группы бомбардировщиков общей численностью до ста самолетов. Немцы ставили также донные мины с магнитными и магнитно-акустическими замыкателями. Только после провала операции по захвату Кавказа и освобождения советскими войсками городов Северного Кавказа доставка ленд-лиза, так же, как и нефтепродуктов из Баку в центр вновь стали осуществляться не только морем, но и по железной дороге. Как вспоминал Таптыг Годжаев, намного сложнее было охранять транспортировку грузов из Баку по иранской территории к портам Персидского залива. «Это так называемый обратный ленд-лиз. На всем маршруте по иранской территории устраивали засады, подрывали грузовики, зная, что из СССР везли золото и платину, другие ценности, которые шли в США в счет оплаты за ленд-лиз. Часто на караваны грузовиков происходили нападения иранских банд, нанимаемых гитлеровцами. Маршрут пролегал по пустынной, малонаселенной местности, длина маршрута была почти две тысячи километров. Самые большие потери наша охрана несла именно на обратном ленд-лизе, так как маршрут пролегал по землям хорошо вооруженных кочевых племен. Поэтому очень нужны были военспецы из Азербайджана со знанием языка и местной специфики, чтобы наладить контакты с предводителями племен». Азербайджанским военным удалось создать свою группу поддержки среди мирного населения, особенно хорошо налажена была работа в вилаятах Южного Азербайджана, которые заранее оповещали о готовящихся нападениях. Благодаря солдатам и офицерам-азербайджанцам удалось сократить потери, ликвидировать опасные банды и сделать безопасной большую часть маршрута. Ведь кроме золота караваны перевозили, например, лесоматериалы, которые в безлесном Иране ценились очень дорого. Т.Годжаев рассказывал: «Это была очень трудная и важная миссия, неслучайно на территории Ирана все годы войны СССР держал стотысячную армию. Одна из причин: американцы были прагматиками: война войной, а бизнес прежде всего. Не получив в обмен на ленд-лиз золото, американцы могли сократить столь необходимые СССР поставки вооружения. А ведь большинство советских летчиков-асов класса Покрышкина предпочитали летать на надежных и маневренных американских самолетах, а грузовики «Студебеккеры» были крайне нужны для фронта, как и запчасти, боеприпасы и т.д.». Роль азербайджанских военспецов в охране маршрута поставок из портов Ирана в Баку и обратно была очень значительной. «Одна из причин этого – нам удалось убедить местное население, что речь идет об общей победе. Сокрушить фашизм – благо для Ирана, СССР высоко оценит помощь Ирана в победе над гитлеровской Германией. К сожалению, в советский период, да и после распада СССР эта тема не освещалась в советской прессе…,» — вспоминал Годжаев.

Секретность южного маршрута стала одной из причин меньших потерь от диверсий немецких спецслужб сравнительно с северными маршрутами. На бакинских заводах с 1941 года была налажена сборка танков и самолетов американского производства. Предоставляя взаймы, в аренду – отсюда land-lease – военную технику, оружие, боеприпасы, продовольствие и многое другое, США преследовали собственные интересы – выиграть время, максимально подготовиться к вступлению в войну. Не менее важна вторая причина – прибыль. В ходе переговоров в 1972 году Советскому Союзу был выставлен счет в размере 722 миллиона долларов. Таптыг Годжаев, 1942 г. Т.Годжаев вспоминал: «По южному маршруту проходила не только военная, но и вполне мирная техника: оборудование для нефтепромыслов, паровозы, вагоны, станки, химическое сырье, медикаменты, продовольствие». Самые популярные предметы в армии – американская тушенка и обладающие высокой проходимостью «джипы» и «студебеккеры». Легендарный военный летчик Александр Покрышкин творил свои воздушные подвиги исключительно на американском самолете «Аэрокобра». СССР получил несколько тысяч этих самолетов, которые собирались на заводах Баку. На американских грузовиках устанавливались «катюши», также СССР получал американские рации, которые заменили крайне ненадежную проводную связь. Американские поставки составили всего только 4% военного производства СССР. Но и эти скромные 4 процента стоили по ценам того времени 11 млрд. долларов. Это составляло четвертую часть от помощи США другим странам антигитлеровской коалиции. Велико значение южного маршрута и в так называемом обратном ленд-лизе. Через Баку в Иран для США Советский Союз поставлял крайне необходимые для военной промышленности металл и руду. Было поставлено 300 тысяч тонн хромовой и 32 тыс. тонн марганцовой руды, сотни тонн золота, платины, миллионы кубометров леса. Прав был американский историк Дж.Херринг, когда писал: «Ленд-лиз не был самым бескорыстным актом в истории человечества. Это был акт расчетливого эгоизма, и американцы всегда ясно представляли себе выгоды, которые они могут из него извлечь». За годы войны в СССР по всем маршрутам было поставлено 22 195 самолетов, 12 980 танков, 13 тысяч орудий разного калибра, 427 тысяч автомобилей, 560 кораблей, 345 тысяч тонн взрывчатки. Сборочные цеха завода имени лейтенанта Шмидта и других промышленных гигантов Баку работали круглосуточно. Кроме сборки самолетов и танков, приходилось и исправлять массу проколов поставщиков.

О роли азербайджанских военных в охране южного маршрута ленд-лиза в 1941-1945 гг. Ш.Манафов В марте 1941 года Конгресс США принял закон о ленд-лизе (государственный акт, позволивший в 1941—1945 гг. поставлять союзникам боевые припасы, технику, продовольствие, медицинское оборудование и лекарства, стратегическое сырьё, включая нефтепродукты, без оплаты). Однако, очень мало известно о громадной роли в снабжении фронта и тыла СССР в годы Второй мировой войны азербайджанских военных, которые обеспечивали безопасность прохождения грузов через Иран в европейскую часть СССР. Так же, как о заслугах Каспийской флотилии в доставке грузов из порта Энзели (Иран) в Баку, Махачкалу и Астрахань. Южный маршрут проходил через Гибралтар, Суэцкий канал, далее – в Иран и Баку. Либо корабли США огибали Африку, а далее – в Иран и Баку. Поставки оружия, топлива, продовольствия в СССР американцы в 1945 году оценили в 11 млрд. долларов. Южный маршрут ленд-лиза пролегал через Иран, далее следовал по территории Азербайджана на Северный Кавказ. Второй вариант южного маршрута – порты Ирана, откуда кораблями Каспийской флотилии груз доставлялся в Бакинский или Астраханские порты. Одним из организаторов безопасности маршрута по территории Ирана был майор Таптыг Годжаев. Годжаев был одним из участников освободительного движения в Иране под руководством Сеида Джафара Пишевари в годы Второй мировой войны. Годжаева призвали в армию в 1939 году. Он прекрасно владел фарсидским, и с 1941 года находился в Иране, где участвовал в создании агентурной сети для сбора разведданных. Там он сотрудничал с деятелями освободительного движения, в частности, с Джафаром Мамедзаде, более известным как генерал Кавиан. В 1945 году генерал Кавиан стал министром обороны Южного Азербайджана (Иран). После Ирана Т.Годжаев воевал в Крыму, где в 1943 году был ранен. После излечения в госпитале получил назначение в Нахчыван. В 1945 году Т.Годжаев преподавал тактику 400 курсантам из Ирана в Бакинском военном училище. На красноармейцев под командованием Таптыга Годжаева возлагалась ответственность за безопасность иранского отрезка маршрута. Азербайджанские солдаты справились с этой задачей отлично. За время службы Т.Годжаева в Иране на маршруте не было совершено ни одной крупной диверсии немецкими разведотрядами, которые могли бы нарушить поставки техники и оружия из иранских портов в Баку или Астрахань. Заслуги азербайджанских солдат в охране южного маршрута ленд-лиза велика, но мало изучалась советскими историками. В работах многих азербайджанских историков о заслугах Азербайджана в победе над фашизмом и о роли Баку во Второй мировой войне тема южного маршрута ленд-лиза даже не упоминалась, тогда как командование Красной армией и лично Сталин придавали организации и охране южного маршрута такое значение, что в Иране находилась стотысячная группа советских войск. Доктор исторических наук, сотрудник Института востоковедения РАН Алексей Кива в своей статье в «Независимой газете» в 2020 г. отмечал: «Готовясь к годовщине Победы, мы почему-то не говорим о вкладе в нее других республик СССР». Заслуги азербайджанских военспецов в организации безопасности так называемого южного ленд-лиза долгие годы действительно замалчивались. О самом южном маршруте ленд-лиза в советское время было мало публикаций. Газета «Каспий» в свое время поднимала вопрос о том, что пора снять гриф «секретно» с архивных материалов об участии Баку и азербайджанских военспецов в тайной войне в Иране и Турции в период Великой Отечественной Войны, благодаря которым СССР был обеспечен надежной транспортировкой военной техники союзников через Иран и Баку на фронты. Считалось, что основные поставки помощи от союзников проходили по так называемому Северному маршруту и поставлялись кораблями союзников в Мурманск, Архангельск и порты Дальнего Востока. Тогда как на самом деле поставки шли в основном через Иран и далее в Баку.

Как Баку помог СССР победить во Второй мировой войне Во времена Второй мировой войны, Баку (и весь Азербайджан соответственно) был частью Советского Союза. Чем закончилась война знают все. Однако, роль Баку как нефтедобывающего центра, в борьбе с нацизмом, к сожалению, была занижена советским руководством. Почему Баку, внесший неоценимый вклад в победу над Германией, не удостоился звания Города-героя?…Сознательно, или же по стечению обстоятельств, но нефтяное сердце советской страны, четко бившееся в те тяжелые годы, несмотря ни на что, осталось без заслуженной награды. Многим, наверное, известно, что Баку, как центр мировой добычи углеводородов, сформировался еще в далеком 1901 году. Но немногие знают, что Первая мировая война, а затем захват страны большевиками практически нивелировали эту роль, превратив Баку в региональную «столицу нефти». Накануне Второй мировой войны советское правительство вывезло из Баку все передовое оборудование и лучших специалистов–нефтяников в Поволжье и на Южный Урал. Но что интересно — сам Баку при этом по-прежнему оставался главной жилой «черного золота». Не шутка ведь – на тот период столица Азербайджанской ССР давала порядка 80% нефти от всей добычи по Советскому Союзу, и до 50% — от мировой добычи. Непонятно одно, а именно, для какой цели СССР нужно было вывезить из Баку все в Поволжье и на Южный Урал? Ведь если Баку как таковой устраивал советское руководство в плане источника углеводородной добычи, то какая необходимость была в создании его двойника, что требовало огромных затрат? Из исследований, проведенных историками, стало ясно, что выделенные средства в итоге просто ушли на ветер, а сформированная за долгие годы нефтяная инфраструктура Азербайджана была разорена, ценные кадры вывезены и т.д. Эффект оказался таким, что за годы войны с Германией в новом нефтяном регионе было добыто всего 4 млн. тонн нефти, в то время, как Баку за эти же годы дал более 75 млн. тонн нефти, и это несмотря на разоренную инфраструктуру. Главную причину, по которой возникла необходимость создать «второй Баку», историки видят в том, что в тот период существовала опасность оккупации Баку. Между тем, планы по взрыву нефтепромыслов Абшерона были весьма актуальны не только в годы Великой отечественной. Обсуждения велись еще во время Первой мировой войны британскими оккупационными войсками, затем правительством 26-ти Бакинских комиссаров. Накануне начала Второй мировой войны Великобритания и Франция также разработали совместный план по взрыву нефтепромыслов Баку в случае военных действий. Тогда эти страны считали, что социалистический СССР опаснее гитлеровской Германии, однако после захвата немцами Франции и бомбардировки крупнейших английских городов планы союзников изменились. Дело в том, что немецкие войска уже находились на Северном Кавказе. Во время войны никакой другой нефтепромысловый район СССР не был так близок к угрозе военных действий, как Баку. Исходя из этого риска, советское правительство потому и пришло к решению создать так называемый (в литературе так и указывается) «второй Баку». В итоге, с начала 41-го и до 42-го года проводилась переброска нефтяного оборудования, а самое главное, были эвакуированы ценные кадры в области нефтедобычи. Фактически, в Баку на тот момент работающих нефтяников со стажем практически не осталось. Но даже при наличии угрозы взрыва, советское руководство ошибочно полагало, что за счет Поволжья и Южного Урала можно будет обеспечить горючим все необходимое, начиная танками и заканчивая авианосцами. Уже после окончания войны, когда стало возможным подсчитать результаты того, что же дал новый нефтепромысловый регион, выяснилось, что практически ничего. Всего 4 миллиона тонн нефти – это капля в море по сравнению с тем, что дал сам Баку. Это был огромный просчет со стороны властей СССР. А после, когда фашисты были разгромлены и было объявлено об окончании войны, никто так и не стал восстанавливать довоенный уровень нефтепромыслового центра — Баку. Кадры не были возвращены, а разрушенная инфраструктура так и не была восстановлена. Если в 41-м году в Баку, еще до создания его двойника, было добыто 23,5 миллиона тонн нефти, что по сути превзошло самые ожидаемые результаты по добыче, то спустя годы после разорения инфраструктуры такого уровня добычи так и не сумели достичь. В 1943 году, когда после победы под Сталинградом была приостановлена операция Гитлера по захвату Кавказа и бомбардировки Баку, объемы добычи бакинской нефти вновь увеличились, но все равно уже не достигали того уровня, что наблюдался двумя годами ранее. Из сохранившейся переписки первого секретаря ЦК Компартии Азербайджанской ССР Багирова с центральным руководством СССР в ответ на требование повысить нефтедобычу следует: в условиях разрушенной инфраструктуры это невозможно. Но нефть все равно приходилось выкачивать любыми способами, дабы обеспечивать растущие военные расходы советской армии. В противном случае, это было бы расценено как диверсия со стороны руководителя Азербайджанской ССР. Так что Баку на тот момент сделал все возможное и невозможное для победы над фашистами. Баку, несмотря на опасность его бомбардировки, несмотря на то, что пережили его жители, несмотря на героизм города по добыче горючего, без которого любой патриотизм выглядел бы голым, Баку фактически помог СССР выиграть войну. Да, фашизм был побежден, но советская историография почему-то умалчивала роль азербайджанских нефтяников, работавших под страхом взрывов нефтепромыслов и переселения в случае захвата Азербайджана гитлеровцами. А ведь без бакинской нефти одним лишь патриотизмом вряд ли удалось бы их победить. Нефть выкачивали, инфраструктуру рушили, экологии вредили, эксплуатировали труд женщин и детей (любопытный факт — в 1941-1945 годах больше половины работников в нефтяном секторе составляли женщины и дети). Не нужно забывать, что вклад Баку в Победу – это не только нефть. Баку жил в режиме почти что прифронтового города, под постоянной угрозой бомбардировок и оккупации, его жители, несмотря на все трудности, героически трудились для фронта, приютили, накормили и обогрели в те годы в своих домах тысячи беженцев из России, Украины, Беларуси. На фронт ушли и не вернулись сотни тысяч мужчин этой маленькой республики.

Летом и осенью 1942-го противник регулярно бомбил стратегически бесценный Саратовский НПЗ, откуда эшелоны с нефтепродуктами шли прямо в войска. Завод, находившийся в непосредственной близости к сталинградскому фронту, стал для немцев костью в горле. Им удалось разрушить его на 80%, погибло около 800 сотрудников — в четыре раза больше, чем ушедших на войну заводчан. Но предприятие продолжало выпускать 5 тысяч тонн нефти в сутки, а также — стволы для минометов, треноги для противотанковых ружей, бутылки с горючей смесью. Кстати, вот еще одна, подлинно боевая ипостась нефтепродуктов: они могли служить не только топливом для танков и самолетов, но и разить врага в буквальном смысле. Уже 7 июля 1941 года Государственный комитет обороны принял секретное Постановление «О противотанковых зажигательных гранатах», в котором предписал наладить производство 120 тысяч бутылок с зажигательной смесью в сутки. Было несколько видов такого оружия с разным составом, например, «БГС» (бензольная головка и сольвент), «Смесь № 2» (древесная смола, бензин, скипидар), «Смесь № 3» (бензин и соляровое масло). В памятках по борьбе с танками слабые места немецких машин обозначались на схемах надписями «бей гранатой» или «бей бутылкой». Всего за войну было выпущено около 110 млн «огненных бутылок». Нараставший размах военных действий на советско-германском фронте требовал все больше топлива. Только за полтора месяца боев на Курской дуге (лето 1943-го), в которых с обеих сторон приняли участие свыше 5 тысяч танков и около 5 тысяч самолетов, Красная Армия израсходовала 204 тысячи тонн нефтепродуктов. Для сравнения: за семь месяцев сражения за Москву с 30 сентября 1941 года по 20 апреля 1942-го — 294,4 тысячи тонн. Перед СССР стояла задача дальнейшего наращивания добычи нефти и скорейшего восстановления разрушенных нефтепромыслов в освобожденных районах. Для Германии — поиск новых энергоисточников. Нефть для фронта поступала и с самых отдаленных от него районов страны — с Дальнего Востока и Сахалина. В декабре 1942 года с Комсомольского НПЗ (строительство началось в сентябре 1941-го) ушел первый эшелон с бензином — в сторону Сталинграда. На предприятии «Сахалинморнефтегаз» почти половину работников составляли женщины и подростки. Жили в казармах. За войну здесь добыли 3 млн тонн нефти, объем бурения по сравнению с 1940 годом вырос в 3,4 раза. Уже в 1943 году началось восстановление нефтепромыслов на Кубани и Северном Кавказе. Буквально через месяц, как немцев отбросили от Малгобека, под которым в августе 1942-го советские группы взорвали перед отступлением более 700 скважин и основные НПЗ, здесь вновь зашумели буровые установки. Малгобек, в 1940-м давший 1,3 млн тонн нефти, стал возвращать себе статус крупнейшего кавказского нефтепромысла. А всего в СССР за третий год войны добыли 18 млн тонн нефти, тогда как в рейхе (самой Германии, Австрии и оккупированной части Чехословакии) — 1,9 млн. От своих союзников — Румынии и Венгрии — Берлин получил около 3 млн тонн. Гитлера продолжал спасать синтетический бензин, производимый из каменного угля. В 1943–1944 годах германские заводы дали рекордное количество «синтетики» — 5,7 млн тонн. Но после того как 12 мая 1944-го их сравняли с землей 935 американских бомбардировщиков, а в августе советские войска заняли главную нефтяную область Румынии — Плоешти, — для вермахта и люфтваффе в «топливном смысле» все было кончено. Победа в Великой Отечественной складывалась по крупицам, пропитанным нефтью и потом. В августе-сентябре 1941-го разобранные и промаркированные НПЗ из Одессы и Херсона начали прибывать в Сызрань, где их «разложили в поле и собирали все на земле». За войну Красная Армия израсходовала 13,5 млн тонн горючего. При этом труженики тыла ни разу не оставили ее на голодном пайке, с последней, неразменной «каплей нефти» в топливных баках. По материалам газеты «Московский Комсомолец»